Глава 12

Элис осталась одна, прикованная к стволу старого дуба. Каждое движение отзывалось треском натянутых нитей и резкой болью в затекшем плече: льдины сидели в древесине намертво, словно стальные копья.

«Ну и гад, — лихорадочно думала девушка, пытаясь хотя бы дотянуться пальцами до острой грани льда. — Спаситель, блин... Вызвал ливень, отжал золото у попа, а потом прибил к дереву в глухом лесу и свалил! Прекрасный рыцарь, ничего не скажешь!»

Неожиданно тишину чащи прорезал хруст.

В нескольких десятках шагов, глухо отозвавшись в застывшем воздухе, с треском сломалась сухая ветка. Затем раздался тяжелый шаг, наступающий на подмороженный наст.

Элис мгновенно замерла. Внутри всё похолодело. Сердце с размаху ударилось о рёбра и заколотилось в горле частым, паническим набатом. Она затаила дыхание, плотно прижавшись затылком к шершавой коре дуба и судорожно вслушиваясь в рассветный гул леса.

Шаги приближались. Напрягши слух, Элис поняла: через чащу прямо к её укрытию пробираются двое мужчин. Ветки хрустели всё ближе, слышалось тяжелое, сопящее дыхание и неторопливый, небрежный говор.

- Видел сам, говорю тебе! — проскрипел первый голос — писклявый, тонкий, с мерзким гнусавым прихлюпыванием. — Своими глазами засек, как он через южные ворота прошмыгнул! Сейчас по всему нижнему городу прошел сам Дракон! Я вот только одного не пойму, Джон: он за нашего Герцога играет или против? Чего он вообще приперся в наши трущобы?

Ему ответил второй голос — глубокий, раскатистый, грубый бас, от которого, казалось, вибрировала сама заснеженная земля:

- А ну поменьше чеши своим дырявым языком, Карл! Дракон — это змей. А змеи хитры и ядовиты от природы. Они никогда не бывают ни за кого, кроме самих себя. Запомни это своими скудными мозгами. В замке сейчас такая каша варится! Здесь явно что-то нечисто.

- Да мне в последнее время вообще всё чаще кажется, что нас дурят! — снова запищал гнусавый Карл. — И Герцог этот лысый, и колдуны эти рыжие. Наобещали золотых гор за службу, а сами...

- Помалкивай, дурак! — резко перебил его басовитый Джон. В его голосе прорезалась суровая, звериная угроза. — Заткни пасть, а не то не ровен час — и тебя найдут на свалке за ратушей точно так же, как вчера Питера нашли: без штанов, со сломанными пальцами да с полностью распоротым брюхом! Ха-ха-ха-ха!

Страшный, раскатистый хохот дородного разбойника эхом прокатился по замершим деревьям, заставив Элис сжаться в комок. Но на середине раскатистого смеха разбойник вдруг резко осекся. Послышался шорох взводимого самострела и вытаскиваемого из ножен металла.

- Тс-с-с... Замри, Карл, — неожиданно шёпотом пробасил Джон. — Смотри-ка, там, у дуба, кто-то есть!

Элис закрыла глаза, проклиная всё на свете. Шаги возобновились — теперь они звучали небрежно и быстро. Две тяжелые, грязные фигуры вынырнули из сизого тумана, огибая кусты крушины.

Первый — мелкий, горбатый мужичонка с сальными, свисающими сосульками волосами, одетый в рваную дубленку. Это был Карл. В руках он сжимал короткий, изъеденный ржавчиной топор. Второй — огромный, широкоплечий детина с перебитым носом, обрюзгшим лицом и густой, засаленной бородой, заткнувший за широкий кожаный пояс тяжелый охотничий нож и с самострелом в руке.

- О-о-о! — протяжно пропищал Карл, разглядев застывшую у ствола девушку. В его маленьких, крысиных глазках вспыхнул мерзкий, похотливый огонек. — Какая птичка нам попалась! Смотри-ка, Джон! А девка-то совсем не из простых простушек! Плащ-то на ней какой дорогой, темно-изумрудный, сукно явно из верхнего города. А под плащом-то, батюшки, почти ничего и нет! Сорочка одна тонкая! Во нам повезло!

- А тебе бы всё бабам под юбки заглядывать, щегол недорезанный, — тяжело пробасил Джон, оглядывая лес с подозрительной осторожностью. Было видно, что опытный головорез чувствует подвох.

- Не, ну а чё? Я ж молодой, мне всё интересно! — гнусаво ржал Карл, сделав шаг ближе и растягивая рот в гнилозубой ухмылке. — Видать, к любовнику в лесок бегала, да в ветках запуталась! Смотри, как застряла!

- Заткнись, дурак! Она нас слышала! — грозно перебил его Джон, шагнув вперед и нависнув над Элис своей тушей. — Наслышалась наших разговоров про Герцога и Питера! Вот о чем думай!

Карл на секунду задумчиво почесал грязный затылок, а потом снова оскалился:

- Ну-у-у... Так давай потом отрежем ей язычок под корень, чтоб никому ничего не рассказала! А че? Баба без языка — самая лучшая баба! И молчит, и ласковая!

- Заткнись, — сухо оборвал его старший бандит. В его глазах не было ни грамма пощады, лишь тупой привычный прагматизм убийцы. — Просто перережем ей глотку прямо сейчас, и дело с концом. А плащ я заберу себе — продадим барыге на базаре. Думаю, за такое сукно он отдаст не меньше трех серебряных монет.

Джон с сухим металлическим кликом вытянул из-за пояса массивный, широковатый нож с заостренным обухом. Смертоносное лезвие блеснуло в серых лучах наступающего утра.

Элис с немым ужасом смотрела на приближающееся лезвие. Мышцы затекли, горло пересохло так, что она не могла вымолвить ни звука, а ледяные колья намертво держали ее сорочку, превращая Элис в идеальную, неподвижную мишень. Бандит занес руку с ножом, уже прикидывая, куда лучше ткнуть.

- Не в этот раз, — прозвучал ровный, леденящий душу голос.

Звук этот не был громким, но от него по лесу пронеслась волна такого запредельного холода, что иней на ветвях мгновенно осыпался со стеклянным звоном.

Разбойники от неожиданности синхронно вздрогнули и резко обернулись.

За их спинами, буквально в трех шагах, не оставляя следов на свежем снегу, стоял Дракон. Его капюшон был откинут, огненно-рыжие волосы пылали в полумраке, а серые глаза смотрели на бандитов с пренебрежением, с каким человек смотрит на назойливых тараканов.

- Чертов колдун! — взревел было Джон, разворачиваясь с ножом.

Но Дракон даже не достал оружия. С ироничным, скучающим видом на бледном лице он медленно вытянул вперед обе руки и, повернув их ладонями к земле, произвел несколько плавных, пружинящих движений сверху вниз.

Пространство вокруг бандитов исказилось.

Заснеженная, замерзшая земля под ногами Джона и Карла вдруг с чавкающим, тошнотворным звуком превратилась в жидкое, бурлящее и кишащее серой гнилью месиво. Земля буквально разверзлась, превратившись в бездонное болото. Разбойники с дикими, испуганными выкриками мгновенно провалились по пояс.

- А-а-а-а! Черт! Что это?! Зараза! — заорал Карл, истерично барахтаясь и пытаясь зацепиться руками за края провала, но сухой наст крошился у него под пальцами.

- Колдовство! — взревел Джон, судорожно выгребая грязь и пытаясь выкарабкаться, но зыбучая почва затягивала их тела вниз с невероятной, неестественной скоростью.

Дракон брезгливо поморщился от этого визга, словно от писка надоедливой мухи, и небрежно щёлкнул пальцами правой руки.

Звук в лесу мгновенно пропал.

Вопли разбойников пресеклись на полуслове, словно им разом перерезали голосовые связки. На глазах у онемевшей от ужаса Элис зыбучая грязь с чавканьем затягивала двух беззвучно кричащих, панически машущих руками и вытаращивших глаза людей. Вот погрузился по грудь Карл, вот затянуло плечи Джона, вот над поверхностью остались лишь поднятые в немом молении кисти рук и, наконец, пузырь болотной тины лопнул, поглотив головорезов без остатка.

Прошло всего пару секунд. Дракон снова щёлкнул пальцами.

Разверзшаяся яма мгновенно сомкнулась. Почва затянулась, раскисшая грязь на глазах покрылась ровной, нетронутой коркой инея и свежего снега. О существовании двух разбойников не напоминало больше абсолютно ничего.

Закончив с этим, колдун снова повернулся к Элис и щёлкнул пальцами в третий раз.

* * *

Ледяные копья, удерживавшие девушку у дуба, со звонким хрустом разлетелись на тысячи мелких, острых как бритва осколков. Один из ледяных кристаллов пролетел по касательной и больно резанул Элис по левой щеке. На бледной коже мгновенно выступили алые капельки крови, но девушка этого даже не заметила.

Её бил непрерывный, мелкий озноб. То ли от пробирающего до костей лесного холода, то ли от дикого, парализующего страха перед стоящим рядом чудовищем в человеческом облике.

Дракон же, даже не взглянув на освобожденную, молча развернулся и быстрым шагом пошел по заснеженной тропе в сторону городских ворот.

Элис стояла секунд пять, судорожно хватая ртом холодный воздух. Рассудок твердил: беги в противоположную сторону! Но животный страх перед темными дебрями леса и оставшимися там тварями перевесил. Недолго думая, девушка подобрала подол плаща и на полной скорости припустила за колдуном вдогонку.

- Ты опять идешь за мной, — с ироничной констатацией факта проговорил Дракон, даже не оборачиваясь, когда запыхавшаяся Элис поравнялась с ним.

- Мне... мне просто страшно одной в этом чертовом лесу! — задыхаясь от бега и сжимая пробитый рукав, выкрикнула Элис. — Я пойду с тобой! Хотя бы до города!

Дракон едва слышно усмехнулся, скользнув по ней боковым, стальным взглядом:

- Маленькая овечка ищет защиты у хищного волка? Ты не боишься стать очередным жертвенным агнцем на моем столе?

- А я иду с тобой для того, чтобы другие, более мелкие и вонючие волки меня не сожрали! — огрызнулась Элис, вытирая рукавом ссадину на щеке.

Колдун внезапно остановился. Он повернулся к девушке и очень внимательно, вдумчиво посмотрел ей прямо в глаза, словно оценивая глубину её отчаяния и дерзости.

- Хорошо, — ровно произнес он. — Я доведу тебя до дверей таверны.

Уже начинало постепенно светать. Небо над крышами заспанного города окрасилось в бледный, пепельно-розовый цвет, когда они наконец подошли к знакомому деревянному крыльцу постоялого двора.

Элис, опередив мага на пару шагов, взбежала по ступеням и встала прямо перед массивной дверью, загородив собой путь в таверну. Она тяжело дышала, с вызовом глядя на колдуна:

- Ты всё знаешь обо мне. Я видела это по твоим глазам! Скажи мне прямо сейчас. Как мне вернуться обратно? Как вернуться домой?!

Дракон замер на нижней ступени. В его серых глазах на миг промелькнула странная, глубокая и тихая грусть, не вяжущаяся с его жестоким образом. Не отвечая ни слова, он поднял руку и с силой ударил ладонью по дверной створке.

Тяжелая дубовая дверь со скрежетом отворилась настежь. В полумраке зала сидели редкие, ранние посетители, а прямо у самого входа с тряпкой в руках замерла изумленная, разинувшая рот хозяйка.

- Иди, — тихо и непреклонно сказал Дракон, глядя на Элис. — Входи внутрь. Я скоро за тобой вернусь, моя овечка.

Он снова едва уловимо усмехнулся и, сделав шаг ближе, плавно провел прохладными пальцами по ее раненой щеке. В то же мгновение по коже Элис прошло мягкое, приятное тепло. Капельки крови исчезли, а глубокий шрам от ледяного осколка затянулся без остатка, не оставив даже малейшего следа.

Дракон развернулся и, не обернувшись больше ни разу, быстро зашагал по узкой улице в сторону возвышавшегося на холме мрачного замка.

- Так вот, значит, кто ваш таинственный гость, — ехидно, с затаенной злобой и испугом проговорила за спиной хозяйка таверны, уставившись на Элис.

У Элис от этого тона возникло мерзкое ощущение, будто ей прямо за шиворот насыпали жменю колючего, талого льда. По залу среди проснувшихся посетителей моментально пронесся шуршащий, опасный шепоток:

- Подружка Дракона!

- Смотри-ка, с колдуном путается.

- Ведьма точно.

Элис пробрал озноб. Не произнеся ни слова, она кинулась по лестнице на второй этаж, взлетела в свою комнату и захлопнула дверь.

Действовать нужно было мгновенно! Лихорадочно сбросив с себя вымазанную в лесной грязи сорочку и богатый плащ, привлекавшие слишком много внимания, она быстро переоделась в принесенные хозяйкой вещи: грубую, но прочную суконную юбку, тонкую шерстяную рубаху и темно-серый, плотный плащ.

Она схватила с кровати спасительный бубен, завязала на поясе тяжелый кошель с золотом и, проигнорировав парадную лестницу, бегом бросилась к узкому черному ходу. Выскочив через заднюю дверь на вонючий двор, Элис выбежала на соседнюю улицу.

«Надо валить отсюда, и чем быстрее, тем лучше! — панически бормотала она про себя, перепрыгивая через помойные канавы. — Либо в этой таверне меня местная пьянь побьет или отравит со страху, либо этот рыжий Дракон вернется и правда сделает из меня жертвенного агнца для своих колдовских ритуалов!»

Остановившись в неприметном переулке, чтобы перевести дух, Элис собралась с мыслями и приняла единственно верное решение: пока жуткие слухи о её связи с городским колдуном не успели разнестись по всем кварталам, она быстро сходит на центральный базар, купит какой-нибудь горячей еды, а затем немедленно уберется из этого района и будет искать себе новый, безопасный приют.