Глава 16. Ароматы смолы

Темно, и пахнет сосной. Такой приятный, успокаивающий, обволакивающий аромат смолы и зеленой хвои вперемешку с дождем. Я иду по ковру из опавших иголок и шишек, они шуршат и колют босые ноги, но мне приятно. Вдыхаю влажный воздух полной грудью, и сердце наполняется радостью. Хочу взглянуть на небо: мне интересно, там тучи или светит солнце? Поднимаю голову и вглядываюсь в густые кроны сосен, распахиваю шире глаза и... просыпаюсь.

Сосной действительно пахло, потому что я обнаружила себя в комнате деревянного сруба. В распахнутое окно ворвался ветерок, неся с собой запах хвои. Я в сосновом бору.

Стоило пошевелиться, как тут же скривилась от боли: тело ломило так, словно меня медведь помял. Память возвращалась урывками, рваными, обкусанными клочками. Ни двинуться, ни подняться – не могу, но зато живая... Живая?

Последнее, что помню – сильные руки Светлой Магини и её ледяные глаза – в них я прочитала приговор. Как же так вышло, что она меня не убила?

Эльморо. Моя интуиция не подвела. С первого взгляда я уловила в ней нечто, что не давало мне покоя, но поняла только там – у разлома, когда увидела поверженным своего Волка и Эльфийку, что приговорила и его. А эльфийку ли? Почему мне, выросшей в стране магических существ, где эльфов было предостаточно, имеющей среди их братии кучу знакомых, не бросилось в глаза очевидное? Эльморо была слишком идеальна. Слишком! И у неё не было характерных для эльфов острых ушей, что никакими волосами не прикрыть! Это самовлюбленное создание было настолько совершенно, что не потерпело бы ни одного изъяна на своем теле даже во имя конспирации. Она прикрывалась лишь мороком, и это всех сбивало с толку.

Я поморщилась, досадуя на свою невнимательность. Заметь я это сразу, возможно, не случилось бы беды... Беды?! Сердце ухнуло и помчалось вскачь. Агвид! Где он? Он жив? Кто победил? Где я и что происходит?

Мне уже было наплевать и на волчицу, и на все, что я видела. А что, собственно, я видела? То, что Эльморо мне хотела показать? Определенно, только это! Я пришла в сознание в её замке, когда Агвида там уже не было, и выяснилось, что в его отсутствие Светлой я не нужна. Она использовала меня как инструмент, чтобы влиять на него, только и всего. Я даже не помню – как. Последнее, что осталось в памяти, как я плачу на коленях Эльморо. Дальше – мутные обрывки видений, которые я даже не в силах собрать воедино.

Беспрепятственно выйдя из замка, я направилась по следу оборотня. И то, что узнала в общине Корга, перевернуло мое сознание.

Красные волки, о существовании которых я даже не подозревала, приняли новенькую волчицу с радостью, нисколько не удивившись: к клану Корга уже несколько дней стягивались уцелевшие изгои. Из уст в уста передавали небывалое: Ларг вернулся! Конец диктату Эльморо и нашим страданиям.

Я долго не могла понять, хорошо это или плохо. И только когда узнала правду... Эта правда до сих пор не укладывалась у меня в голове: Эльморо вовсе не царица Чаадоры, а Ларг – вовсе не предатель. Мы не изгои в этом мире, а хозяева! Нас оболгали, заставили страдать!

Это так подстегнуло, что я одной из первых присягнула на верность своему царю, на крови поклявшись защищать его в борьбе с Эльморо и так рьяно рвалась в бой, что меня еле успокоили. А потом был другой шок...

Приветствовать царя женщин не пустили. Никого, кроме уже известной мне Мары, что принесла волкам благую весть, и представительницы измерения богов, которые не оставили без внимания это событие. Я же, вместе с другими любопытными, толкалась, подглядывая в щели двери. И когда увидела его...

Мне до сих пор было не по себе. Да, я знала его в другой личине, но она совсем не сильно отличалась – только габаритами, и не узнать его я не могла. Помню, как схватившись за сердце, отпрянула от двери, как убежала далеко в бор и застыла, прижавшись лбом к корявому стволу сосны, пытаясь привести себя в чувство.

Никто из них не знает, что я первая встретила его, я его спасла, и он – мой... На душе потеплело, а из глаз полились горячие слезы.

Они и сейчас текли. Мне было трудно утирать их, поэтому я молча лежала и захлебывалась ими, вдаваясь в воспоминания. Я так и не смогла подойти к нему до боя. Зная его как Агвида, мое сознание отказывалось принимать его как Ларга. Поэтому я молча присоединилась к стае красных.

Где он? Жив ли? Поговаривали, что сила Ларга у Эльморо, и если Ларг не вернет ее – шансов у него нет. Да, я бросилась на Эльфийку, но ведь вряд ли это помогло? Но это все, что я могла тогда сделать.

С огромным трудом, едва удерживая стон, попыталась приподняться в положение полусидя. Вроде получилось. С интересом огляделась и поняла – это снова дом Корга.

Тяжелая сосновая дверь тихо скрипнула и приоткрылась, и в горницу с кувшином воды в руках зашла незнакомая мне черноволосая девушка. Увидев, что я очнулась, она мило улыбнулась, и я заметила исходящее от нее легкое сияние – богиня! Та самая, очевидно, представительница измерения богов.

Она поставила кувшин на прикроватный столик и, обтерев руки о полотенце, присела на край кровати.

Я засмущалась. Что я за птица такая, чтобы сама богиня ухаживала за мной? Очевидно, мне воздают почести за мой «подвиг», но почему она? Я открыла рот, потом закрыла, не зная, что сказать. Наверное, нужно поприветствовать ее и поблагодарить?

Увидев мою растерянность, она начала первой:

– Зови меня Яра, – мягко проговорила она с улыбкой. – И я знаю – кто ты.

Я вспыхнула. Она ведь именно это имеет в виду? Она знает, что я – женщина... Ларга? Я сама вздрогнула от подобной мысли. Ларга? Н-нет...

Яра склонила голову, хитро заглянула мне в глаза и расхохоталась:

– Ляна, ты могла бы быть и поуверенней. Мы ведь до последнего считали его парой Мару. Пока он не заявился наконец-то, рухнув у твоей кровати, и не рассказал. Ты же не знаешь, что он трое суток провалялся здесь, у тебя в ногах?

Ларг... у меня в ногах? Я зажмурилась и постаралась спрятаться под одеяло. Губы пересохли от волнения и не шевелились.

Яра отобрала у меня одеяло, плеснула в чашку воды и подсела ближе, поднеся ее к моим губам. Это меня снова ошарашило, но пить хотелось. Утолив жажду, я благодарно кивнула богине.

– Сама скромность, ну надо же... – улыбнулась Яра. – А ведь если подумать, не тебе, а мне в твоем присутствии смущаться бы пристало.

Я снова с удивлением и все так же остолбенело молча воззрилась на богиню. Та привстала, опуская чашку на столик, а потом снова опустилась рядышком. В ее черных глазах плясали огоньки задора.

– Я понимаю, это трудно принять, – Яра подняла брови и с улыбкой развела руками, – но это так! Он тоже мечется как зверь на привязи, пытаясь найти отговорки. Но он царь, Ляна. Он Хозяин Чаадоры. Глава нашей связки миров. А ты можешь стать его царицей. Если смиришься, конечно...

– С ч-чем? – я наконец-то смогла выдавить из себя первое слово.

Яра улыбнулась:

– С его новой личиной, новым статусом. С новым пониманием себя...

«С тем, что он тебя не любит...» – мысленно добавила я и усмехнулась.

Слова Эльморо так запали в душу, что до сих пор звучали у меня в ушах набатом. Я не помнила ничего из того, о чем мы с ней говорили, кроме этих слов, и почему-то чувствовала и знала, что это правда. Ценит, жалеет, бережет – всё, что угодно, только не любит...

Наверное, я помрачнела, и Яра поспешила меня отвлечь:

– Ну откуда опять эти слезы? Он победил, ты слышишь? Эльморо повержена! Ваш вид восстановлен в правах. Чаадора и ее связка миров в безопасности, Ляна!

До меня, похоже, только сейчас дошло.

– Мы победили?

– Ну вот же! – Яра хлопнула в ладоши и вскочила с кровати. – Тебе нужно поесть!

– Н-нет... я...

– Тогда... – Яра заговорщицки подмигнула мне и, подойдя к небольшому шкафчику, выудила оттуда бутыль с вином и две глубоких чашки, больше подходящие для супа, нежели для вина.

– У Корга кругом заначки, – подмигнула она, разливая вино в чаши. – Ну? За победу? Тебе не повредит согреть кровь.

Я улыбнулась и сделала глоток. Вино теплыми струйками побежало по венам, согрело, и я поняла, что наконец-то расслабилась.

– Яра, а где он? – неожиданное лекарство развязало мне язык, и я осмелилась задать этот мучающий меня вопрос. Ведь, судя по тому, что все счастливы, Ларг все-таки жив.

– А! – Яра неопределенно махнула головой. – Как только понял, что с тобой все будет в порядке, отправился с моим мужем к Велесу за вашей братией. Да-да! – она поймала мой удивленный взгляд и засмеялась. – Вас много, Ляна!

Вот это да! Еще совсем недавно я считала себя одной в своем роде, диким изгоем, обреченным прятаться в лесах, а теперь... Я одна из многих, и возможно, даже выше их всех! Это, безусловно, подкупало. Царица Чаадоры. Царица трех миров! Мечтать – не перемечтать!

Яра сначала внимательно смотрела на меня, наблюдая за реакцией. Напускная игривость слетела, а темный взгляд внезапно потяжелел. Отвернувшись к окну, она неуверенно перебирала пальцами опустевшую чашу.

Я несмело дотронулась до ее руки.

– Ты боишься, что я оставлю его? – я сама не ожидала от себя этого вопроса, но всем сердцем чувствовала, что Яра переживает за Агвида, что он ей чем-то очень дорог, и не только как царь.

Она молча поднялась, неспеша ополоснула чашки из кувшина, выплеснула содержимое за окно и поставила их на место, потом серьезно посмотрела мне в глаза.

– Я не вправе просить тебя об этом. Но я вырастила его, понимаешь? Он мне как младший брат. Непослушный, капризный, вечно мотающий нервы, но любимый... Ему сейчас придется трудно. Особенно морально. И если честно... я боюсь оставлять его одного.

Я понимала. Даже мне было трудно переосмыслить его воплощение, чего уж говорить о нем.

– Царица... А, Ляна? – прищурившись, посмотрела на меня Яра, словно соблазняя меня этим статусом.

Я отрицательно покачала головой.

– Понимаю, – тяжело вздохнула она. – Но прошу только об одном. Не принимай решения сгоряча. Я же вижу, любишь его. Так ведь? Любишь?

Она вопросительно взглянула на меня, а я лишь опустила глаза в пол.

Люблю. Но хватит ли этой любви на двоих? В сердце Ларга пустота, и он никогда меня туда не пустит. Не откроется и не станет полностью моим. Он и сейчас для меня чужой, ведь я любила... Агвида.

Поджав губы, Яра кивнула головой и молча удалилась. А я осталась наедине с собой и со своим нелегким выбором.