Глава 26

Алакдаэр в самом мрачном расположении духа вошёл в кабинет главы Целительского корпуса. Итоги битвы оказались плачевными. Он старался спасти всех, не допустить жертв, боролся за каждую жизнь, но не всегда получается так, как хочется. Да, после этой ночи кто-то останется сиротой, кто-то лишится брата или сестры, а кого-то ждёт участь гораздо более страшная, чем смерть.

— Илиана, какие новости? Насколько велики потери?

Целительница находилась в не менее мрачном настроении и потёрла уставшие глаза, под которыми залегли тёмные круги:

— Десятерых спасти не удалось, ещё шестеро в критическом состоянии. Двенадцать человек пока так и не пришли в себя, но мы стараемся их вытащить. Плюс ещё у восьми сознание трансформировалось необратимым образом, они сошли с ума. Те, кто всё это затеял, не жалеют подопытных, они для них расходный материал.

— Ублюдки! — сгусток тёмной энергии, вырвавшийся из ладони архимагистра, испепелил гостевое кресло, но это помогло немного успокоиться. — Ненавижу, когда страдают невиновные!

— Ал, и ещё кое-что… — Илиана встала из-за стола и подошла к дроу. — Мы тебе пока не говорили, чтобы ты мог сосредоточиться на битве, но теперь я обязана рассказать…

— Что случилось?

— До сих пор похищали только людей, не обладающих магией, и ни разу не нападали на адептов: во-первых, те хоть как-то могут постоять за себя, в отличие от обычных людей, а во-вторых, защитное поле академии не пропустило бы зачарованного адепта, так что проникнуть в замок и достать нас изнутри злоумышленники всё равно не могли. Но теперь… пропало двое адептов.

— Кто? — напрягся Ал.

— Гилия Гурано и Рифалд Вортен, оба природники с первого курса, одногруппники адептки Арис. И если пропажу Рифалда я понять ещё могу, он человек, то Гилия дриада, её не так просто зачаровать… — развела руками целительница. — Их семьи обратились к нам, заявив, что они отбыли из академии в начале каникул, но так и не вернулись домой к празднику. Мы не стали тебя дёргать и решили сообщить, когда вернёшься из поездки.

Ещё один чёрный сгусток испепелил второй стул. Затем Алакдаэр, извинившись за несдержанность, пообещал Илиане восстановить разрушенную мебель и отправился искать менталиста, чтобы получить более подробные сведения о состоянии, в котором находится разум бывших зачарованных.

Фридгерт находился в одной из палат лазарета, и вид у него был далеко не цветущий.

— Риан, ну как? Удалось что-нибудь узнать?

Менталист устало качнул головой:

— Печати на их сознании слишком сильны. После двух неудачных попыток я опасаюсь снова рисковать.

— Эти две «попытки», о которых ты говоришь… — Ал помедлил, но закончил фразу: — Люди погибли?

— Нет, но у них помутился разум, и я не знаю, что страшнее. — Риан взъерошил из без того торчащие во все стороны волосы.

— Тогда больше не рискуй. Очисть их сознание настолько, насколько сможешь, но если почувствуешь опасность, дальше не иди. Возможно, нам просто нужно время и позже удастся что-нибудь придумать, чтобы добыть информацию, — архимагистр сжал плечо друга и покинул палату, чтобы не видеть полубезумные взгляды находившихся там людей и не испепелить ещё что-нибудь из мебели.

Светлую он встретил около столовой, откуда та выходила, о чём-то сосредоточенно размышляя. Печать усталости на её лице заставила очередной раз вспомнить, насколько неоценимую помощь она оказала ему этой ночью.

— Адептка Арис, поговорим?

— Да, конечно, — она послушно последовала за ним в одну из беседок, хотя Ал с удовольствием привёл бы её сейчас в свою комнату, уложил на кровать и сам лёг рядом, чтобы сначала обсудить всё, что хотелось обсудить, а потом вместе заснуть после бессонной ночи, будучи в полной уверенности, что его ученица точно никуда не денется и с ней ничего плохого не случится. И она не исчезнет так же, как одногруппники. Можно бы и чарами её к себе приковать, чтобы уж наверняка.

Альвинора смотрела на наставника и пыталась угадать, о чём он размышляет. Напряжённая складочка меж его бровей говорила о невесёлых думах, но и у неё самой было о чём сказать архимагистру. Дождавшись, когда он установит вокруг них щит от прослушки, она начала первой.

— Господин декан, скажите, почему мы противостояли напавшим лишь своими силами? Отчего король не прислал кого-то в помощь? Неужели ему всё равно, что здесь гибнут люди?

— Почему же не прислал?! К нам прибыло несколько магов из других академий, которые помогли сдержать натиск и отбыли обратно с отчётами о происходившем. Отряд целителей тоже прислали, поэтому не думайте, что монарх не заботится о своих подданных. Однако… — наставник с силой выдохнул, будто собирался сказать что-то очень неприятное. — Я не хотел вас расстраивать, но считаю, что замалчивать тоже не стоит.

— Ч-что такое? — сердце забилось сильнее.

— Пропали двое адептов из вашей группы, Рифалд Вортен и Гилия Гурано, — сообщил он без предисловий.

У Альвиноры всё внутри сжалось, она задышала шумно и часто, пытаясь сдержать слёзы.

— Адептка Арис… Только держите себя в руках.

— Я же староста! — Аль вскочила с лавочки, на которую только что присела. — Как я могу быть спокойной, когда двое ребят из моей группы изчезли в неизвестном направлении?!

— А я декан, но тоже вынужден соблюдать спокойствие, когда пропали двое адептов моей академии, да ещё вокруг столько раненых и погибших! — сказал Тёмный с нажимом. — Наши эмоции ничем не помогут, мы должны сохранять ясный рассудок.

— Да, вы правы, простите, — она опустилась обратно на скамью. — Преподаватели, конечно же, чувствуют куда большую ответственность, нежели какие-то там старосты.

— Так, только давайте без этого, — поморщился дроу. — Не нужно приуменьшать свою роль, но и не берите на себя все беды мира. До начала учёбы осталось два дня, но мы не знаем, сколько адептов решится вернуться в академию после этого нападения. Хотя, по сути, конфликты случались и раньше (мы всё же находимся на приграничных землях), однако не в таких масштабах.

— А если большая часть адептов побоится ехать, занятия отменят? Или… нашу академию вообще закроют? — от одного этого предположения сделалось нехорошо.

— Пока сложно сказать, но давайте заранее не драматизировать, — успокоил архимагистр. — Что бы ни случилось с академией, нам с вами в самое ближайшее время предстоит пройти ритуал, от которого зависит и её судьба тоже.

Следующие два дня прошли напряжённо. Ни о каком отдыхе речи не шло, все помогали по мере своих сил и возможностей. Погибших людей готовили к погребению, но прежде с ними работали некроманты, пытаясь выведать хоть что-нибудь. В эти дни у Альвиноры, разумеется, не было занятий с Логаном, потому что он помогал отцу допрашивать покойных. Насколько ей было известно, результативность допросов оказалась минимальной, уж больно мудрёные чары защищали их сознание. Аль не знала подробностей, но ничуть не сомневалась, что тот, кто зачаровывал несчастных людей, был мастером своего дела и не позволит так просто разгадать его тайны.

Вин целыми днями пропадал в лазарете, и Аль тоже помогала ухаживать за ранеными. Там она заметила Нэсту, подругу Ривариэль, которая ловила каждое слово магистра Соул и с энтузиазмом вливала в пациентов целебные чары. А ещё… очень тепло поглядывала на сына главной целительницы, который нередко захаживал к матери, но Логан, кажется, этого не замечал, слишком был хмур и сосретодочен на работе.

Верманд и Сирион, которые раньше относились друг к другу с прохладцей, теперь, кажется, сдружились и на пару левитировали пострадавших, которым была оказана первая помощь, в порталы, что должны были доставить их в специализированные лазареты закрытого типа, где врачевали пациентов, которые могли нести в себе опасность для окружающих. Ибо, как бы ни хотелось это отрицать, все бывшие зачарованные несли в себе остатки тёмной магии, и никто не мог предсказать, что будет и как они себя поведут, если снять печать с их сознания.

Как ни странно, большая часть адептов всё же вернулась в академию, чтобы продолжить обучение. Да, многие вели себя настороженно, но Аль знала, что у них нет выбора: здесь обучение бесплатное, да ещё и со стипендией, поэтому им оставалось или рискнуть, или остаться без магического образования, которое откроет в жизни немало дорог. А недоучек не любят нигде, к ним относятся свысока.

Правда, некоторые адепты, которые принадлежали к более обеспеченным семьям, всё же перевелись в другие магакадемии. Эти сведения по секрету сообщила сестра Лелии Далия, которая, работая в ректорате, как раз и занималась документацией переведённых адептов. Кстати, сама Лия тоже приехала, хотя семья поначалу не хотела её отпускать. Но дриада упёрлась рогом и настояла на своём. Ещё бы, тут же остался её обожаемый Вин, который явно не собирался поддаваться всеобщей панике.

Ох, а как они миловались, когда встретились после разлуки… Если бы деревья в парке умели краснеть, то их стволы и молодые листочки уже давно побагровели бы от смущения, настолько пылко обнималась эта парочка, даря друг другу долгожданные поцелуи. Альвинора вовсе за ними не подсматривала, просто случайно считала информацию, когда направлялась в теплицы.

Пообщавшись с растениями, она навестила зверинец. Любимый трёхглазый волчик обеспокоенно ходил по клетке туда-сюда и, увидев Аль, тут же поспешил к ней. Ух, она и не осознавала, насколько по нему соскучилась, пока не погрузила пальцы в мягкую шерсть на его загривке и не услышала довольное урчание.

Вечером в последний день новогодних каникул Лелия с открытым ротом слушала рассказы Диара о нападении на замок.

— Ой, чего тут бы-ы-ыло… — заливался чудо-цветок, в красках описывая происходившие события. Он тоже пообщался с растениями на территории академии, и «растительная почта» с удовольствием донесла ему все подробности битвы, даже те, которых Альвинора не знала.

К слову, на пару с магистрами Тиарской академии действительно сражались магистры из других академий, ведь когда ряды нападающих зачарованных стали редеть, по замку, ослабленному их атаками, ударили заплы мощных вражеских заклинаний. То были очень сильные тёмные маги, которые надеялись пробить брешь и проникнуть внутрь.

Наверное, именно в эти моменты Аль в ту ночь было особенно плохо, потому что, как и говорил дроу, большая часть защиты держалась на нём. И когда он расходовал слишком много сил на восстановление защитного купола, его подопечная тоже слабела.

Честно говоря, ей вовсе не улыбалось всё это вспоминать, но дриада слушала с таким вниманием, что Альвинора тихонько выскользнула из комнаты и решила прогуляться. Побродив немного по парку, где деревья уже вовсю покрылись листочками и молодая травка радовала глаз, она увидела Криса, который, кажется, целенаправленно шёл к ней.

— О, ты тоже решил вернуться? — поприветствовала его она.

— Мне здесь нравится. Да и Лэнд весь извёлся: просил лично проверить, что ты в порядке, — усмехнулся артефактор. — Поэтому я сейчас как приехал, сразу к тебе пошёл, а там цветок твой сказки Лелии рассказывает, одна другой страшнее.

— О да, это Диар умеет, — Аль тоже не удержалась от улыбки.

— Стил и Тир, кстати, приехали со мной, распаковываются сейчас. Ну, раз с тобой всё хорошо, пойду успокою Лоссдора.

— Крис, — окликнула она парня, — а почему он сам со мной не свяжется? Мог бы тебя не гонять.

— Думаю, обязательно свяжется, когда придёт время, — пожал плечами тот. — Ты же знаешь Лэнда: сложно понять, что у него на уме. Жизнь в Линнской академии совсем не та, что здесь, это единственное, что я знаю наверняка.