26

Кати, не пугай… Ханс…

Аглая еле увела со двора убивающуюся Катарину. Никак было не успокоить, не поднять с земли, пока та не стала терять силы и голос. Дворецкий с парой слуг помогли поднять Катарину, и Аглая, обнимая подругу за плечи, повела её в дом, в спальню… Подальше ото всех…

Слуги тихо принесли воды, чая, таз с тёплой водой и валерианой и лежащее в ней небольшое полотенце. Они помогли надеть на Катарину толстый халат, чтоб хоть как-то согреть, и Аглая принялась осторожно протирать её лицо полотенцем с валерианой.

— Вот так, — приговаривала еле слышно Аглая, с сопереживанием прослезившись, видя подругу, так убивающуюся, думая о своём горе, о милом, от которого ни весточки, а Катарина сидела на краю постели, покачивалась, уставившись в пол, и молчала. — Всё сладится… Всё… — Мне, — произнесла туманно Катарина и через долгую паузу ещё добавила. — Надо… мне… — Всё потом, милая, — жалостливо ответила Аглая, нежно обтирая её лицо полотенцем. — Нет, — через прерывистое дыхание вымолвила Катарина и подняла взгляд к подруге. — Как ты держишься?… Как?

Она не качалась больше, смотрела с упадком сил, но… с надеждой. Какая-то маленькая надежда показалась в глазах, когда вспомнила…

— Мне надо… к Шарлотте, — добавила Катарина. — Зачем? — не понимала Аглая. — Куда ты опять отправишься? — Скелет. У меня в саду скелет, — широко раскрыв глаза, сказала Катарина.

Аглая смотрела на неё со страхом, словно видела человека, потихоньку сходившего с сума.

— Какой скелет? — прошептала Аглая. — Кати, не пугай.

— Я видела волшебника, — шептала в ответ Катарина. — Настоящего! Сен-Жермен. — Не знаю таких, — мотала головой Аглая, но уже почему-то верила.

В глазах подруги она видела, что та встречала кого-то во время своего пребывания в столице. Кого-то, кто выдавал себя за волшебника?…

— Он сказал, будет у Шарлотты. Он может помочь? — неуверенно спросила Катарина. — Но я не знаю, кто это, — растерялась Аглая. — Ты побудешь с детьми? — с надеждой вопросила тогда Катарина и взяла из её рук полотенце, пропитанное валерианой.

Протерев своё лицо им, она поднялась и глубоко вздохнула. Ноги слегка подкосились, но… устояла…

— Кати, — поддержала её под руку подруга. — Куда ты собралась? — К Шарлотте… Сен-Жермен там, он сказал. Или она знает, где он, — туманно говорила она. — Ты толком скажи, — строже выдала Аглая. — Как тебя отпускать-то? Одна не поедешь! Бери пару парней из слуг! — Я возьму, — кивнула Катарина и недоговорила.

Послышавшиеся копыта за окном предвещали приезд всадника. Скорее встав к окну, подруги с удивлением переглянулись. Некий молодой человек приехал сюда и спешил…

— Кто это? — не могла разглядеть его Катарина, а Аглая пожала плечами.

Обе обернулись на дверь, в которую скоро пришёл слуга с донесением:

— Некий господин, назвавший себя Хансом, желает срочно говорить. — Ханс? — взглянула Катарина на удивлённую Аглаю. — Это… Он служил в посольстве с Петенькой! Он что-то знает! Почему он раньше не приехал? — Так он же был здесь, Петра привёз тогда он и уехал куда-то срочно! — вспомнила Аглая, и подруги скорее поспешили спуститься в холл, где и ждал не менее взволнованный на вид Ханс.

— Его увезли! — первое, что воскликнула в горе Катарина, и слёзы снова брызнули из глаз. — Увезли! Раненого! Не очнувшегося!

Ханс принял её в объятия, желая успокоить. Аглая встала позади и тоже не сдержала слёз…