Глава 6

Я настолько вымоталась, что моментально уснула, когда мистер Торгест наконец отпустил меня. Разговор с оборотнем напоминал допрос. Сыщик засыпал меня вопросами: не успевала я ответить на один, как он задавал следующий. Так как все происходило за ужином, мне было намного сложнее сосредоточиться, чем в другой ситуации. Может, сыщик нарочно так… сделал?

Я рассказала полностью о сне с доком, в чем заключалась моя работа в банде. Проклятый мистер Торгест даже выудил информацию, в каком приюте я выросла. Зачем ему были нужны такие подробности, я так и не поняла. Я промолчала только о Конноре. Друга предать я никогда бы не смогла. Еще была Самай, и о ней сыщику тоже знать не надо.

В свою очередь, я потребовала рассказать, как продвигается расследование. Баш на баш. Я отвечаю на твой вопрос, ты отвечаешь на мой. Все честно. В моем мире никому нельзя было доверять. Я всегда находилась в напряжении, ожидая козней от Рэи или Лэнса. Поэтому сложно оказалось вести правдивый разговор с мистером Торгестом. Я постоянно ожидала от него подвоха и юлила, не открывая всего. Но сыщик настырно и умело вел к нужным ему ответам. При этом мне казалось, что он забавлялся моим упорство.

– Расследование, мисс Руж, пока находится в тупике. Нет никаких зацепок. Причин убивать мистера Лоренса ни у кого не было. Он занимался лечением как простых людей, так и местных бандитов. Возможно, многое прояснится после беседы с арестованными. Посмотрим.

– Док оказался настолько жадным, что выбирал среди приютских детей сильных кандидатов для банд. Только за это его можно четвертовать, – я глянула на огонь. Мы давно уже закончили ужин и перебрались к камину.

– Вы мало отличаетесь от него, раз согласились помочь найти преступника за деньги, а не потому, что убийца должен быть арестован.

– У меня есть причина. – Я взглянула на оборотня, в глазах которого отражались блики огня. Они притягивали, манили, и я моргнула, стряхивая наваждение.

– Расскажете?

Я услышала сдержанное любопытство в голосе мистера Торгеста. Он сейчас походил на расслабленного хищника, который наблюдал за добычей, зная, что она никуда не денется.

– Конечно нет, – съехидничала я. Какая разница сыщику, что я стану делать, когда получу вознаграждение?

– Не сомневался в вашем ответе, – хмыкнул оборотень. – Вернемся к мистеру Лоренсу. Мне нужно знать, какими были его последние пять минут жизни. Это важно, мисс Шато.

– Доку было не очень весело, – предупредила мистера Торгеста. – Я постараюсь все вспомнить, мне только нужно сосредоточиться.

– Делайте, что необходимо, – кивнул сыщик.

Я откинулась на спинку кресла, закрыла глаза, чтобы точнее увидеть картинку. Она ярким пятном сохранилась в памяти, возвращая меня на шесть дней назад в ту роковую ночь.

– Мистер Лоренс торопился домой и ругал на чем свет стоит тетушку Эльзу, – начала я рассказ. Мысли дока стали моими мыслями, и я заговорила от лица жертвы. – Чертова баба! Вот как с ней договориться? Знает, как я нуждаюсь в спасении грешной души, и затребовала баснословные откупные.

Пальцы сжали в кармане кведи. Я ощутил тепло магии и тут же вытащил руку. Внутри раз горал о сь дурное предчувствие, оно сдавливало горло, не давая дышать. Не выдержал, остановился и услышал скрип под ногами бегущего человека.

«Вот судьба и настигла меня», – успел подумать и вскрикнул от ужаса, когда убийца поднял руку с огромным ножом и погрузил лезвие рядом с сердцем. Я не видел лица преступника, широкий шарф скрывал все, кроме глаз, но и они отлично прятались в темноте. Мое тело стало слабым, колени подогнулись от вспыхнувшей боли, и я упал. Голову от удара о землю защитила меховая шапка.

– Мистер Лоренс! Помогите! Кто-нибудь! Полиция! Доктора!

Рядом раздался знакомый женский голос, и я бы засмеялся, да только не смог. Надо же, как удачно все подстроили.

– Кар… ман, – прохрипел я.

Почувствовал, как торопливо обшаривают карманы. Говорить становилось труднее, и я испугался, что если не выполню приказ, то не смогу вырвать из лап Эльзы свое спасение от преисподни . А в том, что после смерти мне выстелена ковровая дорожка к чертям, не сомневался.

– Дай… ему… дай, что он… просит, – продолжал я молить. Ощущал, как время утекает, и решился приоткрыть карты. – Пэг Смит… ты хочешь… узнать имя… матери… отца? Тогда… не отпускай…

Легкие сдавило, я стал задыхаться, резкая боль обожгла грудь, будто вырвали сердце.

Я открыла глаза и вздрогнула, вжавшись в кресло. Оборотень был близко, его теплое дыхание слегка касалось моей щеки. Зеленые глаза потемнели, зрачки вытянулись, а руки легли на подлокотники, почти дотрагиваясь до меня.

– Мисс Шато, могу я вас так называть? – хрипло произнес сыщик. Я непроизвольно кивнула. Услышать, как оборотень произносит мое имя, оказалось так неожиданно… приятно. – И вы молчали? Понимаете, что вас подставили? Мистер Лоренс знал, что его должны убить, и таскал с собой кведи для вас. Но вот по чьему приказу?

– Не знаю, – прошептала я. – Слишком все завертелось, смерть дока, мое задержание в полиции. Повезло, что отпустили и не обвинили в убийстве. В тот момент я думала только об этом. Затем разговор с вами, выступление в театре, совет в банде. Я просто не вспоминала, что мне показала магия кведи.

– Или не хотели вспоминать? Испугались? – Оборотень снова провоцировал. Думал, что я сорвусь и все выложу? Да рассказывать нечего. Я действительно струхнула и надеялась, что обойдется. Душа дока не выберет меня.

– Забыла! – воскликнула я и попыталась оттолкнуть оборотня, но словно наткнулась на каменную стену.

– Не смейте мне врать, мисс Шато, – спокойным голосом приказал мистер Торгест. – Испугаться в такой ситуации – это нормально. Любой здравомыслящий маг испытал бы страх.

– Мне не страшно, и прекратите давить на меня, мистер Торгест. – Я повысила голос, считая, что так смогу спрятать ужас, который снова накрывал с головой. Проклятый Брэнд, Лэнс и чертова Рэя. Душа рвалась выплеснуть эмоции, освободиться.

– Мэтью, – неожиданно усмехнулся сыщик и вернулся в кресло.

– Что? – я ошалело взглянула на оборотня.

– Мы же с вами договорились обращаться к друг другу по имени, как партнеры. А партнеры, мисс Шато, друг друга не обманывают. Будьте уверены, если я говорю, что со мной вы в безопасности, значит, так и есть. Завтра утром явится модистка, затем мы отправимся в банк, а ближе к вечеру навестим тетушку Эльзу.

– Я не пойду в бордель. Он находится на чужой территории… – попыталась возразить.

– Вы пойдете под иллюзией. Я не хочу, чтобы вас видели.

– А как пойдете вы? Как клиент? – съехидничала я. – У меня завтра выступление, ваш бордель отменяется.

– После театра как раз самое время, – хитро прищурился сыщик и наконец-то отпустил меня.

– Мэтью. Мистер Мэтью, – шептала, пока поднималась по лестнице. В груди появилось теплое чувство. Я не знала, как его назвать… симпатия? Доверие? Было сложно самой себе признаться, что меня тянуло к оборотню.

Время давно перевалило за полночь. В доме стояла тишина, и только слышалось, как скрипели половицы под ногами. Я тихонько запела, освобождая накопившиеся внутри горечь и страх. Моя душа очищалась, я снова становилась невинной приютской девочкой. Одна слеза скатилась по щеке, но я улыбалась. Пела и улыбалась. Ощущение счастья внутри росло, подобно цунами. Мой голос тихо звучал, но в душе бурлила невообразимая стихия надежды. Маленькая девочка верила в чудо, взрослая Шато – только себе.

Я остановилась возле двери спальни, пытаясь обдумать сегодняшний разговор с мистером… Мэтью. Но голова раскалывалась от пережитых эмоций. Я замолчала, повернула ручку и, когда замок щелкнул, ощутила чужой взгляд. Резко оглянувшись, застыла, наблюдая, как бесшумно двигался оборотень. Когда ему оставалось до меня несколько шагов, юркнула в комнату. Сердце стучало так быстро, словно мечтало выпрыгнуть из груди.

– Создатель, я думаю, что влипла по самое не хочу, – сказала, подняв голову. Но если бы я была слабой, то никогда не выжила бы ни в приюте, ни на улице. – К черту все! Прорвемся.

И отправилась спать. Разбудила меня незнакомая толстая служанка. Она шумно раздвинула шторы и грубовато заявила, когда заметила, что я открыла глаза:

– Внизу вас ждет завтрак в столовой. Поторопитесь, а то он остынет, подогревать никто не будет. Через час прибудет модистка, и мистер Торгест велел проследить, чтобы вы были готовы.

– Хм, – я спросонья не сообразила, что ответить.

– Свежее платье и белье висят на стуле. Вам нужна помощь, чтобы сделать прическу? – отчеканила толстуха, тряхнув рыжими кудрями. Я взглянула на ее полные руки. Такие хорошенько могли потрепать меня за космы.

– Нет, справлюсь сама, – ответила, широко зевая и усаживаясь в постели.

– Лучше поторопитесь, мисс. Мистер Торгест не любит, когда его приказы не выполняются. – Служанка вздернула подбородок и покинула спальню.

Да плевать я хотела на приказы оборотня. Но все же из постели вылезла, приняла ванну и, с трудом расчесав гриву черных волос, заплела их в косу. Платье оказалось сиреневого цвета, свободного покроя, почти до пят. Махнув рукой на свое отражение в зеркале, отправилась в столовую.

Желудок требовательно урчал, а я не была себе врагом и с удовольствием умяла пусть и немного остывшую молочную рисовую кашу. Затем положила на бутерброд побольше колбасы и только решила откусить, как вошел мистер Чандер. Вот его-то я совсем не ожидала увидеть. Невысокого, но крепкого телосложения мужчина с темно-русыми волосами, серыми глазами и сломанным носом. Рассказывали, что в прошлом мистер Чандер был боксером.

– Привет, Шато, – усмехнулся Ноа, усаживаясь напротив меня. Полицейский снял черную каску. – В отсутствие столичного сыщика я твой телохранитель.

– Неожиданно, и кто тебя назначил? – спросила, лишний раз убедившись, что Мэтью не был дураком. Неспроста приставил ко мне прихвостня «Серых псов».

– Сам мистер Торгест! – Полицейский поднял указательный палец.

– Мне вот интересно, почему ты не предупредил Брэнда о действиях корри? И как вы узнали про совет? – Допив чай, я поставила пустую чашку на стол. Интересно, что ответит Ноа.

– Анонимный звонок все решил, – развел руками продажный полицейский. – Почему ты подумала, что я не предупредил? К твоему дружку Коннору послал мальчишку. Мы с тобой, Шато, теперь в одной упряжке. Если оборотень прознает про меня, то и о тебе многое станет известно. Надеюсь, ты не забыла, кто помог избежать обвинения в убийстве доктора? – Мистер Чандер настороженно наблюдал за мной, ожидая ответа. Ясно: Ноа боялся оборотня.

– Ты меня не пугай, я мистеру Торгесту очень нужна, а о тебе может и Рэя ненароком сболтнуть или Лэнс, даже Брэнд, если остался жив.

Мне необходимо было знать, что стало с ними. Не в интересах мистера Мэтью болтать, а вот у Ноа можно попытаться выведать.

– Брэнд мертв, сдох, как пес. Оборотень уже подключил полицейского мага, видящего смерть. Лэнс сгорел в доме, оттуда многие раненые не смогли выбраться. Рэя в тюремном госпитале. Она понимает, что без меня ей не избежать тюрьмы.

– Много… погибших? – Зачем я спрашивала, если знала, что корри ответит?

– Много, – кивнул Чандер. – Банда «Серые псы» канула в вечность. Тот, кто успел сбежать от полицейских, если еще не вступил в банду «Черный глаз», то скоро это сделает. Такие, как вы, не сможете жить по-другому.

Линять надо из города и как можно скорее. Как только оборотень найдет убийцу дока, сделаю ноги.

– Значит, тебя выбрал мистер Лоренс, – хитро ухмыляясь, поинтересовался Ноа. – И что он уже рассказал?

Недолго осталось держать всё в тайне, скоро весь город будет знать. Не удивлюсь, если напечатают на первой полосе ежедневной газеты. Жди тогда в гости бандитов из «Черного глаза». Наверняка еще и мага, стирающего память, прихватят.

– Много чего… интересного, – теперь я была уверена: Ноа продался «Черному глазу». Полицейский скрестил пальцы в замок и положил их на стол в ожидании моего рассказа.

– Поделишься по-дружески?

– Не-а, – издевалась я. Пусть передаст новому хозяину, что док приоткрыл мне свои секреты.

– Шато, пришло время выбирать, на чьей стороне ты будешь. Оборотень не лучший выбор. – В серых глазах полицейского блеснула сталь. Взгляд стал серьезным, изучающим.

– Я на своей стороне, Ноа. Если посчитаю нужным, то расскажу, о чем поведал док. А поведал он много интересного.

Чандер всего лишь пешка… Мои мысли прервала толстая служанка. Она объявила, что пришла модистка и ждет меня в гостиной.

– Мы еще не закончили, – усмехнулся Ноа, поднимаясь вместе со мной.

Полицейский проводил меня до гостиной и остался ждать у дверей. Я ничего не ответила ему, лишь пожала плечами, стараясь не показать беспокойства. Бандиты из «Черного глаза» могли открыть на меня охоту, и тогда даже оборотень не поможет.

– Здравствуйте, мадемуазель, – проворковала худенькая женщина в черном пальто с шикарным лисьим воротником. Незнакомка небрежно бросила меховую шапку на диван и расстегнула пуговицы. – Я мадам Ренье. Мистер Торгест пригласил меня снять с вас мерки и принести что-нибудь из вещей.

Модистка была из другой страны и говорила с приятным акцентом. Она указала на служанку, возле которой стояли две больших сумки.

– Приступим, – радостно улыбнулась мадам Ренье. – Я жду вас завтра у себя в магазине. Мы с вами подберем такое красивое нижнее белье, что его будет жалко прятать от мужчины.

Темные глаза модистки загадочно блеснули, прежде чем она отвернулась и подошла к сумкам, чтобы их открыть.

– Мистер Торгест назвал ваш примерный размер, надеюсь, вам многое подойдет. Хотя мужчины любят преувеличивать некоторые данные. Приступим? – Мадам Ренье достала белое шелковое белье, голубое приталенное платье, бежевые чулки.

Зачем отказываться, когда судьба преподносит подарок? Поэтому, пропустив мимо ушей хвалебные речи модистки о замечательном оборотне, я надела предложенную одежду. Она, к моему удивлению, оказалась впору. И будь я невинной, то покраснела бы от слов модистки.

– Наметанный глаз у мистера Торгеста. – Мадам Ренье подмигнула, словно знала о моей тайной связи с сыщиком, но обещала никому не рассказывать.

– Он оборотень, – съехидничала я, не удержавшись. Одной сплетней больше, одной меньше, уже все равно.

– О, я рада, что в Терриб приехал представитель клана оборотней. Слава Создателю. Мистер Торгест наведет порядок в городе, – уверенно заявила модистка. Оборотней считали спасителями людей и магов. Волки каждый день это доказывали, расследуя сложные дела, обезвреживая преступников. – Ходят слухи, что мистер Торгест уничтожил одну серьезную банду и взорвал склад с бочками драги. Мой сын… стал жертвой этого опасного напитка, – вздохнула модистка, и начала складывать в сумку вещи, которые, на ее взгляд, не подошли мне по цвету.

– Что я только ни делала: закрывала его в доме, увозила к другу за город. Сбегал и, как ненормальный, искал проклятый драги. Знаете, как страшно видеть, когда твой ребенок сходит с ума? – Женщина тяжело вздохнула.

– Могу только догадываться. У меня нет детей, – произнесла я, совсем не жалея несчастную мадам. Сама виновата, если сын тебя не послушался, значит, плохо воспитала.

– А вам пора, а то не успеете оглянуться, и будет поздно. Время безжалостно к женщинам, особенно красивым. Увидимся завтра, – вежливо попрощалась модистка и вышла.

Мистер Чандер очень хотел продолжить разговор, но я сослалась на усталость и быстро вернулась к себе в спальню. Вечером у меня было выступление, и репетиции никто не отменял. Я позвонила миссис Джерси и предупредила, что днем не приду в театр, но я обязательно появлюсьвечером. Она могла не беспокоиться.

– Мистер Кэррингтон будет недоволен, – мрачно произнесла женщина.

– Он уже выздоровел? – удивилась я.

– Еще покашливает, но пришел на работу. Ты же знаешь, как директор не любит, когда пропускают репетиции. Готовься, отчитают по полной.

– Да я бы с радостью, но… так уж вышло… дела, – вздохнула я.

Попрощавшись с миссис Джерси, решила репетировать в спальне, и вскоре по комнате плавно разнесся мой голос. Я пела о первой любви, чистой и настоящей, которую никогда не смогу испытать. Порой мне казалось, что я вообще не способна любить. С Коннором была, чтобы не приставали другие, и все. Может, такие, как я, маги иллюзии, не способны на страсть или вечную любовь? Только так я могла объяснить свое равнодушие к плотским забавам. Исключением стал оборотень, пока лишь он смог вызвать эмоции. Мне нравился аромат его одеколона, зеленые глаза манили и хотелось смотреть в них вечно. Впервые мне стало любопытно узнать, как целовался Мэтью? Жадно или неторопливо, разгоняя страсть.

Стрелки неумолимо двигались к семи вечера, и в половине седьмого я должна была бежать в «Лицеум». Оборотень еще не вернулся, а ведь обещал, что мы сходим в банк и я открою счет. Никому нельзя верить: я убедилась в этом в очередной раз. Пришлось идти с Ноа, который всю дорогу «обрабатывал» меня.

– Шато, только один человек может тебе помочь и спасти от банды «Черный глаз», и от оборотня.

– Не ври, мистера Торгеста никому не одолеть, – фыркнула я.

– Зря ты так думаешь. У этого человека достаточно могущества, чтобы укрыть тебя в безопасном месте. Оборотень не сможет прятать вечно мисс Руж. Ответь на мои вопросы, и твоя защита обеспечена, – продолжал уговаривать полицейский.

– Я думала, что ты теперь служишь другой банде, а вон как, оказывается. Интересно, зачем твоему человеку информация от дока?

– Этого я не могу тебе сказать. – Мистер Чандер заметил мой интерес и с жаром затараторил. – Но с удовольствием организую вам встречу…

Ноа замолчал, а я замедлила шаг. Возле входа в театр, опершись на колонну, стоял знакомый высокий мужчина в черной одежде. Он нагловато усмехнулся, показав желтые зубы. Невольно огляделась в поисках сопровождавших бандитов из «Черного глаза». Если они знали про театр, то где остановился оборотень, тем более.

– Хочешь проблем? – угрожающе зарычал полицейский, шагнув вперед и закрывая меня собой.

– Зачем же так грубо, я здесь всего лишь поговорить, – пожал плечами незнакомец. – Я Мартин Крей, кстати, вырос в том же приюте, где и мисс Руж. Какая у вас была фамилия? Не Джонс, случайно?

– Нет, – резко ответила.

Я опаздывала, а стоять и трындеть с долговязым из ненавистной банды не обиралась. Не заметив дружков мистера Крея, решительно стала подниматься по лестнице. Мартин стремительно шагнул ко мне. Надо отдать должное, среагировал Ноа быстро. Сунул в рот свисток, издав пронзительный звук, а затем оттолкнул бандита.

– Прочь от мисс Руж или будешь арестован, – громко заявил полицейский, привлекая внимание зевак, а людей прогуливалось в парке немало.

– Я пока веду себя прилично, – дерзко усмехнулся Мартин.

Он слегка натянул шапку на глаза и поднял воротник черного пальто, чтобы защититься от ветра, который становился все сильнее. Мои глаза невольно прошлись по фигуре мистера Крея. Мог он быть убийцей дока? Вполне. Если честно, я пока даже не представляла, как оборотень собирался разыскивать преступника.

– Идемте, мистер Чандер, – обратилась к полицейскому, избегая встречаться глазами с бандитом. Ноа взял меня за локоть, все еще ограждая от опасного мужчины.

– Знайте, мисс Руж. Если надумаете поговорить, то меня легко найти в пабе «Кривой рог», – крикнул Мартин нам вслед.

– Ты знаешь, какое положение он занимает в банде? – спросила, когда тяжелая дверь театра закрылась за спиной полицейского, и мы оказались в теплом холле. – Какие задачи выполняет? На воришку не похож, что-то более серьезное.

– Нет, если бы мне было интересно, то узнал бы, – усмехнулся Ноа, и я сразу поняла, что полицейский врет. – Шато, подумай о встрече с очень полезным для тебя человеком.

– Ты и в театре будешь меня сторожить? – проигнорировала я вопрос мистера Чандера. Полицейский шел по коридору к моей гримерке. По пути нам попадались другие артисты, и я здоровалась с коллегами, желая как можно быстрее избавиться от навязанного корри.

– Конечно, мистер Торгест дал команду быть рядом с тобой, пока он не появится.

– Как ты себя выносишь, Ноа? – я не смогла скрыть презрения, остановившись возле двери с надписью «Мисс Шато Руж». – Ведь ты предаешь своих.

– Полицейским не так уж много платят, Шато. А мне обещали хороший куш, если я организую для одного богатого мистера встречу с тобой. Думаешь, у меня нет проблем? Сбрендившая мать хочет лишить меня наследства и все отдать санитарке, которая ухаживает за ней. Я решил закрыть матушку в психбольнице, а для этого, Шато, нужно бабло. И чтобы вырастить двух сыновей, представь, тоже необходимы деньги. Один мечтает стать юристом, второй – продолжить династию полицейских в нашей семье.

– Ну и мерзавец же ты, – произнесла, берясь за ручки двери. – Жди здесь, сюда тебе нельзя.

И захлопнула дверь прямо перед носом Ноа. Вдохнула знакомый особенный запах, который витал в гримерке. Он успокоил расшатавшие нервы, и я стала спокойно готовиться к выступлению.