17

У меня связи имеются… король…

— Шарлотта, — выдохнула Катарина, когда опустошила стакан родниковой воды, узнав сидевшую перед собой миловидную даму.

Милая тридцатилетняя женщина, одетая просто, но со вкусом, с красиво уложенными тёмно-русыми волосами… Она смотрела так тепло, словно была старшей сестрой и готова всегда во всём поддержать.

— Ты так напугала меня, Кати, — с сопереживанием говорила она, приняв от неё пустой стакан и отставив его на поднос стоящего подле дворецкого.

Тот поклонился и молча удалился из комнаты, оставив дам наедине.

— Рассказывай, — взяв Катарину за руку, сказала Шарлотта.

Та долго смотрела в пол, собирая мысли и чувства, и стала мотать головой:

— Он не мог… убить…

Шокированная Шарлотта слегка встряхнула Катарину, возвращая в реальность, и она уткнулась в её плечи, разрыдавшись и ещё долго не находя сил остановиться, чтобы всё рассказать. Долгое время, валериана, настойка, вода… Когда же Шарлотте удалось привести Катарину немного в себя, та рассказала всё, что знала.

— Он не мог… Не мог убить, — снова заплакала Катарина, приняв платочек от Шарлотты. — Не мог флиртовать с другой… Не могла быть дуэль из-за женщины, нет. — Тебе надо успокоиться. Я позову врача, — решительно и не ожидая никакого ответа от Катарины, Шарлотта поднялась, отошла к круглому столику посередине комнаты и позвонила в колокольчик с него.

Примчавшийся слуга тут же получил приказ послать за доктором и так же быстро скрылся. Врач тоже не заставил себя долго ждать. Шарлотте удалось к его приходу вновь немного успокоить Катарину, просто обнимая и укачивая, ничего не спрашивая пока и не говоря, хотя и размышляла обо всём происходящем.

Доктор указал, что Катарине следует выспаться. Она отказывалась, но Шарлотта не отступала, так что оставила её на эту ночь у себя, отправив посыльного с письмом, чтобы известили близких Катарины о том, где она и почему…

— Всё будет хорошо. Пётр пока всё равно ранен и не в силах что сказать или сделать, — успокаивала Шарлотта, когда сидела у постели уже лежащей там Катарины. — А подруга твоя уж, уверена, позаботится о твоём сыне.

Та томно моргала, успокаиваясь под влиянием выпитой микстуры от врача, и кивнула:

— Прости за суету. — Что ты, милая, — нежно улыбнулась та. — Мы друзья, и я помогу чем смогу. Поверь, и у меня связи имеются. Узнать бы только, чья интрига, кто вам жизнь вдруг решил сломать. — Как же быть? — простонала устало Катарина, а Шарлотта погладила её по голове: — Сначала отдых… Потом надо просто пойти жаловаться самому королю, может, раз здесь задействована некая важная личность. — Да как же я туда попаду? Кто меня слушать будет? — Попробовать можно…

«Попробовать», — это слово ещё долго крутилось в воспоминаниях Катарины, расслабившейся, закрывшей глаза. Она не чувствовала больше тела. Будто осталась одна душа и куда-то поднялась, оставаясь рядом, но… отдыхая… Слышались последние слова Шарлотты и думалось, что попробовать последовать её совету можно. Хуже не будет. Хуже уже словно и некуда…

Когда Катарина проснулась, уже давно было утро. Позднее, нежное, но пасмурное. Пусть погода и не была ясной, но освежающей, дарила надежду на лучшее.

Снова вспомнился совет Шарлотты: попробовать обратиться к самому королю. Да, почему бы и нет? Тем более что король был в курсе их истории, приглашал даже на встречу, чтобы лично узнать про историю мечей, меча Шувалова и бриллианта, который вернули в Россию и подарили императрице.

Король был удивлён тем происшествиям и обещал, что виновники понесут достойное наказание. Те и были осуждены и заключены в крепость надолго. Кто-то даже не дожил до сегодняшнего дня… Но кто же тогда украл меч Шувалова сейчас? Кто устроил интригу с дуэлью и почему? Как всё это связано друг с другом?

Катарина смотрела на окно, на дождь за ним и не понимала пока происходящего… Слишком многое предстоит узнать…