Глава 19

Два дня спустя

Утром мы не спеша собрались в Царьград, чтобы предстать перед Царем. Пропажа королевича вызвала большой переполох во дворце. Мне прислали весточку — призвали к воеводе. Отвечать не стала, ведь врать не умела…

Лучше лично все расскажу!

Облачилась в полный боевой комплект, погладила одежду Елисею. Вызвала Сивку-бурку, усадила своего ненаглядного на коня, запрыгнула в седло и устроилась за его спиной.

— В путь, милый! — хлопнула Сивку по крупу. — Но не быстро. Царь наш наверняка еще почивает.

На этот раз мы могли разглядеть все, мимо чего проезжали. Просторные поля и густые леса чередовались реками, которые конь легко перепрыгивал. Вот промелькнула первая деревня, вторая, третья, и вдали показался Царьград…

Сивка замедлил ход, и перед самыми воротами перешел на галоп. Народ расступался: кто-то узнавал королевича и, останавливаясь, кланялся; кто-то кричал нам вслед, ругаясь на пыль из-под копыт.

Оставив позади базар и шумную толпу, мы выехали к царскому терему. Солдаты, стоящие на карауле, открыли перед нами ворота и пропустили во двор.

Остановила Сивку у крыльца и велела ждать нас. Елисей спустился с коня первым, следом спрыгнула и я. На балконе уже собралась царская семья, воевода и бояре.

— И как это понимать, Марья? — сурово сдвинув брови, спросил Царь.

— Дядюшка, не вини Марью — во всем моя вина! Поддался я соблазну зла, Кощей заманил сладкими речами! А Марья меня спасла! — выступил вперед королевич.

— А ты что, Марья Моревна, скажешь? — прищурился Царь, словно не веря Елисею.

— Прошу вас, царь-батюшка, благословить нас на брачный обряд по велению души и зову сердца!

Я сняла шлем с головы и посмотрела на Царя.

— Уж не по долгу ли какому? — засомневался он. — Так ничего не надо. Спасла — молодец! Вот и ступай…

— Нет, не по долгу! — ответил Елисей и повернулся ко мне. — Люба она мне, жить без нее не могу!

— Благословите, царь-батюшка! — склонила я голову.

— Ну что ты! — толкнув Царя в бок, вышла к нам Царица. — Радоваться надо. Елисей будет в надежных руках, при мудрой жене!

— Тогда даю свое благословение. Сегодня же пошлю весть твоей матушке! Когда жениться собираетесь? Уж не к Ярилиному дню? Успеют прибыть гости? — заволновался Царь.

— Успеют! — кивнула Царица. — Мы пока подготовиться к свадьбе поможем, приглашения разошлем!

— Марья, постой. Поговорить надо… — пробасил воевода, спускаясь к нам.

— Я пойду вещи кое-какие соберу, — дотронулся до моего плеча Елисей, привлекая внимание.

Я отпустила любимого. Воевода дождался, когда все разойдутся, и спросил:

— Я хочу знать, что на самом деле произошло. Два дня назад снова появилась Тьма, затем пришла весть из-за моря — одна из сильных колдуний при дворе заболела… И все это — в одно и то же время с пропажей королевича Елисея.

— Так быстро и не рассказать, — нахмурилась я, вспоминая произошедшее. — На королевича колдовство навели — не темное и не светлое, обычным взглядом не различить. А я все пыталась ему понравиться — появлялась перед ним, а он собой любовался, глаз от зеркала не поднимал. Вот я и заподозрила неладное! Одна мудрая Ягиня подсказала, как хворь изгнать, чтобы вернуть настоящего Елисея. Дело оказалось непростое, да и он начал потихоньку оттаивать, на меня другим взглядом смотреть… Кощей почувствовал в нем сомнения и воспользовался слабостью его души после ухода проклятия. Поманил королевича, а сам — в его тело. Там остаться хотел, обманул Елисея!

Я горько вздохнула и покачала головой.

— Пришлось снова просить о помощи Ягиню. Да вы ее знаете — Златоцвета с заставы на гиблых болотах. Еще одна подруженька со мной рядом была — Варвара-кудесница.

— Не томи, Марья… — сказал воевода. — Знаю Златоцвету не понаслышке, она ведь замужем за Венцеславом. Снял он с себя венец ради нее, отрекся от трона в пользу брата старшего.

— Так вот, Кощея-то я изгнала из Елисея, а где он — теперь не ведаю. Но думаю, притихнет пока, чтобы сил набраться. Елисея я устрою в избе, займусь им, только пока не знаю, что с ним делать. К себе больше Кощея не возьму — другую тюрьму ему искать надо!

— Это ты верно говоришь… Пришлю тебе весточку, как найду ему подходящее место! — смягчился воевода. — Кого-то на замену себе присмотрела? С дитем, поди, не задержитесь.

— Есть у меня на примете одна девушка-красавица — Синеглазка, — хитро улыбнулась я. — Дочка Златоцветы и Венцеслава. Богатырская сила ей дана светлая. Надо бы ее на обучение взять… Дадите добро — займусь лично!

— И спрашивать не нужно — добро даю. Внесу в списки рати земли русичей! — Он важно погладил окладистую бороду.

— Марья, дядюшка и тетушка приглашают на чаепитие! Полдень уж скоро! — позвал меня из окна своих покоев Елисей.

— Иду! — кивнула я и посмотрела на воеводу.

— Не любит батюшка наш ждать — ступай. Наверняка подробностей ждет… Ты там его Кощеем не пугай, лучше про колдунью расскажи. Пусть накажут ее. Ей же за королевича вернулось. Она на него навела болезнь самолюбования?

— Да, она. Жениться на ней не захотел Елисей, вот и обиделась…

— Негоже так делать — против семьи королевской идти. Пусть знают, какую змею на сердце пригрели! — возмутился воевода.

Он ушел, а я, оставив Сивку в тени царских хором, поспешила к суженому. Не могла я ему отказать в такой малости!

Заскочила в светлицу, а он уже принарядился, расчесался. Такой красивый — и мой!

Не удержалась — подошла к нему. Сдерживая силушку богатырскую, бережно прижала к груди и поцеловала в уста сахарные.

— Ох и люб ты мне… — еле оторвалась от любимого.

— Марьюшка… — простонал Елисей, смотря на меня осоловевшим взглядом. — Голубка моя ясная! Жизнь моя!