13 глава

Крайнов, прилично разогревшись в мужской компании, время от времени подходит, переплетает пальцы с моими и спрашивает, все ли в порядке. От него веет уверенностью и поддержкой, несмотря на то, что он уже выпил, а вечер еще в самом разгаре. Это Ване в плюс. Терпеть не могу, когда мужчины теряют себя из-за алкоголя — для меня это неприемлемо. И он не разочаровал: никаких сальных шуточек, нескромных взглядов или неуместных прикосновений. Веди он себя иначе, я бы давно ушла.

Мамин брат оставил в памяти неизгладимое впечатление, и подобных мужчин я к себе не подпущу на пушечный выстрел. У каждого есть принципы, которые он не готов нарушать. Стоит об этом подумать, как глаза сами начинают искать Ангелину.

С каждой минутой вопросов у меня становится все больше. Но не к Ване, неожиданно увлекшемуся виски, а к Тарасу. Они сидят втроем, с Новиковым, и активно что-то обсуждают. При этом Савчук постоянно подливает моему мужчине в бокал. Позже он вызывается проводить едва стоящего на ногах Крайнова до домика. Сам Тарас наверняка почти трезвый, а Ваню зачем-то напоил. Остается только идти следом и наблюдать.

Хотя в поведении Савчука нет ничего нового — я слишком хорошо его знаю. Мелькает мысль, что он помнит мое отношение к выпившим мужчинам и ту историю с Демидом. Но это кажется абсурдным. Зачем Тарасу проверять Крайнова на адекватность? Или причинять мне боль вправе только он, а другим нельзя?

Не смешно, однако я улыбаюсь. И вправду мазохистка. Хотя… скорее это судьба, которая вновь столкнула меня с бывшим мужем, — садистка.

Уложив Ваню на диван, Тарас оборачивается.

— Или надо было в кровать? — кивает в сторону спальни.

Так он напоил Ваню, чтобы ночью между нами ничего не было? Почему я сразу не поняла! Дело вовсе не в прошлом. Савчук умело выстраивает хитроумные планы и мгновенно их реализует, пока ты еще сомневаешься. Это в его природе, и изменить такого человека невозможно.

— Динамишь Крайнова? — спрашивает он, не скрывая ехидства.

И осмотреться успел, и определил, что мы спим в разных комнатах? Или Ваня что-то ляпнул? Мы ведь и правда не так давно вместе.

— Не твое дело, — бросаю я.

Савчук хмыкает, не сводя с меня пристального взгляда, от которого становится не по себе. Если он думает, что я позволю повториться утреннему безумию, то сильно ошибается.

Тарас подходит ближе. Сердце начинает стучать быстрее, а мозг подсовывает вымышленные картинки, на которых нет ни Ангелины, ни Вани, ни предательства. Только это больно — думать, какой могла быть жизнь. Потому что реальность совсем другая.

Рука Тараса касается моих волос, скользит по щеке. Он смотрит так требовательно, что теряюсь. В следующее мгновение его ладонь ложится на затылок, и Савчук рывком притягивает меня к себе.

Пропустив момент, когда могла уклониться, теперь я нахожусь в его стальных руках. Дрожу от негодования и желания одновременно.

— Каждый раз, когда ты меня трогаешь, перед глазами та сцена на парковке — ваши полуголые тела. А следом твои прощальные слова… Все было бы иначе, не будь ты таким омерзительным. Твой новый брак лишь подтверждает, что тогда я поступила правильно. Жену твою жаль. Рожать от такого козла — последнее дело. Меня, видимо, Бог уберег.

Тарас не подает виду, что его задели мои слова, но пальцы на талии сжимаются крепче.

— Это всего лишь остатки былой химии, — говорю с вызовом. — Любовь к тебе давно в прошлом.

— Неубедительно. Звучит, будто провоцируешь, — спокойно замечает он.

— Несвободного мужчину, который пришел ко мне с женой, чтобы я сделала им ребенка?

Помедлив, Тарас отвечает:

— Сделаешь ведь?

Эти слова могли бы раздавить, если бы не ложь Ангелины.

— Двух подсажу. Приложу все усилия, чтобы получилось. Пусть дети всегда напоминают тебе о том, что ты однажды утратил.

В голове стучит: «Не стоило, не стоило, не стоило это говорить», но уже поздно.

В то время у нас обоих был сложный период. Беда, как известно, не приходит одна. Жизнь рушилась: наши отношения, общие планы — все превращалось в хаос. Но поступок Тараса я оправдать не могу. В трудные моменты не бегут к другим женщинам.

— Эва-Эва… — Его руки сжимаются на талии, словно тиски, и он впивается в мои губы поцелуем.

Раньше мы гасили конфликты сексом — быстро и эффективно. После этого было легче вести конструктивный диалог. Только сейчас обсуждать нечего.

Я нахожу в себе силы оттолкнуть Тараса, дается это нелегко. Нельзя уступать. Да, воспоминания нахлынули, и каждая клеточка трепещет от его близости. Но бывший муж — это прошлое. Чувства к нему я похоронила.

Хотя… в жизни меня так не целовали. Не обнимали. Не дарили настолько ярких ощущений. С другими все было предсказуемо и скучно, я заранее знала, какой будет конец. До Вани буквально тошнить начинало через минуту общения с новым мужчиной. Стандартный набор фраз, а ты должна сидеть на свидании, натянув фальшивую маску заинтересованности. Шансов у таких ухажеров было меньше, чем у меня в каком-нибудь спорте. Но Тарас… Он одним своим присутствием разжигает внутри пожар. Только его поцелуи теперь с привкусом той земли, которой я засыпала свою любовь.

Кусаю Савчука за губу изо всех сил. Он отшатывается от меня с шипением, шумно дышит, глаза горят безумием. Как дикий зверь из клетки, ей-богу. Накал эмоций между нами такой, что удивляюсь, как сама еще не сошла с ума. И тут вспоминаю: Ваня. Он в соседней комнате. А Тараса в зале ждет жена. Мне предстоит плотно работать с ней, много общаться… Не смогу. Не вытяну. Если Тарас не прекратит это издевательство. Так что мерзавец заслужил. Пусть объясняет своей Ангелине, откуда у него эти отметины.

Словно прочитав мысли, Тарас перехватывает мою кисть и сжимает ее в кулаке. Обводит языком уголок своих губ, из нижней уже сочится кровь.

— Ты ведь могла ей отказать. Почему не отказала? Та Эва, которую я знал, так бы и сделала.

Та Эва действительно бы отказала. Нашла способ мирно разрешить ситуацию. Но Эдуард и его выходки… Хотя, наверное, даже они не оправдание. Я запуталась: стоит ли этот долг таких встрясок? Может, ну ее, эту квартиру и привычный достаток? Все равно, если придется еще раз пройти через мясорубку…

— Чтобы ты не думал, будто я к тебе что-то чувствую, — бросаю Тарасу в лицо. — Ничего. Безразличие. Потому и взялась. Хотя вру. Безразличием это назвать сложно. Скорее, это омерзение. В десятой степени. Отпусти и не переходи границы, ясно?

При мысли, что он сегодня ляжет в постель с Ангелиной, а я буду смотреть в потолок, хочется ударить Тараса коленом в пах, чтобы наверняка больше не смог ни детей иметь, ни сексом заниматься.

— В чем проблема была отказать моей жене? — Его интонация режет по живому.

— Я все сказала. Отпусти.

Тарас сверлит меня взглядом, но все же отпускает. И сразу уходит. А я остаюсь задыхаться от его напора.

Рыбка, гейм овер. Сварилась заживо в своих же эмоциях.

Зажмуриваюсь, стою так несколько минут, а потом иду в душ. Контрастный. После я пытаюсь уснуть, прокручивая в голове диалог с Диной: как попрошу ее по максимуму взять на себя общение с Савчуками. Она точно пойдет навстречу, если в общих чертах расскажу, кто такой Тарас и почему я не могу работать с ним и его женой.

Крайнов утром еле встает. Стонет в кровати. Даю ему воду, таблетку и говорю, что сама сяду за руль.

— И вообще, ты можешь остаться, а я вызову такси, — предлагаю я.

— Без такси. — Ваня прикладывает стакан ко лбу. — Блин, зачем я вчера так накидался? Редко себе такое позволяю, ты не подумай.

Я ничего и не думаю. Всему виной мой бывший муж, но не скажешь же это Крайнову.

— Кофе бы. Только не эту бурду в порошке. На общей территории есть кофемашина. Сходи, пожалуйста.

Снова пересечься с Тарасом? Ни за что.

— По дороге где-нибудь купим. Помочь тебе собрать вещи?

— Да. Все в шкафу.

Я складываю Ванины вещи в сумку, строю маршрут в навигаторе. Решаю, что вечером пойду на массаж. Надо как-то сбросить напряжение. Если не в сексе, то хотя бы так.

Перед выездом Крайнов предлагает попрощаться с Новиковыми. Я скрещиваю пальцы. Лишь бы не встретить Савчуков. К счастью, Александр сообщает, что Тарас с Ангелиной уже уехали. Я вздыхаю от облегчения.

Дорога до дома проходит в приподнятом настроении. Под мою любимую музыку Ваня дремлет, а я предвкушаю, как поболтаю с Дашей на массаже, выпью чаю. Потом лягу в постель и представлю, что этих выходных, Тараса и безумия, охватившего нас, просто не было.

Однако планам не суждено сбыться: на обочине трассы у заглохшего автомобиля стоят Савчук с женой. Я бы проехала мимо, сделав вид, что ничего не заметила, но проснувшийся к тому моменту Крайнов включает аварийку и просит свернуть к ним.