42

Тай

Свадьба прошла, я выдохнул с облегчением. Не люблю я всю эту показуху. Тем более Мир и Карина явно не влюбленная парочка. Но статус обязывает. Когда в богатых семьях идет слияние, то об этом должен знать весь мир. Все напоказ.

Единственное, что мне понравилось во всем этом фарсе, — время с Эльзой. Черт возьми, эта девчонка когда-нибудь станет моей погибелью. Такое чувство, что я гнал на запредельной скорости и со всей силы врезался в нее. Раньше она была просто навязчивой идеей, одержимостью, но сейчас стала смыслом жизни.

Мне впервые в жизни нравилось просто говорить с девушкой, не трахаясь! Это делает меня каблуком? На острове мы остались на неделю, и на вторые сутки у льдинки началась менструация.

Эльза лежала на кровати в позе эмбриона и тяжело дышала. Я, когда увидел ее в такой позе, весь похолодел. Мне показалось, что ее кто-то обидел или еще что-то.

— Что случилось? — подошел к ней и сел на корточки, убрал прилипшие пряди от ее лица.

Она была такой бледной. Сердце в грудной клетке превратилось в фарш от силы ударов.

— Все нормально, — произнесла она хриплым голосом, и ее лицо скривилось от боли.

Блть!

— Что происходит? Где болит? Тебе нужно в больницу! — сука, я чувствовал, как по телу прошла крупная дрожь.

Мне хотелось, чтобы профессионалы сказали, что все с ней нормально!

— Мне не нужно в больницу, Тай, — сказала она тихо, ее голубые глаза смотрели на меня серьезно. — Мне нужны мороженое, чипсы, газировка и какая-нибудь мелодрама.

И тут я конкретно охренел и запутался.

Видимо, на моем лице отразился весь этот спектр эмоций, потому что Эльза засмеялась и тут же схватилась за живот.

— Ох. Я не умираю, у меня менструация, — сказала она.

— Менструация? — тупо повторил я.

Она закатила глаза.

— Месячные, красные дни календаря, эти дни.

— Я понял.

— А по твоему виду и не скажешь, — хмыкает она.

Я еще несколько секунд стою в домике, а потом выхожу. Нашел администратора и сказал, что мне нужно мороженое, чипсы, газировка и обезболивающее. Не задавая вопросов, он пошел исполнять мои поручения. Я залез в интернет, чтобы посмотреть, что помогает снять боль…

Мне будут сниться кошмары после некоторых статей.

Через полчаса я вернулся в бунгало.

Эльза смотрела на меня с подозрением, когда я шел к ней. Поставил на пол два огромных пакета и стал доставать оттуда вещи.

— Все, что тебе нужно. Несколько видов мороженого и всякой дряни. А еще вот, — я достал из пачки обезболивающие таблетки и протянул ей. — Выпей, станет легче.

Супруга без вопросов взяла таблетки и выпила их, даже не спросила, не пытаюсь ли я ее отравить. Прогресс.

— А теперь подними футболку, — приказываю я.

— Боже мой, Тай! Я не собираюсь с тобой спать, мне больно, понимаешь? — говорит она, сверкая глазами.

— Я не собираюсь трахать тебя, — рычу в ответ. — Я купил тебе гребаную грелку, в интернете пишут, что она помогает снять боль и спазмы.

Блть, неужели она думала, что я воспользуюсь ею в таком состоянии.

Я стискиваю зубы и читаю инструкцию, как эта херня крепится к животу. Эльза молча задирает футболку, а я прикладываю одноразовую грелку. Чувствую взгляд девушки на себе. Встречаемся глазами.

— Спасибо, — говорит она. — Ты такой милый и заботливый, аж тошно.

Я смеюсь и целую ее в лоб. А потом ложусь рядом, двигаю ее к себе, чтобы на грудь мне легла, а сам включаю телевизор.

— Какой фильм хочешь посмотреть?

Эльза опирается на руку, чтобы лучше рассмотреть меня. На ее лице застыл шок.

— Ты собираешься лежать со мной и смотреть фильм? Ты же знаешь, что я не умираю.

— И в болезни, и в радости, льдинка. Так какой фильм?

— Я не хочу смотреть фильм, — говорит она, кладя голову обратно мне на грудь. — Расскажи мне о своей маме, — просит жена.

Мое сердце начинает биться быстрее. Перед глазами образ матери. Боль потери вспарывает грудную клетку.

— Что ты хочешь знать?

— С чем она у тебя ассоциируется?

— С едой, — улыбаюсь я. — Она всегда готовила для нас. И каждому его любимое блюдо. В детстве я обожал ее кукурузные лепешки. Она начиняла их овощами, мясом. Вкуснее я ничего не ел.

И я сам не замечаю, как начал рассказывать ей о маме. Она была поистине потрясающей и сильной женщиной, с огромным сердцем, полным любви.

— Она была потрясающей женщиной, — говорит Эльза обнимая меня.

— Да. Она бы тебя полюбила.

— Думаешь? — тут же вскидывает голову.

— У меня нет в этом сомнений.

Мы вернулись домой с кучей подарков для Евы и других детей. Малая была в восторге, что мы вернулись. Такая она прикольная. Я смотрел на льдинку и Еву, и меня просто оглушило мыслью, что я хочу еще одного ребенка. Я так ярко представил образ Эльзы с животом. Она меня точно кастрирует, если я расскажу об этом.

​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​Вечером того же дня супруга приготовила для меня подгоревшие кукурузные лепешки с начинкой. Клянусь, у меня ком вырос в горле, мешающий говорить.

— Я понимаю, что это не лепешки твоей мамы. Но мне захотелось их приготовить для тебя, — она мило покраснела.

Блть, кажется, у меня проблемы. Я пздц как врезался. Насмерть. Пульса нет.

Прошла неделя, за ней другая. Все шло спокойно и без происшествий. Я нашел классный дом, куда в следующем месяце планирую перевести Эльзу и Еву. Думаю, они будут в восторге. Посмотрите на меня. Примерный семьянин.

— Ты улыбаешься как маньяк, — говорит Миран.

Мы ехали на встречу к Юрию Денисову, новоиспеченному родственнику. Два контейнера с нашим грузом недавно “пропали” у него в порту. Мы решили лично проследить за этой ситуацией, чтобы он не думал, что последствий не будет.

— Отвали, — показал ему средний палец.

Водитель оставил нас у офиса, мы с братом поднялись на нужный этаж и сразу пошли к Денисову в офис, не обращая внимания на верещавшую секретаршу. Он уже знает, что мы здесь.

— Миран, Таймас, рад вас видеть, — расплылся Денисов в улыбке.

— Кажется, у нас проблемы, “дорогой” тесть, — выплюнул брат.

— Нашел наш товар? — вступил в разговор я.

— Если бы вы предупредили, что придете, я бы отменил все встречи, — говорит он с наигранным сочувствием. — А так у меня уже идет встреча. Вы хорошо знакомы, верно?

Мы оба поворачиваемся в другую сторону и видим, что в кресле у бара сидит мужчина. Перед глазами красная пелена. Я хочу крови.

Там сидит Олег Ларский. Отец Эльзы.