Глава 21 · Полицейский детективу – друг и товарищ
Утро началось с того, что меня ударили по лбу. Потирая ушибленную голову, я ругалась и силилась разлепить глаза. Картина, которая открылась взору, без сомнения, стоила затраченных на это усилий. Возле кровати, уперев лапки в бока, стоял чертяка, одетый в мой любимый фартук с розовыми клубничками. На голове узелком вперед была повязана такая же розовая косыночка. В одной лапке он держал большой половник, которым, вероятно, меня и приложил.
– Ты где шастала полночи? – строго спросил меня фамильяр.
– Э-э… – Мой дар речи еще не проснулся, и вышло что-то невнятное.
Чертяка между тем отложил свое холодное оружие в сторону и поднял с кресла скинутый мной пеньюар, аккуратно подцепив его лапками.
– Это что за срамота?! – недоуменно уставился он на меня. – Кира, ты пошла по наклонной?
– Нет, по прямой, – проворчала я и перевернулась на другой бок.
– Ой! Ой, что делается! – заголосил Шнырь. – До инфаркта меня довела! Ой, плохо мне! Ой, не уберег девку!
– Ты, как спектакль доиграешь, дверь за собой прикрой, – зевая, попросила я.
Чертяка прекратил бегать и опять схватился за половник.
– Или ты мне сейчас же отвечаешь, чем полночи занималась, или получишь в лоб! – грозно заявил он.
– Да лечила я, Шнырь, лечила! – огрызнулась, понимая, что поспать у меня уже не получится.
– А эта срамота откуда? – Чертяка брезгливо указал на дорогую вещь.
– Это трофей, – довольно улыбнулась я и потянулась. – А ты чего это мой фартук напялил?
– А? – Фамильяр оглядел себя, словно только что увидел. Потом расслабился и произнес в своей драматичной манере: – Стряпаю я, не покладая лап. Пока некоторые бока отлеживают. Поднимайся, лежебока.
– Так ты у нас сегодня сестра-стряпуха, – подытожила я, садясь на кровати.
– Тонкий комплимент, понимать надо, – оскалился чертяка и, спохватившись, пулей вылетел из спальни.
Приведя себя в порядок, я спустилась вниз. Чертяка обнаружился на кухне. Он стоял около плиты и, весело напевая, помешивал что-то в большой кастрюле.
– Суп варишь? – поинтересовалась я.
– Нет, – коротко ответил Шнырь.
– А что тогда? – Во мне проснулось ведьминское любопытство.
– Это секрет, – уклончиво отозвался фамильяр и, придирчиво рассмотрев мою верхнюю одежду, уточнил:
– Куда-то собралась?
– В город за покупками. Нужно пополнить запасы, – объяснила я. – Ты со мной?
Шнырь отрицательно покачал головой и, отвернувшись к своему вареву, сказал:
– Я занят. Сама-сама…
– Ну, раз ты сегодня примерная домохозяйка… – шутливо имитируя низкий мужской бас, начала я. – Что привезти из городов далеких, доченька любимая?[16]
– Привези мне, батюшка, – писклявым голоском отозвался чертяка, – мухоморов отборных. Фунт или два.
– Зачем тебе столько? – изумилась я и подозрительно уставилась на свою мохнато-рогатую «дочь». – Отраву варишь?
– Не твоего ума дело, – ворчливо отозвался Шнырь. – Иди давай. Мне мухоморы нужны, – и стал настойчиво выпихивать меня из кухни.
Я пожала плечами – мало ли что взбрело в его рогатую голову! – и отправилась в город за покупками.
Накануне я прилично потратила запасы на лечение девиц в «Империале», и теперь просто жизненно необходимо было пополнить арсенал. Конечно, на поиск редких ингредиентов требуется много времени, но самое основное – базовый набор ведьмы – вполне можно купить в городе. Благо средства, столь щедро выделенные вчера мадам Тофаной, были при мне. Я не стала оставлять кошель среди одежды, а, благоразумно взяв его с собой, спрятала в складках платья.
Многие почему-то уверены, что главными ингредиентами ведьминых зелий являются сушеные пауки, жабья кожа, крылья летучих мышей и прочая мерзость. На самом деле все это не имеет никакого отношения к действительности. Главное оружие ведьмы – знания, которые мы передаем из поколения в поколение и тщательно оберегаем от посторонних. Какая травка какую болезнь лечит или, наоборот, какую болячку приносит. Когда растения нужно собирать и каким способом хранить, чтобы извлечь максимальную пользу.
Прикупив в лавке большинство нужных трав и мухоморы для чертяки, я повернула домой. Отдав Шнырю его заказ и разложив покупки, взяла на кухне корзинку и вышла на улицу. По дороге заметила, что в маленьком палисаднике около дома уже созрела жимолость, и всю оставшуюся часть дня собирала спелые плоды, копаясь в кустах. Именно там вечером и нашел меня Тэтчерд.
Я как раз вылезала из ягодных зарослей, когда вдруг в поле моего зрения обозначилась пара замшевых ботинок на крепкой подошве.
– Не знал, что ведьмы так любят ягоды, – раздался откуда-то сверху знакомый насмешливый голос.
Я, не поднимая головы, ворчливо пробурчала:
– А ты думал, мы только сушеными пауками питаемся?
– Ну, может, не так радикально… – начал Рэд и с любопытством уточнил: – А что, питаетесь?
– Только по праздникам, – благодушно отозвалась я. – Это большой деликатес.
Рэд усмехнулся и помог мне подняться на ноги.
– Я принес твои вещи, – кивнул он на сумку у ног.
– Спасибо. Пойдем в дом, – пригласила я и первой направилась по дорожке.
Мужчина покорно шел следом, с интересом разглядывая все вокруг.
– У тебя много цветов, – заметил он.
– Выращиваю как ингредиенты для зелий, – пояснила я. – На заднем дворике есть небольшой огород.
– Своими руками? – Тэтчерд казался искренне заинтересованным.
– По большей части, – кивнула в ответ. – Что-то покупаю у лавочников. А некоторые, особенно редкие экземпляры, приходится добывать.
– И какие считаются редкими? – спросил Рэд.
– Ну… – замялась я на секунду. – Мандрагора, например, или любисток.
– Что это такое? – не понял он.
– Мандрагорой называют клубневое растение, – пояснила охотно. – Но оно годится только при условии, что росло под ногами у повешенного.
– Звучит угрожающе, – протянул полицейский.
– Возможно, – согласилась я. – Зато на его основе можно приготовить очень сильный яд или противоядие от большинства известных ядов.
– Надеюсь, ты не бродишь по городу в поисках бесхозных висельников? – подозрительно прищурился Рэд.
Я многозначительно усмехнулась и, открыв дверь, пригласила гостя войти. Мы прошли через крохотный вестибюль в небольшую гостиную и расположились в мягких креслах.
– Чаю? – уточнила у следователя, но тот отрицательно покачал головой.
– У меня не так много времени, а нам нужно поговорить, Кира, – начал Рэд.
– Я готова, – утвердительно кивнула гостю.
– Для начала давай договоримся на берегу, – продолжил следователь. – Мы с тобой всегда говорим друг другу правду.
– А если обстоятельства не позволяют ее раскрыть? – нахмурилась я.
– Значит, сообщаем об этом прямо. Договорились? – Тэтчерд испытующе посмотрел на меня.
«В конце концов, что я теряю?» – подумала я. Вот приобрести друга в полиции очень полезно. Да и Рэд кажется мне весьма надежным союзником.
– Договорились, – подтвердила уверенно.
– В таком случае я прошу тебя честно ответить: что ты делала вчера в борделе? – сразу же спросил мужчина.
– А почему это я должна признаваться первой? – возмутилась я.
– Потому что я так сказал, – отрезал Рэд. – Итак, что?
– Проверяла алиби одного из подозреваемых, – недовольно пробурчала я.
– Кого? – допытывался Тэтчерд.
– Гаспара Кроуна, – пришлось нехотя признаваться.
– И как? Подтвердилось? – почему-то насмешливо спросил он.
– Да. А почему это так тебя развеселило? – подозрительно прищурилась я.
– Потому что, если бы ты еще в участке все мне рассказала, тебе не пришлось бы идти в бордель. Алиби Гаспара подтвердил бы я.
Я округлила глаза:
– Ты был с ним тогда?
– Нет, не был, – покачал головой следователь, все еще улыбаясь. – Но точно знаю, что Гаспар находился там.
– Но в протоколах написано, что Васко видел его в тот вечер в ратуше. – Я пыталась оправдать свои действия.
– Вероятно, он обознался, – ответил Тэтчерд. – Идем дальше. Зачем ты приходила в кабинет герцогини? Только не нужно мне историй по художественную ценность дохлых мышей…
– Забирала своего фамильяра, – честно ответила я и нацепила на лицо маску невинной добродетели.
Однако Рэд на это не купился.
– Он подслушивал там, не так ли? – щурясь, уточнил следователь.
– Да, – сокрушенно призналась я.
– Хорошо, – удовлетворенно кивнул он. – А в день нашей первой встречи? Ты от кого-то убегала?
– Нет, – покачала я головой. – Заблудилась и случайно подслушала разговор леди Вильгельмины и дворецкого. Он показался мне очень подозрительным, и я хотела подойти поближе, но выдала себя. Пришлось убегать.
– Понятно, – многозначительно протянул Рэд. – Какие-нибудь улики?
Я вздохнула и с сожалением произнесла:
– Никаких прямых улик обнаружить не удалось. Только косвенные – в документах герцога – указывающие, что финансы действительно куда-то уплывали. Но это, к сожалению, все. Мы подозреваем всех, теперь за исключением Гаспара, потому что его алиби подтвердилось.
– Довольно дорогой ценой, – укоризненно сказал Тэтчерд.
Я только покраснела от смущения и потом решительно произнесла:
– Твоя очередь отвечать.
– Погоди. Давай я сначала расскажу все сам, а уж потом, если у тебя останутся вопросы, ты их задашь, – предложил мужчина.
Я благосклонно кивнула, мол, валяй. И он рассказал:
– Для начала я хотел бы оправдать честь полицейского мундира в твоих глазах. Хотя бы своего… – улыбнулся следователь. – Делом Кроуна я занимаюсь параллельно. Я бы даже сказал, в довесок к своему основному, и только потому, что меня попросил об этом лично мистер Васко. Сразу скажу, чтобы ты не рвалась допрашивать мэра и не наделала там переполоха: вряд ли он имеет отношение к исчезновению Грега. Так же, как и Гаспар Кроун.
– Но тогда в кабинете ты сказал, что подозреваешь мэра? – удивилась я.
– Да, – подтвердил полицейский. – Я хотел посмотреть на реакцию герцогини.
– И? – Я все еще ничего не понимала.
– И она была ровно такой, какую я и ожидал, – заключил мужчина.
– Ты так уверенно это говоришь, – отозвалась я. – Знаешь, кто преступник?
– Не знаю, но догадываюсь, – кивнул Рэд.
– Тогда почему не арестуешь? – изумилась я и расстроилась: я-то не знала.
– По нескольким причинам. Во-первых, нет улик, только мои догадки. Во-вторых, это напрямую связано с моим основным расследованием, и я не хочу спугнуть кое-кого покрупнее, – объяснил Тэтчерд. – В-третьих, это может негативно отразиться на жизни и здоровье Грегори Кроуна.
– Ты думаешь, он жив? – уточнила я.
Мужчина уверенно кивнул и произнес:
– Кира, предлагаю сделку. Я даю тебе возможность расследовать это дело самостоятельно и буду оказывать посильную помощь, а ты передаешь мне все найденные улики. В конечном итоге мы арестуем преступника. Все лавры от поимки достаются тебе и твоей команде.
– Очень щедрое предложение, – с подозрением отозвалась я. – Какая тебе от того выгода?
Мужчина глубоко вздохнул и объяснил:
– Как я уже сказал, мне просто некогда этим заниматься, а отказать герцогине и мэру в помощи – означает нажить могущественных врагов. Я предпочитаю действовать тоньше…
– Сделать всю грязную работу чужими руками, – закончила я.
– Ты слишком категорична, – мягко произнес следователь. – К тому же всегда можешь отказаться.
Я раздумывала недолго. Раскрыть дело при поддержке Тэтчерда, но при этом все славу оставить себе – звучало довольно заманчиво.
– Ответь на мои вопросы. – Я решила выжать из ситуации максимум пользы.
– Спрашивай, – с готовностью кивнул Рэд.
– Зачем ты вернулся в кабинет герцогини? Только не говори про портсигар – его там не было, я сама обыскивала кресла, – строго сказала ему.
Следователь улыбнулся и ответил:
– Хотел найти тайный ход в сокровищницу.
– Я тоже подумала, что он там может быть, – кивнула, соглашаясь. – А в нашу первую встречу в саду?
– Только приехал в поместье и шел в Рейни-виледж, – объяснил мужчина.
– Ты знаешь про эту деревню? Откуда? – удивилась я.
– Скажем так, я давно знаю Гаспара и знаком со многими его причудами, – уклончиво объяснил он.
– Ладно, а что ты делал, но… – Я осеклась. Напоминать про ночь на пруду было бессмысленно и опасно. Вдруг проклюнутся какие-то воспоминания. Вместо этого я быстро выпалила: – А что это за основное расследование?
– На этот вопрос я тебе ответить не могу, – сокрушенно признался Рэд.
– Ладно, тогда скажи, откуда у тебя портальный медальон и серебряный портсигар? И почему в самом дорогом борделе города тебя принимали как родного? Неужели корона платит следователям вознаграждение с тремя нулями? – подозрительно спросила я.
– Этого я тоже пока сказать не могу, – отозвался мужчина и многозначительно добавил: – Возможно, со временем ты все узнаешь.
– Так ничего и не сказал, – проворчала я и скрестила руки на груди.
– Не дуй губы, детектив, – усмехнулся мужчина. – Кстати, о губах. Твои поцелуи незабываемы, Кира.
Я ошарашенно уставилась на Тэтчерда. Он слегка склонил голову набок и хитро прищурился, а меня осенило.
– Погоди… а как ты меня узнал? – медленно проговорила я.
– Ты умная девочка, – довольно скалясь, протянул Рэд. – Ну же, напрягись капельку.
– Не может быть… – тихо прошептала я, холодея от собственной догадки. – Ты помнишь…
– Бинго! – засмеялся он и довольно хлопнул ладонью по подлокотнику.
– Но это же невозможно! – выдохнула я гораздо громче, чем следовало.
– Возможно, но в детали вдаваться не будем. Во всяком случае, не сейчас, – отмахнулся Тэтчерд, все еще забавляясь моей растерянностью.
Я глубоко вдохнула и постаралась придушить разгорающееся чувство стыда. Для этого из глухой обороны перешла в решительное наступление:
– Раз ты все помнишь, так скажи, что ты делал на пруду в такое время?
– Честно говоря, я собирался задать пару вопросов здешним русалкам. Еле-еле выманил одну из них и уже хотел допросить, как вдруг появилась ты, – весело проговорил Рэд.
– Как это? Ты же был заколдован, – недоуменно произнесла я.
– С чего ты взяла? – удивился мужчина.
– Но ты же шел к ней, а потом повернул ко мне. И потом, у тебя глаза светились сначала голубым светом, а затем фиолетовым, – проговорила я.
– Так это вы с русалкой своей магией фонили, как два маяка, вот отблески и отразились в глазах, – пояснил следователь. – А что к тебе повернул, так ты сама позвала, да еще так призывно высунулась из воды. Я подумал, что грех отказываться, когда так настойчиво предлагают.
Стыд вспыхнул, словно факел, и, казалось, поджег меня вместе с одеждой и мебелью.
– А как ты меня нашел? Я же под магическим щитом была, – выдавила из себя.
– А-а… – довольно протянул мужчина. – Щит отождествления – хорошая идея, Кира, но тебе не хватило опыта. Заклинание накрыло куполом сверху, но не под водой. Ныряя, я увидел в воде твои стройные ножки…
– То есть, если бы я тогда вышла на берег… – начала я.
– Я бы тебя не нашел, – закончил за меня Рэд.
– Вот дура! – сокрушенно обругала себя.
– Не дура, а просто маленькая глупенькая ведьмочка, – ласково произнес мужчина.
Я сидела неподвижно, как каменное изваяние, пытаясь пережить волну собственного стыда. Тэтчерд хмыкнул, подойдя к моему креслу, опустился передо мной на колени и заглянул в глаза.
– Ты жалеешь? – строго поинтересовался он.
– О чем? – недоуменно спросила я.
– О том, что было на пруду и вчера в «Империале», – уточнил он, благоразумно избегая слова «бордель».
– Нет, – ни на секунду не задумавшись, ответила я. – Просто мне ужасно стыдно. То, что было…
– Было прекрасно, – перебив, припечатал Рэд и уверенно добавил: – И мы еще не раз повторим. Но я дам тебе время смириться с этой мыслью. А пока возьми вот это, – и протянул мне зеркальце, украшенное большим желтым камнем, похожим на янтарь.
– Это коммуникатор, – пояснил следователь. – Назови мое имя, и он соединит. Носи с собой.
– Хорошо, – кивнула я, потихоньку приходя в себя.
Затем он встал и, проведя рукой по медальону на шее, открыл портал прямо в моей гостиной.
– Мне пора, – проговорил Тэтчерд и уже потянулся для прощального поцелуя, как вдруг в гостиную, неся что-то в лапках, ворвался чертяка.
– О, как хорошо, что вы тут, господин следователь! – почтенно начал Шнырь. – Мне как раз нужен дегустатор!
И поставил на столик графин с темно-красной настойкой и рюмку.
– Прошу вас, отведайте. Чистая как слеза, сам настаивал. Напиток для настоящих мужчин, – затараторил он.
Рэд отнекивался, но чертяка настойчиво умасливал мужчину. В конечном итоге Тэтчерд наполнил рюмку до краев и выпил залпом под удивленно-восхищенный взгляд Шныря. Сдавленно кашлянув и обронив скупое: «Вкусно», – он махнул на прощанье и быстро шагнул в портал.
Стоя посреди гостиной и недоуменно глядя ему вслед, чертяка озадаченно спросил:
– Может, предупредить его, чтобы выпил антипохмелин? Тут же почти сто градусов.
– Нет, – мстительно улыбнувшись, отозвалась я. – Пусть помучается.