Глава 7, в которой герои отдыхают, но недолго

Всё-таки магия – зачётная штука!

Лекса сидела на стуле, поставленном на середине залы, и с довольным видом разглядывала чистые стены, пол и даже потолок. Сколько паутины метла вымела из-под балок и из углов – можно было сплести полтора одеяла! Без мусора и хлама таверна преобразилась. Хорошо, что стёкла в окнах целые. Стёкла бы Лекса не потянула… И так, посчитавши, подумала, что ошиблась. Но ладно, главное, чтобы таверна заработала. Ещё надо наверху пошариться, что там от комнат осталось. Вот бы повезло, и разгром оказался лишь в зале!

В помещение с гнусным клёкотом влетело зелёное чудо, благоухающее ванилью и корицей. Лексе рефлекторно захотелось пирожного с мякотью бананового дерева, но Пашка кулём приземлился на стойку и, потрясая крыльями, сунул ей под нос лапу:

– Гля, какие когтики! Видела, да? Видела?

– Видела, Пашка, убери, ради Виуза! – отмахнулась Лекса. – Ты что, ещё и клюв укоротил?

– И отполировал!

– А Вик?

– Его отполировали целиком, сейчас увидишь! Я прилетел, чтобы тебя предупредить, чтобы ты в обморок не упала!

– Ой, прямо такое преображение? – усмехнулась Лекса. Варвар безнадёжен. Чуть-чуть подкоротить всё его волосьё – и уже прекрасно. Чтобы посетители не пугались…

– Вы уже открылись?

Лекса стремительно вскочила, чуть не уронив стул. Первый посетитель! Ура! Надо… А что надо? У них ещё ничего нет! Ах как жалко! Нет, надо обязательно что-нибудь придумать! И где этот проклятый варвар?!

Элегантный молодой человек с вычурно уложенной надо лбом чёлкой постучал тросточкой по двери. Улыбнулся. Оглядел залу. Ах, как он одет! Прелестная мода в Танкеме на приталенный камзол и накрахмаленное жабо! А какие туфли лакированные! В них вся таверна отражается! Надо обязательно ввести моду на лакированную обувь в Эридане!

– Добрый день! Проходите, пожалуйста! – Лекса подумала и изобразила лёгкий книксен – не слишком, впрочем, прогибаясь. Всё же она принцесса, хоть и хозяйка коммерции! – Желаете освежиться или отобедать? Быть может, вам нужна комната?

Тёмные глаза весело блеснули, и молодой человек фыркнул:

– Комната? А ты уже убрала в комнатах, Лекса, чтобы предлагать постояльцам?

Она распахнула глаза, внезапно находя знакомые черты в этом гладко выбритом лице, и спросила, чувствуя себя полной дурой:

– Вик, это ты?

– Не Вик, будь любезна, а Виктор Блаугардский!

– Виуз, я брежу! – с восторгом прошептала Лекса, подходя. Обогнула этого нового Вика, обошла полностью, любуясь на стать, и продолжила: – Ну, вот это я понимаю! Это уже похоже на владельца таверны!

– А как теперь в таком виде… – он огляделся. Вид сияющей таверны обескуражил его. Вик поднял взгляд на потолок: – Как комнаты в порядок приводить?

– У меня есть заклинание, чтобы чистить одежду! – Лекса захлопала в ладоши. – Так хочется наконец применить его!

– Милорд варвар, если ты не забыл, то мы купили ещё один комплект, попроще, – любуясь подточенными коготками на лапке, заметил Пашка.

– О, отлично! – с воодушевлением сказала Лекса. – Тогда переодевайся и пойдём наверх. Скоро вечер, надо приготовить хотя бы две комнаты, чтобы было, где спать!

– А разве мы не отпразднуем… – начал было Вик, всё ещё на волне эйфории, но она строго перебила его:

– Я заказала доставку мебели и мастера по наладке технике. Всё это прибудет через несколько часов. А потом привезут кое-какие продукты. До этого нам надо убрать хотя бы две комнаты, понятно?

– Пф, могла бы и подольше повосторгаться, – обиделся Вик. Лекса привстала на цыпочки и чмокнула его в щёку:

– Я обязательно повосторгаюсь, но позже! Договорились?

– Ладно.

Он размяк, сдался и позволил вплыть в таверну большому бумажному пакету. Лекса с удивлением рассмотрела покупки, которые оказались в нём, и подняла бровь:

– Вот это вот всё было совершенно необходимо для одного мужчины?

– Продавец нас уверил, что да, – пожал плечами Вик, сбрасывая камзол.

Лекса смотрела на него большими глазами:

– Ты собираешься переодеваться ЗДЕСЬ?

– А где?

– Ну я не знаю… Найди себе уголок!

– Ты что, никогда не видела мужчину голышом?

– Фу, мерзость какая! – возмутилась Лекса. – Как тебе не стыдно об этом говорить?!

– Стыдно, когда видно, – буркнул Вик, отворачиваясь и стаскивая отутюженные брюки.

Лекса насторожилась. Эту фразу иногда говорила матушка. Откуда этому пусть и приодевшемуся, но всё ещё дикому варвару из неприсоединившегося мира знать такие слова, причём не на общемировом языке, а на матушкином родном?!

Но тут Вик сверкнул голым задом, и у Лексы перехватило дыхание. Она сразу забыла о непонятном явлении, покраснела, залившись жаром, побледнела в один миг и резко отвернулась. Сдавленным голосом пробормотала:

– Я пойду наверх! А ты… потом… тоже… это…

Поднявшись по крепкой, но узкой лестнице, Лекса остановилась на балюстраде, с которой был виден весь зал, и прижалась спиной к стене. Закрыв глаза, вызвала в памяти крепкие ягодицы варвара и снова покраснела. Разве можно так смущать невинную девицу? Что бы сказала матушка…

О том, что бы сказал отец, Лекса старалась не думать. Она похлопала себя по щекам, чтобы согнать краску, и на выдохе распахнула первую попавшуюся дверь.

Вдохнула, унимая слишком быстро стучавшее сердце, и улыбнулась. Слава Виузу, комнаты в порядке! А вот в этой она бы с удовольствием поселилась! Прекрасная комната, обставленная добротной старинной мебелью, с ковром на полу и большим шкафом. Умывальный столик, а на нём очень милый кувшинчик и фарфоровый тазик с рисунком по краю… Кровать широкая и солидная, только простыни сменить, покрывало почистить… И можно заносить вещи.

Решено.

А Вик сам себе комнату выберет.

* * *

Через пару часов работы Лекса чувствовала себя выжатой, как лимон. Магия прекрасна, но она утомляет: не физически, а духовно. Особенно, когда ты не практикуешь её постоянно, не упражняешься каждый день… Лекса утешала себя тем, что не надо будет убираться вот так постоянно. Только в первый раз, а потом поддерживать. Так говорила старшая горничная дворца, Вилес. Ей можно верить…

Вик тоже прилежно трудился наверху. Ну как прилежно… Варвару не хотелось махать метлой. Поэтому он сосредоточенно управлял щётками и тряпочками на расстоянии. Янтарная кровь, подаренная родителями, позволяла не слишком напрягаться физически. А вот над мыслями она была не властна.

Почему бесов член так реагирует на Лексу?

Разве не видел он раньше девок, не прижимал их к груди, не выпрыгивал из-за кустов в реку, когда девицы купались голышом? И груди их были податливыми, а крики притворными, когда Вик успевал сорвать поцелуй с мокрых губ. Видел он и зажатых скромняшек жеренто, которые и взгляд лишний боятся бросить на мужчину, и говорить стыдятся чуть громче шёпота… Так называемые аристократки!

А Лекса… Она совсем другая! Тонкий стан, затянутый корсетом, хрупкие руки, длинные пальцы – леди, ничего не скажешь. А вот по характеру совсем другая. Скажет приятность, улыбнётся мило – и как зарядит сковородкой, аж в башке зазвенит!

Куда только её родители смотрят! А ведь императорская чета… Вырастили на розовом кусте колючку! Но такую сладкую! Как разговаривать с ней и не думать о её груди? А главное: куда прятать член?

Вик выбрал для себя самую дальнюю комнату от той, что заняла Лекса. Так ему будет спокойнее. Маленькая, но уютная, комнатка напоминала ему ту, что была его в замке отца. Только здесь было окно побольше и кровать пошире. Но в замке всё равно было веселее. Вик рос с братьями и сестрой, однако она была совсем маленькая, последыш и любимица матушки. Вик терпеть не мог её слёзы и капризы, поэтому держался от девчонки подальше. И вот, встретив Лексу, понял, что совершенно не знает, как обращаться с девушкой.

Он оставил ей честь принимать продукты, бокалы и мебель, которую она заказала по магическому каталогу, и самолично выдраил половину комнат. А потом почувствовал такую сильную усталость, что смог лишь спуститься задать корм Зике и вернуться к себе.

Упал на кровать и ощутил, как сон обволакивает его мягким покрывалом, как будто матушка коснулась губами чела и отошла. Забылся сразу, смежив тяжёлые веки, и только улыбнулся напоследок, вспомнив сегодняшнее преображение. Видел бы его отец… Убил бы…

А вот потом Вику приснилось что-то очень неприятное. То ли змеи, то ли крысы – зверьки кусали его по всему телу, да так остро и больно, что Вик махал кинжалом, пытаясь убить их всех, а потом разъярился и от этого проснулся. Вскочил в постели и огляделся. Темнота вокруг, свеча потухла, ставни закрыты… Никаких зверей! А кусается! Кто кусается?

Вик выругался по-варварски и щёлкнул пальцами. Зажёгся сияющий шар, осветив комнату. Вик задрал рубаху и почесался. Красные пятна на коже – будто укусы. А кто кусал-то? Откинув одеяло, он не обнаружил ровным счётом никого. И ничего. Только пятнышки на простыне. Наклонившись, Вик присмотрелся и заметил несколько насекомых, которые ползли по белой ткани. И снова ощутил укус.

Это не блохи!

Блохи человека не кусают, а на животных их можно уничтожить полынью. Может и этих можно? Но где взять полынь посреди ночи.

Ай! Ещё укус!

Вик вскочил с кровати, срывая с себя рубаху, и принялся лихорадочно обтряхивать невидимых насекомых, даже волосы поворошил. Но зуд не проходил, перекинулся на всё тело, заставляя его прыгать на месте, как умалишённого. В конце концов, Вик не выдержал и выскочил из комнаты, прошлёпал по коридору и вломился в дверь Лексы:

– Эй, принцессочка! Меня жрут в этой таверне!

Она подскочила в постели и уставилась на Вика чёрными полукружьями маски. Потом спохватилась и сорвала её:

– Что?

– Кусают! – он ткнул в свой живот, а потом посмотрел на Лексу. Та пялилась, но совсем не на живот, а ниже. Вик спохватился и отвернулся, проклиная на чём свет стоит свой неутомимый отросток. Лекса спросила своим милым голоском:

– Прости, пожалуйста, не мог бы ты выйти и одеться?

– Не мог бы, – буркнул он, оглядываясь. Схватил первую попавшуюся одёжку и прикрыл срам, снова обернулся к Лексе: – Жрут какие-то букашки!

– Блохи, – зевнула принцессочка. – Ты взял мой любимый халат! Положи его на место и иди спать.

– Я не могу! В моей постели насекомые! Я не могу их уничтожить – разве что сжечь половину таверны!

– Нет, нет! Это не выход!

Наконец-то на её лице появилась эмоция – страх! Вик скорчил гримасу:

– А что мне ещё делать? Уничтожь их ты!

– Я не могу, – зевнула Лекса и снова улеглась на подушку, закрывая глаза. – Я о-очень устала… Давай завтра.

– А где же я сегодня?

– Не знаю… Ложись сюда, – она вяло шлёпнула ладошкой по одеялу рядом. – Только подальше от меня, понял?

Вик сглотнул слюну и подавился ею:

– Куда?

– Сюда. Всё, не буди меня… Магия такая утомительная…

Вик колебался ровно секунду. Отбросив халат, нырнул под одеяло к самой красивой девушке в мире. Во всех мирах! Главное, не касаться её, случайно не тронуть! Иначе он не выдержит, набросится и…

Нагретое желанным телом одеяло пахло отчего-то тёплым песком. Вик завернулся, лёг поудобнее и закрыл глаза. Но непонятно как они всё равно видели Лексу, её золотистые кудри, разметавшиеся по подушке, нежный пушок на её щеке, маленькое ушко с круглой мочкой… Как же хочется тронуть его, поцеловать, скользнуть губами к губам и увидеть удивление в серых глазах…

И тут…

Грохот, звон, с перекатами и переливами какой-то посуды заставил обоих владельцев таверны подскочить в кровати. Лекса глянула на Вика, и он увидел в её глаза не удивление, а недоумение. И страх.

– Ты тоже слышал? – шёпотом спросила она. Вик кивнул. Бесы, кинжал остался в комнате!

– Я пойду посмотрю, кто там, – стиснув зубы, ответил он и встал. Завернулся в цветастый шлафрок и решительным шагом вышел за дверь.

Магический шар возник в воздухе по щелчку пальцев и, потрескивая, поплыл рядом, освещая путь. Спустившись по лестнице, Вик сгруппировался, прищурился, чтобы лучше видеть боковым зрением. Ожидая нападения, осторожно огляделся. Услышал громкий шёпот:

– Ну, что там?

– Лекса, иди наверх, – шикнул и послал шар осветить помещение.

– Ой, там это! Следы!

На полу кто-то рассыпал муку. И в ней Вик увидел отчётливые следы босых ног.

Мужских босых ног.