Четвертое испытание

Что может быть слаще поцелуев с тем, в кого влюблена — ночью в тихом саду, среди слабо светящихся в темноте белых цветов, густого запаха трав и шелеста листьев?

Когда дыхание обжигает кожу, и от тихого шепота по телу разбегаются горячие мурашки, нежные пальцы касаются то трепетно и невесомо, то с силой впиваются в тебя, оставляя приятно ноющие следы.

Когда губы не могут оторваться от губ, даже для того, чтобы сделать вдох, даже для того, чтобы сделать признание — но разговор все равно не прерывается, потому что его продолжают тела, сплетающиеся в объятиях.

Когда сердце заходится в дикой пляске, стучит в горле, падает в пустоту и разрывается на тысячу кусочков, чтобы воскреснуть через мгновение — и чувствовать, жить, любить — на полную.

Жаль, что с тишиной все-таки не задалось. И с уединением. И со сплетением тел могло бы быть получше. Одежда уж точно была лишняя — и вообще, хотелось большего. Однако ночной сад лишь поначалу казался тихим уголком. Как только дошло до самого интересного, по тропинкам мимо нас стали толпами шастать какие-то люди. Вдалеке невнятно кого-то звали, то и дело в опасной близости от скамейки шелестели листья, как будто кто-то ломился на нашу полянку.

Мы были упорны и эгоистичны, как все нормальные влюбленные, но оказаться с задранным платьем в тот момент, когда кто-нибудь все-таки преодолеет заросли, мне не хотелось. Что-то подобное чувствовал и Кхаран, я полагаю. Так что мы мучительно невинно тискались на скамейке, и максимум разврата, что нам достался — это горячие поцелуи на всех открытых частях тела. Учитывая мое узкое и глубокое декольте — не так уж мало. По сравнению с тем, чего хотелось — не так уж много.

— Я так и буду хранить верность своему потенциальному жениху, твоему брату? — раздраженно фыркнула я, стараясь дышать ровно и глубоко и вообще хоть как-то успокоиться. — Или, может, у тебя во дворце есть хоть одна запирающаяся комната?

— Комната есть, — тяжело вздохнул Кхаран, страдавший не меньше меня. — Но подозреваю, что по пути нас непременно что-нибудь остановит. Или кто-нибудь. Такая суета неспроста. Рраш и балы — это сложная тема…

— То есть, расходимся? — уныло спросила я.

Кхаран уже перетекал в свою демоническую форму, только кошачья зелень глаз держалась до последнего. Он прижал меня к себе, обвивая и руками, и пробудившимися татуировками. Запустив руку мне в волосы, он поцеловал так жарко, что на секунду мне стало все равно, кто там ходит. Пара минут у нас есть всегда!

— Расходимся. До завтра, моя прекрасная, — от отступил, и только последняя татуировка, уползая с меня, слегка изменила маршрут и коснулась меня там и так, что я ахнула. — Надеюсь, тебе будут сниться жаркие сны…

И он ускользнул одному ему известными тропами. Вот поэтому девочки довольно быстро перестают мечтать выйти замуж за принца. Потому что у принцев вечно много дел. И половина этих дел после замужества сваливается на принцессу…

Я лучше по саду пока погуляю, проветрюсь. Чего-чего, а спать мне пока совершенно не хотелось.

Как назло, сад как раз начал затихать. Промчался кто-то по соседней тропинке — но и только. Стоило лишь немного подождать…

С другой стороны, может быть, как раз вмешательство Кхарана всех угомонило?

Я поколебалась, не вернуться ли в бальный зал, но вспомнила Аиру и черноглазого демона и передумала. Хотя Аиры в спальне все равно не избежать…

Но в спальне была одна Паулина.

— Где ты была? — набросилась она на меня с порога. — Там такое было!

Глаза блестели, щеки раскраснелись — она чуть не подпрыгивала от нетерпения.

— Что случилось? — Я оглядела спальню и заметила, что недвижного тела Вайры, к которому мы уже привыкли и воспринимали как мебель, больше не было. — Она очнулась?

— Да! То есть, нет! — Паулина помотала головой, плюхнулась на кровать, разметав шуршащие персиковые юбки. — Очнулась, но не сама!

— Да расскажи нормально! — рассердилась я.

Если Вайра очнулась, ее оставят в отборе или выкинут за стены города? Успели ее сородичи подойти, есть кому подобрать?

— Я рассказываю! — надулась Паулина, но не больше, чем на пару секунд. Ее слишком распирало. — Ты куда-то делась, я не заметила куда, и когда все началось, я тебя искала, но не нашла.

— Ты была слишком занята, чтобы заметить, когда я «делась», — съехидничала я. — А говорила — надоели горные лорды.

— Этот — особенный… — мечтательно и нежно проворковала она. — Но неважно. Главное, мы услышали шум и выбрались из-за занавесок, а там…

— Наследный принц? Что-то учинил? — я решила блеснуть осведомленностью о семейных делах принцев.

— Да нет же! Там ящерицы! Или ящеры? Я не знаю, как правильно. Племя Вайры. Только оказалось, у нее не племя, а целый народ, а она не просто ящерица, а их королева! Они населяют всю Черную пустыню, ящеры самые крутые наемники. Они же владеют всеми водяными скважинами. И еще торгуют пряностями, которые растут только на песке. Вайра, оказывается, невероятно могущественная королева. Аира прямо позеленела, когда узнала.

— Вот это да… А скромничала-то как… — я покачала головой. — Где, кстати, Аира?

— Она попросила распорядителя переселить ее к подругам-демоницам, там тоже много свободных мест.

Распорядителя! Я усмехнулась. Представляю себе этот разговор…

Хотя нет, не представляю. И даже, пожалуй, не хочу представлять. У Рига с Аирой какое-то свое кино, и это явно не романтическая комедия.

— Ты не дослушала! — обвинила меня Паулина.

— Ну, я поняла, что пришли люди ее народа и забрали ее, так?

— Нет! — торжествующе воскликнула она. — Гораздо интереснее! Они спросили, где Вайра и потребовали поговорить с ней. Кто-то им сообщил, что испытание она не прошла, но из города ее тоже не выпустили. Им предъявили Вайру в спячке — и тут началось! У них, оказывается, есть колдуны, которые наслали паралич на всех, кто был в зале, кроме демонов. Наследный принц попросил о переговорах, они потребовали императора.

— Ого! — Императора я тоже еще не видела. — Позвали?

— Да! Он был в Дневном городе, но быстро прибыл. Он такой… высокий, седой и глаза ужасно грустные. Наверное, скучает по жене и не хочет видеть, как мы веселимся.

Паулина грустно вздохнула.

Да уж, мы веселимся…

— Ужасно печально, — кивнула я. — Но ты все-таки продолжай.

— Император сказал, что нет-нет, Вайра, конечно, не проиграла отбор, мы как раз собирались ее разбудить перед четвертым испытанием. Они спросили — только ее или всех, кто в спячке или подобном ей виде? Если, мол, император их обманывает и сделает исключение только потому, что Вайра королева, то они объявят демонам войну, перекроют все торговые пути и отравят воду. Император сказал, что, конечно, всех. Вот буквально после бала и собирались заняться. И, угадай, что?

— Что? — с интересом спросила я.

— Зайку тоже вылечили!

— Ничего себе! А где они? — я снова оглянулась.

— Пока девчонки остались во дворце, там за ними ночь понаблюдают, а завтра пойдут на четвертое испытание! Аира будет в ярости!

— То есть, у нас опять прибавилось конкуренток? — уточнила я.

— Ну… да, — растерялась Паулина. — Я как-то не думала об этом… Только обрадовалась, что все живы, а ведь и правда…

Нет, я тоже была рада. И тому, что Вайра вернется, хотя теперь я буду перед ней робеть, пожалуй. Но впереди какое-то ужасное испытание, и новые соперницы легче его не сделают.

К тому же в таких политических условиях вряд ли Кхаран все-таки найдет время мне помочь… Опять сама-сама.

И даже не могу обидеться, потому что я все понимаю.