ГЛАВА 6. Извечный холод

Замерев посреди коридора вместе с толпой адептов, я в ужасе рассматривала распростертое на каменном полу тело. Тело пожилого полноватого мужчины, чьи вытянутые из живота внутренности были намотаны вокруг его шеи жутким кровавым ошейником.

— О боже мой, они убили Семецкого! — шокировано воскликнул черноволосый юноша в метре от меня.

— Сволочи! — остервенело выпалил стоявший рядом с ним рыжий парень в зеленой шапке.

Зажимая рот ладонью, я выбралась из толпы и направилась обратно в свою комнату.

После увиденного аппетит напрочь пропал, так что поход в кафетерий с целью поужинать отменялся. Оставался всего один вариант действий: запереться, спрятаться в тайной комнате и не высовываться, пока не получу сообщения от ректора касательно дальнейших действий.

К сожалению, слишком надолго задержаться в убежище не удалось: увы, но в секретных коридорах не были предусмотрены розетки! А при постоянном использовании, да еще и с включенным вайфаем, заряда аккумулятора слишком надолго не хватило. Павер банк же я, в порыве паники, легкомысленно оставила на рабочем столе.

Потому когда заряд почти иссяк, я тяжко вздохнула и собралась возвращаться в комнату, как вдруг услышала сигнал входящего сообщения в меседжере!

Встрепенувшись, я развернула программу и поняла, что письмо было от ректора:

«Сейчас буду у тебя в комнате, выползай».

Неожиданно тепло улыбнувшись, я торопливо покинула коридор — как раз вовремя, чтобы встретиться взглядом с глазами лорда ректора. Теперь уже черными… интересно, заметил ли кто-нибудь кроме меня эту перемену? Или все были так встревожены новыми убийствами в академии, что не обратили на это внимание?

— Так вот где оказывается твое маленькое убежище, — проговорил мужчина, с интересом наблюдая за тем, как я закрываю проход.

— Да. Дверь открывается и закрывается по принципу кровавой платы. Естественно при условии, что кровь принадлежит магу, — ответила я, оборачиваясь обратно к нему. — Так о чем ты хотел поговорить?

— О многом. Но давай, для начала, вернемся ко мне, — вздохнул он и неожиданно обнял меня. А уже миг спустя мы стояли посреди его спальни.

— Как я понимаю, это касается убийства Семецкого? — предположила я, начав наматывать круги по комнате.

— Верно, — кивнул Константин. — И то, что им удалось прихлопнуть его — очень и очень плохо. Во-первых, убийство первого лица магического сообщества государства в стенах академии. Во-вторых то, что это лицо прибыло лично проконтролировать ситуацию с расследованиями убийств… а значит, кому-то было нежелательно, чтобы этот человек совал сюда свой нос. Следовательно, Семецкий представлял угрозу для их плана. И в-третьих, смерть Юры — задница уже лично для меня. Особенно сейчас, когда контроллерское проклятие только-только снято.

— О чем ты?

— Как думаешь, сколько адептов выпустилось из Тайной Ледяной Академии за время моего ректорства? И все эти адепты были в курсе традиции Клуба фавориток. Но при этом когда годы изоляции истекали, никто из них, вернувшись во внешний мир, не поднимал серьезной бучи на счет того, что позволяет себе ректор столь важного для государства заведения. Так вот, причина была как раз в Юрии Семецком. Во-первых, мы с ним были старыми друзьями. Во-вторых, я когда-то оказал ему жизненно важную услугу, и он оставался у меня в неоплатном долгу. Поэтому и прикрывал все эти годы, начисто пресекая любые попытки чрезмерно смелых выпускников устроить мне фестиваль. Все, что его интересовало, это чтобы академия поставляла государству хороших специалистов. Но вот теперь… боюсь если на его место станет человек не особо сговорчивый, у меня могут быть серьезные проблемы. Возможно даже ему будет немного плевать на то, что я был под действием проклятия — последнее еще нужно будет доказать, и не факт, что на экспертизу не поставят «нужных» людей, которые напишут «нужное» заключение. Так что… если мы выкарабкаемся из всего того дерьма с культом потомков шамана, мне еще придется немало поволноваться. Особенно степень волнения будет зависеть от того, кто сядет в кресло главы Федерального министерства магии.

— Паршиво, — пробормотала я, от волнения сминая пальцами юбку.

— Не то слово, — кивнул ректор. — Но как я уже сказал, для начала нам нужно выпутаться из этой передряги с культом. То, что они начали действовать так дерзко, однозначно не к добру, и стоит ждать чего-то крайне скверного. Изначально я решил не давать им лишнего повода для беспокойства официальным роспуском клуба… вот только теперь понимаю, что надеяться на что-то было глупо. Скорее всего контроллер и так понял, что заклятие снято. И такое дерзкое убийство только играет на руку этой теории — похоже, враг загнан в угол и бросает последние силы на агрессию. А значит, нам следует ждать удара в любой момент.

— Да уж, попали мы в переплет, — пробормотала я, продолжая протаптывать пол своим беспрерывным хождением по комнате… как вдруг замерла, уставившись на висевшую на стене белую медвежью шкуру.

Ту самую. С маленьким пятном давно засохшей крови, растекшимся в руну Perth.

Надо же. А я ведь думала, что Константин шутил, говоря о «главном трофее». Кто бы мог подумать, что он в самом деле повесит ЭТО на стенку в своей спальне!

Perth. Руна посвящения. Символ — Феникс, возрождение через смерть. Подталкивает и облегчает процесс качественного изменения сознания, но может привести и к акту психической смерти. Ключевое слово — поиск. Руна непознаваемого. Пробивает путь к осознанному "Я".

Даже странно, почему моя девственная кровь растеклась именно в такой форме?

Случайно ли это? Или же…

Не думая, на чистом автоматизме, я поднесла руку к пятнышку и несмело его коснулась.

Странно, когда это я успела поранить палец? И так сильно, что алые капли, вытекающие из него, оставляли на белом меху четкие следы. Следы от того, что я инстинктивно водила пальцем по шкуре, выписывая вокруг засохшего пятнышка сложные руновязи, которые сами по себе возникали в моей голове. Едва я сделала последний штрих…

Шкура вспыхнула магическим пламенем, обращаясь в одну сплошную печать заклинания! Которая, подлетев к нам с Константином, прошла сквозь нас, рассыпаясь пеплом!

— Не может быть… — прозвучал тихий голос мужчины, коснувшегося моей щеки, в то время как я словно завороженная смотрела в его глаза. — Как я мог забыть, Эвелина… Ведь ты же… самый дорогой для меня человек в целом мире. Моя любимая жена…

Его поцелуй — такой жаркий, такой горячий, и в то же время трепетный, — прервал грохот, с которым заклинание вышибло дверь покоев! Но прежде чем пыль позволила разглядеть ворвавшегося, Константин схватил меня за руку и прошептал:

— Когда будет безопасно, я приду за тобой.

…А после я поняла, что совершенно одна стою в темноте, и лишь угасающий световой пульсар позволил мне уловить очертания тайной комнаты с письменным столом, в котором я когда-то нашла дневник и даггеротип.

Пульсара, вместе с которым погасло и мое собственное сознание, погружая меня в черноту беспамятства.

— Дорогая, любимая моя, не бойся, все будет хорошо! — бормотал Константин Квинси, глотая слезы.

Пол был холодный. А еще влажный и липкий… от моей собственной крови, растекшейся подо мной жуткой кляксой. Вокруг было так темно и страшно, лишь несколько свечей, стоявших в паре метров от нас, разбавляли пугающий мрак.

— Ничего страшного, милый, — слабо прошептала я бледными губами, пытаясь дотянуться ладонью до его щеки… но не смогла даже поднять руку с пола! Лишь немного размазала пальцами собственную кровь.

— У меня все получится, поверь мне, — судорожно проговорил мужчина, заканчивая чертить на полу вереницы магических символов. — Даже если я опоздал… Пока прибудет подмога этих выродков, я успею все закончить, и у нас будет второй шанс! Не знаю когда именно, но мы еще обязательно сыграем с ними, и тогда уж точно не проиграем, не позволим!..

— Это слишком опасно. Они все равно тебя схватят…

— Пускай схватят, — перебил Константин, вставая на ноги. — Мы уже помечены для них, и заменить нас нельзя. А значит они меня не убьют, пока не смогут снова дотянуться до тебя. Ты же… Я не дам твоей душе так просто отойти, Эвелина! То, что они уже наворотили с ритуалом, дало мне кое-какой козырь.

— О чем ты, драгоценный мой?

— Используя энергетические ключи, открывшиеся здесь и сейчас, я создам портал, и заброшу в него твою душу, чтобы ты переродилась когда-нибудь в будущем. У меня нет возможности сделать точные просчеты, потому я знаю лишь то, что твое возрождение случится в определенном временном промежутке. А именно — в течение следующих двухсот лет. Я же буду связан с тобой и заморожу свое собственное время на эти самые двести лет, чтобы дождаться твоего перерождения. Кроме того, отправлю тебе несколько подсказок, которые сами найдут тебя и помогут прийти к истине, что бы Культ не делал.

Тебе будет достаточно просто ступить в стены этой академии, а дальше судьба поведет тебя. Потому что бы эти люди сейчас не сделали со мной, у нас будет шанс, родная моя. Ты веришь мне?

— Я всегда, при любых обстоятельствах буду верить тебе, Константин, — из последних сил прошептала я, понимая, что ускользаю из этого мира в холодную, темную пустоту. И лишь призрачно слыша долетавшие откуда-то шаги и крики тех, кто собирался закончить дело моих убийц.

— Тогда пускай в будущем, в Сердце измерения Академии, все решится в нашу пользу! — отчаянно закричал мужчина, поднимая руки и пассами направляя энергетику заклинания, открывшую холодный синий портал, в который мое сознание моментально затянуло…

Вздрогнув, я вскрикнула, не видя вокруг себя ничего, кроме темноты, и ощущая лишь холод под своей спиной. Но уже миг спустя, когда пульсар успешно зажегся по моей команде, я вздохнула с облегчением, рассмотрев все ту же тайную комнату со старым письменным столом.

А уже через секунду дрожь и страх возобновились с новой силой, потому что кроме жуткого видения я вспомнила еще и то, что предшествовало потере сознания.

Константин!

Ведь если бы… если бы все было в порядке, он бы уже пришел ко мне!

На негнущихся ногах я подошла к выходу из секретного коридора и из осторожности прислушалась…

— Черт, ее здесь нет! — прошипел раздраженный женский голос.

— И куда же он тогда ее отправил? — злобно выпалила вторая девушка.

— Не удивлюсь, если за пределы замка, — фыркнула третья. — Она ведь Изначальная льда, и Квинси ее тренировал. Наверняка холод ей не страшен.

— Тогда хрен мы ее найдем…

— Не волнуйтесь. Думаю, она сама найдет нас, — неожиданно хихикнула одна из девушек. — Эта дура наверняка припрется искать ректора. Зуб даю, побежит в его покои — больше-то у нее зацепок, где его искать, нет. Там-то мы ее и сцапаем! Плюс, если она в горах и захочет вернуться в замок, то наверняка должна будет пройти через один из входов на территорию.

— Можно попробовать, — осторожно протянула первая. — Потому что и у нас нет других зацепок касательно того, где искать ее.

Послышались шаги, а за ними — хлопок двери. Наученная горьким опытом, я выждала еще несколько минут, прежде чем осторожно покинуть свое убежище.

Похоже они не стали обыскивать комнату, что было кстати — дневник, ключ и даггеротип, а вместе с ними и мой планшет со всей… не совсем учебной информацией, были хоть и припрятаны, но не достаточно надежно, чтоб их не нашли люди, которые знали бы, что искать. Так что вздохнув с облегчением, я открыла свой маленький тайник и проверила заветные предметы — так и есть, все на месте.

Но что теперь делать? И главное, где искать Константина? Как помочь ему?

Не позволяя себе поддаваться панике, я начала усиленно шевелить извилинами. Они пришли за ним, начали действовать активно и агрессивно, а главное — искали меня. И если вспомнить видение… Неужели это тогда была та самая попытка вернуть к жизни шамана, дух которого стал основой измерения, в котором находится академия? Причем попытка, судя по всему, провалившаяся. Тогда меня убили, но Константин успел спасти мою душу, закинув ее на перерождение в будущее. Самого же его тогда, судя по всему, схватили и наложили то самое контроллерское проклятие, продержавшееся незамеченным все это время.

Получается если их цель — снова попытаться провести свой ритуал, то и место должно быть то самое. Какой-то темный, холодный зал… Как сказал Константин, Сердце измерения Академии.

Сердце измерения…

Та самая комната на секретном уровне подземелья, где Жан де Шатопер захоронил останки шамана? И которая является нервным центром главного секрета Тайной Ледяной Академии.

Сжав в руке старый ключ, когда-то добытый из гробницы архитектора, я принялась листать на планшете страницы со своими переводами. Где же, где же, где же!..

Вот оно, описание этой самой комнаты. А главное — указание как к ней пройти.

Не медля больше ни секунды, я забросила ключ в карман и побежала вперед! Быстрее, что есть духу. Несколько поворотов по паутине подземелий, и вот он, небольшой выступ стены. На котором я легко отыскала проседающие камни, открывая проход, а за ним — крутые ступеньки, ведущие в густую темноту секретного уровня подземелий. Туда, где находилось само основание этого измерения.

Чем глубже я спускалась, тем сильнее кружилась голова и колотилось сердце. Никакого страха, никакой паники, иначе я потеряю его, своего мужчину, теперь уже раз и навсегда!

Нужно действовать, решительно и безжалостно. Вне зависимости от того, что я там увижу, мне не позволено проигрывать.

Ступени закончились так неожиданно, что я едва не упала, споткнувшись на внезапном ровном месте. Напряженно выдыхая воздух, я пошла по узкому коридору, оказавшемуся совсем недолгим… И закончившемуся входом в большой темный зал, по краям которого горели свечи и костры, свет от которых зловеще плясал на шаманских барабанах, статуэтках и всяческих странных, незнакомых мне предметах, один лишь вид которых внушал трепет.

Но что самое главное, в самом центре зала на метр возвышалась насыпь, накрытая шкурами, от которой исходила мрачная и невероятно сильная энергетика. А рядом с этой насыпью, привязанный веревками к вбитым в камень металлическим кольям, лежал бесчувственный лорд ректор!

Вскрикнув, я тут же подбежала к нему, упала на колени и попыталась растолкать, но мужчина не приходил в себя. Тогда я, стиснув зубы, принялась заклинаниями разрезать веревки, чтобы пару минут спустя попытаться утащить Константина на себе… вот только даже забросить его на спину не вышло! Он был очень крепкого телосложения, я же наоборот — слишком хрупкая и физически слабая. Помню меня в деревне за это даже дразнили — что худышка, дурнее не бывает, работать не смогу, кто на такой женится. В Москве мою комплекцию наоборот внезапно оценили как очень привлекательную, и если бы не врожденная зажатость, то возможно кому-нибудь удалось бы начать со мной встречаться. Вот только привлекательной внешности оказалось недостаточно — красивых девушек в столичных ВУЗах было много, а среди них водилось немало и обеспеченных. И все эти красотки умело меня затмевали, я же не претендовала на место среди них, да и одевалась небрежно. Так что просто училась.

А вот сейчас… сейчас я не знала, как быть! Заклинаний, которые позволили бы мне перетащить Константина при помощи магии, мне изучить пока не довелось, и в чувства он никак не приходил. Так что выбора нет, какой бы я ни была физически слабой, нужно тащить ректора, пока не вернулись те, кто его сюда принес.

Крепко схватив мужчину за руки, я медленно, стиснув зубы от напряжения, направилась к выходу, стараясь сейчас просто не думать о том, как мне вообще поднять его по той огромной крутой лестнице. Шаг за шагом, я продвигалась к выходу из зала… Как вдруг услышала шаги, приближающиеся из него! И прежде, чем успела что-либо предпринять, услышала красивый женский голос:

— Надо же, не думала, что ты найдешь это место. Пронырливая мне сучка попалась.

Уверенным шагом, прожигая меня взглядом, в зал вошла Гитиннэвыт: как всегда строгая, сдержанная, лишь высокий ворот ее платья был расстегнут. И под ним, не скрываясь, развевалась красная шелковая ленточка.

Не может быть…

— Вы… это вы! — заикаясь, пробормотала я, от шока выпустив руки ректора, от чего те тут же упали обратно на пол. — Вы потомок шамана!

— Верно, адептка, — спокойно проговорила женщина, единственным взмахом руки отшвыривая меня к стенке! — И мой род из поколения в поколение обитал в стенах этой академии с единственной целью: отомстить. Вернуть нашего великого предка к жизни, разрушить все это место вместе со всеми адептами и правительственными преподавателями, кто в нем находится, а после устроить настоящий хаос всему вашему миру. А поможете нам в этом вы, дурацкая сладкая парочка. Вы попались нам просто идеально: потомок пожирателя лягушек, который обманул нашего великого предка и заключил его дух в этом месте, и чрезмерно пронырливая девица, одаренная Изначальной магией той силы, что достаточна для ритуала. Сначала я принесу в жертву твою душу, и пока ты будешь отходить — кровью лорда Квинси открою дверь, по которой дух моего великого предка покинет свою гробницу и сможет занять твое миленькое тельце. После этого ему станут подвластны сразу Изначальная магия как земли, так и льда. И никто не сможет противостоять ему, когда он начнет свой поход возмездия. Увы, но в прошлый раз вам удалось помешать нам — твой лорд сумел освободиться в последний момент и перебил тех, кто проводил ритуал. А пока подоспели мои предки со своими приспешниками — забросил твою душу в будущее, лишив нас возможности правильно завершить начатое. Так что мы решили действовать иначе: взяли его похоть под контроллерское заклятие, и вместе с ним же заблокировали воспоминания. Таким образом по нашему велению мы не только получили в распоряжение постоянный штат приспешниц, но и заимели группу потенциальных жертв для ритуала, с которого должно было начаться восстановление незавершенного возрождения шамана. Кровь женщин, с которыми спал Помеченный, возобновила вязи заклинаний, уснувшие после незавершенного ритуала в прошлом. И когда в стены Тайной Ледяной Академии ступила вторая Помеченная, уже возрожденная, мы могли начинать снова, ударив в барабан в Новогоднюю ночь. А сейчас пришло время завершить то, что уже давно должно было закончится.

— Не позволю! — закричала я, поднимаясь на ноги. — Я не позволю тебе навредить ему! Так же, как не позволю вернуться в этот мир тому чокнутому повернутому на мести шаману!

— Ну и как ты это сделаешь, блоха? — высокомерно ухмыльнулась Гитиннэвыт, направляя на меня новое мощное заклинание…

Заклинание, которое я четко прочитала прежде, чем оно долетело до меня. Сильное, гораздо сильнее всего того, что мне доводилось видеть на парах. Тем не менее, я не стала молча ждать, пока оно настигнет меня, и выставила защиту!

Пораженная, женщина смотрела широко распахнутыми глазами на серебристые искорки льда, который разлетался осколками после того, как мощный щит отбил ее заклинание!

— Ах ты дрянь! — прошипела Гитиннэвыт, направляя на меня новые, еще более мощные чары, которые я с такой же легкостью отбила.

Да, верно, Изначальная магия безгранична и бесконечна. Я ощущала это: огромнейший колодец, который напрямую обнимал всю меня, позволяя брать из него больше, чем кто-либо мог себе представить. Потому что ни одно живое существо не сможет даже за весь свой век исчерпать бездонные запасы энергии этого мира. И благодарно принимая эту щедрость, я направила на женщину всю ее мощь! Разбивая, словно тонкое хрупкое стекло, все слои заклинаний, которыми она старалась сначала атаковать, а после — защититься…

Застывшая, Гитиннэвыт стояла посреди зала в большом ледяном гробу, с выставленными в защитной позе руками и красивым лицом, искаженным гневом и страхом.

…А камни и шкуры на могиле начали гневно подпрыгивать вместе с ударами кожистых барабанов, расставленных по всему залу!

— Черт, — услышала я за своей спиной и обернувшись, со слезами на глазах упала на колени, крепко обнимая за шею пришедшего в себя Константина.

— Что происходит, милый? — дрожа, прошептала я, испуганно прижимаясь к нему.

— Кажется… я не все понимаю, но похоже дух шамана буйствует, — неуверенно проговорил мужчина, нахмурив брови. — Как я вижу, его потомок мертв, — продолжал он, бросив взгляд на замороженную Гитиннэвыт. — И то, что она умерла прямо возле его могилы, при этом не оставив потомков… Теперь он получил какой-то энергетический толчок.

Он по-прежнему не даст ему вырваться, но вот похоже вполне поможет разрушить все это место.

— Ох нет… Всю академию?

— Именно, Эвелина, — проговорил Константин, поднимаясь на ноги, и помогая подняться мне. — Академия со всеми находящимися здесь людьми, и все это измерение будут уничтожены в течение считанных минут.

— И ничего нельзя сделать?

— Дух шамана — нервный центр этого места. Ранее он спал, усыпленный заклятием де Шатопера, но теперь это существо не успокоить. Пока он здесь находится, и пока он в сознании, им движет единственное желание: уничтожить все, к чему возможно дотянуться. И к сожалению для нас, это желание для него осуществимо.

— В таком случае сделаем так, чтобы он более не смог находиться здесь! — отчеканила я, доставая из кармана заветный ключ из гробницы Жана де Шатопера.

Не обращая внимания на выпученные глаза Константина, я прошептала первые строчки заклинания из дневника, и почувствовала исходящее от металла тепло, с которым ключ загорелся холодным светом! Продолжая выплетать чары, строка за строкой, я стала лицом к могиле и принялась чертить ключом в воздухе сложный узор врат, усыпанных руновязями.

— Изгоняю навеки твой дух из этого места в бескрайние просторы тьмы мира мертвых, откуда запрещаю тебе возвращаться обратно! Сгинь на веки вечные и никогда не возвращайся! Да будет так! — твердо прокричала я, открывая врата ключом.

И в тот же миг они распахнулись, всасывая в себя из могилы темный поток энергии духа шамана, который с жутким воплем исчез за ними, прежде чем врата снова закрылись и исчезли. В тот же миг барабанный бой стих, и земля вокруг перестала сотрясаться.

— Теперь шаман не представляет угрозы для академии, — проговорила я, глядя на ключ, рассыпавшийся белыми снежинками в моих руках.

— Верно, не представляет, — нервно пробормотал Константин. — Вот только без этого духа измерение потеряло свою основу. А значит пройдет лишь несколько минут, прежде чем замок и все это место начнет разрушаться!..

— В таком случае, я не дам этим минутам пройти, — заявила я, разминая пальцы.

— О чем ты?

— Если все, что нужно, это заставить время застыть прежде, чем академия будет разрушена, то я заморожу чертово время! — решительно закричала я, поднимая руки вверх, и хватаясь за весь безграничный поток силы, который протекал по венам этого мира!

Оно текло сквозь меня: Изначальный холод, замораживающий все и вся. Константин говорил, что я могу заморозить даже Бога, если когда-нибудь встречу его? Что ж, Бога я пока что и правда не встречала. Но вот время — другое дело! Время было везде, наполняло каждую частичку мироздания, неумолимо пробегая по нему вечным потоком. И захватывая его в свои ледяные цепи, я замораживала его неумолимый бег, обращая в бесчисленное множество неподвижных статуй, наполнявших пространство этого снежного измерения, и стоящего в нем замка. И лишь когда я поняла, что дело сделано, что время в этом месте застыло навеки… то позволила себе без чувств упасть в объятия Константина Квинси.