23

Нет… Остановитесь… Меч…

— Делагарди, — потирая шею, где будто что сдавилось, не хватало воздуха дышать, произнесла Катарина. Аксель тут же встал рядом, смело обхватив за талию и повернув к себе лицом: — Графиня, милая… — Нет, — покатились по её щекам слёзы.

Не удержала в себе Катарина всего, что накопилось. И страшно было, и убежать хотелось, и вернуть время вспять, чтобы всё остановить, исправить. Но сначала не дать, не дать себя вдруг обнимать. Нет, не ему, не Акселю. Как он смеет?

— Нет, — упёрлась Катарина руками в его грудь, а слёзы всё текли по щекам.

Закрыв глаза и мотая головой, она не поняла даже, как так случилось, что губы оказались в плену обжигающего, настойчивого и сильного поцелуя. И не вырваться было, не отпрянуть. Аксель держал крепко одной рукой за спину, другой — её голову.

Он развернул Катарину, заставляя медленно отступать, но не переставал целовать, не отпускал, не давал даже вздохнуть. Он своим напором заставил опуститься на кушетку, принялся покрывать поцелуями шею и грудь в разрезе платья, пока Катарина, тяжело дыша в шоке от происходящего, пропавшим голосом молила:

— Нет… Остановитесь… Что вы делаете? — Я спасу вас… Я не могу без вас… С тех пор как увидел, вы всё для меня. Я влюблён…. как мальчишка! — целовал он и склонился над нею, желая вновь захватить губы в плен, но Катарина изо всей силы вновь упёрлась руками в его грудь и стала пытаться вырваться: — Нет…. прекратите!

Как выползла из-под его напора, как удалось словить момент, не поняла, но спешила скорее к столу, у которого на стене висел меч. Схватив его, Катарина встала в защитную позу. Она колко взирала на поднявшегося Акселя и молчала.

Его взгляд выражал небывалое удивление. Выдержав паузу, глядя то на неё, то на меч, он сделал шаг навстречу:

— Вы не можете убить. Я напугал, — кивнул он, не менее взволнованно дыша, чем она. — Я не сдержался. Вы… Вы… действительно, покорили меня. Разум теряю. — Уходите, — сквозь сжатые от ярости зубы произнесла Катарина. — Я ещё вернусь, — отступил он, пока соглашаясь. — Но вернусь с извинениями. — Не трудитесь, не приму, — взмахнула она мечом, словно предупреждала вновь. — В другой день всё будет иначе, — верил он и прошептал. — Мне жаль, что не смогу спасти вашего мужа. Ему отвечать перед судом. — Прочь, — наставила Катарина в его сторону меч, и Аксель, оставляя печальный взгляд, покинул кабинет.

Он ушёл. Катарина слышала, как скоро захлопнулась и входная дверь, и как за окном слышны были звуки уезжающего экипажа. Только тогда она опустила меч и села в кресло рядом. Взгляд вперёд, дыхание тяжелее… Страх вернулся…

«Суд?… Да, им нужен суд», — усмехнулась с горечью Катарина. — «Делагарди ведь друг короля, и его убил мой муж. Убил… За что? Нет, не из-за женщины. Я уверена, это подстава. Петруша так не мог поступить со мной… Не мог?» — она оглянулась на оставшуюся открытой дверь кабинета, а вокруг… гробовая тишина…