Глава 8

Как магу иллюзии мне легко удавалось избегать ареста. Но в полицейском участке я бывала, когда однажды помогла Коннору удрать из тюремной камеры. Банда грабила товарный поезд, который пришел из столицы, и охрана вызвала корри. В ту ночь многих схватили, а Брэнд был так зол, что мы боялись попадаться ему на глаза. Вот тогда главарь впервые попросил меня помочь сбежать товарищам. Но я спасла только одного, ради которого была готова пожертвовать головой.

Отлично помню, как меня поразили огромные настенные часы в темно-коричневом корпусе, когда под магией иллюзии впервые вошла в участок. Они висели напротив входа. Вот и сейчас я смотрела, как стрелки неумолимо приближаются к половине второго ночи. Тиканье часов сливалось со стуком печатной машинки и гулом людских голосов. Дежурный дознаватель, нахмурив черные брови, барабанил по клавишам, записывая показания свидетеля. Обнаруженный в переулке труп пролежал бы до утра, если бы не этот мужчина. Он возвращался домой и решил, что на земле валялся пьяный сосед. Сердобольный мужик хотел поднять несчастного, чтобы тот не замерз, и довести до дома, завернув всего лишь за угол, когда понял, что перед ним труп.

Я взглянула на другого полицейского, который сидел за соседним столом и потягивал из чашки кофе, слушая свидетеля. За его спиной висел портрет молодой королевы Росвэнии. Сейчас она стала некрасивой старухой с длинным носом, и я вообще сомневалась в ее способностях управлять страной. Наш глава города уж точно получал процент с продажи драги, потому что не замечать растущее количество бездомных опустившихся людей было бы странно.

Пока они кучковались возле баров и в квартале среди лачуг, но все ближе подбирались к чистым улочкам города.

– Как страшно становится жить, – всхлипнула рядом со мной молодая женщина, супруга свидетеля. Я отвела взгляд от белых стен и посмотрела на нее. Она не отпустила мужа одного, испугавшись, что корри припишут ему убийство.

– Не шатайтесь по ночному городу, и никто вас не тронет, – спокойно произнесла я, с безразличием глядя в испуганные карие глаза незнакомки. – А еще лучше носите с собой оружие – пистолет или нож, чтобы успеть первым ранить грабителя или убийцу.

– Какие страшные вещи вы говорите, – прошептала женщина, испуганно сжав воротник черной каракулевой шубки. – Я даже думать боюсь об оружии, а ранить человека… это же так ужасно.

– Убийца считает по-другому, и если не вы, то вас. Будете потом валяться в переулке с перерезанным горлом.

Незнакомка громко ахнула, привлекая к себе внимание. Она торопливо отсела от меня на другой конец лавки.

– Все хорошо, дорогая. Скоро пойдем домой, – попытался успокоить супругу мужчина. Видимо, решил, что она охала из-за него.

– Если вы будете отвлекаться на каждый шорох, мы только к утру закончим, – проворчал дознаватель, потирая затекшую шею. – Так, мы остановились на том, как вы выбежали на центральную улицу и стали звать на помощь.

– Да, открылось окно на втором этаже, и я попросил позвонить в полицейский участок.

– Нужно будет подтверждение от вашего работодателя, что вы были на смене, – деловито заявил корри, который пил кофе.

– Вы, что меня обвиняете в убийстве? – гневно воскликнул свидетель, но глаза выдавали его страх.

– Голос не повышайте, вас никто не задерживает. Но такой порядок, а следствие уже разберется и найдет преступника, – строго сделал замечание дознаватель.

«Разберется, – хмыкнула я про себя. – Больше недели прошло с момента убийства дока, а оборотень все еще топчется на месте».

Открылась дверь, которая вела в коридор, где располагались кабинеты сыщиков и начальника полиции. Впервые видела такого статного корри с военной выправкой, которому шла форма полицейского.

– Мисс Смит, пройдемте, – пригласил меня этот корри. – Мистер Торгест ждет вас.

«Только вспомнила о нем, и нате», – раздраженно подумала я, а может, меня больше разозлило обращение «мисс Смит». Мисс Руж была роднее.

Широкий коридор хорошо освещался лампами, и я легко разглядела номера кабинетов на черных дверях, мимо которых мы шли, направляясь к лестнице. Я слегка напряглась, когда красавчик корри повел меня вниз.

– Куда мы идем? – стараясь не показать страха, напряжено спросила я.

– На опознание, вдруг вы знакомы с жертвой. – Статный полицейский держался серьезно и даже не улыбнулся, когда я немного пошутила.

– А я думала, мистер Торгест решил меня посадить в камеру.

– Следуйте за мной, – произнес корри, и я, вздохнув, стала спускаться.

Повеяло прохладой и немного сыростью, как тянет из подвалов домов. Но больше всего утешало, что был свет и ни намека на тень, это не могло не порадовать. Иногда мне снились холодный погреб приюта и единственная лампа, забывчиво оставленная воспитательницей. Я прижималась к Коннору, пытаясь согреться, и всматривалась в темные углы. Воображение рисовало притаившееся чудовище, которое только ждало, когда я потеряю бдительность, чтобы напасть. Детские страхи исчезли с возрастом, но холод и замкнутые темные пространства я ненавидела.

– Мисс Смит, здесь осторожно, ступенька высокая, можно упасть, – предупредил красавчик-корри. И я бы вправду навернулась, если бы не схватилась покрепче за перила. – Мы почти пришли, вон та белая дверь.

Статный полицейский любезно распахнул передо мной дверь и, сделав несколько шагов, я вошла внутрь холодного помещения. В нос ударил кислый, резкий и необычный запах. Так пахла смерть. Я не боялась мертвецов. Один из них лежал на каталке, укрытый белой простыней, а вот взгляд оборотня напугал. Он смотрел так, будто это я убийца.

Рядом с ним стоял незнакомец в сером костюме и белом халате, с бритым породистым лицом. Ну как незнакомец. Я знала, какую должность занимал мистер Вуд, судеьный эсперт, но формально мы не были друг другу представлены, что Мэтью тут же исправил.

– Мистер Вуд, это мисс Смит.

Судебный эксперт приподнял правую бровь и с интересом посмотрел на меня.

– Как же вас угораздило вляпаться в дурную историю, мисс Смит? – Спросил мистер Вуд.

– Сама не знаю, как так вышло, – пожала плечами.

– Хотели помочь доктору, а взамен получили встречи с душой во сне, – посочувствовал мне судебный эксперт.

– И вредного оборотня в придачу, – буркнула я, чем вызвала понимающую усмешку мистера Вуда. Мэтью даже бровью не повел, лишь сильнее нахмурился.

– Мисс Смит, у меня есть нашатырный спирт, не переживайте, я вас быстро приведу в чувство, – подмигнул мне мистер Вуд, убирая простыню с тела мужчины. Стало тяжело дышать от вида обезображенного лица, и судебный эксперт протянул мне ватку, смоченную в спирте.

– Не нужно.

Я сразу узнала жертву и могла поклясться Создателем, что не желала никому такой смерти. Глаз отсутствовал, на лице виднелись порезы разной глубины, на шее, ключице, плечах, руках тоже. Местами были вырезаны тонкие полоски кожи, особенно много на груди, и я быстро отвела взгляд от почерневших ран, покрытых коркой крови. Еще было много ожогов разной степени тяжести. «Все-таки он подпалился в главном доме и даже успел убежать, да только далеко не ушел», – подумала я, достав платок из кармана шубки, и приложила его к носу. Мистер Вуд понимающе хмыкнул, а я бросила быстрый взгляд на Мэтью. Разве у оборотней не острый нюх? Но сыщик спокойно стоял рядом, ничем не выдавая свое состояние.

– Здесь как будто что-то вырезали. – Мистер Вуд поднял правую руку, и я увидела глубокую рану между большим и указательным пальцем.

– Я знаю его… это Лэнс, был вторым человеком в банде «Серые псы» после главаря. Там была… татуировка. – А еще я знала имя убийцы. Впервые следы ее преступления увидели полицейские. До этого момента трупы прятали, и человек бесследно исчезал.

– Жертву долго пытали, причем умело балансировали на грани между жизнью и смертью, – рассказывал мистер Вуд. – Я бы даже назвал это искусством, смертельным художеством.

Предположения судебного эсперта оказались меткими, и я старалась не выдать себя, чувствуя, что Мэтью наблюдал за моей реакцией. Мне бы только незаметно уйти из дома оборотня, чтобы все выяснить. Для чего им понадобился Лэнс?

– Убийца мистера Лоренса действовал нагло и быстро, а вот здесь долго готовились. Как вы думаете, выдержит полицейский маг встречу с еще одной душой? – спросил сыщик у мистера Вуда, а я испугалась, что преступника тогда найдут слишком быстро.

– Это банда «Черный глаз» убила Лэнса. Они всегда оставляют свою метку, вырезая глаз у трупа. Мог действовать не один человек, поэтому, чтобы узнать имена убийц, придется допрашивать каждого, – произнесла я, отворачиваясь, сделав вид, будто больше не могла смотреть на мертвого Лэнса. На самом деле прятала лицо и глаза, чтобы оборотень поверил в мою ложь. Хотя, в принципе, я не лгала. Самай стала членом банды «Черный глаз».

– Сводили счеты со старым противником? – хмыкнул мистер Вуд, возвращая простыню на место.

– Или хотели добыть информацию, – предположил оборотень.

Он был задумчив, даже слишком. Завтра город узнает об еще одном убийстве, и люди начнут требовать найти преступника. Если это понимала я, то Мэтью тем более. Плохи твои дела, оборотень.

– Не мне вам советовать, мистер Торгест. Но завтра начальник полиции будет звонить в инквизицию с жалобой, что столичный сыщик не справляется, и требовать, чтобы дело передали местным полицейским, – тихо предупредил мистер Вуд. Он взялся за каталку и повез тело к большой железной двери.

– Решение принимать не мне, – пожал плечами оборотень. Он еще что-то хотел добавить, но внутрь стремительно вошёл статный корри. Его лицо разрумянилось от быстрого бега.

– Совершенно нападение на мистера Фостера. Он сейчас в главной городской больнице, убийца успел его ранить, – доложил громко и четко красавчик-полицейский.

– Дело принимает еще более серьезный оборот, – мрачно произнес оборотень. – Мисс Шато, покажете дорогу. На выход!

Опять этот командный голос, который жутко раздражал.

Мы молча неслись по ночному городу, те редкие машины, которые попадались нам навстречу, резко скрипели, когда водители жали на тормоза. Пусть оборотень отлично управлял автомобилем, но порой проезжал слишком близко от встречных машин.

– Направо. На перекрестке налево. Прямо до поворота, – говорила только я, а Мэтью молча крутил руль. Сыщик внешне казался спокойным, его гнев выдавали лишь узкие зрачки да напряженно сжатые губы. Двое убийц в Террибе – это много, а три – уже перебор.

Городская больница находилась в центре, на правом берегу. Он считался «старым городом». Здесь было много узких улочек, уютных бульваров и невысоких домов. Левый берег казался более современным, но и сильнее загрязненным, потому что два городских завода располагались именно там.

Мэтью остановил автомобиль возле одноэтажного здания из красного кирпича с несколькими пристройками повыше, которые значительно отличались по архитектуре друг от друга. Смотрелось это необычно, но вовсе не отталкивающе. Больница как бы соединила в себе прошлое и настоящее.

Здесь же стоял дорогой черный автомобиль мистера Фостера. Узнать его было нетрудно. Во всем городе только мой поклонник владел такой машиной.

Главный вход все еще украшали широкие деревянные перила с узорами, и двустворчатая дубовая дверь напоминала вход в прошлый век. Но внутри все было современно, как того и требовалось в двадцатом веке.

Меня всегда пугал запах больницы, вот и сейчас я сжалась на мгновенье, прежде чем переступила порог вслед за оборотнем. Он, в отличие от меня, уверенно распахнул дверь и даже не поморщился.

В холле оказалось несколько человек. Если днем тут было не протолкнуться, то ночью посетители практически всегда отсутствовали. Помимо дежурной медсестры, которая что-то строчила в журнале за стеклянной стойкой, находились двое полицейских, мужчина в белом халате и симпатичная женщина с заплаканным лицом. Незнакомка небрежно бросила дорогую шубку на скамейку и, облокотившись на голубого цвета стену, смотрела, задумавшись, в пространство. Врач крутил стетоскоп и тихо переговаривался с корри. Едва мы вошли, как все повернули головы в сторону входа.

Мэтью сразу направился к полицейским, я осталась стоять возле стены. Не привыкла к такому вниманию и с удовольствием просто растворилась бы в воздухе. До убийств дока и Лэнса, а также нападения на мистера Фостера, Терриб был вполне обыкновенным, спокойным городком, которых сотни в Росвэнии. Правда, ночью начиналась другая жизнь, но внутренние разборки между бандами почти не затрагивали местных. Если только ты не был «счастливчиком» и не оказался рядом. Обычно трупы прятали, чтобы не привлекать внимания надоедливых корри. Сейчас все было по-другому, и Самай… пока не укладывалось в голове.

Открылась дверь, ведущая из больничного коридора в холл и я увидела мистера Фостера в сопровождении доктора, более старшего возраста, чем беседовавший с полицейскими. Бледный, с забинтованной правой рукой, мой поклонник ступал тяжело, будто каждый шаг давался толстяку с трудом. Следом за ними шел телохранитель, он держал мужское пальто. Как же так вышло, что огромный, как шкаф, охранник не смог защитить хозяина?

Незнакомка с тихим вскриком бросилась к толстяку.

– Котик! – всхлипнула она, попытавшись дотронуться до мистера Фостера. Он осадил красотку тихим, но твердым голосом, как человек, привыкший отдавать приказы.

– Езжай домой, ты здесь ни к чему.

Женщина открыла было рот, чтобы возразить, и тут же его закрыла, вернувшись к скамейке. Нервными, резкими движениями накинула на себя дорогую шубку и выбежала на улицу. Мэтью что-то шепнул одному из полицейских, и тот поспешил за женщиной. Мистер Фостер явно не хотел, чтобы любовница засветилась на первой полосе газет.

Словно в подтверждение моих слов, громко хлопнула дверь, и вошел молодой мужчина. Пухлые щеки незнакомца ярко горели от легкого морозца. Снимая на ходу капюшон теплой куртки, он достаточно резво подскочил к мистеру Фостеру.

– Журналист Кембридж газеты «Новости Терриба», ответьте всего на пару вопросов, – затараторил представитель прессы, слегка пригладив растрёпанные светлые волосы. – Где на вас совершили нападение? Кто вас спас?

– Уберите его, – недовольно поморщился толстяк, и телохранитель легко отодвинул мистера Кембриджа в сторону. Но журналист не унимался и попробовал разговорить оборотня.

– Мистер Торгест, вы думаете, это тот же убийца, который расправился с мистером Лоренсом? Или новый преступник? Неужели Терриб превращается в криминальную клоаку?

«Он давно уже там, – усмехнулась я про себя. – Продажные корри и чиновники набивают карманы золотом, из приютских детей растят будущих бандитов, а честных граждан превращают в зависимых от драги. На что способен такой человек, когда в один прекрасный день не получит дозу проклятого пойла?» Я все больше склонялась к тому, что дока убил кто-то из банды «Черный глаз», а возможно, именно долговязый. Мартин хотел, чтобы рецепт драги принадлежал только им, а «Псов» убрали как конкурентов. Все сходится. И меня он пригласил на встречу в паб, потому что знал о моей связи с душой дока.

А труп у Мартина не вышло прибрать, потому что я подняла панику. Вот и все. Знал ли об этом оборотень? Взглянула на сыщика, который не обращал внимания на надоедливого журналиста.

– Я бы хотел с вами поговорить, мистер Фостер, и лучше это сделать прямо сейчас, завтра уже может быть поздно, – предупредил толстяка Мэтью.

– Вы что? – возмутился доктор, он слегка придерживал моего поклонника. – У мистера Фостера два ранения. Одно в руку, второе – в правый бок…

– Перестаньте, мистер Беннер, там всего лишь царапина, – слабым голосом остановил поток яростных слов доктора мистер Фостер и взглянул на меня. – Удивлен увидеть вас в больнице, мисс Руж. Надеюсь, вы просто проходили мимо, а не нуждаетесь в помощи докторов.

Пришлось подойти. Я умудрилась не сморщиться, когда уловила идущий от толстяка не очень приятный запах пота, смешанный с мужскими пряными духами и дезинфицирующим средством.

– Все хорошо, мистер Фостер.

– Мисс Руж! Надо же, одна из главных солисток театра «Лицеум». Это будет сенсация. – воскликнул мистер Кембридж. Его голубые глаза блестели от предвкушения, когда он заговорил. – Поздно ночью больницу посетила мисс Руж в сопровождении мистер Торгеста. Кто она для столичного сыщика? Дама сердца или загадочная свидетельница убийства мистера Лоренса, которую охраняет оборотень? Как вам?

– Если ты хоть строчку напишешь о мисс Руж, я в тот же день сверну тебе шею, – прорычал Мэтью, схватив испуганного журналиста за грудки.

– А я прикажу закопать, – прошелестел толстяк. – И никто вас не найдет, мистер Кембридж. Никогда.

– Прекратите меня пугать, – попытался вырваться из захвата сыщика журналист. Его пухлые щечки раскраснелись, а голубые глаза стали еще больше. – Жители города имеют право знать…

– Вы хотите, чтобы нашли убийцу? – рявкнул Мэтью, и его голос будто разрезал воздух. Притихли все в холле, вжав головы в плечи. – Тогда помалкивайте.

– Разрешите присутствовать на вашей беседе с мистером Фостером, и я забуду о мисс Руж, – хитро усмехнулся мистер Кембридж. Нет, в глазах журналиста все еще плескался страх, но любопытство и желание написать первым о нападении на богатого жителя Терриба оказались сильнее.

– Только после моей проверки ваших записей, – уже спокойно произнес оборотень и отпустил журналиста.

– Мистеру Фостеру необходимы постельный режим и покой, а не допрос. Лучше отложить разговор на завтра, – посоветовал доктор и ворчливо сказал толстяку, – зря вы отказались от госпитализации.

– Все в порядке. Пока я буду ехать домой, мистер Торгест задаст все вопросы.

Оборотень передал ключи от машины полицейскому, который ожидал указаний от сыщика в холле больницы, и велел ехать за автомобилем мистера Фостера. Телохранитель сел за руль, я устроилась на переднем сиденье. Мэтью с мистером Фостером расположились сзади, а вот мистеру Кембриджу места не досталось. Тучный поклонник занял больше половины сиденья.

– Двигайтесь! – Журналист хотел впихнуться, понимая, что его только что надули, и не услышать ему из первых уст историю.

– Не нервничайте, мистер Кембридж, – слишком спокойно произнес Мэтью, почти издевательски, и я заметила, как дрогнули губы от обиды у журналиста. – Приходите к обеду в участок за информацией.

– Новость о нападении должна быть утром на первой полосе! – Несчастный схватил себя за светлый чуб, дернув от расстройства.

– Для расследования будет лучше, если произойдет задержка. Вы же хотите узнать имя убийцы? Обещаю, вам сообщу сразу.

«Ха! – усмехнулась я. – Никогда не думала, что журналисты такие глупцы».

– Завтра на первой полосе будет имя мисс Руж, – процедил сквозь зубы мистер Кембридж. Я глянула в боковое зеркало. Щеки наглеца раздувались все больше и больше.

– Реклама молодой певице никогда не помешает, к тому же не думаю, что медсестра сможет держать язык за зубами. Так что ваша новость не будет сенсацией. Увы. Прощайте. – И Мэтью, слегка оттолкнув мистера Кембриджа, захлопнул перед его носом дверь.

Журналист погрозил кулаком и, развернувшись, пошел назад в больницу, видимо, собрался пытать доктора, который лечил мистера Фостера.

– Не надо мне такой рекламы, – недовольно заметила я. Телохранитель повернул ключ зажигания, мотор заработал, и машина плавно тронулась с места.

– А ведь отличная идея, мистер Торгест. В воскресенье в театре, на вашем выступлении будет аншлаг, мисс Руж, – тихо засмеялся толстяк и тут же заохал. – Чертов ублюдок, хотел меня прирезать, но не вышло.

– Мистер Фостер, где произошло нападение? По возможности постарайтесь вспомнить как можно больше деталей. Видели ли вы убийцу?

– Мне кажется, он меня караулил. Следил и ждал подходящего момента. Я сам виноват, потерял бдительность. Приказал Чаку оставаться в машине, обычно он всегда ждал меня возле двери. А тут…

Мистер Фостер тяжело вздохнул, осторожно баюкая раненую руку.

– Нельзя, чтобы этот проныра мистер Кембридж прознал, где все случилось. Мне не нужна истерика жены и сплетни. Я собирался на пост главы города выдвигаться в следующем году.

Надо же, может, зря я старалась держаться от Алекса как можно дальше? Нет, Шато… бр-р-р, только не толстяка в любовники. Лучше оборотень. Я неожиданно вздрогнула от возникшей мысли и, чтобы больше не думать, стала слушать разговор двух мужчин.

– Я был на деловой встрече на левом берегу Терриба. Ради моей жены давайте будем придерживаться этой версии. Надеюсь, вы проявите мужскую солидарность, мистер Торгест? – Толстяк вовсе не умолял оборотня, а просто констатировал факт. Мэтью молча кивнул, и мистер Фостер продолжил. – Так вот, меня всегда сопровождал Чак, а тут… после концерта мисс Руж я немного расстроился. Да, это так, – улыбнулся Алекс, когда я резко вскинула голову и обернулась. – Хотел с вами побеседовать, но не вышло, вы торопились уйти с мистером Торгестом.

– Мы можем поговорить сейчас, – предложила я, но сыщик снова влез со своими вопросами.

– Итак, мистер Фостер, я хочу знать адрес мисс, у которой вы были.

– Улица Георга Пятого, дом семнадцать, – неохотно ответил толстяк и поджал пухлые губы.

– Во сколько вы приехали к мисс? – Оборотень спрашивал негромко, ничем не выдавая эмоции, словно сидел в кафе и пил кофе с мистером Фостером.

– Около половины двенадцатого, пробыл у нее больше двух часов. Затем вышел на улицу и направился к машине. Вот тут меня и подкараулил преступник. Он выпрыгнул из-за угла дома, угрожающе размахивая огромным ножом. Сам высокий, широкоплечий, в большой куртке, лицо замотано шерстяным шарфом. Я успел прикрыться рукой, и он со всего размаху черканул по ней. Хорошо, что у пальто материал толстый, спасло.

Алекс слегка поднял забинтованную руку, показывая нам разрезанный рукав.

– Я закричал, Чак меня услышал, выскочил из машины, а этот мерзавец успел ранить меня в бок и побежал, когда услышал визг Эммы и оклик телохранителя.

Итак, убийца дока напал на мистера Фостера. Но как могут быть связаны эти двое? У семейного доктора, возможно, была определенная связь с мистером Фостером, но… нападение. Не только меня заинтересовал данный вопрос, потому что оборотень снова обратился к толстяку:

– С мистером Лоренсом вы были знакомы?

– Он долгие годы лечил мою семью. Мы уважали друг друга, могли поболтать в кабинете, выпить по рюмочке коньяка, но не более. Нас нельзя назвать друзьями. – Мистер Фостер слегка поморщился, когда телохранителю пришлось затормозить, пропуская другой автомобиль.

– Есть у вас предположения, кто хотел смерти мистеру Лоренсу? Или он ссорился с кем-нибудь? – продолжал сыпать вопросами сыщик. Его глаза хищно блестели в полумраке салона машины.

– Знаю, что он хотел помочь дочери, но что-то там не складывалось. И мистер Лоренс очень расстраивался. Насколько я знаю, у него появились большие долги. Возможно, это стало причиной? – предположил Алекс.

Мы с оборотнем переглянулись. Долги? Банда могла отомстить, мы оба это понимали.

– Мистер Лоренс просил меня занять ему денег, но я предполагал, что доктор не мог столько зарабатывать, чтобы со мной рассчитаться. Поэтому отказал. Видимо, зря, – вздохнул толстяк, а я отвернулась. Ничего он не жалел, это было сказано просто так.

Не удержалась и зевнула. Сегодня были слишком насыщенные день и ночь, я все больше чувствовала усталость и теряла силу иллюзии с каждой секундой.

Когда черный автомобиль остановился возле железных резных ворот, мы попрощались с мистером Фостером.

– Мисс Руж, – задержал меня толстяк. – Подумайте еще раз над моим предложением. Терриб не для вас.

Я кивнула и поторопилась выбраться из машины. Оборотень недовольно фыркнул и направился к автомобилю, за рулем которого сидел полицейский. Мэтью попросил корри освободить ему место, и мужчины пересели. Полицейский остался впереди, а я села сзади.

– Мисс Руж, вас я отвезу домой и оставлю охрану. – Сыщик кивнул в сторону корри.

– А сами куда? – И снова широко зевнула, не стесняясь. Спать хотелось все больше, глаза начинали слипаться.

– На улицу Георга Пятого, вдруг получится обнаружить преступника по следу или по запаху. Не забывайте, я оборотень.

И Мэтью клацнул зубами, как волк. корри тихо рассмеялся, да и мне не было страшно. Сыщик мог быть грозным и опасным, но справедливым. Бандиты другие, они ждут, когда ты проявишь слабость, чтобы напасть.

Сейчас я была уязвима как никогда и мысленно благодарила оборотня за полицейского, хотя… если, например, Коннор захочет войти, его никто не остановит. Я боялась не бывшего любовника, а долговязого Крея.

Я уже почти спала, когда Мэтью затормозил у дома, и, сонно хлопая ресницами, махнула на прощанье ему рукой. корри, сопровождавший меня, взялся за дело серьезно. Проводил до комнаты и велел Мелиссе принести кресло, крепкий кофе и хорошую книгу, желательно детектив. «Ясно, читать собрался на работе», – усмехнулась я, наблюдая за раскрасневшейся служанкой, когда она кинулась выполнять приказ.

Хлопнув дверью спальни, я на ходу разделась. Сил умываться не было, поэтому просто упала в мягкую перину и наконец-то заснула. Да только поспать не дали. Будто кто-то пихнул или что-то шепнул, толком не поняла, но глаза открыла. Спальню освещала полная луна, украшая серебром ковер и стены комнаты. В углу раздался шорох, и я, вцепившись в одеяло, слегка приподнялась.

– Кто здесь? – спросила хриплым голосом, пытаясь разглядеть в темноте неизвестного посетителя. Теперь я четко видела силуэт мужчины. – Назовите имя! Ну?!

Я постаралась вложить в голос как можно больше жесткости. Послышалось шарканье ног, и меня коснулся холодный воздух. В нос ударил запах могилы – влажный, земляной. Лунный свет поднялся выше, его лучи устремились к тени и вырвали из тени дока.

«Создатель», – подумала я, глядя на тонкую серую кожу лица мистера Лоренса, под которой копошились черви.

– Им надоел мой мозг, и они двинулись дальше, пробуя на вкус горло, легкие, печень. Я чувствую, как они ползают внутри. – Жалобный голос дока слегка дрожал. Он вытянул руку, задрав рукав черного пиджака. – Видишь? Они везде.

Я видела и зажала рот рукой, чтобы не закричать, настолько омерзительным было зрелище. Мгновенье – и док сидел на кровати, а я отодвинулась как можно дальше, чем вызвала неприятный смех.

– Маг иллюзии называется, а в действительности такая трусиха. Брэнд рассказывал о тебе как об одной из самых удачливых и рисковых членов банды.

– Надо же, я не знала, – произнесла, продолжая напряженно наблюдать за мистером Лоренсом.

– Ты многого не знаешь, – усмехнулся док. От него веяло гнилой плотью, и я старалась дышать через раз. Вблизи его лицо было еще омерзительнее. Видимо, от души не спрятать свои чувства, потому что док сразу меня раскусил и неприятно рассмеялся.

– Противен? Но я мертв, а твой отец и при жизни так воняет.

– Он жив? – встрепенулась я и слегка подалась вперед, стараясь не обращать внимания на копошащих под кожей мистера Лоренса червей.

– Сделка, мисс Шато! Вы мне имя моего убийцы, я вам – имя отца. Все честно, – развел руками док, но лучше бы он этого не делал. Пуговицы отлетели в стороны, и пиджак распахнулся. Когда-то белая рубашка стала темно-серой от грязи, и местами в ней оказались прогрызены дырки.

– Я должна вам кое-что передать от тетушки Эльзы, – не стала я спорить с душой. Если док и при жизни был хитрецом, то сейчас тем более его не обмануть. – «Мне очень жаль, но твою дочь от Грега я не уберегла».

– Р-р-р. Чертова стерва! – зарычал док и со всего размаху ударил по матрасу. – Обещала ее не трогать, а сама отдала магу. Знаешь, на что способен этот Грег? – зло прошипел мистер Лоренс так, будто я отдала его дочь.

– Стирает память. Это не секрет. – Я пожала плечами и тут же зажала рот ладошкой, когда док погонял во рту белого червяка и выплюнул на пол спальни.

– Это не худшее, тем более, стоит ему забрать память силой, как это влияет на его самочувствие. Такие, как Грег, помогают людям забыть прошлое, но если маг действует против желания человека, то чужая память начинает разрушать психику. Грег мало спит, потому что видит во сне чужие мечты, боль, радость. Это сводит его с ума, и все чаще эмоции выходят в виде агрессии. В такие моменты маг себя не контролирует. Он становится социально опасным типом. Но больше всего меня волнует, что Грег подбивает клинья к Полли. Она и так почти на дне, он затащит ее еще ниже.

Ничего себе. Вот это информация! Я не знала, что маги, стирающие память, должны действовать только с разрешения.

– Если Грег знает, какое влияние оказывает на него сила, зачем он так поступает? Зачем вредит себе? – Меня иллюзия берегла, и я ее. Старалась высыпаться, чтобы ощущать магию в руках, в крови, во всем теле. Это такое прекрасное чувство, с нотками превосходства. Его сложно описать человеку, который не владеет магией.

– Когда он только пришел в банду из приюта, то не знал ничего толком о силе. Да и главарь «Черного глаза» не догадывался. Загонял мальчишку, пока тот не рухнул без сил. Сейчас уже поздно что-то исправлять. Грег превратился в опасного преступника.

– А вам знакомо имя Мартин Крей? Он жаждет получить от меня формулу драги. – Я наблюдала за доком. Стараясь понять, лжет душа или нет.

– О! Это тот еще прохвост. Иногда я думаю, что мистер Крей приложил руку к моему убийству. Формулу драги знаю только я и еще один человек. – Глаза мистера Лоренса хитро прищурились, и он самонадеянно произнес. – Если ты решила, что я так глуп и быстренько с тобой поделюсь тайной, то ошибаешься. Ничего не скажу.

Лицо мистера Лоренса оказалось рядом со мной, и его холодное дыхание коснулось моей щеки. Я услышала хруст, который издавали тысячи маленьких, острых зубов, и от ужаса у меня побежали мурашки по коже.

– Никому! – Рявкнул мистер Лоренс, почти касаясь своим холодным носом моего, и я проснулась.