Глава 21

Как же так… Винсент… Не может этого быть… Была уже поздняя ночь, но отец, герцог Де Вер и его люди даже и не думали ложиться спать. Через тайный ход в нашей гостиной постоянно входили люди, быстро докладывали о том, что им удалось узнать, и вновь исчезали, получив от Морана дальнейшие распоряжения. Герцог был мрачен и собран, от недавнего обольстителя не осталось и следа. По скупым, резким движениям мужчины и напряженному взгляду я понимала, что он злится. И в первую очередь на себя: за то, что преступник вновь обхитрил его и ушел безнаказанным. Слуга, дежуривший в коридоре второго этажа, как раз стоял перед главой королевской службы безопасности c докладом. Нет, ничего подозрительного он не заметил. Да, все гости вели себя, как до обычно. Нет, никто из зала не выходил, кроме Винсента. Куда он вообще мог пойти перед ужином? К кому?! У графини был в замке тайный любовник, а у Винсента – тайная любовница? Это даже звучало как бред. Зачем им вообще нужно было скрываться? Если бы я знала… Если бы только знала, то не отказалась бы с ним поговорить. А ведь он пытался сделать это дважды за последние дни. Может, мы могли бы остаться просто друзьями, и тогда он рассказал бы мне… Я покачала головой в ответ на собственные тяжелые мысли. У истории не бывает сослагательного наклонения. Всем нам остается лишь надеяться на то, что Винсент, как и другие похищенные, еще жив и его обязательно спасут. Или, что Винсент как-то сможет противостоять преступнику магией. «Если сможет», – зловеще поправил меня внутренний голос, но я лишь отмахнулась от него, нахмурившись и думая сейчас о другом. – Кайли, ты ничего странного не заметила перед ужином? – обратился ко мне отец. – Не заметила, но… – я заколебалась на мгновение, и все же решилась. Плевать. Вряд ли герцог резко захочет жениться, узнав, что магия у меня все-таки есть. – …почувствовала. Вот, – я протянула ему конвертик. Отец аккуратно развернул его, прочтя сначала послание, а потом и ответ. – Ты права, я чувствую, что с ним что-то не так, как будто след остаточной магии. Герцог, взгляните, – он передал его Морану. Тот нахмурился, прочитав послание на обороте, и резко вскинул взгляд на меня. Неужели я не ошиблась в предположениях, и оно было адресовано именно мне, и он тоже это понял? Но это невозможно, нас было много в гостиной, и угадать, кто именно выберет определенный конверт… – Почерк слишком ровный и аккуратный, наклон практически отсутствует, вы заметили, граф? – его светлость все же перестал буравить меня ледяными голубыми глазами и обратился к отцу. – Да, весьма занимательный. С равной долей вероятности это мог писать как мужчина, так и женщина, – мужчины обменялись понимающими взглядами. – Леди Кайли, – герцог вновь перевел взгляд на меня, – пожалуйста, вспомните, кто именно был в тот момент вместе с вами в гостиной. Играл в «почтовый цилиндр», просто стоял, наблюдая за игрой, проходил мимо. Абсолютно все, что вспомните, любые мелочи. Это важно, – добавил он с нажимом. Я кивнула и начала перечислять, стараясь никого не забыть, даже слуг. Вдруг преступник переоделся в одного из них? В детективах такое, кстати, часто бывало. – Больше тридцати человек, – герцог сверкнул глазами, когда я закончила рассказ. – Много. Быстро их не проверить. – Но это уже кое-что, – возразил отец. – Если предположить, что записку писал именно преступник, мы существенно сузили круг подозреваемых. – Или он намеренно отводит от себя подозрения. – Или так, – отец склонил голову в знак согласия. – Кайли, а Винсент ничего тебе не рассказывал? Вы общались с ним после разрыва помолвки? – Практически нет, отец. Он подходил пару раз, пытался помириться, – почему-то мне было особенно сложно рассказывать это под пытливым взглядом герцога, который я чувствовала на себе, – но я не согласилась. К тому же после исчезновения графини Сесиль я видела его в обществе другой леди. – Вот как, и кого же? – заинтересовался отец. – Леди Софи Леннард. – С этой леди мы уже переговорили, не посвящая ее в подробности, конечно. Она сама подошла к одному из слуг с просьбой найти маркиза Квинси. – А кстати, что вы сказали остальным гостям? – Что у лорда возникли проблемы на одной из его шахт и он срочно вынужден был уехать. – Его близкий друг, Лиам Ричи, может в это не поверить, – тихо сказала я. – У них с Винсентом были очень доверительные отношения. – Блондин с зелеными глазами? – Шатен, – машинально поправила я герцога и запнулась на полуслове. Как же я раньше не поняла! Все было очевидно с самого начала! Так просто?! ***** – Кайли, ты что-то вспомнила? – отец правильно истолковал мою реакцию. – Да. То есть, нет. Лорд Моран, скажите, а первые пропавшие… какого цвета волосы у них были? – Неизвестный ранее метод дедукции? – темная бровь лорда изогнулась. – Извольте. Лорд Латимер и лорд Невилл были светловолосыми. Леди Грей была черноволосой, а леди Филдинг имела каштановый оттенок волос. – А цвет глаз у леди? Судя по виду герцога, он готов был съязвить, но мужчина все же ответил: – светло-серые у первой и голубые у второй. Я победно улыбнулась, глядя на мужчин. Герцог ответил мне ироничной улыбкой: – Может, вы и с нами поделитесь своими умозаключениями, леди Кайли? – Обязательно. Лорд Феликс был блондином, как и леди Сесиль. У Винсента золотистый оттенок волос, но он тоже блондин, разница лишь в оттенках. Герцог смотрел на меня так снисходительно, что любая другая, наверное, замолчала бы, но я не собиралась так просто сдаваться. – Все пропавшие были блондинами, так или иначе. Преступник выбирает их не только по магии, но и по цвету волос, – торжественно завершила я свою речь. Мужчины, сидевшие напротив, молчали и не спешили что-то отвечать. – Леди Кайли, – герцог отмер первым, и вкрадчивый тон его мне совсем не понравился. – Пропавшие в столице леди не были блондинками. – А вот здесь вы ошибаетесь! – Неужели? – Моран скептически посмотрел на меня. – И в чем же, позвольте спросить? – Я почти уверена, что леди Грей и леди Филдинг красили волосы. – И откуда же такая уверенность? – Их цвет глаз! Такие цвета больше присущи блондинкам. Нет, вероятность ошибки есть, но я почти уверена, что права. У темноволосых девушек глаза обычно более насыщенных оттенков, – сказала я и замолчала, увидев, что герцог внимательно разглядывает мое собственное лицо. – По-моему, в этом что-то есть, лорд Моран. Это можно проверить? – отец обернулся к герцогу. – Да, я сейчас свяжусь со своими ребятами в столице, и они попробуют что-то выяснить. Еще час прошел в томительном ожидании. Герцог разговаривал по магическому артефакту в кабинете, я пила чай, принесенный Джейн. Отец уговаривал меня идти спать, но я отказалась. Все равно не уснула бы, не узнав, права я или нет. Наконец, Моран вернулся к нам, и одного взгляда на его лицо было достаточно, чтобы понять: я ни в чем не ошиблась. – Все подтвердилось? – отец поднялся ему навстречу. – Да, служанки засвидетельствовали, что перед пропажей обе леди перекрасили волосы в другой цвет. – А причины они не назвали? – Хозяйки им не сказали. – Я знаю причину, – я взглянула на мужчин, отставив чашку в сторону. – Женщины что-то меняют в своей внешности, только если в их жизни… – … появляется важный мужчина, – закончил за меня герцог, кивнув. – Вы очень помогли нам сегодня, леди Кайли, – в его голосе послышались бархатные, обволакивающие нотки. Или мне очень хотелось их услышать? Неужели он наконец-то начал воспринимать меня всерьез? – А сейчас вам действительно лучше отправиться спать, а нам с вашим отцом нужно еще поработать. Вот же… герцог. Но я лишь кивнула в ответ, понимая, что не смогу просидеть с ними всю ночь: глаза действительно слипались. Поэтому попрощалась с мужчинами и вышла, тихо притворив за собой дверь. Признаться себе в том, что второй причиной моего побега из кабинета был герцог, было выше моих сил. Он так смотрел на меня сейчас… Кажется, теперь я поняла, что имел в виду отец под словами «особый огонь». И эта улыбка, едва угадывающая на губах. Опасная, обольстительная, как будто сегодня он взглянул на меня совершенно по-новому. Разве не этого я добивалась сама? – Значит, мы можем сузить круг возможных будущих жертв до людей со светлыми волосами, – услышала я голос отца, уже находясь за дверью. Герцог что-то ответил ему, но я не расслышала, думая о другом: Лиам Ричи был тем, кто прекрасно знал леди Сесиль и Винсента. Мог знать и других пропавших, наверняка. А еще он сегодня странно вел себя, нетипично для того Ричи, которого я знала раньше. Что, если он и есть преступник, которого мы ищем? Надо за ним понаблюдать. Ложась в постель, я решила, что пока не буду рассказывать о своих подозрениях отцу. Помнится, я и Сесиль подозревала, а она оказалась всего лишь одной из жертв. Черная роза, лежащая в бархатном футляре на столике, вновь светилась зловещим, потусторонним светом. Но я этого уже не видела, потому что спала.