31

Я чувствовала его огненную ладонь на своей шее. Что принц пытается сделать? Я не понимала его намерений. Все мысли тонули в зыбком тумане.

Синие глаза под тяжестью век и ресниц поглощали. Здравый рассудок заставлял очнуться, отойти, но я не могла пошевелиться, будто пойманная в липкую паутину бабочка. А когда большой палец Наронга чуть погладил кожу, по плечам хлынули колючей волной мурашки. И меня это встревожило. Встревожило то, как моё тело отзывалось на его прикосновения, как втягивается живот, тяжелеет грудь, а колени слабеют.

— Откуда это? — спросил он, делая голос ещё ниже, так что его звук завибрировал во мне, и стало ещё жарче.

— О чём вы? — не поняла. О чём он говорит?

Наронг тягуче скользнул взглядом на мои губы, поднимая во мне новую волну жара откуда-то из низа живота. Принц так же медленно вернул взгляд, смотря так пристально и глубоко, будто хотел вытянуть что-то из меня.

— Ты разве не чувствуешь?

Глубоко втянув в себя воздух, я обескураженно раскрыла губы, едва выдыхая. Единственное, что я чувствовала — это волнение, трепет, ловушку, опасность. Но не говорить же об этом ему?!

Я желала одного — чтобы он убрал руку и выпустил меня, потому что… Потому что всё это становилось невыносимой пыткой.

Собравшись с остатками воли, я вытянулась.

— Что я должна чувствовать Ваше Высочество? — сглотнула сухость. Наронг замер, его брови чуть нахмурились, так что между них залегла строгая складка. — Если это все ваши вопросы, позвольте идти, я очень устала, и мне необходим сон и отдых, — вложила в голос как можно больше стали.

Я отвернула лицо, отстраняясь от его руки, отступила. Только мне не стало легче, напротив! Голова закружилась, и давящий ком дурноты подкатил к горлу.

Да что же это такое?! Он что, применяет ко мне какую-то магию?!

Тяжёлый вдох принца раздался в тишине слишком отчетливо и будто раздраженно. Ну конечно, ведь никто никогда не отказывает Его Высочеству и не отстраняется… Да другая бы на моём месте вцепилась мертвой хваткой в возможность приблизиться к его светлости хоть на малую толику, пуская все свои женские хитрости в ход.

Что ж, видимо, со мной что-то не так.

— Иди, — произнёс он, прерывая мои мысли. Рег Ваан отвернулся, и я успела уловить, как по его лицу скользнула растерянность, но она тут же исчезла под холодной маской надменности. — Бильвер тебя проводит.

Я торопливо подобрала подол платья и направилась к двери — убраться поскорее, оказаться от принца как можно дальше. У порога мне вдруг стало нечем дышать, я едва успела схватиться за ручку, чтобы не упасть, но тут же тряхнула головой и, больше не задерживаясь, чувствуя спиной пристальный взгляд, раскрыла дверь и вышла.

На лестничной площадке и в самом деле встретил тот слуга, что провожал меня до кабинета принца. Бильвер проводил меня в ту же комнату, из которой я сбежала ещё вчера. Оставив одну, напоследок поинтересовался, не нужно мне что-то, а я лишь покачала головой, и слуга ушёл. Всё что мне нужно — это покой.

Меня всё ещё потряхивало, накатила слабость, отдаваясь давящей болью в висках. Даже после стычки с магами мне не было так плохо.

В досаде закусила губу, понимая, какую возможность упустила. Нет не в том, чтобы воспользоваться моментом и обольстить этого высокомерного грубияна, в котором вместо сердца кусок льда, а в том, что не попыталась выяснить, что Его Высочество пытался вытянуть из меня.

А может, я это всё придумала, и принц всего лишь возжелал немного расслабиться после тяжёлого боя?

Эта мысль опалила. К лицу снова прилил жар стыда, на шее полыхнул след, оставленный его пальцами. Я тряхнула головой. Нет. Вряд ли Его Высочество предпочёл бы меня для удовлетворения свей потребности. Как он сказал? Нищенка, которой нужно указать её место?!

Я пождала губы — резкие слова резанули сердце, словно осколком.

— Богиня, о чём я вообще думаю?! — раздражённо зашипела, зажимая виски тыльными сторонами ладоней.

Меня уж точно не должно задевать то, что я не подхожу для Его Высочества в качестве любовницы! Резко поднялась с кровати, откинув прочь непотребные мысли, решив поскорее забраться под одеяло и забыть всю эту неразбериху.

Взгляд, скользнув по комнате, остановился на стуле.

Мой саквояж!

Прошла к нему и раскрыла — все вещи были на месте. Видимо, кто-то из гвардейцев нашёл и передал слугам.

Что ж, я мысленно поблагодарила его. Переодеться в чистое мне было необходимо. Достав сорочку, отправилась в смежную комнату, чтобы смыть пыль и всю тяжесть этой безумно-сумасшедшей ночи. По крайней мере, я жива и не в Штор-Таль — и то хорошо. С остальным я разберусь после.