Глава 7

– Сегодня я потеряла тебя, моя любовь. – Я пела, обращаясь к герою драмы, облаченному в старинный камзол и белые лосины. Мистер Кэррингтон достал из ножен тупой меч и отвечал моей героине лирическим баритоном.

– Так не доставайся же ты никому. Ни проклятому жениху, которого выбрал твой отец, ни мне. Вновь мы обретем друг друга, но уже не на земле.

Холодный металл прикоснулся к моей открытой шее. Я вскрикнула, хватаясь за горло, и элегантно упала. Директор театра продолжал петь партию героя, скоро должен был выйти на сцену другой артист в образе жениха моей героини.

Я слегка приоткрыла глаза, наблюдая за оборотнем, который сидел в первом ряду. Мистер Мэтью посмотрел прямо на меня, будто почувствовал мой взгляд. Предстоящий поход в бордель вызывал интерес, тетушка Эльза могла многое рассказать про дока, вдруг я узнаю, кто решил так подставить меня. В следующий раз, когда придет душа мистера Лоренса, обязательно задам ему этот вопрос.

На сцене мистер Кэррингтон и артист, играющий жениха, бились на мечах. Директор ахнул и рухнул рядом со мной. «Жених» начал петь гневную партию, которая вскоре сменится скорбью.

– Мисс Шато, – услышала шепот мистера Кэррингтона и приоткрыла левый глаз. Светлые кудри упали Дилану на лицо, и он сдул их, чтобы они не мешали. – Почему вы не явились на репетицию?

– Боюсь, еще не раз буду пропускать, – я постаралась вложить как можно больше сожаления в голос.

– Куда вы вляпались? Миссис Джерси рассказала, что вас сопровождал полицейский и дежурил у вашей гримерки, – возмущенно зашептал директор. -Мне проблемы не нужны.

– Я стала случайным свидетелем убийства мистера Лоренса. Этот полицейский меня охранял, потому что душа доктора выбрала меня, а не полицейского мага.

– Что? – вытаращил глаза мистер Кэррингтон.

– Вообще-то вас убили, закройте глаза, – улыбнулась я, и директор прищурился, продолжая сверлить меня недовольным взглядом.

– Вы что, маг, видящий смерть? – спросил Дилан.

В этот момент «жених» упал на колени и обнял мое тело. Потряс его несколько секунд, а потом «убил» себя ножом и завалился прямо мне на грудь, тяжело дыша. Зал громко зааплодировал. Зрители кричали: «Браво!», «Брависсимо!». Мистер Кэррингтон поднялся первым и протянул руку, помогая мне встать. «Жених», если и был удивлен поведением директора, то вида не подал. Быстро сымпровизировал и сделал поворот, чтобы взять меня за руку с другой стороны.

– Ну? – угрожающе прошипел Дилан, стараясь одновременно широко улыбаться публике.

– Нет, док сунул кведи мне в руку, поэтому я временно стала магом, – объясняла мистеру Кэррингтону, слегка кланяясь зрителям. Оборотень стоял возле сцены с букетом белых лилий, желая вручить мне цветы.

Я подошла к краю сцены, с удивлением обнаружив, что начала волноваться из-за пристального взгляда сыщика.

– Мисс Шато, я буду ждать вас возле гримерки. Не задерживайтесь, пожалуйста, – произнес мистер Мэтью, а я не ожидала, что он вежливо попросит, и не нашлась, что ответить.

Двое работников театра закрывали тяжелый занавес, и я быстро вернулась к мистеру Кэррингтону.

– Я хочу знать все подробности, – процедил сквозь зубы директор.

– Только не сейчас. Видели мистера, который подарил мне лилии? Это столичный сыщик, он ведет расследование убийства доктора.

– Оборотень, о котором трещит весь город, – недовольно поджал губы Дилан. – Но если пропустите хоть один мюзикл – уволю, – жестко предупредил директор, и по тому, как сверкнули его глаза, я поняла, что мистер Кэррингтон не шутил. После смерти жены он стал строгим, и если в прошлом закрывал глаза на многое, то теперь спокойно увольнял, не слушая никакие мольбы артиста. Особенно карал за пьянство, а многие коллеги любили пропустить не один стаканчик после спектакля.

Я прижимала к груди букет белых лилий и с улыбкой вдыхала сладковатый аромат. Возле гримерки никого не было, и я быстро забежала внутрь, чтобы переодеться и все обдумать. Оборотень наверняка знал больше, чем говорил.

В дверь тихонько постучали, и я сразу поняла, что подошла миссис Джерси. Только она так аккуратно и вежливо могла привлечь внимание. На ходу застегивая пуговицы серого зимнего пальто, которое подобрала для меня модистка, и стуча каблучками кожаных сапожек, я направилась к двери.

За ней действительно стояла миссис Джерси В руках она держала красные розы. Карточка аккуратно лежала среди бутонов.

– Что вы делаете у двери гримерки, мистер Фостер? – услышала я в знакомом голосе саркастичные нотки. Мэтью, видимо, дожидался меня, а тут нарисовался толстяк.

– Хотел выразить свое восхищение прекрасной артистке. Я большой поклонник ее таланта, и, возможно, вы не знаете, но всегда дарю после выступления мисс Руж цветы.

– Ступайте к жене, такому уважаемому горожанину ни к чему, как мальчишке, дежурить под дверью местной звезды.

Что? Я чуть не вылетела в коридор, чтобы хорошенько треснуть оборотня. Меня задели не его слова, а небрежный, ехидный тон. Миссис Джерси, видимо, решила, что я собралась на защиту мистера Фостера, и быстро захлопнула дверь.

– Шато, ты ведущая артистка нашего театра. Веди себя гордо и невозмутимо. Верные поклонники останутся с тобой, а за спиной талантливых артистов всегда болтали всякое…

– Вы слышали, как он сказал: «Местная звезда», как будто у нас не театр, а кабак. – Я так разозлилась, что решила никуда не идти с мистером Мэтью. Пошел он ко всем чертям со своим расследованием и борделем.

– С каких это пор тебя стало волновать чужое мнение? Или мнение мистера Торгеста сделалось важным? – с хитрой улыбкой спросила миссис Джерси.

–-Что вы имеете в виду? – я забрала букет мистера Фостера из рук миссис Джерси и хотела поставить в вазу, где уже стояли белые лилии. Нежные, ранимые цветы. Я вдруг поняла, как осточертели мне розы, и вернула обратно букет помощнице директора.

– Так, мысли вслух. -Женщина загадочно улыбалась, принимая назад цветы от моего постоянного поклонника. Потом ее лицо стало серьезным, и она тихо сказала. – Мистер Торгест попросил мистера Кэррингтона показать костюмерную. Долго там что-то вынюхивал, а потом стал задавать странные вопросы про порох, есть ли он в театре. Откуда такому взяться, Шато? Дилан держался молодцом, но я давно его знаю, и от меня не укрылось, как директор нервничал. Что бы это значило, Шато?

– Мистер Кэррингтон не может быть замешен ни в каких преступных делах. Не переживайте, а сыщик делал свое дело, только и всего, – постаралась я успокоить миссис Джерси. Но сама понимала, что оборотень не просто так отправился в костюмерную. Что он там искал? Мог директор театра быть… убийцей дока? Я на мгновенье перестала дышать, поражаясь собственным мыслям. Директор театра – и преступник? Чушь!

– Мистер Лоренс лечил супругу мистера Кэррингтона, – прошептала миссис Джерси. Женщина так вытаращила глаза, что, казалось, они сейчас выпадут из орбит. – Я боюсь, Шато. Дилан очень любил Лиззи. Неужели он мог…

Миссис Джерси всхлипнула, сильнее прижимая розы к груди.

– Перестаньте, зачем мистеру Кэррингтону убивать мистера Лоренса? Если бы всех докторов убивали после лечения больных, то, боюсь, мы скоро остались бы без врачебной помощи.

– Будем надеяться, что это ошибка, – неуверенно улыбнулась миссис Джерси, а я, подмигнув ей, открыла дверь гримерной и как бы невзначай произнесла:

– Вы правы, оборотни не способны понять, что такое настоящее искусство. Ах, мистер Торгест, вы уже здесь? – «удивленно» воскликнула, всплеснув руками. – Вижу, вы не передумали.

Толстяка в коридоре не было, а чему удивляться: спорить с оборотнем себе дороже.

– Мстите за поклонника? – усмехнулся сыщик. – Неужели обиделись, что я его прогнал?

– Нет, меня могут обидеть только близкие люди, а вы далеки от этого круга.

– Или оскорбились за другое? – тихо произнес мистер Мэтью, ступая за мной по коридору. – У оборотней очень острый слух, мисс Шато, и когда у человека совершенно нет таланта к пению, то это вызывает раздражение. Обычно я молча ухожу. Ваш голос я готов слушать бесконечно. Он у вас такой мягкий, обволакивающий…

– Не подлизывайтесь, – буркнула я, но мне была приятна похвала Мэтью. Она приятным теплом разлилась в груди.

– Боюсь, теперь, после моего разговора с мистером Фостером, вы лишились шикарных букетов. Но я на самом деле считаю: если ты женился, то нечего шляться к другим женщинам.

– Вот как? Неожиданно. – Я взглянула на оборотня, мысленно благодаря его, что больше не увижу толстяка рядом с гримеркой.

Мы вышли на улицу, морозы шли на убыль, и безветренная ночь оказалась очень теплой для зимы.

– Почему же, разве вы не знали, что оборотни – это самые верные мужчины?

– Что-то я сомневаюсь. Вы лучше расскажите, где вы были и что разведали, – миролюбиво спросила я, усаживаясь в автомобиль. Внутри пахло знакомыми мужскими духами, и я с удовольствием вдохнула приятный аромат.

– Баш на баш, мисс Шато, – подмигнул сыщик, присаживаясь рядом и заводя мотор. – Начинайте.

– Да мне особо нечего рассказывать, – я пожала плечами, глядя на снежную дорогу, освещенную городскими фонарями и фарами машины. Я раздумывала, стоило напомнить сыщику об обещанном походе в банк сейчас или после борделя, но, к моему удивлению, Мистер Торгест сам заговорил о счете.

– Сегодня у меня не вышло сходить с вами в банк, но не сомневайтесь, мы все сделаем завтра. Также звонила мадам Ренье и сообщила, что ваш гардероб готов. Она прождала вас весь день, но я рад, что вы остались дома. Опасно вам прогуливаться по городу, даже с охраной. Произошла утечка информации, боюсь, многие уже в курсе, что душа мистера Лоренса выбрала вас.

– Если честно, я забыла про модистку.

Это было правдой. Я думала о предстоящем выступлении, и репетиция настолько отвлекла от насущных проблем, что я бы пела хоть до утра, если бы была возможность.

– Не думала, что вы вспомните про открытие счета.

– Мы же с вами договорились. Жаль, что вам нельзя доверять, – разочарованно вздохнул оборотень, крутанув руль, и мы резко повернули на мост. Меня бросило к закрытому окну, и я фыркнула.

– Вы вроде взрослый мужчина, а ведете себя как ребенок.

– Больше всего на свете я ненавижу ложь, мисс Шато, а вы ею не брезгуете. – Сыщик бросил на меня внимательный взгляд зеленых глаз, от которого меня отчего-то кинуло в дрожь.

– Если бы я была правильной мисс, то просто бы не выжила, – неожиданно для себя призналась Мэтью.

Почему-то я не хотела, чтобы он думал обо мне, как о совсем пропащей. Хотя какое мне дело до его мнения? Но я понимала, что проигрывала в этой схватке. Если хотела получить хоть какую-то информацию. Найду убийцу дока – мистер Лоренс назовет имена родителей.

– Возле театра меня ожидал некий мистер Мартин Крей. Он один из членов банды, и его очень интересовало, что показала мне душа мистера Лоренса.

– Я рад, что мы поняли друг друга, – довольно усмехнулся оборотень. – Вы знаете мисс Рэю Джонс?

– Да.

«Неужели он успел с ней поболтать?» – подумала я и оказалась права.

– Она рассказала кое-что очень интересное про мистера Лоренса. Но все же мотив убийцы мне пока неясен, – рассуждал вслух мистер Мэтью. – Свои не могли, они нуждались в докторе. Чужие? Как вы думаете, какой мотив был у преступника?

– Откуда мне знать? – резко ответила я. Раздражало, что сыщик вытягивал из меня информацию, а сам не торопился ею делиться.

– Интересно выслушать ваши предположения, – произнес оборотень. Мы неслись по железному мосту, на котором не было ни единой машины. Город укладывался спать, затихал. В окнах домов гасли огни, но лампы зажигались в других заведениях, предназначенных для развлечений.

– Может, из-за денег? Уверена, он неплохо заработал, доставляя в банды приютскую молодежь, только что вышедшую из-под опеки государства.

– Как только будет понятен мотив преступника, легче станет его искать, – уверенно сказал сыщик, останавливаясь перед двухэтажным кирпичным домом. Сквозь тюлевые занавески сияли свечи, мелькали силуэты, и была слышна приятная мелодия.

К зданию подъезжали такси, они привозили ночных гостей развлечься в борделе тетушки Эльзы.

– Задача такая, мисс Шато. Вы прячетесь под магией иллюзии и шагаете строго за мной. Во время встречи с тетушкой Эльзой внимательно следите за ее ответами, когда я буду задавать вопросы. Если поймете, что хозяйка борделя врет, дотронетесь до меня.

– Я маг иллюзии и не умею читать мысли, – усмехнулась я, медленно растворяясь в воздухе.

– А может, заметите что-то необычное, на что я не обращу внимания, – предположил сыщик. Мэтью замолчал, наблюдая, как я исчезала. Он поднял руку и коснулся моих невидимых волос. Я самоуверенно усмехнулась: у меня получилось поразить оборотня. Сыщик открыл дверь и тихо произнес. – Выходите вслед за мной из машины.

Мы медленно направились к двери борделя. Снег слегка похрустывал под ногами. Я шла след в след, отмечая, что было бы несложно прятаться за широкой спиной оборотня и без иллюзии. А еще… с ним было нестрашно.

Я видела, когда ждала дока на улице, что многие мужчины нажимали на кнопку звонка, хотя были и те, кто входил без приглашения. Оборотень выбрал второй вариант. Толкнул дверь, и мы оказались в небольшом вестибюле, где дежурил здоровенный охранник. Он оглядел мистера Торгеста и вежливо спросил:

– Добрый вечер, мистер. Впервые у нас?

– Да, зашел по рекомендации друга, – усмехнулся Мэтью.

– Сейчас я вас осмотрю на наличие колющих, режущих предметов и огнестрельного оружия. Если ничего подозрительного не обнаружу, то открою вам дверь в рай, – со смешком произнес охранник.

Я отошла немного в сторону, пока оборотня осматривали. Когда охранник закончил, широко отворилась дверь, и ввалилось двое нетрезвых мужчин.

– Мы пришли повеселиться, не задерживай нас, Ник, – воскликнул тот, что был более худым и высоким.

– Терпение, сначала мистер, потом вы.

– Надо предложить тетушке Эльзе, чтобы постоянных клиентов пропускали без очереди, – недовольно поморщился второй, с небольшим брюшком.

Охранник невозмутимо закончил проверять сыщика и открыл перед ним дверь, которая вела в холл с белоснежными стенами. Мэтью глянул в овальное зеркало, подмигнул своему отражению, давая мне знак, что начинаем, прежде чем отодвинуть красную портьеру.

Я уловила терпкий и в то же время свежий, почти анисовый аромат. Медленная музыка лилась из дальнего угла, где за фортепиано сидела девушка в полупрозрачном алом платье.

Мы вошли в шикарную огромную гостиную с темно-бордовыми обоями, освещенную свечами. Они создавали таинственную атмосферу, располагающую к порочным желаниям.

Вдоль стен стояли диваны, кушетки и кресла различных оттенков красного. Мужчины и женщины сидели в вольных позах, кто-то пускал дым резких благовоний из кальяна, и серый туман прятал любовников от пытливых взглядов.

В гостиной послышался женский вульгарный смех, к которому присоединился мужской. Девушка, играющая на фортепиано, запела глубоким, проникновенным голосом, и в центр стали выходить пары.

На первом этаже оказалось не так много народу, были свободные места и… девушки. Бордель тетушки Эльзы отличался от других, где мне выдалось побывать по заданию погибшего Брэнда. Не зря это заведение называли элитным.

Все проститутки вызывающе одеты, в коротких юбках, а грудь прикрывали яркими прозрачными шарфами с лентами вокруг горла. Я не могла бы назвать всех шлюх красавицами. Но такое количество обнаженного женского тела наверняка вызывало желание у мужчин.

Невольно взглянула на оборотня, подмечая кривую усмешку и потемневший взгляд, который скользил по оголенным женским плечам, бедрам, коленкам.

Двое нетрезвых мужчин громко вошли в гостиную и тут же направились к дальнему диванчику, где сидела светловолосая жрица любви.

К нам же приближалась брюнетка с короткой стрижкой и большим бюстом. На вид она была моего возраста, но тусклый свет свечей не мог спрятать от меня едва заметные в глазах незнакомки опустошенность и безразличие. Я видела, как многие проститутки скрывали за циничной усмешкой страшную тоску по теплу человеческой души. В борделе они потеряли себя, превратились в пустышек без чувств и эмоций, потому что продажная любовь разрушает.

В такие моменты я мысленно благодарила Создателя за магию. Без нее я бы просто погасла в одном из таких заведений, принадлежавших Брэнду.

– Вы у нас впервые, – улыбнулась проститутка, показывая зубы с налетом от табачного дыма. – Рассказать вам правила?

– Давайте, хотя не думаю, что они сильно отличаются от других борделей, – ответил оборотень.

«Что он там говорил о верности? Обычная мужская ложь», – раздраженно подумала я.

– Первое и единственное правило – никаких публичных грубостей внизу. Иначе будете иметь дело с Ником. – Брюнетка кивнула в сторону выхода, где встречал гостей охранник. – Первый бокал вина за счет заведения, а как выберете девушку, идете ко мне, чтобы внести плату. Полчаса – пять шиллингов. Если меньше получаса, то все равно платите пять шиллингов.

– Бесплатный бокал вина, что-то новенькое, – еле заметно улыбнулся мистер Торгест. – Как к вам обращаться? Мадам?

К моему удивлению, даже с проститутками Мэтью соблюдал этикет, вежливо разговаривая. Брюнетка это тоже оценила и не торопилась покинуть сыщика.

– Ну что вы, я всего лишь помощница тетушки Эльзы, – кокетливо повела открытым плечиком шлюха, и ее полная грудь заколыхалась под тонкой тканью, привлекая внимание.

– А тетушка Эльза принимает клиентов? – тихо поинтересовался сыщик, лениво скользя взглядом по танцующим женщинам. Хотя вряд ли изгибающиеся тела можно было назвать танцами. Скорее, прелюдией. Некоторые гости стали подниматься с диванов, уводя по лестнице выбранную проститутку.

– Очень редко и не всех, – с легким удивлением ответила брюнетка. – Боюсь, вам она откажет, мистер. Посмотрите, сколько у нас красавиц на любой вкус.

И помощница указала на семь шлюх, которые сидели у бара, попивали напитки из бокалов и тихо переговаривались.

– Проводите меня к хозяйке и немедленно, – вдруг строго произнес Мэтью. Зрачки его глаз вытянулись, и брюнетка открыла рот, осознавая, кто перед ней.

– Оборотень, – ахнула проститутка, сделав шаг назад и обхватив пальцами горло, словно защищалась от сыщика.

– Давайте обойдемся без грубостей. Вы отведете меня к хозяйке, я не стану пугать ваших клиентов. – Оборотень обаятельно улыбнулся, но его рука сильно сжала локоть брюнетки.

– Я провожу, тетушка Эльза вас ждала, – выдохнула помощница.

– Вот как? Замечательно. Ведите, – усмехнулся сыщик, и мы последовали за шлюхой. Она повела нас к бару мимо ожидающих проституток, которые стали бесстыдно кокетничать с оборотнем, предлагая ему остановиться и выпить с каждой по бокалу красного вина. Мэтью обаятельно отшутился, чем привлек еще большее внимание.

– Возвращайся поскорее, красавчик! – кричали вслед шлюхи. Хорошо, что я была скрыта иллюзией и Мэтью не видел моего выражения лица. Неожиданно разозлила самоуверенность оборотня, и я бы с удовольствием треснула его, чтобы стереть дурацкую улыбку.

– Мисс Шато, я слышу ваше частое дыхание, что с вами? – прошептал сыщик, слегка повернув голову в сторону, и тут же взглянул на спину брюнетки. Или чуть ниже? Спокойно, Шато. Я действительно начала пыхтеть от раздражения, как паровоз. Не забываем, у нас деловая встреча и сорвать ее нельзя.

– Пришли, мистер Торгест. – Помощница остановилась возле закрытой двери и два раза постучала.

– Надо же, вы знаете мое имя, – в голосе Мэтью я не услышала удивления. Он уже расстегивал пуговицы черного пальто. Я последовала его примеру. В зимней одежде становилось жарко.

– Весь город знает. Не каждый день в Терриб приезжает оборотень, – вежливо сказала шлюха.

Услышав разрешение войти, брюнетка открыла перед нами дверь. Вернее, перед сыщиком. Он слегка задержался, прежде чем войти, чтобы я первой шагнула внутрь, а затем последовал за мной.

За темным столом сидела когда-то привлекательная светловолосая женщина. Ее лицо покрывал толстый слой косметики, который не смог скрыть синяки под глазами и морщины. Алая помада на полных губах смотрелась неуместно и пошло, как и яркие румяна.

Тетушка Эльза поднялась с кресла и указала Мэтью на стул, который стоял напротив ее стола.

– Добрый вечер, мистер Торгест. Долго же вы до меня шли, я ожидала вас раньше, – усмехнулась хозяйка борделя.

Она была одета в темно-вишневое обтягивающее платье с глубоким декольте. Прозрачная вуаль едва прятала морщинистую кожу на груди и шее. Услышав шорох, я с удивлением взглянула на худого мужчину, которого не заметила, когда вошла в кабинет. Он будто прятался возле черной тяжелой портьеры. Я сразу узнала его. Проклятый Грег, маг, стирающий память. Зачем он здесь? Неужели главарь банды «Черный глаз» решился напасть на оборотня?

Тетушка Эльза присела на кресло, темноволосый маг подошел к ней и встал позади. Сыщик проигнорировал стул и удобно расположился на диване, который стоял возле стены и, казалось, совсем не волновался.

– Тогда вы знаете, зачем я пришел. Не будем терять время. Я слушаю вас. – Оборотень усмехнулся, но от меня не укрылось, как он бросил внимательный взгляд на Грега.

– Вы знаете, кто рядом со мной? – вежливо спросила тетушка Эльза, будто они с Мэтью сидели на званом обеде.

– Конечно, от оборотня ни один маг не скроется. Но я пришел узнать кое-что другое, а не подробности вашей связи с молодым поклонником.

Тетушка Эльза не выдержала и рассмеялась, а Грег брезгливо поморщился, взглянув на хозяйку борделя. Его взгляд буквально кричал: «Мы любовники? Да вы что!»

– Мистера Джади мне любезно выделила банда «Черный глаз» для защиты. Одно неверное движение, мистер Торгест, и Грег легко сотрет вам память. Вы станете моей домашней собачкой.

Что сказала эта старая грымза? Выделила банда? Маг что, вещь, которую можно одолжить?

Я взглянула на Грега, спокойного и безразличного ко всему. Мужчина около тридцати лет, с бледной кожей и уставшим взглядом, будто магия высасывала из него жизнь. Я подошла ближе к магу, который владел такой силой, что мог легко поставить на колени любого, даже главаря банды «Черный глаз», а не служить ему.

Мистер Джади был выше меня ростом на целую голову, но тоньше в два раза. Как его вообще носили ноги? Словно почувствовав чужой взгляд, Грег неожиданно посмотрел на меня. Затаив дыхание, я замерла. Мистер Джади увидеть меня не мог. А ощутить рядом другого мага возможно? Или на это способны только оборотни? Как много я не знала о себе и своей силе. На что еще способен маг иллюзии? Подобные мысли меня и раньше посещали, но быстро исчезали. Шато в прошлом все устраивало.

Я осторожно вернулась к Мэтью, а Грег, нахмурившись, взглянул на оборотня.

– Интересные у вас мечты, тетушка Эльза, – хмыкнул сыщик, забросив ногу на ногу и, вздохнув, откинулся назад. – Жаль, хотелось все решить мирно.

Меня поразила беспечность оборотня. Возможно, именно сейчас Грег окутывал Мэтью магией и стирал ему память. Я протянула руку, чтобы дотронуться до сыщика, как неожиданно мистер Торгест оказался возле стола. Пальцы правой руки сжали горло тетушки Эльзы, и я заметила, как черные когти впились в кожу, проткнув ее. Струйка крови медленно заскользила по шее, исчезнув в декольте старой женщины.

Левой рукой Мэтью держал горло Грега, и тот, задыхаясь, вытаращил темные глаза, напрасно пытаясь оторвать от себя пальцы оборотня.

– Я хочу все знать о мистере Лоренсе, и лучше тебе поторопиться. Слышишь, как хрустят твои кости? Стоит мне сжать сильнее, и я сломаю тебе шею, – прорычал Мэтью.

Я не видела его глаз, но представила, как зрачки вытянулись, и сыщик хищно взглянул на хозяйку борделя.

– Все… ска… жу, – хрипло произнесла тетушка Эльза, – только отпусти… про-о-ошу.

Оборотень будто ее не слышал, когти сильнее сжали тонкую шею. Тетушка Эльза забилась в руках Мэтью. Я испугалась, что он сейчас действительно легко сломает кости, как сыщик вдруг отпустил хозяйку борделя, и та сильно закашлялась, попыталась как можно дальше отодвинуться от мистера Торгеста. Но сил у старой женщины не было, ее тело дрожало от ужаса.

Мага оборотень продолжал держать, а тот, встав на цыпочки, цеплялся тонкими пальцами за руку Мэтью.

– Ну, – грозно рявкнул сыщик, да так, что я подпрыгнула вместе с тетушкой Эльзой. Если страшно сейчас, что будет, когда оборотень покажет полную силу? Даже представлять не хотелось.

– Рик… док… мистер Лоренс… намеревался забрать Полли. Вы ее видели, она моя помощница.

Хозяйка борделя замолчала, поглаживая горло, наверное, ей было больно говорить, но Мэтью это мало волновало, он кулаком грохнул по столу, поцарапав дорогое дерево. Тетушка Эльза подскочила на стуле и уставилась на черные когти сыщика. Громко сглотнула и заговорила.

– Дочь она его. Рика. Полли его дочь, а банда «Черный глаз» забрала девку из семьи за долги. Отчим отдал падчерицу, а Рик, когда ее здесь увидел, хотел забрать. Я не соглашалась, так Рик деньги платил, чтобы ей не пришлось никого обслуживать. Хотел ее выкупить, долг хотел выкупить, но я отнекивалась.

Тетушка Эльза закашлялась, ее маленькие глазки, жирно подведенные черным карандашом, испуганно забегали. Я сразу поняла, что хозяйка борделя что-то не договаривает. Как мы и договаривались с Мэтью, я подошла к нему и осторожно дотронулась до правого локтя. Оборотень одобрительно хмыкнул.

– Врешь, ты бы с радостью ее отдала за большие деньги. – Сыщик поднял руку, и черные когти на глазах удлинились.

– Да! Вы правы, отдала бы! – вскрикнула от ужаса тетушка Эльза. – Но мне запретили.

– Кто? – продолжал допрос Мэтью, щелкнув острыми, как бритва, когтями.

– Не знаю! – испуганно вскрикнула старая женщина. – Правда не знаю!

Слезы, окрашенные черной краской, потекли по щекам, оставляя кривые следы. Лицо старой женщины исказилось от ужаса и стало еще больше отталкивающим.

– Мальчишка… посыльный принес письмо с деньгами внутри. Там было написано, чтобы не отдавала дочь Рику. Так я получала каждую неделю значительные суммы и от незнакомца, и от дока. Полли все это время не обслуживала клиентов, стала помогать мне в борделе. Я решила сделать из нее помощницу.

Жадная стерва. Но кто бы на ее месте не воспользовался подобным шансом? Я взглянула на Мэтью. «Он бы не стал наживаться», – вдруг подумала с замиранием в сердце и тут же разозлилась на сыщика. Слишком Мэтью отличался от привычного мне окружения. Зачем оборотень вообще притащил меня в бордель? Справился бы один.

– Хитро, – усмехнулся Мэтью, показывая острые клыки. Тетушка Эльза еще сильнее задрожала. – Деньги тебе больше не присылают, верно?

– Верно, – закивала хозяйка борделя, как китайский болванчик. – Но Полли и не работает, она моя помощница. Правда… Ах! – испуганно воскликнула тетушка Эльза, когда оборотень отпустил Грега, и тот рухнул на пол.

– Мне совсем не интересна судьба шлюхи. – Рука с черными когтями снова потянулась к горлу тетушки Эльзы, и та умоляющие заголосила.

– Все скажу! Все!

– А теперь хорошенечко подумай. Мне нужны имена тех, кто желал смерти мистеру Лоренсу или с кем он повздорил накануне. Понимаешь?

Мэтью слегка тряхнул хозяйку борделя, и та загремела старыми костями. Мне показалось, что ее глаза сейчас вылезут из орбит, так отчаянно тетушка Эльза думала.

– Есть один мистер. Мартин Крей его имя, – наконец хриплым голосом заговорила старая женщина, чем вызвала тихий смех Грега, больше похожий на карканье ворона. – Он частый гость в борделе, и перед смертью… Рик долго разговаривал с ним. Мне кажется, что они даже поспорили. Полли рядом была, может, что слышала.

– Позови ее, – грозно приказал Мэтью. Тетушка Эльза дрожащей рукой схватила трубку телефона и набрала номер. Маг хотел подняться, но сыщик приказал ему лежать и не дергаться. Ослушался бы только полный болван, и Грег продолжал оставаться на месте.

– Полли, детка, поднимись, – слишком слащаво произнесла хозяйка борделя и положила трубку. – Сейчас она придет, мистер Торгест.

Голос женщины выдавал ее страх. В моем мире все такие, мы уважаем только силу. Мэтью слишком вежлив, и это принимают за слабость. Зато теперь тетушка Эльза разболтает всем, как опасен оборотень. Я задалась вопросом: интересно, как долго старая стерва будет занимать свое место? Она только что назвала имя бандита из шайки «Черный глаз». Не думаю, что Грег будет молчать. Мартин Крей. Перед глазами снова появился долговязый. Мужчина дерзко усмехался, показывая желтые зубы. Такой легко мог нанести удар ножом, но что они не поделили с доком?

В дверь постучали, и неуверенно вошла полногрудая брюнетка. Полли с интересом взглянула на сыщика и облизнула губы. Затем ее взгляд опустился ниже и замер на лежащем в ногах оборотня Греге.

– Полли, входи. Присаживайся на диванчик и расскажи мистеру Торгесту, о чем говорили мистер Крей и твой отец перед смертью. Помнишь? Ты мне рассказывала, что они сильно спорили.

– Да, так и было, – прошептала брюнетка, обеспокоенно поглядывая на оборотня. – Громко играла музыка, и я плохо слышала весь разговор, но отдельные слова долетали до меня. Мистер Крей что-то требовал от отца, а папа… он смеялся. А потом сказал мистеру Крею: «Сделаешь то, о чем прошу, и получишь, что хочешь». Это все.

Полли обхватила себя за плечи, печально взглянув на Мэтью. В ее глазах блестели слезы, и я отвернулась. Ужасно знать, что ты могла вырваться из ада борделя, но в одну секунду, когда над твоим отцом занесли нож, потеряла все. Мечту, надежду, будущее.

Больше нам здесь делать было нечего, но Мэтью не удержался и спросил у Полли:

– Сколько ты должна откупных хозяйке?

Брюнетка удивленно вскинула брови, видимо, совсем не ожидала такого вопроса от сыщика.

– Нисколько, мистер Торгест. Когда мой отец… когда мы узнали, что… он убит, тетушка Эльза сказала, что я могу идти на все четыре стороны.

– Вот как? Интересно. В доброту хозяйки борделя я бы не поверил, – произнес оборотень, и тетушка Эльза сжалась под его взглядом, втянув голову в плечи.

– Мальчишка-посыльный принес письмо, там было велено отпустить Полли.

– И все? – с нажимом спросил сыщик. Мне же хотелось воскликнуть: «Да какая разница!» Ну что он так трясется над судьбой обычной шлюхи?

– Деньги тоже лежали, – поджала губы тетушка Эльза, нервно и часто заморгав.

– Почему же ты не ушла? – поинтересовался Мэтью. Ему было трудно понять Полли, а я ее понимала и знала, что проститутка ответит слишком доброму оборотню.

– Мне некуда идти, мистер Торгест. Дома… не примут, а чтобы снимать жилье, нужны деньги. Кто возьмет на работу бывшую шлюху? – горько усмехнулась Полли. – Да я и не знаю другой работы… Мне двадцать четыре года, три из них я провела в борделе. Бывший жених приходил поначалу, даже пытался меня выкупить, а потом… Стал постоянным клиентом. Женился на моей подруге, и дети уже есть. Тетушка Эльза обещала место хозяйки борделя передать, а больше никаких вариантов для меня нет.

Полли прямо смотрела на Мэтью. Если она о чем-то и сожалела, то старалась этого не показать. Лишь горькая складка у губ проявилась сильнее. Мне так тошно стало, что захотелось как можно скорее покинуть кабинет. Нет, нынешнюю Полли я не жалела. Она осознанно выбрала свой путь после смерти отца, а вот ту девушку, которая впервые ступила на порог борделя три года назад, было жаль.

– А ты? – Оборотень обратился к Грегу, лежавшему у его ног. – В инквизиции маги с даром менять память работают в центре реабилитации. Они помогают людям вспомнить что-то важное или наоборот – забыть кошмарное прошлое. Ты же выбрал другой путь, и он тебя съедает.

– Не стоит меня учить уму-разуму. Моя судьба решена, и менять что-то поздно. Но теперь я знаю, что мозг оборотня мне не по зубам, – дерзко усмехнулся Грег, приподнимая голову.

Вот теперь нам точно было пора. Сыщик подошел к двери, медленно повернул ручку, а я стояла за его широкой спиной и мысленно торопила. Хотелось уже быстрее покинуть неприятную компанию.

– Останься, – услышала я шепот Мэтью, а после он громко сказал: – Я немного поболтаю с дамами внизу, не стоит мне мешать.

Когда за оборотнем захлопнулась дверь, я зажмурилась на мгновенье, посчитав про себя до десяти.

– Ступай, Полли, – устало сказала тетушка Эльза. – Не стоит оставлять мистера Торгеста одного с девочками. Оборотни могут быть очень обаятельными, и эти дуры растают и сболтнут лишнего.

– А если ему драги предложить? – несмело спросила брюнетка. – Пара вечеров в нашем заведении – и забудет, зачем приехал в Терриб.

– Лучше не рисковать, иди.

Я повернулась, отступив в сторону, чтобы Полли не столкнулась со мной. Тетушка Эльза поглаживала расцарапанное горло, задумчиво глядя в пространство. Если бы Мэтью понял, что ему в борделе налили драги, то разнес бы все тут к чертям. Так что тетушка Эльза была права, не стоило злить зверя.

– Не боишься смерти, старая? – усмехнулся Грег. Он говорил тихо, видимо, горло тоже саднило. Я осторожно подошла ближе, чтобы не пропустить ни слова.

– Чего ты хочешь? Денег? Девочек? – прошептала тетушка Эльза, с трудом встав со стула. Старая женщина, слегка согнувшись, направилась к диванчику. Упала на него и, вытянув ноги, прикрыла глаза. – Выбирай любую.

Мистер Крей опасен, с таким шутки плохи. Если хозяйка не договорится с магом, то недолго ей осталось управлять борделем. Еще бы узнать, чем занимался долговязый в банде, за что отвечал.

– Любая, говоришь? – Темные глаза мага загадочно сверкнули. – Полли мне понравилась. Никого к ней не подпускай.

– Неожиданно, – усмехнулась тетушка Эльза, приоткрывая один глаз. – Я думала, запросишь денег, а ты оказался глупее и выбрал девку.

– Не твое дело, – огрызнулся Грег и занял место хозяйки борделя за столом. – Я могу в любое время подправить твою память, но не стану заморачиваться. Ты и так сделаешь все, что я скажу, и денег дашь, если мне нужно будет. У Мартина разговор со стукачами короткий. Нож в сердце, и все. Тебе повезет, если лишишься глаза после смерти.

– А ты меня не пугай, – хриплым голосом ответила тетушка Эльза. – Была бы дурой, не дожила бы до таких лет.

В кабинете наступила тишина, каждый размышлял о своем, и я думала, как незаметно выйти. Зачем Мэтью велел остаться? Чтобы я слушала их дурацкие разговоры?

– Есть у тебя догадки, кто мог убрать дока? – наконец, произнес Грег, а я медленно подошла к окну. Хорошо, что первый этаж. Если не получится выйти за дверь, вот выход.

– Он был жадным и порой мерзким старикашкой, но отлично делал свое дело. Девчонки после… «недомоганий» быстро приходили в себя, а когда Рик впервые достал мне драги, то утром мои карманы и карманы моих девочек были набиты золотом. Бандиты тоже нуждались в нем. А может, у него магия какая была? Многих вытянул с того света. Вот только с Креем что-то не поделил. Может, дока просто ограбить хотели? От драги многие сходят с ума.

Тетушка Эльза продолжала лежать, бережно поглаживая шею.

– Не думаю, я слышал про девку у псов. Магичка Шато связалась с душой дока, а оборотень взял ее под защиту. Поэтому скоро корри прознают про все, что творится в городе.

Услышав свое имя, я напряглась, пристально наблюдая за Грегом. Если этому мерзавцу все известно, так и другим тоже. В том числе и проклятому Крею. Ясно, о чем долговязый хотел со мной поговорить и зачем звал в паб «Кривой рог». Но самое смешное, что душа доктора Лоренса ничего интересного не рассказала.

Грег неожиданно поднялся и быстрым шагом направился к двери. Повернул ключ, и, когда замок щелкнул, я поняла, что попала в ловушку. Маг резко обернулся и внимательно оглядел кабинет, доставая из-за пазухи пистолет.

– Ты что, напился драги? – испуганно прохрипела тетушка Эльза, вскакивая с диванчика.

– Я думаю, оборотень привел к нам мага иллюзии. У меня было такое ощущение, что на меня кто-то смотрел, и сейчас оно есть.

Грег дернул плечом, словно хотел избавиться от пристального внимания.

– Выстрелю пару раз. – Маг широко махнул рукой, и я тут же присела. Похоже, он сумасшедший.

– Ты что?! Хочешь, чтобы оборотень вернулся? – Хозяйка борделя кинулась к магу с твердым намерением забрать у бандита оружие. – Он же прискачет, а я только его спровадила. Нету здесь никого, а девку охраняют и боятся выпускать. Зуб даю. Теперь только она будет владеть формулой, и если не дура, то воспользуется знанием с умом. Убери пистолет, мне проблемы с законом не нужны.

– С этого момента поподробней. Что за формула? – Темные глаза Грега вспыхнули интересом. Маг убрал оружие за пазуху и, сложив руки на груди, приготовился слушать. Я тоже навострила уши.

– Ты не знал? Я считала, каждый в банде, которая торгует драги, в курсе, что проклятое пойло придумал Рик, – пожав плечами, проговорила тетушка Эльза. И если Грег не обратил внимания, то я заметила, с каким ехидством она усмехнулась, когда обходила мага, чтобы снова упасть на диванчик. – Рик приносил драги в небольшой бутылочке и лично наливал в бочку с пивом. Через сутки внутри был напиток, который сводил с ума людей.

– Точно, я видел дока каждый раз после нового прихода бочек. Они с Джоем спускались в подвал, но чем там занимались, никто не знал.

Вон оно что. Я вспомнила, как док приходил и к Брэнду. Рэя и Лэнс всегда присутствовали при посещениях мистера Лоренса. Но больше никто не допускался.

– Могу тебе сказать, что у магички иллюзии нет теперь защиты, – усмехнулся Грег. Его глаза снова прошлись по комнате, и я постаралась в этот раз не встречаться с ним взглядом. – «Псы» поджарились два дня назад, и мы уже начали захват новых территорий. Скоро Терриб будет полностью подчинен «Черному глазу». А я занимаю в банде не последнее место…

– Да уж, – не выдержала хозяйка. – Я заплатила твоему главарю, чтобы он приказал тебе явиться в бордель для моей защиты. Не набивай себе цену, ты всего лишь исполнитель. Поэтому, если хочешь получить Полли и деньжат, лучше помалкивай, что я выдала Мартина. Иначе все узнают, как бесполезна твоя магия перед оборотнем.

– А ты мне не указывай, старая, без тебя разберусь, – зло буркнул Грег и направился к двери.

Распахнув ее, маг повернулся и предупредил:

– Будешь хитрить, сотру все в твоей голове, и станешь пускающим слюни овощем.

Когда дверь за Грегом захлопнулась, тетушка Эльза прикрыла рукой глаза. Появился шанс покинуть кабинет, и я осторожно сделала шаг, потом еще и еще. Оказавшись возле двери, вдруг обернулась. Хозяйка борделя смотрела в мою сторону. Нет, она не видела меня, но словно пыталась что-то отыскать в пространстве. Неожиданно тетушка Эльза произнесла:

– Мисс Шато, я знаю, что вы здесь. Передайте Рику мои слова: «Мне очень жаль, но твою дочь от Грега я не уберегла». Только именно слово в слово.

В растерянных чувствах я покидала кабинет хозяйки борделя. Чего сыщик добивался, когда оставил меня одну? Думал, что Грег и тетушка Эльза расскажут все секреты? Ага, специально для меня, чтобы я обо всем донесла. Никогда не была стукачкой, но здесь другое. Сейчас я в одиночку боролась, чтобы вырваться из прогнившего Терриба. Зная подноготную, становишься циником. Я считала, что продаются все. Начиная от шлюхи и заканчивая главой города. А сколько продажных корри «защищали» наивно верящих во власть горожан!

Задумчиво оглядывала зал, когда спускалась по лестнице, где вместо певицы в прозрачном платье виртуозно играл мужчина, накачанный драги. Таких легко было заметить. Они словно отсутствовали в этой реальности и находились в своем, особенном мире, в котором сбывались все мечты. А кто не захочет возвращаться туда, где ему хорошо? Вот они и возвращались, чтобы после стакана драги ощутить эйфорию, счастье, надежду на лучшее.

Оборотень, надо отдать ему должное, сразу попрощался с хохочущими проститутками и направился к выходу. Я шла за ним и обдумывала все, что произошло. Столько всего узнала и в то же время ничего интересного, что могло повлиять на раскрытие преступления. Но Мэтью был другого мнения.

– Чем подробнее вы будете узнавать о земной жизни души, которая приходит к вам во сне, тем больше информации даст вам душа. А то, что мистер Лоренс приносил бутылек с драги и лично добавлял в бочки, я уже знаю. Рыжая любовница главаря псов все рассказала, чтобы прокурор скостил ей срок.

– Я думала, мы партнеры, – немного обескураженно произнесла, взглянув на сыщика. – Но вы не делитесь со мной всей информацией, только требуете, чтобы я докладывала.

– Если честно, я думал, вы знали, мисс Шато, но не захотели со мной делиться.

Скрыть удивление я не смогла. Мистер Мэтью думал, что главарь банды обо всем мне докладывал? Да Коннор был намного ближе к Брэнду, чем я. Мысли о друге всколыхнули в груди тоску. Как его приняли чужаки? Но, зная Коннора, я была уверена, что он приспособится. Если друг смог мальчишкой заработать авторитет у «псов», то у матерого профессионала это тем более получится. Мне не хватало его. Пусть последнее время мы мало общались, и Коннор все реже навещал меня в съемной квартирке, он был единственным близким человеком не только в Террибе, но и на всей Земле. Плохого бы друг не посоветовал. А ведь он звал пойти с ним в банду «Черный глаз». И Самай… оценили ли ее талант чужаки?

Мы проезжали по мосту, возвращаясь в дом оборотня, и я решилась попросить сыщика заехать ко мне.

– Я бы хотела взять личные вещи, – под кроватью находился мой тайник. Сразу его невозможно заметить, если только знать, где приподнять половицу, под которой я прятала шкатулку с накопленными деньгами и вырезки из газет о столичных театрах.

– Разве я плохо объяснил? – нахмурился оборотень. – Ворованных вещей в моем доме не будет.

Я заскрежетала зубами. Не привыкла, чтобы меня так контролировали и просить не привыкла. Если ты клянчишь, значит, будешь должен, а долги я ненавидела. Жизнь такая штука: никогда не знаешь, когда придется отдать долг. Поэтому сложила руки на груди, наблюдая, как ветер заигрывал со снежинками. Как подвернется случай, я возвращусь за шкатулкой.

Фары машины осветили впереди скопление людей и автомобиль полицейских. Мэтью сбавил ход и остановился возле бордюра.

– Оставайтесь здесь, – приказал сыщик, подняв воротник, прежде чем выйти на улицу. Быстрым, широким шагом он направился к переулку, где столпились встревоженные горожане. Перед Мэтью расступались: интуитивно люди ощущали в нем силу и власть, даже если не догадывались, что перед ними оборотень.

Подчиняться я не собиралась, поэтому вышла вслед за сыщиком. Он на мгновенье остановился, раздраженно дернул плечами, но не обернулся. Мне пришлось пробираться сквозь толпу и, слыша отдельные реплики людей, я уже знала, что увижу на снегу – тело мужчины.