Глава 17. Встреча

Я сидела на краешке уже заправленной кровати и радостно щурилась солнышку. После недели затяжных дождей, оно наконец-то выглянуло из-за туч и теперь ласково подмигивало мне в распахнутые створки окна.

С улицы тянуло умопомрачительным ароматом свежей хвои и смолы, а косматые лапки молодых сосенок так и норовили забраться в дом. На подоконнике красовался букет огромных ромашек, над которыми жужжали суетливые пчелы. Кто принес его, я догадывалась, и от этого на душе становилось тепло.

Последний разговор с Ярой оставил в моей душе сомнения, хотя и ненадолго. Можно сколь угодно искать в бочке меда ложку дегтя, но от этого мед не перестанет быть медом, и его все равно будет больше. Поэтому я решила не зацикливаться на бесконечных «но», а сосредоточиться на самом главном – он жив, и я люблю его. А он... кто знает... Может, он полюбит?

Я облегченно вздохнула, подставляя лицо солнышку, и продолжила свое дело. Теперь я окончательно почувствовала себя здоровой, позволив себе избавиться от волчьей личины, в которой залечивала свои раны, лишь ненадолго обращаясь в человека. Ларг влил в меня столько своей силы, что мне потребовалось совсем немного времени, чтобы исцелиться.

Сегодня я потребовала организовать мне баню, и сейчас, выкупанная и обновленная, в свежем, выстиранном платье сидела, расчесывая частым гребнем мокрые волосы.

Солнечный луч по косой упал на ромашки, что весело подмигнули солнышками серединок, пробежался по подоконнику и заскользил по грубым деревянным доскам пола. Внутри него искрились золотые пылинки, перепрыгивая друг через друга, и мне стало весело.

Я знала, что Ларг уже здесь, в Чаадоре. Яра говорила, что он неоднократно заходил, но все время заставал меня спящей. Поэтому мы до сих пор не говорили. Получается, с тех самых пор, когда расстались в подземной темнице Эльморо. От этого воспоминания в горле пересохло, а вены вспыхнули, словно по ним пустили кипяток.

У меня было время подготовиться морально. Я миллион раз прокручивала в голове нашу встречу, подбирала подходящие слова, но сейчас отчетливо понимала – зря. Все равно собьюсь, растеряюсь и напутаю, увидев перед собой не взбалмошного парня, а царя, а поэтому самое верное решение – все пустить на самотек.

Тем более я понятия не имела, что у него на уме. Это Яра, как заботливая наседка, хотела для своего братишки тихого счастья, но это не значит, что он считает так же. Возможно, он сейчас придет, покается, попросит прощения и отправит меня обратно к бабушке. Мол, прости, Ляна, но жениться не планирую.

Я грустно усмехнулась своим мыслям. Вот какая же все-таки, а? Умею сама себе испортить настроение. Да даже если и так, это не мешает мне порадоваться за Чаадору, за наш измученный клан, что сможет теперь жить вольной жизнью, за него самого...

На улице раздались радостные голоса, оживленный говор и смех. Сердце подпрыгнуло быстрее, чем разум успел осознать. Я услышала быстрые шаги на крыльце, хлоп входной двери и частое дыхание на пороге. Он что, бежал? Я с улыбкой оглянулась.

Как и предполагала, слова застряли в горле, я даже не могла вымолвить ничего в качестве приветствия. Лишь выронив гребень, несмело поднялась навстречу высокой могучей фигуре, от габаритов которой захватывало дух.

А в следующий момент изумленно осела обратно на кровать, наблюдая, как всесильный легендарный Ларг бросается передо мной на колени, обнимая за талию и пряча лицо в складках моего платья.

Он просто молча обнимал мои колени, а я – честно – не могла выйти из ступора. Даже непонятно отчего: от радости или удивления. Это длилось бесконечно долго: он – преклоненный и не поднимающий глаз, и я – памятник оглушенному сознанию.

– Я пойму, если ты решишь уйти... – прошептал он наконец, не поднимая головы.

В его словах сквозила боль, затаенный страх и неуверенность. Словно не правитель миров он, а мальчишка соседский, что пытается впервые в жизни объясниться с девушкой.

Я с облегчением вздохнула, осознав, что очень боялась увидеть перед собой заносчивого владыку по типу Эльморо. Вот с этим я бы точно не смирилась.

Он вздохнул и напрягся в ожидании ответа. Я осторожно повела пальцами по каменным рельефным рукам. Сердце замерло в восхищении – вот это тело! Уже привычным движением закопалась пальцами в темных волнистых прядях.

– Не дождешься... – ответила тихо и с улыбкой, ласково перебирая длинные локоны.

Он поднял голову, и наши глаза встретились. Сколько же эмоций промелькнуло за это мгновение в его взгляде! И неожиданность, и удивление, и облегчение, и радость. Вот только не было больше той искорки, того огонька, что светил живым светом. Ларг осунулся, потух, а на переносице залегли глубокие вертикальные морщины.

Я пробежала пальчиками по этим глубоким складкам боли, пытаясь их разгладить. Мы справимся, милый. Я сделаю для этого все, что в моих силах. Спустилась по впавшим острым скулам к таким желанным губам, провела по ним большим пальцем и улыбнулась:

– Привет, Ларг...

– Черт! – он торопливо вскочил, оглядывая себя. – Прости! Я не подумал! Мне, наверное, следовало бы...

– Не следовало бы! – уверенным голосом оборвала его я. – Хватит метаться! Будь тем, кто ты есть, а я приму тебя любым!

Я поднялась и подошла к нему. Ого! Теперь, чтобы поцеловать, нужно еще постараться дотянуться. Я положила руки на мощные мышцы груди, а он тут же обхватил меня огромными лапищами, прижимая к себе.

– Ну, остается только радоваться, что Ларг не был горбатым колченогим сморчком, – пробубнил он куда-то мне в шею, и я засмеялась.

– Ты – не был, – поправила, выпутываясь из медвежьих объятий.

– Я, я... – неохотно согласился он, снова обнимая, и голос его дрогнул. – Ляна... Ты останешься со мной?

– А ты этого хочешь?

– Да.

Я взяла его лицо в ладони и вгляделась в глаза. Серьезные, темные, словно он сразу повзрослел, впитав в себя весь опыт прожитых веков. В глубине души больно кольнуло: мне будет не хватать веселого и беззаботного Агвида... Но, быть может, все это к нему еще вернется?

– Но... – тихо прошептала я, заглянув ему в глаза. – Есть кое-что, что мне непременно нужно сделать. И ты должен мне помочь.

– Что? – так же шепотом спросил он, и в глазах на мгновение промелькнула искорка былой игривости.

– Мне нужно напитаться силой...

– Место силы? – с улыбкой уточнил он.

– Ага. Ты не мог бы помочь мне туда пробраться?

– Вот же ты задачки задаешь! – наигранно возмутился он. – Даже не представляю, как я с этим справлюсь...

«Все-таки Агвид...» – мысленно улыбнулась я, а он шутя отступил, показывая, что сдается. Прорисовал легким жестом прямо в воздухе полукруг, который засветился серебряным, и оттуда повеяло лесной прохладой.

Сердце затрепетало, а сознание окутало безотчетной радостью. Я заглянула в портал и прищурилась:

– Великий Ларг промахнулся?

– Не-а... – он сделал галантный жест, предлагая мне пройти первой. – Сначала нам следует заглянуть в другое место...

***

Веселое летнее солнышко радостно обняло за плечи. Я сощурилась от яркого света, а когда глаза немного привыкли, различила... свой собственный двор, снова раскрытую нараспашку дверь сеновала и бессовестного Петьку, нагло засевшего на пороге. Увидев меня, он нервно мигнул одним глазом, но тут же гордо подбоченился, всем своим видом демонстрируя, что не собирается уступать занятую территорию.

Моему восторгу не было предела. Вроде, не так уж давно стражи Эльморо забрали меня отсюда, вот только тогда я была уверена, что вернуться уже не смогу. Поэтому сейчас во мне бушевала такая радость, что я была готова расцеловать не только Ларга, но и Петьку и каждую его бестолковую курицу в отдельности.

Подхватив подол платья, я метнулась к деревянным ступеням избы. Дверь тут же распахнулась и я, визжа от радости, повисла на шее у старой феи.

Растроганная старушка только плакала, да все порывалась бежать накрывать на стол.

– Ох, батюшки... Девонька моя! Живая да невредимая! Сумел-таки, нашел! – это уже к Агвиду, который схватив нас в охапку, дружно запихнул в избу подальше от посторонних любопытных глаз.

– Здравствуй, бабуль. Надеюсь – не оплошал.

Старая фея окинула его беглым взглядом, покачала головой удивленно и снова засуетилась:

– Да что ж это я... и угостить то дорогих гостюшек мне и нечем! Сейчас пирогов поставлю да щец наварю! Погодите немного!

– Наваришь, бабуль, обязательно! И пирогов приготовь, да побольше, да не сейчас только. Дай пару деньков, надо бы мне в мир людей по делам наведаться.

Агвид улыбнулся фее, а я замерла, теряясь в догадках.

– А потом, – продолжил он, – накрывай на стол все, что есть, да сватов встречай... Как там, по вашим обычаям – всё соблюсти обещаю!

Сердце ухнуло и закатилось под печку. Я побледнела, потом покраснела, выдохнув и боясь вдохнуть. Он что, все это всерьез?!

Бабушка охнула, прижав руки к груди, потом бросила хитрый взгляд на Волка.

– Стало быть, двойной у нас праздник! – весело проговорила она и пояснила, поймав наш недоуменный взгляд: – Чай, хоть и в лесу живем, а новости в Чаадоре ох и быстро разносятся! Знаю я все про вашу братию лохматую, оттого и радуюсь.

– Ба... – я снова бросилась ей на шею, уже просто не зная, куда выплеснуть свое счастье. – Мы.. мы сейчас... – я заметалась глазами между феей и Агвидом.

– Да бегите, бегите, куды собирались, – улыбнулась фея. – У меня теперь забот радостных невпроворот! Скажи-ка только, милай, – остановила она на пороге Агвида, хитро улыбаясь и упирая руки в бока. – От кого сватов ждать? Назовись-ка, имя мне свое настоящее поведай!

Он задумался ненадолго, уперевшись рукой в низкую притолоку, и обернулся к фее. Неуверенно пожал плечами.

– От Ларга, бабуль. Чёрт возьми, похоже, что от Ларга.