Глава 43. Бегство и уход

Алиса лежала в своей кровати, воздух наполнял тончайший аромат парфюмерии. Здесь, в спальне, всегда всё по высшему разряду. Постельное бельё меняют раз в три дня. Подушка всегда взбита: от прикосновения к ней кажется, что чьи-то руки массируют плечевую зону.

Но уже много дней мягкость шёлкового белья не дарила ей наслаждения. Ведь скоро должен был вернуться он. Мучитель, что так легко завладел её домом и телом. А ещё — претендовал на душу. Девушка хотела спать, но ей было мерзко, страшно и противно. Каждый вечер Владимир заставлял её ложиться в кровать обнажённой.

- Я должен чувствовать тебя.

В визитах колдуна не было ни системы, ни логики. Неизменным оставалось только насилие. Он мог прийти сразу же, раздевшись, демонстрируя кубики пресса и накачанную грудь. Или разбудить её среди ночи, облачившись в кожаный костюм, сжимая в руке стек.

Владимир мог долго-долго гладить её тело, а мог — хлестать плетью или цепью. Мог дарить наслаждение телу, а мог — мучить. Порезы и раны обрабатывал своими чудодейственными мазями, чтобы не оставить следов. А ещё — никогда не бил лицо, шею и руки. Причины не объяснял.

— Сегодня всё будет по-другому… — шептала Алиса. Она дрожала от страха и неизвестности. Она решила больше не быть жертвой.

А Ирландец — будто чувствовал перемену. Сегодня он не спешил. Больше того: злился и негодовал. С кем спорил колдун? Что у него стряслось? Алиса хотела знать, но ей было страшно.

— Я говорю — надо бросать! — кричал Владимир в трубку. — Ты или сделаешь, как я велю, или… Вот подонок! Ну ничего, я сейчас снова наберу.

Он вообще редко повышал голос. Но в тот вечер колдун отчего-то разбушевался. Владимир орал и пытался что-то втолковать собеседнику на другом конце провода. Тот снова и снова бросал трубку. Колдун зверел и насылал на упрямого собеседника проклятья.

- Обращу в мышь!

Через щель открытой двери Алиса видела, как по коридору бродит Виктор. Будто тень. Один раз он заглянул в её комнату. Глупо улыбнулся. Сделал странное движение руками, будто его душат — и ушёл.

Алиса сжимала в ладони опасную бритву. Сегодня она обнаружила её в ванной комнате: когда-то давно прибор оставил Фёдор. Оставил и забыл. Сегодня ведьма решила не прощать обид своему мучителю. Едва он придёт в спальню, едва ляжет к ней в кровать… Едва начнёт трогать своими мерзкими руками её тело… Она тут же полоснёт его бритвой. По горлу, ну или в пах — куда будет проще дотянуться.

Пусть он истечёт кровью. Пусть умрёт, даже если ей тоже придётся погибнуть. Как она раньше не догадалась? Выход так близок! Едва ли он — всесилен. По венам этого чудовища тоже бежит кровь. Алиса всё лежала, сжавшись в комок, обнажённая. Всё сжимала в руке бритву. Мудрёный немецкий механизм заставлял лезвие выскакивать по щелчку. Это довольно опасно.

Так она и пролежала несколько часов, пока незаметно для себя не уснула. Утром её разбудило солнце. В конце сентября оно уже всходило позже. Дома была тишина. Ирландец так и не пришёл. Алиса накинула халат, хотя колдун заставлял её ходить по утрам голой. Спустилась вниз. Никого. Ни её мучителя Владимира. Ни его послушной куклы Виктора. Нет даже экономки.

Исчезли.

Алиса начала рыдать и долго не могла остановиться. Они ушли! Исчезли вещи Владимира. Даже его мерзкий запах — и тот успел выветриться. Зачем же они забрали с собой экономку? Девушка вышла в столовую. Обнаружила хлеб, мясо. Нарезала продукты опасной бритвой — и принялась жевать. Аппетит был зверским. Села на стул и откинулась назад. И тут — не может быть! На потолке оказалась надпись:

— Я вернусь за тобой.

Ведьма почему-то расхохоталась. Ей захотелось смыть с себя позор, ужас последних дней. Тело всё забудет, но как быть с разумом? Вернулась в свою комнату, зашла в санузел. Сбросила с себя халат. Бледная кожа покрылась мурашками. Зеркала от пола до потолка отражали её облик бесстрастно, не стремясь ободрить и приукрасить реальность.

Ведьма наполнила ванну водой. Легла туда, силясь смыть с себя воспоминания. И вдруг заметила, что так и продолжает носить с собою бритву. Ту самую, что оставил Фёдор. Фёдор, который её бросил. Ванная наполнилась до краёв. Алиса нажала на мудрёный немецкий механизм: со свистящим звуком выскочило лезвие. Она уже приняла решение.