Глава 4

Вот так раз… Значит, мой план провалился. И что теперь делать? Я огляделась. Разбитые напольные вазы, которыми я тщетно пыталась разрушить стеклянные стены, валялись на темном паркете. После безрезультатных попыток открыть двери, мое внимание привлек огромный камин в дальнем углу зала, а точнее набор железных инструментов для розжига и поддержания огня. Схватив увесистую кочергу, я изо всех сил начала стучать по стенам, заполняя пространство глухими звуками небьющегося стекла. Разъяренная и растерянная, с криком: «Вот тебе княгиня и вот тебе трон!» я схватила какую-то саблю на камине и изодрала кожаную обивку тахты, затем снова попыталась разбить саблей стекла, но оружие сломалось. Довольная своим вандализмом, я огляделась. Ах да, еще деревянный камин с решетками остался нетронутым. – Любишь прекрасное? Получай! – с воплем я опять сцапала кочергу и начала крушить очаг оборотня, превращая его в бесполезные щепки. Наконец-то, приведя просторный зал в скопище руин и хлама, я села в угол. Ну почему у меня ничего не получилось?! Как теперь спасти Алекса и что делать с безумным вожаком? Понимая, что от меня ничего не зависит, я обхватила руками колени и заплакала. Я не заметила, как уснула, а когда открыла глаза… прямо передо мной сидел на корточках и загадочно улыбался Марк. Я старалась не смотреть на него, хотя быстрым и острым, как у фотографа, взглядом отметила, что он неплох собой. Вожак волчьей стаи был похож на молодого Джерарда Батлера. – У тебя вздорный характер и недюжинная сила. Думаю, людям страшно оставаться наедине с такой энергичной натурой. Еще могу понять тахту, но камин тут при чем? – довольный прищуренный взгляд был прикован к моему лицу. – Признаюсь, ты меня удивляешь и, если честно, мне это нравится. Сейчас я возьму тебя на руки, чтобы перенести в другую комнату. В этой нет живого места – везде осколки, которые поранят твои ноги. Так что будь добра, не визжи как полоумная, я в миллион раз сильнее. Если почувствую твои содрогания, могу не сдержаться. Поверь, мне сложно выполнять обещание… Вожак положил меня на плечо и вышел из зала. – Наверное, переживаешь, что твой план провалился? – спросил он, усаживая меня на широкую белую кровать, которую обрамляли шифоновые балдахины. – Моя затея тоже рухнула. Твоя подруга оказалась сильнее. Ей удалось спасти жалкого болвана. Племянник ушел вместе с ней. Так что мы с тобой товарищи по неудачным замыслам, – Марк мило улыбнулся. – Кстати, это твоя спальня. В этот момент я ринулась к двери, но вожак схватил меня за руку и вернул на кровать. – Не спеши убегать. Здесь ты можешь чувствовать себя в безопасности. Я же обещал. И еще, будь добра, переоденься, – он кивнул на кровать, где была разложена одежда, – через два часа улетаем. Он обещал тебе остров, я же положу к твоим ногам весь мир, – уверенно произнес Марк и закрыл за собой дверь. «Странно… – думала я, рассматривая светло-голубую комнату, на потолке которой висела огромная люстра с изящными хрустальными подвесками. – Откуда этот сумасшедший узнал об острове и с кем он меня путает?» – Со своей бывшей! – пропищал жук, перебегая ко мне от входных дверей. – А про остров – от Аззарова. – Васька! – ахнула я и подхватила его на руки. – Где ты пропадал? – Зздрасьте, – зашевелил он усами, – а кто вытряхнул меня из капюшона на парковке? – Ой… Больно ударился? – Да уж… Ну что? Ззалетела ворона в царские хоромы: почету много, а полету нет… Прямо для тебя придумали. Как тебе новый теремок? – Издеваешься? У меня был дурацкий план. Этот… – я кивнула в сторону дверей, – совершенно не боится нас с Кирой. Он что-то сделал с Алексом… – в носу сильно защипало, когда я вспомнила стеклянные глаза Азарова. – Не переживай. Алекс жив, я видел встречу оборотней. После нее Марк был в ярости. Он превззошел даже мои ззнания русского мата. Сразу чувствуется опыт и ззакалка. Не пойму, чего ты опять страдаешь? По-моему, он неплохая ззамена своему племяннику. Образзованный, сильный, богатый… – Если не замолчишь, раздавлю! Лучше скажи, как улизнуть отсюда и где теперь искать Киру с Алексом? – я положила жука на пол. – Ладно, сделаю вид, что съел обиду. Соболино одеяльце в ногах, да потонули подушки в слеззах… Где подруга – не ззнаю, а выйти из логова – это можно попробовать. Только что будешь делать дальше? Он по ззапаху найдет тебя. – Значит, надо спрятать запах. Никогда не думала, что масло для кожи имеет такой стойкий аромат. Так, – я еще раз оглядела просторную спальню, – посмотри, что за голубая дверь в углу, а я прикину, на что можно сменить мой балахон. – Это ванная, – доложил Василий. – Как долго собираешься принимать водные процедуры? Может, останемся до ужина? – Растопчу, – пригрозила я кулаком и скрылась за дверью. От белоснежного великолепия ванной комнаты, украшенной камнями цвета сапфира, у меня захватило дух. В просторном светлом помещении размером с мою городскую квартиру все сверкало и кричало о богатстве ее владельца. Огромный бассейн джакузи на синих стеклянных ножках соблазнительно манил, приглашая расслабиться и остаться в нем навсегда. Стыдясь собственных мыслей, я быстро вошла в душ. Затем, отражаясь в полный рост в огромном зеркале, вытерлась пушистым махровым полотенцем, которое вмиг впитало влагу с волос. Чтобы окончательно перебить жасминовый аромат, я взяла с хрустальной синей полки флакон мужского одеколона и обильно полила им голову. «Живут же оборотни…» – проскочила в голове мысль, когда я снова оказалась в голубой спальне. Кушетка, диванчик, несколько резных стульев из белого дерева с шелковой голубой обивкой, белый секретер, маленький туалетный столик, комод с волнистыми лаковыми фасадами – вся мебель источала роскошь и благолепие. Множество зеркал и картин в серебряных рамках поражали изысканностью и дороговизной. Единственным предметом, не вписывающимся в этот помпезный стиль, было старое зеленое кресло в дальнем углу. – С легким паром! – пожелал сидящий в шкафу жук. – Смотри, какая красота. Я распахнула двери шифоньера, который находился за голубой переносной ширмой с китайским пейзажем, и увидела белоснежный полушубок. Его мех был настолько пышным и густым, что рука сама потянулась к прекрасной вещи. Я прижалась щекой к мягкому меху и поймала себя на мысли, что стыжусь этой женской слабости. – Это соболь, редчайшая порода, впервые вижу такой мех, – восхищался жук. – Даже не надейся! Ни за что не надену! – ответила я Василию, хотя прекрасно понимала, что слова предназначались самой себе. Невозможно было отказаться от такого полушубка! Со вздохом я повесила его обратно и натянула джинсы с синим свитером, которые лежали на кровати. Меховые угги, стоящие около дверей, пришлись впору. И откуда только вожак смог узнать мой размер?! – Куда идти? – я посмотрела на жука. – На улице минус сорок, как думаешь, насколько тебя хватит? – Я не чувствую холода. – Только когда на тебе балахон, но он в крови, а ее запах поможет оборотню найти тебя. «С другой стороны, будем считать это еще одним актом вандализма, – окунаясь в роскошь ослепительного полушубка, оправдывала я себя. – Должен же он заплатить за Алекса?» Я спрятала жука в карман и застегнула пуговицы. Стыд оцарапал душу острыми кошачьими коготками, но я не обратила на это внимания. – Что будем делать дальше? – Постучи в дверь. Когда охранник откроет, попытайся выскочить в коридор. Там по всему периметру горящие факелы. Что за глупость? На дворе двадцать первый век, а тигры и волки освещают помещения факелами! Может, экономят электричество? – Хорошо. Постараюсь раздуть огонь, но как мне выйти? Яркая вспышка ослепит и меня. – Зато я не реагирую на свет, так что слушай команды. А вот что делать на улице? – Сколько по времени длится вспышка? – Минут десять… – Значит, у меня будет десять минут после того, как я освещу последний факел? Жук утвердительно замахал усами. – На улице что-нибудь придумаю… Господи, помоги, – я перекрестилась, взяла бутылку виски на столике у входа и громко постучала в дверь. – Марк сейчас придет, я пошлю за ним, – послышался мужской голос. – Там кран прорвало, вода заливает… Три секунды тишины показались вечностью. Наконец высокий охранник нерешительно открыл дверь. Пытаясь произвести впечатление, я захлопала ресницами и широко улыбнулась: – Вы не поможете? Выпучив глаза, очарованный моим колдовским взглядом охранник вошел в спальню. – Да, к-конечно… В этот момент я встала на носочки и изо всех сил ударила его бутылкой по голове. – Зачем? – обескураженно спросил он, не реагируя на боль. – Я и так все для вас сделаю… – Ой! Извините, случайно вышло, – я растерянно посмотрела на оборотня, у которого из раны текла кровь. – Хватит кланяться, давай быстрее! – прожужжал Васька из кармана полушубка. Набрав полную грудь воздуха, я дунула на факелы. В ту же секунду все вокруг озарилось ярким неоновым светом, который вызвал слезы и боль в глазах. – Беги! Воззьмись зза лестничные перила, это винтовая лестница, ступени далеко друг от друга, осторожней! – командовал жук. – Стой! – послышался грозный голос Марка совсем рядом. В тот же миг горячая ладонь накрыла мою руку. Я выдернула ее и побежала еще быстрее, но через минуту поскользнулась и, пролетев все ступени, упала на каменный пол. – Ай! – вскрикнула я, чувствуя боль в щиколотке. – Дуй сильнее! Живо! – кричал Василий. Я снова наполнила легкие воздухом и с силой выдохнула. Даже через закрытые веки мои глаза озарились свечением. – Беги вперед… теперь направо… стой! Налево… направо… Наш путь освещали яркие огненные вспышки, которые, словно по цепочке, передавали друг другу эстафету световых всплесков. Взобравшись на четвереньках по крутой узкой лестнице, я оказалась на кухне бара и услышала шум приближающихся шагов. – Зздесь нет факелов, но и людей тоже нет, можешь открыть глазза и бежать что есть мочи! – завизжал жук-поводырь. Я давно их открыла. Не знаю, как это произошло, но мои глаза словно привыкли к яркому свету, и несколько минут мне удалось пробежать под заревом огня, не закрывая их. Проскочив кухонную зону, я очутилась в зале для отдыха. Здесь никого не было. Заметив входную дверь у противоположной стены, я бросилась к ней. Ноги начали скользить на площадке танцпола. Я пошатнулась и снова упала. Передвигаясь по-пластунски, доползла до широких столов и попыталась подняться. В этот момент чья-то рука снова схватила меня за щиколотку. – А-ай, больно! Крик заставил ослабить чужую хватку и дал мне шанс подняться на ноги. В следующую минуту я бежала мимо столов, скидывая с них стулья, а за мной росла баррикада из поваленной мебели. Наконец я добралась до дверей, распахнула послушные створки и выскочила на улицу. – Беги к парковке, не останавливайся! – командовал Василий из кармана. Солнечный свет ослепил глаза, но я уже не обращала внимания ни на него, ни на больную ногу, ни на тяжелое дыхание. Первое, что я увидела на открытой площадке, – это автомобиль. Судя по звукам, его двигатель был заведен. Не раздумывая ни секунды, я на всех порах подлетела к нему. Скрип задней двери – и вот я уже на сиденье из дерматина. – Умоляю, поехали! – выдохнула я, глядя через стекло на Марка. Он схватил стальную ручку дверцы жигулей и попытался ее открыть. Щелчок блокиратора замка пресек его намерение. – Милана! – крикнул он вслед машине, которая с невероятной скоростью устремилась прочь от волчьего логова.