Глава 9

Спала я и правда как убитая. Еще бы. На сытый желудок, уставшая по самое не могу, да еще относительно чистая… Меня даже кошмары не мучили, тем более что спалось прям тепло и хорошо. Кажется, правда, ночью ко мне в кровать влез рыжий котяра, так как утробное урчание и мягкую шесть я смутно помню, но главное — когда я проснулась, ничего не болело и настроение отчего-то было приподнятым.

Нет, я все еще помнила, что не у себя дома, а в каком-то непонятном мире, где обитают настоящие драконы, но почему-то с утра это не казалось чем-то ужасным. Более того — очень хотелось послушать, зачем меня сюда затащили.

— Доброе утро, — пробасили рядом голосом Оринеля, и пришлось все же открывать глаза и вставать. Ну, точнее, просто приподняться на локтях, чтобы встретиться с серым взглядом.

— Доброе, — улыбнулась, снова укладываясь на подушки, но уже лицом к дракону, не спеша выползать из-под теплого одеяла. Тут так уютно, хорошо…

— Ваш завтрак на столе, — улыбнулся мужчина, явно рассматривая мою внешность. Я хмыкнула — что он там ожидал увидеть? Расчески мне вчера не дали, этот их гель или сироп (не помню точно) для зубов зажилили, так что видок наверняка сейчас лохматый, неумытый и помятый.

Я решила рассмотреть мужчину в ответ. Сегодня он выглядел несколько иначе — уже не было тех богатых одеяний, зато теперь его костюм напоминал мне средневекового крестьянина: широкая рубаха, штаны, перетянутые поясом, волосы, собранные в какой-то смешной кулек на макушке. Выглядело забавно, словно в я реконструкцию попала. Сам он довольно смуглый, кожа темно-золотистая, словно дракон очень любит загорать, глаза темно-серые, напоминающие камень, но на контрасте с густыми волосами цвета безлунной ночи выглядело действительно красиво. Челюсть внушительная, нос с горбинкой, губы тонкие, властные. И, я помнила, выше меня на целую голову.

Красив, что сказать. Рядом с ним я выглядела жалкой букашкой. Тонкая, низенькая, волосы жидкие, светло-пшеничные, глаза непонятно-зелено-оливковые, кожа белая. Поганка, да и только.

— Спасибо, — вдохнула нежный аромат свежей выпечки, отчего настроение стало еще лучше. Готовить тут определенно умели — я вчера вечером чуть язык не проглотила.

Села, придерживая на груди одеяло.

— А где рыжий? Простите, забыла, как его зовут. Вы Оринель — это помню.

— Он — Джонель. Но вы можете называть его Жон. И давайте перейдем на «ты»? Полагаю, нам еще находиться вместе достаточно длительное время, так что это разумно, — спокойно сказал мужчина, без стеснения продолжая меня рассматривать.

Кивнула, отметив, что проспала я хорошо — за окном (если так можно назвать это буро-серо-грязное нечто) ярко светило солнышко, проникая в комнату и озаряя ее яркими бликами на стенах. Похоже, местное стекло не только не слишком прозрачное, но и кривое.

Заодно я наконец смогла нормально рассмотреть выделенную нам комнату — тазика, в котором я вчера мылась, уже не было, зато имелись две узкие койки (на одной из них устроилась я) и небольшой стол с криво приделанной четвертой ногой. И все. Нет, ну в целом чистенько вроде, пыль по углам не клубится, но явно бедно — даже вместо приличных занавесок лишь две кое-как приделанные белые тряпицы.

Я надеюсь, это не весь мир такой, потому что, если да, я ж с ума сойду. Я чисто городской житель, как вообще жить в подобных условиях?

— Хорошо. И как называть тебя? — уточнила, размышляя, как бежать обратно в мой мир, если все же окажется везде так.

— Рин.

Темноволосый запустил руку в волосы и наткнулся на шишку, тихо что-то пробурчав явно с непривычки. Видимо, обычно он носил распущенные волосы. Я еще вчера заметила, что они у него весьма длинные для мужчины. Как там называлось движение черных? Готы, кажется… вот! Очень похож вчера был! Хмыкнула, затаскивая себе на колени поднос с едой. Наблюдать за мужчиной — истинное удовольствие. Он ничуть не стеснялся своего любопытства и не тушевался под моим взглядом, наоборот, словно красовался.

— Жон вышел договориться о повозке в ближайший город.

Отлично! Купаться в этой их бадье крошечной я долго не намерена. А в местном городе наверняка должна быть если не душевая, то ванная комната. Или хотя бы баня. Это тоже, конечно, не предел мечтаний, но, по крайней мере, не тазик посреди комнаты.

— Мы будем ждать его? — уточнила.

— Да. Тебе нежелательно выходить на улицу. То, что ты уже в этом мире, необходимо скрывать.

Хмыкнула, доедая последнюю булку и запивая ее травяным чаем. Ох и темнит, товарищ…

— Почему это надо скрывать? Что у вас за мир? Зачем я здесь? Как тут оказалась? — немедленно закидала мужчину вопросами.

— Давай по порядку. Что ты знаешь в целом? — начал он слишком издалека. Но, насколько я поняла, мы никуда пока не торопимся, так что можно и просто поболтать.

— Что драконы превращаются в больших ящеров с крыльями, умеют летать, выдыхают пламя. Эльфы — ушастые, красивые и долгожители. Гномы — низкорослые карлики с бородой и топорами… — начала перечислять все, что почерпнула из обычного фэнтези.

— Стоп, стоп! — с круглыми глазами остановил меня Рин спустя буквально минут десять, когда я дошла до зеленоволосых дриад. — Откуда это все?

— Из книг, конечно, — фыркнула, продолжая валяться на своей кровати.

Вставать яростно не хотелось. У меня вообще, можно сказать, первый выходной за много дней. Перед Новым годом вечно приходилось пахать за четверых, чтобы закрыть проекты. Так что я честно заслужила свой праздник. Кстати! Сегодня же Новый год! В груди почему-то зажглось яростное предвкушение.

Едва не подпрыгнула на кровати, бегло оценивая помещение. Нет, я не пропущу этот праздник ни за что, будь я хоть в заднице мира, тем более теперь у меня вроде как даже компания нарисовалась.

— Что ты делаешь? — не понял суеты дракон, пока я бегала и пыталась найти по углам свою одежку. Как бы там ни было, но другой у меня пока не завелось, а надо еще где-то найти елку, гирлянды, нарезать оливье, достать шампанское — дел много!

— Где мои вещи? — уточнила.

Их нигде не видно — факт!

— Джонель принесет тебе смену. Эти вещи не подходят для нашего мира.

— Эм… — зависла и тут же резонно всполошилась: — То есть вы выкинули мою любимую футболку, джинсы и сапоги, которые я купила всего-то пару месяцев назад?!

Настроение резко испортилось. Вот же поганец! Это было такое сказочное утро, если не считать нечищеных зубов и нечёсаной головы.

— Да, — бесстрастно улыбнулся драконище, за что я чуть не стукнула по его драконистой голове.

— Давай еще раз уточним, — постаралась дышать ровно. Не заводись, Валерия, не заводись — они не знали. Спокойно. Очень спокойно… — Вы выкинули мои сапоги за двадцать тысяч рублей?

— Да. Что-то не так? Они дороги как память? Но ведь они стерли тебе ноги до крови!

Нет, за волшебное лечение моих пяточек я безумно благодарна. Утром действительно ничего не болело, но все равно!

— Как память? Да они просто дороги! — рыкнула.

Да, пусть они были страшноватые, зато теплые, что в наши суровые зимы в самый раз! Где теперь деньги на новые возьму?! Я же их не на китайском рынке купила, а в нормальном магазине, из натуральной кожи, с овечьим подкладом.

— Мы купим новые, — поджал губы мужчина, явно недовольный моей прижимистостью и бурной реакцией (я, когда злюсь, всегда краснею как рак, бывший даже говорил, что словно молнии из глаз мечу, так что мое недовольство должно быть видно издалека). А меня уже понесло.

Могли бы хоть спросить! Как можно выкидывать чужие вещи, даже не спросив?! Пусть старые, но они удобные! И вообще, в текущих реалиях они — единственное, что оставалось у меня от реального мира, а не этой их лесополосы недоделанной!

— Новые? Новые?! — рассвирепела я окончательно. — Свитер и джинсы, так понимаю, вы мне тоже купите новые?!

— Да. Тем более в нашем мире женщины не носят мужских брюк.

Чего я никогда в жизни не терпела — это когда решали за меня, что можно оставлять, а что выбрасывать. И уж тем более — что носить! Есть у меня такой пунктик. Да, я порой перегибала палку, однако если кто-то говорил, что мне надо что-то выкинуть, старалась наизнанку вывернуться, но доказать советчику, что это самая лучшая в мире вещь, и я буду вечно ходить с ней в обнимку.

Доходило и до абсурда. Один раз я подобрала на улице металлическую крышечку от бутылки (подумала, монетка, а оказалось, что ошиблась), а подруга возьми и ляпни, чтобы я выбросила эту дрянь! Что потом началось… Я три часа доказывала ей, что пивная крышечка — это то, что нужно в хозяйстве. Ею можно и посуду отмывать, если что-то присохнет, и использовать в качестве массажа ног, наступая на нее, сделать прекрасные серьги… Тогда мне в голову пришло столько применений крышечки, что подруга сама потом ходила и искала себе такую же.

Вот и сейчас мне настолько сильно хотелось доказать, что моя одежда — это едва ли не последний оплот нравственности, что я едва себя сдерживала.

— Знаешь, что… — начала было, но меня резко перебил не вовремя вошедший в комнату рыжий.

— Я с хорошими новостями! — заявил он с порога, неся с собой какой-то сверток.

Оринель встрепенулся:

— Да?

Он явно обрадовался, что моя отповедь не состоялась, так что сейчас слишком внимательно уставился на Джонеля.

Я шумно выдохнула уже набранный воздух из легких. Раздражение, что рвало душу, стало лишь сильнее.

— Завтра утром из этой глухомани выезжает повозка в село покрупнее, на ярмарку. Мы присоединимся. И я успел ввернуть то, что с нами поедет больная сестра. Типа заблудилась в лесу, забыла себя и все такое.

— Роль больной сестры, так понимаю, играть мне? — уперла руки в боки, чувствуя, что еще немного и взорвусь. Нет, это надо же! Да они бессмертные, похоже!

— Да, есть возражения?

Рыжий очаровательно улыбнулся, но на меня не подействовало. Вот если бы он это сделал на полчасика раньше, до того как узнала, что мои вещи выкинули… А сейчас я зла как тысяча шершней и готова убивать!

— Есть! — кивнула, еще стараясь держать себя в руках. — Первое — вы обещали мне все объяснить, но пока я не услышала ни одного внятного слова. Второе — вы украли меня из моего мира, перед этим подкинув своих кота и пса, на которых у меня, между прочим, аллергия! Третье — вы выкинули мои вещи, а я ненавижу, когда мне указывают, что хранить, а что выбрасывать!

По мере моего перечисления драконы синхронно кивали с серьезным видом, словно запоминая каждую мою претензию. А я… я честно пыталась не истерить.

— Это все? — весьма озабоченно спросил рыжий.

Явно ведь издевался, гад!

— Нет! — ответила чисто из вредности. — Тащи свою рыжую меховушку — я знаю, что он со мной ночью спал. Буду нервы успокаивать! А ты — пса! — ткнула пальцем в Рина. — Говорят, что лабрадоры улучшают настроение. Такое утро испоганили! — возопила в воздух. — А еще мне нужна елка, шампанское, салат, зубная щетка и паста, ах да, и одежду не забудьте!