Глава 5

Я держала за руку Коннора, моя магия через прикосновение будет воздействовать на него и скрывать от чужих глаз, когда я ей прикажу. Дальше шли Самай, Брэнд, Рэя, а замыкал нашу цепочку, Лэнс.

Главарь банды «Серые псы» оставил своих головорезов в доме, приказав спасаться при первой возможности. Я скрыла презрение в глазах, отвернувшись ото всех, но заметила, что члены банды чувств не скрывали. Люди были возмущены, кто-то даже плюнул вслед главному и повернулся спиной, не слушая угроз.

Брэнд больше не был главарем, при первой возможности «Серые псы» его растерзают. К моему удивлению, Лэнс громко сказал:

– Я остаюсь. Будем биться с корри. Всех соберу, нас тут немало, и зададим им жару. Брэнд, может, останешься?

Но главарь покачал головой. Уговаривать никто не стал. Лэнс и бандиты отправились в комнату, где находилось оружие, а мы пошли в противоположную, чтобы выйти через черный вход.

Мимо нас иногда пробегали хмурые бандиты или воришки. Они останавливались и заговаривали с Брэндом, ожидая от него приказов. Но трусливый главарь говорил только одно:

– Встретимся после всего и накажем предателя. Сейчас каждый сам за себя.

Его слова приводили людей в ступор. Когда они произносили клятву при вступлении в банду, то верили, что теперь одна семья. Я тоже верила и делала все, как считала, для общего блага..

Что случилось с Брэндом? Я украдкой взглянула на главаря. Он начал меняться, когда впервые в общем доме появились бочки с пойлом. Сначала главарь сильно нервничал, все ждал облавы, а когда драги стал приносить прибыль… много прибыли, то в Брэнде проснулась жадность.

Звуки выстрелов стали звучать чаще, и мы теперь двигались быстро, в полусогнутом состоянии. А когда я увидела за окном, как многочисленные корри приближаются к дому перебежками, поняла, что банде «Серые псы» пришел конец. Погибнут многие, а тех, кто останется в живых, посадят.

– Готовы? – спросила я, когда мы остановились возле черного входа. – Моя магия спрячет вас от людских глаз, но не от пуль. Главное – идти осторожно, как можно тише, и не издавать никаких звуков. Как только вы перестанете держаться за руку соседа, сила магии исчезнет.

– Лучше идти след в след, – добавил Коннор и сжал мою руку, будто ощутил магию. Она коснулась друга, затем Самай, после прошлась по Рэе и Брэнду.

– Теперь вы невидимы. Готовы? – Я усмехнулась, заметив страх в глазах любовницы главаря. «Правильно, бойся, ты не будешь в безопасности», – злорадно подумала и осторожно приоткрыла дверь.

Зимой рано темнело, и небо заволокло серостью, скоро ночь опустится на город, скрывая убийц и воров в опасных переулках. Темнота играла нам на руку, и я была уверена, что мы выберемся из этой передряги. Коннор и Самай так уж точно, друзей я ни разу не бросала.

Мы шли гуськом, вдоль дома, обходя его, когда услышали звук разбитого стекла. Из окна вылетел один из членов банды. Весь в крови, порезанный мужчина жалобно шипел и ругался. А в доме на первом этаже продолжалась битва не на жизнь, а на смерть. Страшное рычание, крики злости и боли, грохот от крушения мебели. Все смешалось.

– Надо ему помочь, – пробормотала Самай, но от меня не укрылось, как девушка облизнула губы. Запах и вид крови пробуждали внутри подруги хищницу.

– Идиотка, – прошипела Рэя. Она убрала щипцы в карман белой шубки. Невольно мой взгляд задержался на ее сапожках с высоким каблуком. И Рэя еще собиралась в таком виде перелезать через забор. Что ж, пора было доставлять девицу прямо в руки корри.

– Я думаю, в дом пробрался оборотень, – негромко предположил Брэнд. Главарь испуганным не выглядел, наоборот, организованным и деловым. Уверенным, я бы даже сказала. Словно верил в мою магию.

Мы прошли мимо раненого бандита, повернули за угол, и я остановилась, спиной прижимаясь к стене. Выстрелы стали звучать чаще, мы невольно пригнулись и замерли. К нам бежало с десяток корри, вооруженных пистолетами. В синей униформе и черных касках с гербом, полицейские легко скрывались в темноте. Если бы не свет фонаря… всего мгновенье, и лампочка взорвалась от выстрела, улица погрузилась в сумрак. Единственный уличный фонарь освещал железные ворота, где столпились вооруженные корри. Собаки молчали, значит, их убрали от единственного выхода.

– Я чуть не описалась от страха, – выдохнула Самай, как только корри скрылись за углом. Полицейские двигались мимо нас, а мне казалось, что они движутся медленно, как улитки, пока я сдерживала дыхание, вжимаясь в кирпичную стену дома. Всего шаг – и один из них может задеть любого из нас. – Сильная у тебя магия, Шато.

– Тихо, – приказал Коннор. – Самое опасное впереди.

– Главное – открыть ворота, а там… скроемся, – хмыкнул Брэнд. – Иди, Шато, пока стало тихо.

И действительно, наступила напряженная тишина. Такая бывает перед бурей. Надо поторопиться, слишком все быстро и непредсказуемо.

Я сделала шаг в сторону выхода, еще один и еще. Чем ближе были ворота, тем быстрее стучало сердце. Волнение охватило все мое существо, адреналин хлынул в кровь, устремился по венам, и когда до ворот оставалось всего несколько шагов, я убрала магию с Рэи и Брэнда. В тот момент моя совесть молчала. Не было ни жалости, ни злорадства, я действовала по законам улицы. Око за око, зуб за зуб.

корри предупреждающе закричали, но главарь и его любовница пока не догадывались, что их заметили, а они были как на ладони.

– Шато, – услышала шепот Коннора.

– Думаю, ты понял, что надо дальше делать.

Друг кивнул, и мы побежали. корри совершили предупреждающий выстрел в воздух, а потом один из них навел пистолет прямо на Брэнда. В этот момент главарь «Серых псов» обо все догадался.

– Шато! – завопил бандит и кинулся на меня, но пуля, попавшая в плечо, на мгновенье остановила мужчину и он упал.

Рэя завизжала и со всей силы дернула на себя Самай. Одновременно склад с бочками пойла взлетел на воздух, огромный столб огня вырвался наружу, а художница достала перочинный нож и со всей дури резанула лезвием по руке любовницы главаря. Рэя отпустила Самай и рухнула на колени, крича от боли, прижимая к себе окровавленную руку. Брэнд поднялся, зарычал, как раненое животное, готовый снести все на своем пути, но был остановлен новыми пулями.

Возле закрытых ворот наша троица остановилась. Я оглянулась: главарь «Серых псов» лежал на алом снегу. Рэя кричала, пыталась вырваться из рук полицейских. В свете яркого огня я увидела одного из корри. Он бежал от горящего склада в сторону забора. Его движения показались мне знакомыми, и тут из окна второго этажа дома выпрыгнул мужчина. Он легко приземлился на ноги и, выпрямившись, приподнял голову, словно нюхал воздух.

«Проклятый оборотень!» – успела подумать я, как меня потянул за собой Коннор. Самай открыла замок, пока корри глазели на горящий склад. За воротами стояли полицейские автомобили. Ловко лавируя между ними, мы неслись к дороге, чтобы очутиться на другой стороне.

Машин оказалось мало, прохожие спешили по домам или по своим делам, фонари уже давно горели, освещая улицы. На перекрестке я отпустила руку Конора и сняла магию.

– Предлагаю здесь разделиться. Проще спрятаться по одному, а завтра давайте встретимся в кафе «Дези».

– Я за, – поддержала меня Самай, нервно оглядываясь.

Вокруг большого дома банды «Серые псы» начала собираться толпа зевак, и уже была слышна вдалеке сирена пожарной машины. Небо окрасилось ярким заревом пожара склада, как кровь.

– Я ухожу в банду «Черный глаз», идемте со мной. Шато, только они смогут тебя защитить.

Коннор положил мне руку на плечо, но я раздраженно повела им. Не любила, когда решали за меня.

– Ты в своем уме? У них есть маг, стирающий память. Мгновенье – и твоей личности больше не будет. Сотрут к чертям, – возразила я. Хватит с меня банд. Поработаю спокойно в театре до весны и свалю в столицу.

корри распахнули ворота, запуская пожарную машину. Тут же подъехали три автомобиля с красными крестами. Из дверей выскочили доктора и медсестры.

– Зря вы так, – раздался за спиной приятный мужской голос с хрипотцой. Я резко оглянулась. Из темного проулка вышло пятеро незнакомцев в черных одеждах. Самый высокий из них усмехнулся, показав желтые кривые зубы. – Грег не стирает память всем подряд, лишь когда это нужно банде. Вижу, вы совсем несведущи в таких делах, мисс Шато Руж.

Я видела мага несколько раз, и среди появившихся, вышедших к нам мужчин его не было. А то, что незнакомцы из банды «Черный глаз», я сразу определила. Они ходили в черных одеждах, да и откуда бы другие, простые горожане знали имя стирающего память.

– Это вы натравили на нас корри? – сладким голоском пропела Самай, играя перочинным ножиком. Да так ловко, что я не успевала следить за ее пальцами.

– Зачем нам? Мы грязными делами не занимаемся. Можете не верить, но сегодня мы пришли за вами.

– Что? – одновременно вырвалось у меня и Самай. Коннор все сильнее хмурился, сложив руки на груди.

– Отличный получится тандем у мага иллюзий и мага, стирающего память.

– Нет, спасибо, – буркнула я, раздумывая, что пора поскорее сваливать. Банда «Серые псы» сегодня была практически уничтожена, и свора из «Черного глаза» сразу просекла, что к чему, раз так свободно прогуливалась по нашей территории. – Я привыкла быть сама по себе, а вам, ребята, пора. Слишком далеко вы забрались от дома.

Мужчины переглянулись, и высокий дерзко усмехнулся.

– А кто нас выгонит? Вы все, что осталось от «Псов». У вас есть время подумать до завтра. Если надумаете, вас встретят в одиннадцать часов вечера на мосту.

Мужчины развернулись, чтобы скрыться в темноте, но Коннор остановил их.

– Стойте! Я пойду с вами.

– Коннор, – тихо позвала я друга. – Ты уверен?

Он кивнул и уверенно шагнул к незнакомцам.

– Я тоже пойду, – сказала Самай и шепотом произнесла мне в ухо, – Без семьи не выжить в городе.

– Я пас, – покачала головой в ответ на немой вопрос друзей.

– Зря.

Высокий мужчина внезапно сделал шаг ко мне и протянул руку, чтобы дотронуться, но тут перед бандитом неожиданно оказался оборотень. Он пах дымом, кровью, силой. Столичный сыщик спрятал меня за спиной и рявкнул:

– Кто такие? Документы…

Бандиты из «Черного глаза» поспешно скрылись», Коннор и Самай кинулись за ними. Оборотень же довольно хмыкнул и взглянул на меня. Лицо сыщика, одежда – все было в крови. Страшное и отталкивающее зрелище одновременно.

– Мисс Руж, сколько у вас имен. Как вас звали в банде?

Чертов оборотень. Он ведь теперь не отстанет.

– Шато, – ответила я, после того как прочистила горло. – Но банды больше нет…

– Ну и отлично, вы пойдете со мной. За вами нужен глаз да глаз, – нагло заявил сыщик.

Я дернулась, напрасно решив, что могу убежать в темный переулок за Коннором. Оборотень быстро схватил меня и приподнял, как нашкодившего котенка.

– Лучше не сопротивляйтесь, вам же будет хуже.

– Я уже поняла, – прохрипела, пытаясь оттянуть ворот в сторону, чтобы не давил на горло.

Оборотень потащил меня к железным воротам, я еле успевала за его широкими шагами. Холодный воздух наполнился запахами дыма, огня. Пожар стремительно разгорался и уже перекинулся на большой дом. Ворота широко распахнули, и я отлично видела, как остатки банды «Серые псы» выбегали из дома, спасаясь от огня. Кто-то выпрыгивал со второго этажа, кого-то несли на носилках. Пожарные и полицейские действовали слаженно, быстро, предупреждая суматоху среди пострадавших.

Оборотень разговаривал с одним из корри, я только услышала, что сыщик приказал составить списки арестованных, всем оказать медицинскую помощь, дальше я не слушала. Слишком страшная трагедия разыгрывалась перед глазами. Некоторых бандитов я презирала или ненавидела, с кем-то дружила, но никому не желала такой смерти. Сгореть заживо, кто не успел выбраться.

– Идем, – велел мистер Торгест.

И я, слишком ошалевшая от происходящего, безропотно пошла за волком. Мы сели в черную машину, глаза сыщика блеснули в темноте, как у хищника. «Спокойно, Шато», – уговаривала я себя, но волна дрожи пробежала по телу. Оборотень повернул ключ зажигания, мотор зарычал, и машина плавно тронулась с места. Невольно вспомнила, как Коннор всегда резко жал на педаль, и автомобиль, жалобно скрипнув колесами, летел вперед. Я боялась ездить с другом, он всегда в последний момент заворачивал или уходил в сторону, обгоняя машину. Мог даже вылететь на встречную полосу. Его все это веселило, я же проклинала Коннора, кричала на него, когда выбиралась из машины, и говорила Создателю спасибо, что осталась жива.

Сыщик уверенно держал руль, сосредоточенно глядел на полупустую дорогу. С таким водителем ехать было не страшно. Автомобиль летел по ночному городу, а я постепенно отходила от шока. Внутри еще била дрожь, и картины пожара мелькали перед глазами. В горле пересохло, и ужасно хотелось пить. О своем будущем в этот момент я не думала, вспоминала все хорошее, что происходило со мной в большом доме. Общий стол, если праздник, то для всех, горе и отчаянье также переживали вместе. Мы были семьей, пока Брэнд не привез на склад первые бочки с пойлом.

Автомобиль остановился, и я будто очнулась. Взглянула на сыщика. Что он собирается со мной сделать? Теперь оборотень знал, что я одна из банды «Серые псы». Меня тоже посадят за решетку?

– На выход, – приказал мистер Торгест, вылезая из машины и хлопая дверью.

Я понимала: если не подчинюсь, то волк заставит. Безропотно выбралась из машины и огляделась. Обыкновенная улочка, миленькие двухэтажные коттеджи богатого района. Фонари ярко освещали дорогу, и вдалеке я заметила парк. Значит, под боком находился театр «Лицеум». Стало как-то легче дышать.

– Куда вы меня привезли? – тихо спросила, повернувшись к оборотню. Он слишком довольно ухмылялся. Если улыбался Брэнд, значит, жди пакости , а что ждать от сыщика, оставалось неприятной загадкой. Поэтому я напряженно наблюдала за сыщиком, ожидая подвоха.

– Этот мой временный дом, а так как вы, мисс…

Мистер Торгест многозначительно замолчал, давая мне шанс самой выбрать имя.

– Руж, – произнесла я, слегка прищурившись. С оборотнем надо держать ухо востро, не удивлюсь, если это его идея устроить облаву на «Псов».

– Мисс Руж, вы ценный свидетель и если случайно, как вы говорите, стали связующим звеном между миром живых и мертвых, то просто необходимо организовать вам защиту. С этого дня вы находитесь под охраной инквизиции Теперь я отвечаю за вас головой, хотите вы этого или нет. А сейчас идите вперед, прямо к дому с номером тридцать пять.

Я повернулась к серому коттеджу и молча направилась к высоким резным воротам. Железные лепестки роз и вьюна плавно оплетали решетки. Мистер Торгест ключом открыл калитку и приглашающим жестом предложил войти.

– Не бойтесь, мисс Руж, в этом доме вам ничего не угрожает.

И снова улыбка, добрая, обаятельная. И так хотелось бы ему поверить… но я напряженно ждала гадости. Мысли о побеге появились сразу, как только я вышла из черного автомобиля.

Слишком быстро закончилась засыпанная снегом дорожка, как ни оттягивала я время, пришлось подниматься по широким ступенькам, стучать ногами по придверному коврику, стряхнуть снег с обуви, и войти в коттедж.

Под магией иллюзии я побывала в разных домах, и богатым убранством меня было не удивить. Молоденькая служанка в белом чепчике и черном платье с белым фартучком, скромно опустив глазки, взяла куртку из рук мистера Торгеста.

– Мелисса, сжечь и одежду мисс Руж тоже, – отдал распоряжение оборотень, забирая у меня шубку, норковую шапку. Сыщик все всучил служанке и продолжал командовать: – Я провожу мисс Руж в гостевую комнату, а вы, как отнесете одежду в топку, бегом готовьте ванну для мисс. Предоставьте чистое платье и проводите в столовую…

– Подождите, – смолчать я не смогла. – Если вам не нравится ваша куртка, делайте с ней, что хотите. Мою шубку не трогайте, она слишком мне дорога.

Да не купить мне такую! Не по карману! А Коннора вряд ли уговорю своровать, если вообще встречусь с ним. Я попыталась забрать шубку у испуганной служанки, темные глаза которой широко распахнулись, когда я рванула на себя рукав.

– Прекратите истерику! – рявкнул волк и так грозно посмотрел, что мои пальцы сами отпустили шубку из черного песца. Сыщик спокойно произнес: – Ступайте, Мелисса.

Служанка сделала быстрый книксен и почти убежала, не поднимая взгляда от пола.

– В моем доме не будет ворованных вещей, – тихо, но твердо сказал мистер Торгест. Я по привычке хотела возразить: «Ворованные? Да о чем вы?!» Но по хищному блеску в зеленых глазах поняла, что лучше не спорить.

– Вы предлагаете мне сидеть взаперти голой, мистер Торгест? – ехидно поинтересовалась я.

Оборотень хотел смутить? Да плевать на то, что волк обо мне думал. Да, я воровка, да, состояла в банде, которая уничтожена. Под прикрытием магии иллюзии пробиралась в разные места. Подслушивала, а потом предавала информацию главарю. Но я не убийца, хотя Лэнс много раз требовал от Брэнда отдать мне приказ и отравить мага в банде «Черный глаз».

– Не смогу, – просто сказала я, и Брэнд это понял, а вот его правая рука долго еще издевался над моей «слабостью».

– Если вам нравится ходить голой, это ваше дело. Я не откажусь лицезреть женские прелести, – усмехнулся сыщик. Краснеть я не собиралась, но помимо воли ощутила жар на кончиках ушей под пристальным взглядом оборотня.

– Так вы намерены отобрать у меня одежду, хочешь не хочешь, а придется обнажиться, – пожала плечами, будто мы тут обсуждали, какая завтра будет погода.

– Я взамен дам вам купленную в магазине, так что ваша мечта показать мне ваши прелести не осуществится.

Оборотень веселился вовсю, обаятельно улыбаясь, а я поздно спохватилась, что начала улыбаться в ответ, невольно поймав себя на мысли, что мне нравилось спорить с мистером Торгестом, пока мы поднимались по лестнице.

– Так не пойдет. Я с вами не расплачусь и останусь должна. Нет, спасибо, – возразила, останавливаясь рядом с оборотнем.

– Если поможете в расследовании, то инквизиция выплатит вам хорошее вознаграждение, вот и рассчитаетесь, – подмигнул мистер Торгест и толкнул бежевую дверь. – Ваша комната, мисс Руж.

– Подождите. – Я дотронулась до руки оборотня, тут же заметив, как он напрягся, отдернула пальцы. – Сколько… вознаграждение. Какая сумма?

– Вам хватит. После того как отдадите свой долг, еще останется. Но, повторюсь, все зависит от вашего старания и результата. Убийца должен быть пойман.

Мысли о побеге растворились, как кофе в кипятке. Мечта уехать в столицу и покорить жителей Фолкстона вспыхнула с новой силой.

– Я согласна помочь следствию, если мне заплатят, – нагловато заявила, но внутри ужасно нервничала.

– Тогда по рукам. – Сыщик протянул мне ладонь, довольно улыбаясь.

– Я не верю обещаниям и клятвам.

Он считал меня дурой? А вот тебе, большой кукиш.

– Составим бумагу или что в таких случаях делается.

– Вы имеете в виду договор? – удивленно приподнял брови мистер Торгест. – Он не нужен. Потому что оборотни держат слово.

– Так я и поверила, – хмыкнула я. Значит, все это враки насчет вознаграждения. Жаль бросать театр, но придется смыться при первом удобном случае.

– Как же вы жили все это время, не веря никому? – Сыщик вдруг стал серьезным и твердо произнес: – Я клянусь вам, что рядом со мной вы будете в безопасности. Как только убийца будет пойман, на ваш счет в банке перечислят сумму с тремя нулями.

Создатель! Даже если это будет всего тысяча фунтов, то… перед глазами замелькали афиши, полные залы зрителей. К сожалению, я быстро спустилась с небес на землю.

– Есть одно «но». У меня нет счета в банке, – хмуро заявила я.

– Значит, завтра мы с вами поедем в банк, вот и все. Согласны?

Оборотень снова протянул руку, искренняя улыбка вызывала доверие. Что ж, поглядим, что будет дальше.

– Ладно, – тихо сказала я и неуверенно положила пальцы на горячую ладонь сыщика.

– Хорошее начало. – Мистер Торгест слегка сжал мою руку. – Жду вас в столовой через полчаса. Не опаздывайте.

Сыщик развернулся и быстрым шагом направился дальше по коридору к соседней двери. Прежде чем войти в комнату, оборотень посмотрел на меня. Зеленые глаза таинственно блеснули, а меня вдруг бросило в жар, и я поторопилась скрыться за дверью.

Присвистнула, оглядев комнату. Золотистые шторы закрывали широкое окно, мягкий бежевый ковер застилал всю спальню. Массивная старомодная кровать с прозрачным балдахином и лепными золотыми херувимами на спинках. Тяжелый туалетный столик и удобный пуфик. Не спальня, а мечта любой девушки. В моей маленькой квартирке не было ванной комнаты, приходилось плескаться в тазике, и раз в неделю мы с Викторией отправлялись в общественную баню. Я – хорошенько помыться, а подруга за компанию.

Здесь же меня ждало настоящее чудо в виде белоснежной ванны, горячей воды и вкусно пахнущего лавандой шампуня. Быстро раздевшись, я впервые собиралась принять ванну, как настоящая богачка.

– Мисс Руж, – услышала за спиной тоненький голосок служанки. – Вам помочь?

– Зачем? Я не беспомощная старуха, – усмехнулась я, забираясь в ванну.

– Мистер Торгест велел…

– Он может приказывать тебе, а мне не хозяин. Так что иди занимайся своими делами, – махнула я, и Мелисса быстро вышла.

Но долго блаженствовать в горячей воде служанка мне не дала. Вскоре явилась и напомнила, что через пять минут ужин и что мистер Торгест не любит ждать. Поворчав, я все-таки поторопилась. Сыщик пока казался непредсказуемым.

К моему удивлению, в спальне на кровати лежали изумрудное домашнее платье и нижнее белье. Размер оказался подходящим, и я с удивлением отметила в зеркале, как красиво струилась мягкая ткань.

Мокрые волосы оставила распущенными, мне нравился лавандовый аромат, и я решила, что обязательно куплю духи с таким запахом.

– Следуйте за мной, мисс Руж, – нетерпеливо позвала служанка и полетела по коридору и широким ступенькам, будто опаздывала на пожар. Если бы у меня в животе не урчало, то я бы не бежала за ней. Ничего бы с оборотнем не случилось, мог и подождать пару минут.

– Проходите, – слегка запыхавшимся голосом пригласила меня Мелисса, открывая двустворчатые двери.

Столовая, на удивление, оказалась небольшой, но уютной. Свет мягко лился из золотой люстры, освещая круглый сервированный стол возле широкого окна со светло-зелеными шторами. Два кожаных кресла расположились рядом с камином, в котором потрескивали дровишки. Оборотень стоял, задумчиво глядя на огонь. Блики света скользили по лицу сыщика, привлекая мое внимание к упрямому подбородку и напряженно сжатым губам. Мистер Торгест отлично услышал, как я вошла в столовую, но не торопился проявить внимания. Словно испытывал мою выдержку.

Но я вовсе не была воспитанной мисс и ужасно хотела есть. Поэтому без приглашения направилась к накрытому столу и специально громко отодвинула стул, чтобы присесть.

Оборотень, слегка улыбаясь, произнес:

– Мисс Руж, вы заняли мое место.

– Это имеет значение? – высокомерно спросила я и, пожав плечами, уселась напротив. Если мистер Торгест такой принципиальный, то пусть садится на свой стул, мне все равно.

– Конечно, я привык во время еды смотреть на сад, который сейчас за вашей спиной, – объяснил сыщик, подходя к столу.

– Хм, ничего примечательного невозможно увидеть зимой. Кругом снег и однообразный пейзаж, – возразила я. – Совсем другое дело весной. Солнце, тепло, зелень, и птицы поют.

Когда оборотень сел за стол, я уже положила в тарелку отварной рис и странное на вид блюдо небольшого размера, завернутое в темный лист.

– Это долма – рубленая говядина, листья винограда, – пояснил оборотень, заметив, что я не решаюсь пробовать на вкус неизвестное кушанье. – Повар из соседнего государства, он часто готовит национальные блюда.

– Первый раз вижу такое, на словах звучит… сытно, что ж, отведаем.

Я аккуратно отрезала столовым ножиком кусочек долмы и попробовала. Вкус оказался интересным и немного необычным. Виноградный лист придавал приятную кислинку мясу.

– Не ожидала, но вкусно, – похвалила я повара.

– К чаю принесут сладости, так что оставьте место, – усмехнулся мистер Торгест. – А потом нас ждет серьезный разговор, мисс Руж. Пора вам поделиться информацией, которую вы получили от доктора Лоренса во сне.

Я взглянула на серьезного оборотня. Что я должна была ему рассказать? Никаких секретов док пока еще не открыл.

– Откуда вы знаете, что он ко мне приходил? – спросила как можно беспечнее, прожевав рис и долму.

Раньше я ела быстро, чтобы успеть набить живот: издержки голодных дней в приюте. В театре научилась жевать медленно, не торопясь. Пример подала миссис Джерси, когда первый раз пригласила меня в недорогой ресторан. Женщина аккуратно и красиво резала отбивную столовым ножичком, придерживая мясо вилкой, а потом маленький кусочек подносила ко рту и медленно жевала. Я решила во что бы то ни стало научиться так же красиво принимать пищу. И научилась, раз мистер Торгест не кривился, да не отводил взгляд.

– Обычно к пятому дню уже приходит душа, так что, думаю, мистер Лоренс вас навещал. Или я не прав? – Сыщик хитро прищурился, при этом обаятельная улыбка не покидала его губ. Она-то и вызывала у меня смущение. Не привыкла я к разговорам с такими красавчиками.

– Правы, – намеренно беспечно пожала плечами. На самом деле вести такие разговоры с оборотнем совершенно не хотелось. Но если все сложится, как надо, то поеду в Фолкстон с полным банковским счетом. – Мистер Лоренс решил меня немного напугать. Души, видимо, знают о страхах людей или магов, к которым приходят. Терпеть не могу червей, так вот у дока вся голова оказалась в них. Они жрали его мозг, кожу и кости.

Бросила вилку и ножик, не доев ужин. Аппетит пропал напрочь, и я с удовольствием сделала глоток простой воды.

– А что вы знаете об алкогольном напитке под названием «драги»? – Мистер Торгест отодвинул пустую тарелку, но к чашке с чаем не притронулся. Заметил мой взгляд и объяснил. – Не люблю горячее, пусть остынет.

– Я не пробовала, но те, кто пил, говорят, что по вкусу чем-то напоминает пиво.

Это я услышала от одного из посетителя бара, куда меня отправил Брэнд. Чужая территория, вокруг опасные люди, и только маг иллюзии мог проникнуть и узнать, кто являлся поставщиком алкоголя в данный бар. Опасность драги состояла в том, что к нему привыкали. Чем больше люди пили, тем больше хотели еще. На улицах Терриба росло количество нищих. Они, если еще могли, громко молили прохожих о монетах, чтобы тут же потратить последние деньги на стакан драги. Алкогольный напиток сжигал горло, все внутренности, и человек, долго употреблявший опасное пойло, терял голос, а после… умирал.

– Почему? Кругом все пьют драги, а «Серые псы» доставляли напиток по городу.

– Брэнд запретил, – тихо ответила я.

Заметив вопрос в зеленых глаза оборотня добавила:

– Он запретил приближаться к бочкам на складе. Двое все-таки пробрались и так напробовались драги, что утром не проснулись. С тех пор у меня отпало всякое желание употреблять опасное пойло.

– Думаю, про привыкание вы тоже в курсе, – твердо произнес сыщик. Он взял чайную ложечку и, размешав сахар в чашке, сделал глоток. Я свой чай давно допила и сидела на стуле, сложив руки на груди.

– Все знают, но все равно пьют. Но «Псы» не единственная банда в городе. Есть еще «Черный глаз». Они тоже торгуют мерзким пойлом.

– Кто вам придумывает названия? – усмехнулся мистер Торгест.

– Тот, кто в банде, тот и придумывает. «Черный глаз», например, обязательно перед смертью жертве выколют глаз. А «Серые псы» практиковали нападение собак, но это было давно. От банды у меня осталась только татуировка. – Я протянула оборотню руку. Между указательным и большим пальцем был нарисован круг с клыком внутри.

– У вас красивые пальцы, как у музыканта, длинные и тонкие, – неожиданно сказал мистер Торгест. – Вы играете на пианино?

– Нет, в приюте не учили игре на музыкальных инструментах. Кстати, – я вспомнила о театре. –У меня завтра выступление, и я не могу его пропустить.

– Я еще не решил, пойдете вы или нет.

Сыщик быстро взглянул на меня, наблюдая за реакцией. От гнева перехватило дыхание. Но я смогла медленно подняться, пальцы коснулись холодной стали столового ножа. Игрушка против силы оборотня. Ну и пусть.

– Вы не можете лишить меня театра, – процедила сквозь зубы. – Не можете насильно меня удерживать. Я здесь лишь по своему желанию, если захочу – исчезну, и вы меня не найдете.

– Тише, мисс Руж, – спокойно произнес мистер Торгест, внимательно следя за мной. – Положите нож, оборотня этим даже не поцарапаешь.

Верно, но зато я могу легко ранить человека. Вошла служанка, в руках она держала поднос, полный необычных ароматных сладостей. Едва Мелисса приблизилась к столу, как я резко рванула к ней. Девушка ахнула, когда я обхватила ее и приставила нож к горлу. Пальцы служанки разжались, и поднос упал на стол, а сладости разлетелись в разные стороны.

– Как вы серьезно все воспринимаете. – Мистер Торгест расслабленно откинулся на спинку стула. Взял розовую сладость и сунул в рот.

– Со мной лучше не шутить, – удовлетворенно заметила я, удивляясь, как легко оказалось справиться с оборотнем.

Пока я контролировала ситуацию, необходимо потребовать в два раза больше сумму за совместную работу, а еще… Смазанным пятном сыщик метнулся к Мелиссе. В руке оборотень держал вилку, и ее острые концы прижались к моему горлу.

– Одно движение, мисс Шато, и я легко пробью вам трахею, – жестко предупредил мистер Торгест. С оборотнем шутки плохи. Видимо, совсем мозги пошли набекрень после пожара, если решилась угрожать сыщику. Но на своем настою, мне терять нечего.

– Не стоило меня злить. В театр я иду. Точка.

– Это так важно? – удивленно приподнял левую черную бровь оборотень.

– Да, – ответила с трудом.

Как объяснить, что без зрителей, без музыки я просто сгорю? Во время пения очищалась моя душа, или мне казалось, что очищалась. Но в этот момент чувство эйфории было настолько объемным, словно Создатель направлял меня и дарил благословение зрителям через мое пение.

– Я подумаю, а сейчас уберите нож, хватит пугать Мелиссу.

Мистер Торгест не дал на раздумье и секунды, сильнее надавил острыми пиками. Терпение у обаятельного оборотня заканчивалось. Зрачки неожиданно вытянулись, взгляд сразу изменился. Стал хищным, опасным, и я… сдалась. Отпустила служанку, та всхлипнула, испуганно уставилась на сыщика. Мистер Торгест невозмутимо произнес, убирая вилку от моего горла:

– Ступайте, Мелисса. Попросите повара принести вам стопку коньяка, как выпьете, идите отдыхать.

– Спасибо, – раздался еле слышный шепот служанки. Девчонка быстрее ветра покинула столовую.

– Ну что ж. Пришло время попробовать десерт, обсудить ваш сон и решить, что делать с театром. Идемте за стол. – И снова эта проклятая усмешка, но зеленые глаза оставались настороженными.

Откинув распущенные волосы за спину, я мысленно соображала: сбежать или остаться?

– Деньги вы получите уже завтра. – Сыщик сделал приглашающий жест. И я осталась.