Глава 33 · Карты на стол

В парадной гостиной Кроунхолла сидели герцогиня Вильгельмина Кроун, мэр Хейлвилля Николо Васко, глава местной полиции Хедрик Нум, следователь Рэдмонд Тэтчерд, мистер Гаспар Кроун и наследный герцог Грегори. Последний еще не до конца оправился от болезни, а потому был бледен и немного слаб. Однако, узнав, что сегодня я намерена рассказать, как именно удалось вывести похитителей на чистую воду, он настоял на своем присутствии.

Прошло около недели с того дня, когда Рэд арестовал в Кроунхолле леди Элиз и служанку Лару. Уильяма Холда задержали тогда же прямо в Холдмэноре. Там же после тщательного обыска был найден и Грегори. Герцога ежедневно поили настоем опиума, и, когда полицейские обнаружили его в одной из комнат, мужчина был в полном беспамятстве. Семейный лекарь заявил, что не одна неделя уйдет на полное выведение яда из организма и восстановление здоровья. Однако сейчас нет причин для опасений, поскольку жизни герцога больше ничто не угрожает. И теперь его светлость пожелал лично познакомиться с той, кому, по его словам, был обязан своей жизнью.

Я вошла в гостиную в сопровождении Криса. Оживленный разговор тут же стих, и мне припомнилось, как пару недель назад мы впервые пересекли порог этой комнаты. Правда, людей в ней тогда было значительно меньше.

– Господа, – громким, хорошо поставленным голосом, привыкшим командовать и все держать под контролем, обратилась леди Вильгельмина к присутствующим, – разрешите представить вам мисс Кирсану Кирстон, девушку, благодаря которой мой дорогой сын наконец вернулся домой. И ее спутника, барона Кристофа Карье.

То, что ее светлость, проигнорировав все правила высшего общества, представила меня как равную по положению, говорило, что мне все-таки удалось снискать расположение этой суровой старой леди.

– Присаживайтесь, дитя, – кивнула она и продолжила: – Мы жаждем услышать, как же вам удалось вычислить преступников. Ведь никому из нас и в голову не пришло подозревать Холдов…

Все разом повернули головы и уставились на меня в изумленном молчании, желая подробностей, подобно толпе, с немым восторгом ожидающей казни какого-нибудь несчастного на городской площади. Я набрала в легкие побольше воздуха и, шумно выдохнув, решила для начала расставить некоторые акценты:

– Ваша светлость, – обратилась я к герцогине, – прежде чем все рассказать, я бы хотела задать пару вопросов кое-кому из присутствующих. Это поможет понять ход моих мыслей в некоторых моментах расследования.

Старая леди милостиво разрешила:

– Конечно, спрашивайте.

Я кивнула и задала первый вопрос:

– Скажите, накануне нашего приезда сюда, когда ваша невестка уезжала в город, вы пытались ее остановить? Возможно, наслав дождь?

Хозяйка удивленно воззрилась на меня и кивнула:

– Совершенно верно. Элиз заявила, что хочет обратиться к горожанам, но ведь это же скандал! Я была категорически против огласки и пыталась ее отговорить от такого опрометчивого шага. Но не заставлять же ее сидеть дома силой! Пришлось воспользоваться семейной магией. Правда, это совсем не помогло.

Я благодарно улыбнулась за столь откровенный ответ и повернулась к мэру. Следующий вопрос был адресован ему:

– Господин Васко, вы представляетесь мне прекрасным семьянином, человеком, свято оберегающим брак и семейные ценности…

Пожилой лысоватый мужчина, грузно расплывшийся в одном из кресел гостиной, тепло улыбнулся и кивнул, но его глаза выражали некоторую растерянность.

– Это так, юная леди. Однако я не понимаю, к чему вы клоните.

Я уточнила вопрос, давая мистеру Васко возможность самому догадаться, к чему я веду:

– В таком случае верно будет предположить, что, случись в вашем присутствии крупная ссора между супругами, вы, оберегая их брак от скандала, умолчали бы о произошедшем?

Все изумленно переводили взгляды с меня на мужчину и обратно. Никто из гостей не мог уловить сути вопроса, однако мэр меня прекрасно понял. Он тяжело вздохнул и пояснил всем присутствующим:

– Милостивые боги, это так. Мисс Кирстон совершенно права. В тот вечер Грегори и Элиз сильно поругались у меня в кабинете. Жена приревновала мужа к какой-то особе и под действием обиды даже дала ему пощечину. Я не стал посвящать в это полицию, поскольку счел ссору несущественной для дела. К тому же правда звучала столь унизительно. Беспокоясь и зная, насколько Вильма не терпит скандалов, я счел за благо умолчать об этом инциденте.

– Ох, Ники… – со вздохом отозвалась ее светлость. – Благими намерениями…

Она не стала заканчивать предложение, но этого и не требовалось. Мистер Васко опустил голову и покаянно произнес:

– Прости меня, Вильма… И ты, Грег… Я так виноват… Если бы я знал… Если бы я только знал…

– Будет вам, – низким хриплым голосом отмахнулся Грегори Кроун. – Хватит лить крокодиловы слезы. Я хочу наконец услышать историю собственного чудесного спасения. – И он, пристально посмотрев на меня, ободряюще улыбнулся и подмигнул.

Я ответила герцогу признательной мимолетной улыбкой и начала рассказ:

– Как ни странно, раскрыть это дело помогла полиция. А именно мистер Тэтчерд, который упорно советовал мне правильно расставить приоритеты. – На этих словах Рэд удивленно воззрился на меня, а я, лукаво улыбнувшись, продолжила рассказ: – Мы начали поиск с того же, что и местная полиция, – со сбора информации, но, как и в их случае, никакого ощутимого результата это не принесло. Каждый из допрошенных озвучивал собственную версию правды, только истина от этого ближе не становилась. Имелись два неоспоримых свершившихся события: пропажа герцога и пропажа ожерелья. И поскольку исчезновение человека было несоизмеримо важнее, никто не уделил должного внимания пропаже фамильной ценности. Однако, послушавшись совета господина Тэтчерда и предположив, что главной целью похищения был не герцог, а именно артефакт, я поняла, кто на самом деле виновен. Помните древнюю мудрость: «Хочешь узнать, кто это сделал, подумай, кому это выгодно?» Кроунам красть у самих себя магию глупо и бессмысленно. Слугам, работающим в поместье нередко на протяжении целых поколений, это тоже ни к чему. К тому же они все местные, а значит, воспользоваться краденым смогут только под носом у хозяев. Получается, что под подозрение попадают те, кто появился в замке сравнительно недавно. А это Холды. Магия нескольких поколений, заключенная в ожерелье, сама по себе довольно ценный и желанный ресурс для многих. Она способна подарить огромную силу и сделать семью пусть и богатых, но тем не менее простых людей чрезвычайно влиятельной. Полагаю, что долгосрочный план, составленный Холдами, наверняка включал в себя даже свадьбу. После того как Элиз поселилась здесь, ей стало известно, что одна из местных горничных, Мэри Гаравэйн, обладает даром видеть будущее, а следовательно, представляет собой потенциальную опасность. Значит, ее необходимо удалить из замка. Для этого придумывается история о краже личных вещей леди Элиз. Однако ее светлость уверена в своих слугах и не спешит принимать категоричных решений. Тогда находится свидетель, который якобы видел, как Мэри крала. И это не кто иной, как личная горничная Элиз – служанка Лара. Против такого уже не возразить, и Гаравэйн увольняют. Позже Лара решает подстраховаться и заставить замолчать бедную горничную наверняка. Для этого она насылает на Мэри смертельное проклятие. Артефакты, доказывающие проведение соответствующего ритуала, мы обнаружили у нее под кроватью. В это время леди Элиз потихоньку начинает травить мужа с помощью ядовитых букетов магнолии и жасмина. Но через какое-то время герцог догадывается о происходящем…

Тут я прервала рассказ и вопросительно посмотрела на Грегори, молчаливо прося его подтвердить мою догадку. Тот утвердительно кивнул:

– Я понял не сразу. Меня стали мучить страшные головные боли и частые приступы удушья. Как-то мне на глаза попалась одна из книг Элиз о растениях. В ней я прочел о свойствах некоторых цветов. В частности, о том, что магнолия вызывает удушье, а олеандр вообще нельзя брать в руки, ибо он крайне ядовит. Букеты в моей комнате составляла и приносила лично Элиз. Я знал, что она с детства увлечена ботаникой, а значит, не могла не понимать, что цветы в моих покоях ядовиты…

Я кивнула и продолжила:

– Принеся очередной букет в комнату, леди Элиз увидела книгу на рабочем столе мужа и поняла, что он вот-вот обо всем догадается. Это вынудило ее действовать быстро и решительно. Воспользовавшись подходящим поводом, она уговорила супруга поехать на бал в городскую ратушу. Там под надуманным предлогом устроила ссору, невольным свидетелем которой оказался мэр. Элиз сделала так, чтобы муж выглядел неприглядно и постеснялся показываться на людях. Герцог поступил именно так, как и рассчитывала супруга. Не решаясь воспользоваться парадным, он покинул ратушу через черный ход, у которого дежурил брат жены Уильям. Сделав герцогу инъекцию опиума, он увез его к себе домой. Холда со спины увидел мистер Васко, но по ошибке перепутал с Гаспаром и решил, что братья вместе отправились куда-то по делам. В это же время Элиз старательно изобразила недомогание и демонстративно покинула ратушу одна, заверив, что ее муж все еще на празднике.

– Откуда вы знаете, что я видел именно Уилла? – полюбопытствовал мэр, пользуясь тем, что я остановилась, чтобы перевести дыхание.

– Я сама их недавно перепутала, – пояснила ему. – Со спины они действительно очень похожи, но стоит повернуться, и ошибиться невозможно. Стало быть, либо вы видели Холда со спины, либо намеренно солгали…

– Первое, конечно, первое, – ошарашенно кивнул мэр.

Улыбнувшись и промолчав про железное алиби Гаспара, я продолжила:

– Итак, первая часть плана исполнена. Пора приступать ко второй. Сняв с герцога фамильную печатку и взяв у него немного крови, Элиз без труда вскрыла дверь в сокровищницу. Не обладая собственным магическим фоном, она легко преодолела магическую защиту. Однако забирать ожерелье сразу опасно. Полиция непременно проведет обыск, могут возникнуть ненужные подозрения. Поэтому женщина использовала старый трюк фокусников: установила на подставке с артефактом зеркало. Оно создало иллюзию, что ящик пуст. Позже, осматривая подставку, мы с Крисом обнаружили там царапины, которые оставило зеркало. Кражу ожерелья обнаружила незаменимая Лара и сразу же сообщила об этом хозяевам. Полиция обыскала дом, естественно, ничего не нашла, ведь украшение все это время находилось на своем законном месте. Позже, когда все розыскные мероприятия закончились и опасность миновала, Элиз аккуратно убрала стекло и взяла артефакт, чтобы при удобном случае передать украшение брату и увезти в Холдмэнор.

В гостиной царила гробовая тишина. Все присутствующие были просто поражены моим рассказом. Первым из всех пришел в себя начальник полиции мистер Нум.

– Какое интересное преступление… – задумчиво-восхищенно протянул он.

Я согласно кивнула:

– Оно уникально. Во-первых, тем, что кража была совершена уже после того, как ее обнаружили, а во-вторых, все это проделали простые люди без какого-либо магического вмешательства.

Задумчиво разглядывающий пейзаж за окном герцог Грегори на этих словах скривился и, переведя взгляд на меня, с любопытством спросил:

– И как же вы до всего этого додумались?

Я немного замялась, пытаясь подобрать слова, чтобы разъяснить всем присутствующим и его светлости в частности ход своих мыслей:

– Понимаете, буквально с нашей первой встречи в агентстве что-то в леди Элиз насторожило меня, но это было неосознанное чувство. Какие-то мелкие детали, на которые сначала я не обратила должного внимания. Позже, когда я размышляла над делом, вспомнила, что именно показалось мне странным. Когда она вошла в дом, ее одежда была абсолютно сухой, хотя в тот день лило как из ведра и я вымокла до нитки за считаные секунды. Этот парадокс можно было объяснить лишь одним: у герцогини при себе имелся фамильный артефакт, который оберегал ее от непогоды. Кроме того, жемчужный чокер довольно легко скрыть под высоким воротником наглухо застегнутого платья. Никто не станет обыскивать ее светлость лично.

– Но как же она не побоялась обратиться к детективам? – удивленно всплеснул руками мэр.

– Полагаю, ей необходимо было создать видимость безутешно горюющей жены, готовой на все, чтобы отыскать супруга. Поэтому она нашла неизвестное агентство, молодые сотрудники которого, по ее мнению, вряд ли могли что-либо раскопать…

– Вы хотите сказать, дилетантов, – без обиняков поправила старая герцогиня.

– Если угодно, – не протестуя, кивнула я. – Но мы не оправдали возложенных надежд и все-таки напали на след. Леди Элиз начала паниковать и совершать ошибку за ошибкой. Сначала она решила, что нашим руководителем является Крис, и стала травить его так же, как мужа. Меняя цветы в покоях барона почти ежедневно, горничная Лара по привычке протирала прикроватную тумбу и следила за тем, чтобы окна в помещении были плотно закрыты. Отсутствие пыли на тумбе и подоконнике выдало ее. Опасаясь, что мы можем случайно наткнуться на ожерелье, Элиз тайно вызвала в Кроунхолл Уилла. Он приехал ночью и забрал артефакт. Откуда я это знаю? Мне подсказали ваши собаки…

Леди Вильгельмина удивленно уставилась на меня, а я продолжила:

– Помните, вы говорили, что они очень дружелюбны? И действительно, даже к нам, совершенно посторонним людям, собаки не проявили никакого интереса. При этом на появление в поместье Холда отреагировали крайне агрессивно. Позже я вспомнила, что, прогуливаясь как-то ночью вокруг дома, уже видела их в таком состоянии. А почему? Да потому что рядом находился Уилл и собаки почуяли его запах. Спустя несколько дней из открытого окна оранжереи Элиз случайно заметила, что мы обыскиваем комнаты слуг. Она запаниковала и предприняла отчаянную попытку остановить нас, заперев в сокровищнице. Не сомневаюсь, что и в настойчивом предложении приехать в гости крылась угроза. Боюсь, что в Холдмэноре нас постигла бы такая же печальная участь, как и герцога. Но, слава богам, все закончилось хорошо и господин Кроун вернулся домой.

Старая герцогиня многозначительно хмыкнула и поправила:

– Слава не богам, а женскому уму и логике. Вашему уму, моя дорогая, – приветливо улыбнулась она и развернулась к сыну: – Теперь, Грегори, я надеюсь, ты пересмотришь роль женщин в общественной жизни нашего города?

– Разумеется, матушка, – покорно отозвался тот. – Мисс Кира, я не могу выразить, как сильно обязан вам. Если бы не вы, вряд ли я долго протянул бы. Разрешите мне считать себя вашим самым преданным другом.

Я, совершенно смущенная такой похвалой, лишь застенчиво кивнула.

Стоящий рядом Крис ободряюще приобнял меня за плечи, но, столкнувшись с сердитым взглядом Тэтчерда, тут же отпустил и озадаченно произнес:

– Одного не могу понять: неужели жажда обладать магией была так велика, что толкнула Холдов на это ужасное преступление? Мне леди Элиз показалась совершенно уравновешенной женщиной.

Сидевший до этого молча Рэд встрепенулся и ответил:

– Думаю, я смогу пролить свет на этот вопрос. После того как Элизабет и Уильяма допросили, выяснился один очень интересный факт. Вы знали, что у Холдов и Кроунов, оказывается, давняя общая история? Кто-то из ваших предков убил одного из предков Холдов, некоего Теодора. Он был магом земли и якобы оказался замешан в любовном адюльтере. Молодой человек являлся единственным носителем магии, с его гибелью семья лишилась всего. По словам Уилла, эту историю они с сестрой не раз слышали с самого детства, родители винили в своей утрате Кроунов. С годами мораль исказилась и вовсе ушла из истории, поэтому Элиз и Уилл были абсолютно убеждены в том, что, похищая ожерелье, просто восстанавливают справедливость, возвращая своей семье то, что принадлежит ей по праву.

Гостиную все покидали задумчивыми и молчаливыми. Я поднималась в свои покои, вспоминая и оплакивая красавицу Виолу и молодого Теодора Холда. Несчастных влюбленных, так жестоко поплатившихся за свои чувства. Их трагическая история продолжилась в наши дни.

В комнате меня ожидали хаос из разбросанных вещей и деловито снующий туда-сюда чертяка, собирающий чемоданы. Он как раз пытался запихнуть в мой небольшой дорожный саквояж огромную пустую бутыль из-под своей бормотухи. Наше пребывание в поместье стремительно подходило к концу. Пора было возвращаться домой.