Глава 29
Вопреки желанию я заснула не так быстро, как хотелось. И вовсе не поняла, как вместо созерцания звездного неба, лежа на спальном мешке из овечьей шкуры, уже смотрю на небо, но совсем другое и с другого положения.
Уходящее солнце катится за горизонт. Я сижу в уютном кресле, под ногами пухлый пуф, обитый бархатной тканью. Алые лучи окрасили белый бордюр террасы в нежно-розовый. На губах сама собой заиграла улыбка. Как же этот цвет напоминает губы любимой. К своим я притягиваю кубок, наполненный янтарной жидкостью. Огненная вода обжигает горло и сладость остается на языке.
Скоро мы будем вместе. Осталось поговорить с Эсиром. Он должен понять, что нельзя идти против любви.
Рука на подлокотнике кресла, которую я рассматриваю, сжимает кубок. Мужская ладонь с длинными крепкими пальцами, широкая и сильная.
Так, стойте-ка. Почему моя ладонь мужская?
Сознание явно играет со мной злую шутку. Но я узнаю террасу. Именно здесь мы развели костер и устроили ночлег. Только черно-белые плиты и ограждение в виде белых пузатых столбиков целы. И время суток совсем другое. А я вовсе не мужчина, кем бы он не был. Я Талиона из Ронтарина в Южных землях.
– Вы звали меня, мой Король? – за спиной слышится мужской голос. Бархатистые ноты не вводят в заблуждение. Он знает зачем его позвали и ему это не нравится.
– Эсир, нам нужно поговорить, – говорю я совсем не принадлежащим мне голосом. Он грубее чем у этого Эсира.
Поднимаюсь с кресла, голова чуть кружится. Кажется, последний кубок был лишним, подхожу к собеседнику. Черные волосы собраны в длинную косу. Смуглое лицо с угловатыми чертами застыло маской. Только в зеленых глазах мелькают гневные искры.
– Я полюбил ее, а она меня, – говорю я, стараясь не кричать, – понимаешь?
Кажется, разговор я хотела, а точнее, хотел, начать с другого.
Слова о том, что я люблю женщину, о которой идет речь, явно не нравятся Эсиру. Но меня это не так сильно волнует. В конце концов, я король всего Нефрэйна, и если считаю любовь достойной причиной для развода, значит, так тому и быть.
Моего собеседника прорывает, словно он ждал именно этой последней капли. Откровенного признания.
– Она моя жена, – прошипел мужчина, – мой Король, Правитель Нефрэйн.
– Не надо со мной так, я помню своих предков, Эсир. Я же не зову тебя именем твоего рода. Мы сейчас говорим о личном, давай отбросим титулы…
– Ты сошел с ума?! Ты говоришь о моей законной супруге! Мы дали клятвы перед богами… А ты хочешь все разрушить… уже разрушил.
Последние слова мужчина прошептал. Или скорее прошипел.
– Ты не меня предал, Кейл, ты предал всех нас.
– Что ты несешь, – устало возмутилась я, Правитель Нефрэйна. Голова вдруг стала кружиться сильнее и в ногах появилась какая-то слабость.
В глазах уже плясали пятна. Нужно вернуться в зал и позвать остальных. Если Нефрэйну плохо, плохо может стать всем.
На подгибающихся ногах, цепляясь за гладкие стены, я пошла вперед. Эсир не сдвинулся с места прожигая меня взглядом, и мне пришлось его обойти.
Каково же было мое удивление, когда в зале я увидела остальных хранителей. На их лицах читалось осуждение и презрение.
За что они так со мной? Ответ я получила тут же.
– В твоих руках слишком много власти. Пора положить этому конец.
В этот момент спину прожгло острой болью. Ноги окончательно перестали слушаться. И я упала на колени так и не дойдя до трона. Едва могла достать пальцами за возвышение, на котором он стоял. Да и те не желали подчиняться. С трудом удалось сплести защитное заклинание, но оно не сработало.
– Это яд, он ослабляет тело и магию на время.
Время для чего? Это стало очевидно, когда спину снова пронзает болью. Еще и еще. Ровно четыре острых удара. Пронзивших не только тело, но и душу повелителя всего Нефрэйна.
– Твоей власти пришел конец, – произнес Эсир. Голос его полнился торжеством.
Глупцы, хочу я сказать. Но не собираюсь тратить силы на бессмысленные разговоры. Они думают, что заблокировали мою магию? Вряд ли это вообще возможно – заблокировать источник.
Сил едва ли хватает достать из сапога нож. Мои попытки никого не взволновали. Еще бы! Представляю, как выгляжу со стороны. Валяюсь в ногах собственных же хранителей. Ползаю словно червь в поисках сырой земли.
– Действия яда скоро закончится, но его как раз хватит, чтобы ты умер от потери крови. И успел рассказать, где прячешь Источник. Иначе тебя ждет мучительная смерть, вместо быстрой и безболезненной.
Они уже не берут меня в расчет, но на то я и Правитель Нефрэйна, чтобы быть на шаг впереди всех.
Когда лезвие рассекает ладонь, я ничего не чувствую. Кровь ручьем бежит на мраморный пол. Хотя из колотых ран льется намного больше, но пока она вся впитывается в одежду. А времени не так много.
– Любовь – это не предательство, Эсир. А то что сделали вы еще хуже. Это низко и слишком подло для королей и хранителей Источника. Вы обрекаете на страдания не только себя…
Голос мой слишком тихий и хриплый, но мне не просто так вздумалось поболтать. Я оставлю за собой последнее слово, прежде, чем уйду в мир теней!
В груди уже рвет душу на части. От предательства и другой боли, куда сильнее. Я больше не увижу любимую. И именно эта боль и злость заставляет говорить.
– Вы думаете, что получили власть? – делаю глубокий вдох прежде, чем произнести слова, которые уже будет не вернуть. – Ошибаетесь… Кровью и силой данной богами, я обрекаю вас на муки каждые сто лет в поисках того, что погубили. Подыхать от жажды и голода, от слабости и болезней… и жизни без магии. А твоих потомков, Эсир, пусть постигнет та же участь. Пусть каждый твой сын и его сын не познает любви, а если все же столкнется с ней, будет обречен страдать от невозможности быть вместе. Кровь Нефрэйна, я взываю к тебе… – слова становятся громче, но на них уходят последние силы. Онемевшими пальцами я сжимаю медальон на своей шее и срываю. Вряд ли предатели осмелятся рассказать правду о случившемся. Но я не позволю ей умереть вместе со мной. Кровь напитывает камень магией и силой. И моей памятью о случившемся.
– Да будьте вы прокляты!
Я чувствую, как меня уже разрывает на части от боли, но, к счастью, беспамятство приходит раньше.
Я ощущала чужую боль как свою, а по щекам текли слезы, которые жгли кожу даже сквозь сон.
Последние мгновения жизни одного из Правителей Нефрейна были наполнены мукой. Не телесной – страдала его душа.
Теперь я понимала, что случилось и как «раскололи» источник. Понимала также и то, что остальным королям так и не удалось узнать.
Сон мой прервался резко. Я вырвалась из чужих воспоминаний, но в то же время попала в плен чужих рук. Мои, сжало какой-то силой. А рот накрыла чужая ладонь.
Я распахнулась глаза, осознавая, что это уже не во сне происходит, а наяву.
Темнота не скрыла лицо того, кто оказался рядом.
– М-м-м, – все, что мне удалось сказать лорду Вейдану, сквозь ладонь и какую-то мокрую тряпку, источающую запах горьких трав.
Не знаю, чего я напугалась больше. Увидев Таймона и Ревиса, неподвижных вроде бы спящих, но подозрительно бледных, будто жизни в них уже не осталось. Или того, что сама не могла пошевелиться или что-то сказать, когда принц повалил меня на плечо и понес в сторону от костра.
Голова и так кружилась от стоящего в носу запаха трав. А вися вниз головой и не в силах пошевелиться, я еще меньше видела, что происходит вокруг.
Мельком заметила вспышку активированного портала. Мгновение и под ногами блестящий бежевый мрамор, который отлично просматривался с моего положения. А шаги принца эхом отдавались от стен. Помимо них слышен был и чей-то громогласный храп.
– Эй, храмовник, хватит спать, нам с моей невестой нужно немедленно пожениться.
Требовательный тон принца. видимо, подействовал. Я услышала, как храмовник хрюкнул, видимо, не ожидая такого резкого подъема, и тут же залепетал.
– Прошу прощения лорд… о, лорд Вейдан, простите не узнал.
И никого не смущает, что «невеста» весит как мешок с мукой на плече у жениха?
Вопреки моим ожиданиям, храмовник не стал задаваться такими глупыми вопросами. Или статус принца заставлял его молчать.
– Прошу прощения, я только схожу за травами и свечами для обряда, я быстро, только схожу в кладовую и обратно.
Я надеялась, что мне вернут возможность передвигаться самостоятельно, но пока Вейдан не стал так рисковать.
Мы лишь прошли в центр круглого зала, где находился большой алтарь. Храмовник собрал огарки свечей и чашу, в которой жгли травы во время молитв. Посередине лежал большой молитвенник. Все эти атрибуты были абсолютно не нужны. Возможно, мы просто были в главном храме Еритхана, поэтому здесь так соблюдали все мелочи.
Жаль, что в Нефрэйне положение женщин таково, что согласие для брака совсем не требуется. И еще больше жаль, что я уже вряд ли смогу это исправить. А источник… я только разгадала эту тайну. Если я стану женой Вейдана, то вряд ли смогу полноправно распоряжаться наследием великих предков.
Кстати, об этом. Зачем ему я? Неужели принцу тоже известна правда?
Нужно что-то делать. Не висеть безвольной куклой ожидающей своей участи, а бороться до последнего.
– Вейдан… – попробовала я заговорить. Голос хрипел, и я прокашлялась. – Зачем тебе это? Вряд ли ты успел без памяти полюбить меня…
– О, конечно, дело не в любви, – охотно ответил принц. Кажется, храмовник еще не вернулся или он просто не боялся быть услышанным посторонними. – А в том, что боги даровали мне шанс.
Шанс на что? Спросить я не успела. Принц сам пояснил охотно.
– Всю жизнь я делаю все на благо своих земель. Пожалуй, намного больше, чем любой из моих братьев. Но я не родился первенцем или тем, кто унаследовал дар Правителя. И мои возможности всегда будут ограничены. Так я думал, пока не встретил тебя.
Мне не очень нравилось слушать, вися пятой точкой кверху, и, кажется, Вейдан догадался об этом.
– Ты не такая легкая как кажется, – прокомментировал он, сгрузил меня с плеча и прислонил к алтарю.
Повисло молчание. Принц держал меня за плечи, чтобы я не упала. А сам осматривался. Но храм был совершенно пуст.
– Я дам тебе противоядие и силы вернуться, – сменил он тему, – но не пытайся что-то предпринять. Поняла?
Я охотно кивнула, от неожиданности позабыв все слова.
Но как только почувствовала власть над телом попыталась встать.
– Не спеши, женушка, – протянул Вейдан, и впечатал меня собой обратно в алтарь. – У нас все еще впереди.
– Ты так и не сказал зачем тебе этот брак? Найдешь любую другую, которая подарит подходящих принцу наследников… – нужно было выяснить как много известно принцу.
– Наследники? – Вейдан фыркнул. – Если бы дело было только в детях. Увы, ты уникальна, Талиона. Женитьба на той, кто станет главным хранителем единого Источника даст мне намного больше возможностей, чем я когда-либо мог получить. Да я стану выше всех в мире… ведь буду делить ложе с главной хранительницей, стану Правителем целого мира, – на последних словах Вейдан подошел ближе. Приподнял мое лицо коснувшись пальцами подбородка. – Не волнуйся, я не намерен брать тебя силой. Дам тебе время настроиться… И заняться поисками Источника.
Как благородно. Во мне закипала злость – опять моей жизнью собираются распоряжаться, как заблагорассудится, а я не могу ничего поделать.
Разве что воспользоваться магией, что я украла у Источника северян, осенило меня. Вот только делать это как полагается, я так и не научилась. Да и вряд ли в такой ситуации смогу отодвинуть эмоции и позволить разуму управлять магией.
Надо успокоиться и все-таки попробовать. А то тут кое-кто совсем не. Ишь ты, Правителем он стать захотел.
–Но я так и не смогла найти источник, – напомнила я, нагло соврав. – И может быть так и не смогу. Думаешь я единственный потомок, который пытался это сделать? Но ни у кого так ничего и не вышло.
Теперь я точно знала где искать источник, но не была уверена в том, как его возрождать.
– Не волнуйся, – мягко проговорил принц, очертив указательным пальцем мое лицо. – Я помогу тебе.
Меня передернуло от его прикосновения. Вроде бы ничего особенного, да и сильной ненависти лорд Вейдан во мне не вызывал, но все во мне было против его прикосновений и чьих-либо еще.
Кроме Таймона.
А тут еще храмовник вернулся, готовый начинать свадебный обряд, подобрался и протянул: