Глава 23, в которой сжигаются мосты

– О, я смотрю – вы знакомы! – с насмешкой бросила королева и, отстегнув пояс с кинжалом, упала в мягкое кресло. Лекса прищурилась:

– Да, знакомы! И мне очень интересно, как вот этот милорд попал к тебе!

– Мило-орд? – протянула девушка. – Это же просто попугай! Говорящий попугай.

– Я не просто говорящий попугай, – мрачно отозвался Пашка, сидевший в своём попугаичьем виде на жёрдочке в большой золочёной клетке. – Я одарённый интеллектом и способностью обращаться в человекообразное большой зелёный красноносый попугай.

– Да, да, слышала уже, – отмахнулась королева. – Так это твой знакомый, нежный цветочек?

– Это мой друг, и ты должна отпустить его! – твёрдо ответила Лекса, шагнув к клетке. Пашка оживился:

– Лекси-Лекси, вытащи меня из клетки! Клянусь, я буду хорошим мальчиком!

– Не-е-ет, мой говорливый друг, – рассмеялась королева. – Так разговора у нас не получится. Гэрд тебя поймал, значит, теперь ты принадлежишь мне.

– Значит, Гэрд украл чужую собственность, потому что изначально Пашка принадлежал моей матушке, императрице Эридана, – Лекса вздёрнула нос, чтобы показать, что она не абы кто, а целая принцесса. Но на королеву это не произвело ровным счётом никакого впечатления. Она пожала плечами:

– Разумеется, украл. Мы ведь здесь в Тёмном квартале, принцессочка, а значит, ты в гостях у королевы воров.

– Но ведь это…

– Это моя земля и мои законы! – резко бросила девушка. – Не нравится – проваливай отсюда, нежный цветочек!

– Лекса, погоди, – тихо вмешалась Маримэ. – Давай сначала поговорим по поводу таверны, а там будет видно и с попугаем.

– Но Пашка…

– Принцесса!

– Хорошо, Маримэ, – смирилась Лекса. В конце концов, эльфийка лучше знает эту воровскую братию… Но Пашку она здесь не оставит ни за что!

– Итак, дамочки, предельно чётко и ясно описываем причину вашего пребывания в Тёмном квартале, – развязно сказала королева. – Недосуг мне с вами болтать, дел полно!

– Мы пришли к тебе за помощью, – ответила Маримэ. – Принцесса Эридана и принц из неприсоединившегося мира купили в Зиербе старую таверну, которая когда-то принадлежала мне и Твилто. Вряд ли ты помнишь его, ты ещё слишком юна и вряд ли родилась, когда он умер…

– Я помню Твилто, – коротко оборвала её королева. – Покороче!

– Если короче, то таверну у них отняли из-за нелегального портала…

– О-о-о, так это таверна нежного цветочка?! – королева откинула голову на спинку кресла и расхохоталась так весело и заразительно, что Лекса невольно тоже улыбнулась. Оказалось – зря, потому что девушка смеялась над ней, добавив сквозь выступившие на глазах слёзы: – Самая сногсшибательная афера, которую провернул мэр! Не могу не поаплодировать старикану, он очень изящно облапошил тебя, принцессочка!

– Мэр? Как мэр? – даже растерялась Маримэ. Лекса же не смогла выговорить ни слова. Мэр это тот человечек, который предложил им с Виком стать совладельцами. Облапошил? Этот милый седовласый дедушка? Да быть такого не может!

– Мэр, мэр, старый Кракис, аферист, каких мало! Вы думали, зачем он выставляет на неделю лопоухих коммерсантов выгодные коммерции?

– Зачем?

– Зачем? – спросила Лекса.

– А ты думала, чтобы город ожил? Как бы не так! Чтобы приманить новых владельцев на мизерную цену, а потом или найти нарушения и закрыть заведение со штрафами, или обложить непомерными налогами и снова закрыть заведение.

– Но что ему с того? Ведь коммерция снова будет стоять пустой! Да и денег за неё он просит очень мало!

– А штрафы с налогами? Все эти денежки идут прямиком в карман господину Кракису!

– Да но… Городская казна… – пробормотала Маримэ, сдвинув брови. Королева покачала головой:

– Клянусь своим кинжалом, таких наивных дам я никогда в жизни не видела! Казне отходит оставленное хозяевами провальное заведение со всем товаром. Нет, вы всерьёз полагали, что в Танкеме вас не обдерут, как липок?

– Когда мы с Твилто держали таверну, такого не было, – сказала Маримэ. – Никаких налогов, никаких штрафов!

– Так и Кракис мэром не был, – фыркнула королева. – Ладно, валите, ничего с вас за информацию не возьму, вы мне симпатичны.

– А как же помощь? – нахмурилась Лекса. – Мы просили тебя о помощи!

– В чём? Вы хотите убить мэра?

– Н-нет, кон-нечно, нет! Только вернуть таверну! И вызволить Вика, моего совладельца!

Королева встала, прошлась по ковру к столику и вернулась к дивану, покачала головой, вытянула пальцы в сторону Лексы:

– Мэрия, – загнула один палец, – полиция, – загнула второй, – пожарные, налоговая служба, докторская служба… – она показала принцессе кулак и стукнула им по второй ладони: – Все они заодно и подчиняются Кракису, моя сладенькая детка. Рубить этот сук нужно сверху, из королевского дворца. Я имею в виду официальную королеву Танкема! А её величество никогда этого не сделает по очень простой причине: она сама сидит на этом суку и обрывает листочки денежек!

– Какая умная девочка! – восхитился попугай из своей клетки. – А ты не подумала, что королева не знает о том, как добываются деньги в казну?

– Какой смешной попугайка, – передразнила его девушка. – А ты не подумал, что величество не дура?!

– Милочка, а ты случайно не в курсе, что сейчас происходит на улицах твоего квартала? – просил Пашка, имитируя голос матушки, и Лекса прыснула от смеха. Королева прищурилась:

– Мне донесут. А что?

– А если не донесут? Или донесут ложную информацию?

Королева внимательно оглядела Пашку, потом обернулась к Лексе и медленно сказала:

– Хорошо, я согласна вам помочь. Но я не вхожа к её величеству, как ты можешь предположить.

– Её величество я беру на себя! – радостно воскликнула Лекса. – А теперь надо подумать, как вызволить из тюрьмы Вика!

* * *

Вик закрыл глаза и представил, что объят пламенем. Он твердил себе: пламя не причинит ему вреда, оно направлено только на магические путы, которыми его связали. Однако это снова не подействовало. Как и в прошлый раз, как и пятьдесят прошлых раз… Вик делал всё, как надо, как учил его отец, но волшебная сеть не поддавалась. Он представлял ножи, но ножи тупились. Он представлял лошадей, которые тянули путы в разные стороны, но лошади не выдерживали и рассыпались в пыль.

Его кровь не могла соперничать с этим чудом магии. Его кровь была слишком слаба! А ведь отец говорил, что янтарь в крови – это самая мощная сила… Значит, это неправда. Значит, он, Вик, способен только тарелками жонглировать да пускать золотистые фейерверки на потеху клиентам!

Может, попробовать ещё раз ножи? Может, ему удалось ослабить сеть, и теперь она поддастся?

Вик представил острый, как бритва брадобрея, кинжал отца. Нужно выбраться из этих пут, нужно показать им, что он варвар, а не тряпка!

* * *

– Рандоверилокурт, как я рада вас видеть!

Королева Танкема, её величество Нада Третья Мудрая, была невысокой, толстенькой блондинкой с причёской, в которой было накручено множество локонов и наплетено множество кос. Она очаровывала своих подданных вот уже тридцать пять лет. Почти столько же правил и Курт после смерти своего отца. Оба правителя познакомились ещё в детстве, и на протяжении всех эти лет их связывала нежная дружба.

Курт приблизился, галантно взял протянутую ему руку и потёрся о неё щекой. Драконы не знают поцелуев, которые приняты в Танкеме, поэтому Нада Третья рассмеялась, как и всякий раз при этом ритуале:

– Щекотно же! Хоть бы побрились, император, перед аудиенцией!

– Простите, Нада, не подумал, что вам будет неприятно, – Курт выпрямился и сделал жест в сторону своей спутницы: – Позвольте представить вам её императорское величество Камелию Блаугардскую из неприсоединившегося мира.

Королева Нада оглядела Камелию благосклонным, хотя и немного подозрительным взглядом и склонила голову в приветствии:

– Рада видеть вас в нашем мире, императрица. Вам нравится Танкем?

– Благодарю вас, королева, – Камелия не знала, как именно ей надлежит обращаться к Наде, но интуитивно выбрала ту же форму, что и остальные. – Ваш мир причудлив и весьма интересен. Особенно поражает многообразие разумных существ.

– О да, Танкем издавна славится доброжелательностью ко всем расам. Надеюсь, вам здесь понравится. Но какое такое важное дело привело вас, Курт, в мою приёмную?

– Важное и безотлагательное, Нада! – Курт жестом пригласил Камелию сесть на низенький удобный диванчик. Женщины расположились на нём, а дракон остался стоять. – Сын императрицы Камелии попал в неприятную историю здесь, в Танкеме. Моя дочь, принцесса Александриэлла, тоже замешана в этой истории.

– Что ж, изложите суть дела, я посмотрю, как можно помочь молодым принцам, – кивнула Нада, обмахиваясь веером.

* * *

– Миледи, я считаю, что лучшим способом вытащить Вика из тюрьмы и вернуть таверну будет полное разоблачение махинаций мэра, – твёрдо сказала Маримэ. Лекса согласно кивнула. Королева воров покачала головой:

– Лично мне это не надо! Зачем мне топить мэра? Он нам не конкурент… А я уважаю всякий способ заработка!

– Подумай, красавица, – нежно проворковал Пашка, пока эльфийка собиралась с мыслями. – Если его не остановить, туризму вскоре придёт конец! А меньше туристов – меньше карманов с золотишком! Как ты будешь жить, королева?

– С твоей помощью или без неё, мы всё равно мэра прижучим, – сказала Лекса. – А так ты можешь урвать свой кусочек…

Этот аргумент подействовал. Королева сдалась и спросила небрежно:

– Что надо от меня?

– Ловких парней, чтобы забраться в дом мэра и найти компромат, – быстро ответила Маримэ. – Бумаги о передаче коммерций, сфабрикованные дела о нарушениях, любые доказательства расчётов с теми мастерами, которые устанавливали нелегальные порталы!

– У-у-у, – протянула королева, чеша в затылке. – Так это надо парней, которые умеют читать… Их ещё найти надо!

Лекса наморщила лоб. Спросила:

– Пашка, ты научился читать на межмировом языке? Я видела, ты занимался!

– Да я уже десять лет как читаю на межмировом языке! – надулся от самодовольства попугай. – Конечно, кроме русского и драконьего!

– Вот ты и пойдёшь на дело вместе с парнями королевы, – велела Лекса. – В попугаичьем виде.

– Чего это ты, нежный цветочек, решаешь, что делать МОЕМУ попугаю? – съязвила королева. А Лекса ответила:

– Каждое разумное существо имеет право выбора. А ты его заперла в клетку. Выпусти и позволь выбрать, чьим он станет.

* * *

– Что ж, Рандоверилокурт, я распоряжусь, чтобы тайная полиция проверила все факты по делу, которое вы мне изложили, – сказала королева, встав с диванчика. – Не сомневайтесь, я прослежу с тщательностью за раследованием, и уже через несколько недель вы сможете вновь наслаждаться обществом принца.

– Несколько недель, – упавшим голосом повторила Камелия. – Мальчик проведёт ещё несколько недель в тюрьме! Это несправедливо!

– Прекрасно понимаю ваше разочарование, императрица. Тем не менее, нелегальный портал – это слишком значительное преступление, чтобы относиться к этому с лёгкостью! А пока я предлагаю вам выпить чаю – вам, дорогая гостья, и вам, Рандоверилокурт.

– Ах, значит, я не дорогой гость?! – деланно оскорбился Курт, проходя за королевой Надой в небольшой салон, расположенный позади кабинета. Камелия следовала за ними, старательно загоняя внутрь рвущиеся из глаз слёзы досады и жалости к сыну. Поскольку она была последней, кто выходил из кабинета, именно она и услышала стук в окно. Удивилась – ведь апартаменты королевы находились на третьем этаже! Обернулась – и увидела большую зелёную птицу, которая держала в когтях тяжёлую связку бумаг, а клювом настойчиво и отчаянно долбила в стекло. Наморщила лоб и осторожно спросила:

– Королева Нада, думаю, вам стоит обратить внимание на окно!

– Что такое? – удивилась та. – Вы увидели нечто непонятное для выходца из неприсоединившегося мира?

– Думаю, в любом мире птица, которая целенаправленно стучит в окно – это непонятная и необъяснимая вещь, – не удержалась от лёгкого сарказма Камелия.

– Птица? – вмешался Курт. – Надо позвать слуг, чтобы прогнали животное!

Он выглянул в кабинет и воскликнул:

– Вот так сюрприз! Да это же Пашка!

– Пашка?

– Кто такой Пашка?

Игнорируя обеих женщин и правила этикета, император подскочил к окну с живостью юноши и распахнул створки.

Попугай ввалился в комнату, затормозил клювом по ковру и слабо откликнулся:

– Пашка – это я, прошу любить и жаловать!