Глава 19

События последних дней снежным комом пронеслись в моей голове. Случай на Унгари, кошачьи глаза подруги, признание Алекса, представление с радугой и, наконец, история о Хранителях. Ладно, начнем по порядку. Алекс – оборотень, я влюблена в него. Кира – ведьма, она тоже дорога мне. Эти двое как противоборствующие лагеря: один хочет помешать мне стать Хранителем, а другая, наоборот, подталкивает. Очевидно, они не договорятся, значит, придется выбирать самой. Но я не смогу. Тогда посмотрим с другой стороны. Азаров любит меня и боится перемен, которые могут произойти в моем сердце. Но это невозможно! Мои чувства не иллюзия! Он очень дорог мне. Я родилась человеком, мое сердце – моя основа. Оно как ствол дерева, от которого растут ветви-чувства. Этот ствол могучий, сильный. Срубишь его – дерево погибнет. Выходит, если убить мое сердце, заставить его забыть, замолчать, я тоже исчезну. Какой же тогда из меня Хранитель? Любое существо без сердца и души – пустой сосуд. Разве может пустота защищать? Зачем охранять ей кого-то, если она ни в ком не нуждается? Берегут то, что любят, а любовь – это сердце, и в моем – Алекс! Значит, надо убедить Азарова в безопасности моего перевоплощения. Я накрутила на палец локон и повернулась на правый бок. Теперь Кира. Она боится, что какой-то Марк причинит мне вред. Алекс тоже этого боится. Стало быть, надо придумать вместе, как справиться с Марком. Оказывается, все очень просто. Что там еще? Ах да, мне действительно надо остаться здесь и научиться управлять… или создавать… или что я забыла? В общем, стать сильнее. Тогда не придется выбирать. Я не потеряю дружбу и сохраню любовь! Обрадовавшись такому легкому решению, я села и захлопала в ладоши. – Какая молодец! – послышался писклявый голосок, похожий на высокочастотное жужжание. – Как говорится, и волки сыты, и овцы целы! – Кто здесь? – я огляделась, не веря собственным ушам. – Кто зздесь, что со мной… – кривлялся фальцет. – Лучше бы поесть дала. Я застыла, пытаясь уловить, откуда доносится таинственное брюзжание. – Что смотришь? Раззвалилась тут… – не успокаивался голос. Звуки доносились снизу. Я живо спрыгнула, встала на четвереньки и заглянула в щель между диваном и полом. На меня таращилось безобразное существо. Я взвизгнула и мигом заскочила обратно. «Наверное, сознание не справилось со всей новой информацией, и мне это попросту мерещится», – попыталась я успокоить себя. – Даже не надейся! Лучше прояви должное уважение! Почему все людишки одинаково реагируют на наше появление? Еще тапок воззьми, бесстыжая! – Бесстыжая?! – возмутилась я и уставилась на мелкое создание, которое выползло из-под дивана и встало напротив. Его тельце цвета мокрой земли размером не превышало небольшую сливу. Усы напоминали тараканьи, только чуть короче. Своим видом мой удивительный собеседник напоминал жука и вызывал желание отвернуться. – Ты кто? – спросила я и удивилась абсурдности ситуации. Разве насекомые умеют разговаривать? – Зздрасьте. Мы говорим с рождения в отличие от вас, о венцы творения! – съязвил он и омерзительно хохотнул. – По крайней мере, у нас нет таких отвратительных усов! – А мы не думаем сутками, куда деть беззобразные пакли на голове. – Зато у нас длинные и ровные ноги, а не крошечные закорючки. – Но у нас их шесть, и они помогают нам бесшумно бегать по вашим волосам! – огрызнулся тот. Представив эту картину, я захотела тут же прихлопнуть его. – Ха-ха, напугала! Догони сначала! Я постаралась взять себя в руки. Разве может какой-то мелкий жук вывести меня из равновесия? Пусть болтает, что ему вздумается, он всего лишь насекомое. – Гордость выеззжает верхом, а воззвращается пешком! – перебила мои рассуждения букашка. – Ладно, раз такой умный, то, может, у тебя и имя есть? – Конечно! – быстро зашевелил усиками болтливый жук. – Ззови меня Василием Васильевичем! – Васька? Ну что ж, Васька, дуй-ка ты отсюда подобру-поздорову. А мне спать пора. – Это ж надо! Не уззнала цели моего визита, а уже ззевает! Я внимательно рассматривала его, вытянувшись на диване и подперев рукой висок. Теперь странное создание не казалось безобразным. Его крылья на спинке были твердыми и блестящими, как у майского жука, а маленькие ножки не торчали из-под тельца, как у других насекомых. Василий Васильевич напоминал переливающуюся темно-коричневую каплю. – Хорошо, рассказывай, зачем явился? – Спасибо зза сравнение, конечно, хотя меня это и обижает. Капля бездушна, а я высокоинтеллектуальный жук, который умеет читать мысли. Вообще-то, я зздесь хозяин. А в гостях, как говорится, воля хозяйская. Предлагаю стать напарниками в борьбе со вселенским ззлом и, как это у вас водится, спасти планету. – Послушай, Васька, давай продолжим завтра, а то моя голова сейчас лопнет от происходящего. И кстати, мы хотя бы не ззуззым, а стараемся четко выговаривать буквы. – Это моя особенность, я горжусь ей. А у тебя отвратительный ззапах. Это жасмин? Слова о жасмине всколыхнули воспоминания об Алексе. – Не суйся в волки, коли хвост телкин! – выдал жук очередную поговорку. Я закрыла уши, но противный голос надрывался дальше: – Кобыла с волком тягалась – только хвост да грива осталась! Овца волку друг, брат, шерсть и мясо! Наконец я не выдержала и ответила: – Эка пасть – хоть бы ей пропасть! – потом схватила лежащее на полу яблоко и замахнулась в его сторону. – Ладно, ладно, молчу. Достала своими угроззами, высшая ступень эволюции! – фыркнул жук и уполз под диван. На всякий случай проверив волосы, в которых светилась волшебная синяя лента, я отвернулась и попыталась уснуть. День сегодня выдался тем еще подарочком. Оказывается, не так уж страшно общаться с оборотнями, превращаться в Хранителя и разговаривать с насекомыми… – Лана! – раздался громкий шепот. – Сказала же, проваливай. Но жук, набравшись наглости, все-таки прикоснулся к волосам. Я резко обернулась и вскрикнула от удивления: – Алекс?! Тебе же сюда нельзя! В следующий момент он приложил палец к губам и чуть слышно сказал: – Любимая, я за тобой. Его взгляд светился радостью. Я тоже улыбнулась, но все-таки попыталась собрать остатки здравого смысла. – Но… я не могу, я должна остаться. Он внимательно посмотрел в мои глаза, покачал головой и взял меня на руки. –Ты ничего им не должна! – безапелляционно заявил Азаров и направился к выходу. Прижимая меня к груди, Алекс подошел к лестнице. – Оставь ее! – Белов преградил нам путь, словно выпав из люка. – Сейчас же! – Уйди… – прорычал Азаров и сделал шаг назад, озираясь по сторонам. – Ты не посмеешь нарушить договор! – Юрка не сводил напряженного взгляда со своего противника. Его ноздри раздувались с каждым выдохом, как у коня во время забега. – Хочешь попробовать?! Алекс отскочил в другой конец бункера и, положив меня на пол, загородил диваном. – Закрой глаза и не двигайся! – скомандовал он. Ага, как же! Замирая от страха, я выглянула из-за укрытия. В это мгновение Юрка высоко подпрыгнул, перевернулся в воздухе и приземлился на четвереньки. Он быстро завертел головой, словно его что-то корежило изнутри. Белов вздрагивал, как в предсмертных конвульсиях, при этом мускулы на оголенных плечах и торсе стягивались и растягивались, как резиновые. Неестественно вскидывая конечности, он подался в нашу сторону. Послышался глухой звук, похожий на перелом палки о колено, и кожа Юрки начала плавиться и срываться, обнажая жилы и куски мяса. Теперь это и кожей-то нельзя было назвать. Мохнатая рыжая шерсть покрывала огромное чудовище, похожее на тигра, только раза в три больше лесной кошки. Жуткий свирепый рык прокатился по логову. Тигр взмахнул мощной лапой и отшвырнул Алекса. В воздухе повисла пыль от разрушенных стен. Сквозь серую пелену я видела лишь тени грозного хищника и человека, схлестнувшихся в дикой схватке. Рев. Хрип. Треск. – Алекс, перевоплощайся! – попыталась крикнуть я, но смесь адреналина и паники сдавили горло. – Попробуй ззажечь свечи! – раздался писк жука Василия прямо над ухом. – Подумай об этом и дунь на них! Тигр тем временем подмял под себя Алекса и разинул дьявольскую пасть. Я сосредоточилась, набрала в легкие воздух и что есть мочи дунула на свечи. Яркая вспышка взорвала помещение, лишив возможности видеть. Уже проваливаясь в забвение, я заметила острие ножа в руке Азарова.