Глава 22

В магической школе Грозового перевала нас встретили как равных. Удивительно, но я до последнего опасалась, что наставники драконьей магии будут задирать нос и всячески подчеркивать свою значимость, но, напротив, они все вели себя предельно корректно. Я уже сочла, что что-то недопоняла за время пребывания в городе и мне просто не повезло столкнуться исключительно с противными драконами с завышенным самомнением, но потом заметила, как драконьи маги смотрят на делегата в белых одеждах из группы людей. Драконы уже определили, что человеческий архимаг совсем не тот, кем кажется на первый взгляд, и решили подстраховаться.

– И о чем грустит леди Феникс? – Тихое, чуть насмешливое замечание Хеймдара заставило почувствовать себя не птичкой, а дикобразом.

– Я не грущу. Я тревожусь.

– Зря. Ваши гости прекрасно освоились в стенах этой школы.

И действительно, в демонстрационном зале воздух аж гудел от разнообразной магии. В одном углу люди, эльфы и драконы пытались призвать дождь, задействовав все три вида магии, в другом – сравнивались возможности левитации. То, что я сначала приняла за экскурсию, оказалось дружеской встречей ученых от мира магии.

– Я переживаю не из-за них, и вам это известно. Хейд, вы не знаете, когда будет следующий магошторм? Я очень надеюсь, что мастера-артефакторы успеют восстановить хотя бы часть разрушенных башен и ловцов молний.

Хеймдар как-то странно посмотрел на меня и отвел взгляд. Грянувший после этого гром показался мне самым жутким звуком на свете. Еще ни разу в жизни я не боялась непогоды так, как сегодня. К выходу из зала я бросилась так стремительно, что у меня закололо в боку.

– Лили, постойте! – Хеймдар догнал меня и крепко схватил за руку. – Это не ваша битва.

– И не ваша? Так? Очень удобно.

– Вы ничем не сможете ему помочь. Только отвлечете.

А вот это уже действительно походило на правду. Когда Орланд поднимался в небо во время прошлого магошторма, он хотел знать, что я в безопасности. И все-таки я не могла оставаться в неизвестности.

Выскочив на порог магической школы, я посмотрела в небо. Сердце испуганно сжалось в груди при виде тяжелых, темных туч. Надвигалась буря. И я знала, что она принесет.

– Лили, вы должны оставаться в здании. В школе магии прекрасный купол, который оградит всех от шторма. – Хеймдар тоже вышел на улицу.

Еще и путь мне заступил с видом стража-защитника.

– Я должна увидеть Орланда! Вы не понимаете? Я просто должна!

– В таком случае у меня не остается выбора, юная леди, – скорбно проговорил бог магии.

Ступени магической школы вспыхнули ярко-синим, и я начала падать в темноту.

Орланд

Орланд искренне считал свою умненькую супругу настоящей занозой с электрошоком, но пока от деятельной натуры страдали исключительно другие, Грозокрылый только посмеивался. Когда же она расправила огненные крылья и продемонстрировала свой дар перед драконами, Орланду стало резко не до смеха. И это когда соклановцы считали его чуть ли не самым хитрым и мудрым драконом в этих краях. Все были искренне уверены, что Орланд женился на Лили из-за ее уникальной магии. Такое сокровище не должно было достаться абы кому.

Фениксы Архонта относились к древним расам, и это само по себе уже было неоспоримым плюсом, дающим множество бонусов совместному потомству.

Все эти аргументы вывалил на него Хеймдар во время пира. Причем делал это с неизменной язвительной улыбкой. Бог магии прекрасно понимал, куда Орланд засунул бы всю эту волшебную уникальность, будь у него такая возможность.

В сокровищницу.

Спрятал бы так глубоко, чтобы никто и не догадывался, насколько у него волшебно одаренная супруга. Леди Дайна отхватила первая. На пиру Орланд был непозволительно груб с тетушкой, которая сама переживала из-за дара Лили.

Зато Лили совершенно не беспокоилась!

Его супруга принимала все перемены с такой легкостью, что у Орланда в голове не укладывалось. Нужно заставить дракониц с собой считаться? Пожалуйста. Захотела починить ловцов молний? Вызвала из Железногорска целую бригаду. Лучше бы спросила у Орланда, что он думает на этот счет. Грозокрылый прекрасно знал, что артефакты Грозового перевала работают все хуже, и ждал, когда же кто-нибудь бросит ему вызов. Кто-то достаточно сильный и самоуверенный. Тот, кто копил все это время чужую магию и был уверен, что справится с полукровкой.

А Лили снова все перевернула с ног на голову, расправив свои крылья!

Теперь целью коллекционера могла стать она сама, и этого Орланд не мог допустить, поэтому и обратился за помощью к Хеймдару. Бог магии пообещал, что присмотрит за юным фениксом и убережет ее от ненужного геройства.

План Орланда Хеймдар не одобрил. Только обозвал самоубийцей, но и отговаривать не стал, понимая, что лорду Шторму потребуются веские доказательства вины. Без них вожак стаи не сможет заставить дракона открыть свою сокровищницу.

Личное сокровище драконов неприкосновенно. Так повелось с древнейших времен. Но была и иная древняя мудрость, называющая драконов стражами магии Архонта. Драконы должны были оберегать редкие виды магии и следить, чтобы они не исчезли навсегда. Но это не давало им права красть магию у других!

Грянувший в вышине гром заставил Орланда встать с кровати и подойти к окну. Надвигалась буря. Орланд ее чувствовал, его тянуло в небеса как магнитом. Повелитель молний должен был встретить шторм в эпицентре, пропустить через себя и укротить, чтобы не дать небесам обрушить свой гнев на землю. Грозокрылый дракон своими крыльями закрывал находящихся внизу. Это была его обязанность, его предназначение, которое он принял вместе с даром повелителя молний. Но сегодня Орланд хотел бросить вызов закону Драконовых гор, гласившему, что дар достается сильнейшему. Орланд собирался перехитрить того, кто был недостоин называться грозовым драконом.

Лили

Хеймдар перенес меня в пещеру, под сводами которой мягко сияли голубые камни. Я приложила руку к стене, и дар артефактора уловил мощнейший поток магии. Внутренний хомяк тут же принялся нашептывать, что было бы неплохо заполучить несколько образцов таких камней, но я помнила о главном, поэтому крепко зажмурилась и потянулась мысленно к Орланду: «Хеймдар запер меня в какой-то пещере. Но со мной все хорошо».

Так себе призыв о помощи, но я и не хотела, чтобы меня спасали вот прямо сейчас. Скорее желала, чтобы Орланд знал, где я, и не волновался. И чтобы ответил. Хоть что-нибудь сказал! Тогда бы я знала, что он в порядке.

– А могла бы находиться в Зале Мудрости, и тогда бы вообще никаких сложностей не возникло, – с укором произнес мужской голос откуда-то сверху.

В глубине пещеры вспыхнул яркий голубой огонек, и следом раздался звонкий голос Искреллы:

– Лили имеет право быть рядом с тем, к кому ее ведет сердце. Она имеет право знать, что происходит с ее парой.

И камни над моей головой замигали с такой частотой, словно кого-то закоротило от злости.

– Чтобы это выяснить, ей достаточно научиться слушать и слышать кого-нибудь, кроме себя! – прогремел Хеймдар.

А ведь действительно…

Я закрыла глаза и снова попыталась дотянуться мысленно до Орланда. В этот раз не кричала бестолково в пустоту, а просто попыталась почувствовать Грозокрылого. И уловила такой мощный поток эмоций, что пришлось ухватиться за стену.

Ярость. Воодушевление. Восторг.

Этому чешуйчатому нравился магошторм! Он не боялся небесной бури, а наоборот, призывал и притягивал ее к себе.

– Он совершенно ничего не боится, – потрясенно прошептала я.

– Твой безголовый супруг владеет одной из самых разрушительных магий этого мира, – проворчал Хеймдар.

– И она ему очень нравится, – весело хихикнула Искрелла.

– Но чего он добивается? Зачем приближает бурю?

– Затем, что ты не оставила ему выбора! – возмущенно объявил Хеймдар.

– Когда это?

– Да когда показала всем свои чудесные огненные крылья! – прогрохотал бог магии.

И пещера завибрировала. Каменный свод надо мной задрожал, сверху посыпались булыжники. И то, что некоторые из них были теми самыми, светящимися, меня ничуть не успокоило. Решение призвать свет было инстинктивным. Я вскинула руки, чтобы защититься, и создала купол из света, следом за спиной распахнулись уже внеплановые крылья.

Бракованные шестеренки! Ну почему леди Дайна не выдала мне подробную инструкцию к магии феникса?

– А мне нравится, как ты ею управляешь, – объявила Искрелла. Ее голубой шар медленно подплыл к лежащим у моих ног светящимся камням и поглотил их, став еще ярче и объемнее. – Благодарю. Вкусно.

– Приятного аппетита. – Я посмотрела на светящиеся камни с возросшим интересом.

Так, значит, я не ошиблась и это действительно какие-то природные накопители магии.

– Дикой магии, – охотно подтвердила Искрелла. – Ничейной.

– Я бы так не сказал, – мрачно пробасил Хеймдар.

Я же, немного осмотревшись, обнаружила, что из пещеры куда-то ведет проход, и решительно направилась в темноту. Со светящимися крыльями за спиной мне никакой мрак не был страшен. А за мной медленно плыл голубой шар Искреллы. Снежная леди больше ничего не говорила, но, видимо, ей было интересно, чем закончится мое приключение в заключении.

Когда воздух в пещере заметно посвежел, я довольно улыбнулась. Как говорится, выход есть, а если кажется, что его нет, то вы просто плохо искали. По мере того как я продвигалась, голубые светящиеся камни попадались мне уже не так часто, но и сейчас я улавливала всю мощь магии, скрытой в тайной пещере, которую мне зачем-то показал Хеймдар.

Я уже перестала считать, что бог магии меня запер. Если бы он хотел, чтобы я ни во что не вмешивалась, то мог бы сковать магическими путами или вообще погрузить в магический сон. Возможностей для этого у него было предостаточно. Но я оценила, что с одним «препятствием» Хеймдар никак не мог справиться. Он не мог контролировать Искреллу. Снежная леди упорно следовала за мной, а потом вдруг объявила:

– Почти пришли.

В этот момент узкий проход круто повернул вправо, расширился до размеров небольшой пещеры, и я увидела небо, которое расчерчивали вспышки молний.

Магошторм был в самом разгаре.

И где-то там, в небе, парил Орланд.

Появление второго дракона оказалось для меня полнейшей неожиданностью. Он вынырнул из черной тучи и ударился о невидимую преграду, которая в тот же миг обрела полупрозрачные очертания дракона.

Орланд.

Я не знала, что он обладает маскировочной магией. Так вот для нападающего Орланд не был незримым. Следующий удар по нему был нанесен магией грозы: искрящаяся молния сорвалась с лапы дракона и ударила в Орланда, сорвав с него невидимость.

Как же так? Он же самый сильный! Это ему принадлежит дар Грозы.

– Это же Орланд повелитель молний, – растерянно прошептала я.

И услышала предельно суровое напоминание:

– Дар Грозы принадлежит сильнейшему грозовому дракону.

Обернувшись, увидела, что Хеймдар явился во плоти, сбросив личину худощавого человеческого архимага. Бог магии стоял рядом со мной и невозмутимо наблюдал за происходящим в небе поединком.

– Это вы его напоили! Вы его специально ослабили!

– Да неужели? – Губы бога изогнулись в едкой усмешке. – И зачем же мне совершать такую глупость?

– Да потому что Орланд вам никогда не нравился!

– Не нравился настолько, что я готов передать дар Грозы самому бесчестному дракону этих гор?

– Так этот паразит ворует магию у младших рас и своих сородичей?!

– Я давно предлагал Орланду вскрыть сокровищницу Хакса, но твой супруг упрямее гнома. Ему подавай веские доказательства. Надеюсь, теперь он доволен!

Доволен? Лично я не видела причины, по которой Орланд мог бы быть доволен. Зависшие в небе драконы обменивались яростными ударами магии. Но удары Хакса были не единственными – Орланду приходилось ловить и свободные молнии, порождаемые небом, чтобы не дать им обрушиться на город, в котором теперь не хватало рабочих ловцов молний.

– Это же бесчестно! Хакс нападает на того, кто защищает город от магошторма.

– Подобное поведение не запрещено правилами.

Философское замечание Хеймдара разозлило не только меня. Сама Искрелла не выдержала и шагнула из голубого шара, увеличившегося до размеров портала.

– Хеймдар! Ты не должен наказывать Орланда из-за меня!

– Снежная леди… – Бог магии отвесил издевательский поклон. – Вы чересчур высокого о себе мнения. Наш с вами спор никак не повлияет на исход этого поединка. Все решит магия.

Магия…

Да что она может решить, если я даже не могу докричаться до Орланда!

«А ты только кричать и привыкла? Разве нельзя помочь ему иначе?» – мысленно поинтересовалась Искрелла.

«Но как? У меня нет при себе артефактов…»

«У тебя под носом целая пещера природной магии, а ты все вздыхаешь над своими артефактами. Истинная пара не только источник, но и проводник силы…»

Других подсказок мне и не требовалось, я вошла в пещеру, накрыла ладонью ближайший светящийся камень, а уловив магический отклик, не стала звать Орланда, а попыталась представить, что я всего лишь проводник магии. И магия в самом деле заструилась по моему телу. Она омывала меня, точно прохладный дождь, покалывала кожу и устремлялась туда, где в небе бился мой грозовой супруг.

«Рыжая, найду и отшлепаю…»

Первое за все время сообщение заставило меня мысленно выругаться.

«И скотину чешуйчатую я тебе припомню…» – продолжал измываться Орланд.

А я старалась сохранять спокойствие и молчать – сложно сохранять предельную концентрацию при передаче магии, когда злишься. В какой-то момент я просто поняла, что снова вижу небо, в котором обменивались яростными ударами грозовые драконы. Я видела только их, но яркие вспышки, озаряющие серую хмарь тяжелых туч, указывали, что магошторм в разгаре. Когда же это все закончится?

«Еще немного, Лили…»

И между лап Орланда начал формироваться огромный сияющий шар, который я приняла за боевой снаряд.

Яркая нить, тянущаяся от шара к груди дракона, заставила меня снова мысленно обратиться к супругу, но в этот раз я снова наткнулась на глухую стену молчания. Чутье вопило, что Орланд мне не ответит. Ему было не до этого – яркие молнии, бьющие с небес, мешали ему удерживать сияющий дар Повелителя молний.

Держись, Орланд! Держи свой дар крепче! В Драконовых горах не будет вожака лучше, чем ты. И хотя я в тебе поначалу сомневалась, но сейчас видела: ты на своем месте. Ты еще докажешь драконам, что настало время перемен, сможешь убедить младшие расы, что драконы стали другими, заставишь всех снова полюбить мудрый крылатый народ и вернешь ему былое величие.

А моя любовь и безоговорочная поддержка у тебя уже есть сейчас.

Я всей душой стремилась к Орланду, старалась передать ему свою любовь и магию пещеры, в которой находилась.

И увидела первая, как Орланд отпустил свой дар. Он просто швырнул его в лапы заметно удивившегося лорда Хакса. Дракон едва успел его подхватить, а потом Драконовы горы огласил драконий рев. Я слушала его, уткнувшись лбом в стену пещеры, а перед глазами теперь был лишь серый камень да изредка вспыхивающие в сумке бледно-голубые, лишившиеся накопленной магии камни. Пещера поделилась своей скрытой мощью и теперь казалась потухшим фонарем. Внутри меня точно перегорела батарейка. Я никак не могла поверить, что все было зря.

Орланд не смог удержать дар Повелителя молний. Я сама видела, как он швырнул его лорду Хаксу…

Отдал! Орланд его отдал.

Я бросилась к выходу из пещеры. Хеймдар и Искрелла оставались на месте. Боги Архонта смотрели из первого ряда за магическим штормом. Яркие молнии вспарывали небо и ударялись в дракона, ставшего главным громоотводом этих небес. И у этого громоотвода больше не было достаточного количества помощников, ведь Орланд лично уничтожил с десяток ловцов молний.

Он знал заранее, что отдаст свой дар Хаксу. Орланд спокойно расстался с силой повелителя, потому что знал: Хакс не сможет обуздать бурю, у него не хватит сил собрать все молнии этого шторма и выжить.

Поняв, что его тело впитало слишком большой разряд, дракон принялся изрыгать огонь, заливая небеса белоснежным пламенем, а потом начал дымиться, как закоротившая игрушка.

Дракон сгорал изнутри и ревел от боли. Я слышала, как он умоляет Орланда забрать дар обратно, и вздрогнула, когда по небу прокатился спокойный голос Хеймдара:

– Гроза подчиняется сильнейшему.

Я поняла, что значат слова бога магии: Хеймдар требовал, чтобы Орланд не вмешивался и не вздумал спасать того, кого сам бог магии приговорил к смерти.

– Не нужно. Не смотри.

Искрелла схватила меня за плечо и развернула лицом к пещере. Но я все равно слышала грохот грома и рев погибающего дракона. Жалобный, надрывный, он рвал сердце на части. Никто не заслуживает такой жуткой судьбы. Никто.

Не выдержав, я снова бросилась в темноту. В этот раз мрачная сырая пещера показалась мне убежищем, в ней не было ни ужаса, ни смерти. Хотелось спрятаться ото всех, свернуться клубком и чтобы время остановилось, дало возможность выдохнуть и переосмыслить.

На места Хакса мог оказаться Орланд.

Не сегодня, но если бы ловцы молний и дальше выходили из строя, этот итог был бы неминуем. Неужели Хеймдар знал об этом? Неужели молча ждал, пока произойдет трагедия?

Когда в тишине послышались чьи-то легкие шаги, я и сама вскочила на ноги и быстро утерла слезы. Белая хламида Хеймдара в темноте казалась саваном баньши.

– И откуда вы такие только взялись? Семейка вредителей.

Хеймдар щелкнул пальцами, и тусклые камни пещеры засияли ярче, словно в магической энергетической сети скакнуло напряжение.

– И что мы опять не так вам сделали? – хмуро поинтересовалась я.

– Да проще сказать, что вы сделали так, как надо. Гостей неплохо приняли. Достойно. Ревешь-то чего? Хакса жалко?

– Как Орланд? Кто теперь получит дар повелителя молний?

– Твой супруг чувствует себя до отвратного хорошо, он вовремя передал дар, так что весь удар магошторма принял на себя Хакс. И не нужно улыбаться, Лили Рыжая, я все еще думаю, что твоего супруга не мешало бы проучить. Из-за его представления младшие расы начнут думать, что магию можно с легкостью воровать, отнимать и передавать.

– Так лорд Хакс действительно крал магию? – встрепенулась я.

Вместо ответа Хеймдар открыл портал.

* * *

Драконья сокровищница неприкосновенна. Хеймдар сам установил это правило еще в древние времена, когда подарил драконам особую запирающую магию, предназначенную для охраны самых ценных даров из возможных – сосудов со свободной магией. Бог магии оказал драконам высочайшее доверие, ведь они были защитниками Архонта и оберегали этот мир, даже когда бога магии не было рядом.

О том, что кто-то из представителей драконьего рода перешел черту и начал накапливать чересчур много свободной магии, Хеймдару сообщил изменившийся магический фон Драконовых гор. Вместо магии грозы здесь теперь пробуждались иные источники, а магические реки меняли русла и устремлялись туда, где билась, точно в клетке, свободная магия. Поэтому и начали выходить из строя драконьи артефакты Грозового перевала. Бог магии выжидал и наблюдал, он знал, что рано или поздно вор вызовет на дуэль лорда Шторма и попытается заполучить дар Повелителя молний. Но вместо него вызов осмелился бросить Орланд, которого Хеймдар давно вычеркнул из числа возможных кандидатов на лидерство в стае.

Орланд не понравился Хеймдару с первой встречи. Самоуверенный, независимый и не испытывающий ни малейшего пиетета ни перед драконами, ни пред богами. Поспешно оценив полукровку, Хеймдар решил не тратить на него время и сосредоточил свое внимание на грозовых драконах, мигрировавших на север. Там бог магии долгие годы выращивал нового лидера. Был уверен, что именно Кайл пройдет драконьи испытания.

И ошибся.

Хеймдар не смог просчитать Орланда ни тогда, ни сегодня.

Обо всем этом бог магии сообщал мне и Искрелле, пока мы стояли перед каменной дверью, запирающей сокровищницу лорда Хакса. Хотя дракон погиб, снять печать с двери мог только тот, кто победил на магической дуэли.

– Какая-то сложная и мудреная система защиты, – буркнула я.

– Это же Хеймдар, – многозначительно произнесла Искрелла и закатила глаза.

– Я могу взломать дверь, но может так случиться, что я случайно поврежу содержимое пещеры. А мне не хочется этого делать, – нехотя пояснил Хеймдар.

Для бога магии подобное пояснение уже само по себе было похоже на признание вины. Меня же содержимое сокровищницы Хакса не особо волновало. Главное, что Грозовой перевал пережил магошторм, а его главный защитник не пострадал. Орланд был в порядке, мы перебросились парой мысленных фраз после того, как Хакс рухнул на город.

Я почувствовала приближение Орланда еще до того, как услышала его шаги – супруг спускался в подземелье, расположенное под домом лорда Хакса.

«Почему так долго?»

«Нужно было успокоить жителей…»

– И снова добрый вечер! – Орланд стремительно вошел в подземелье и поклонился снежной леди. – Примите мою искреннюю благодарность за помощь Лили.

– Пф! – Бог магии всем своим видом выражал недовольство.

– Мне послышалось или вы извинились за похищение моей жены? – тут же уточнил Орланд.

Вместо ответа Хеймдар сложил руки на могучей груди и уставился на дракона исподлобья.

– Я оградил твою супругу от ошибки. Она была готова расправить крылья и воспарить в небо.

– Лили, ты научилась летать, как феникс? – встрепенулся Орланд.

– Вообще-то нет.

– Не расстраивайся, Золотко, еще научишься. Я помогу. Пока же предлагаю раскрыть более насущную загадку.

И Орланд вопросительно посмотрел на Хеймдара.

– Ты сможешь без проблем открыть эту дверь? – уточнила я.

Не хотелось бы, чтобы Орланд угодил в ловушку Хакса.

– Открыть дверь несложно, – уверенно объявил Орланд. – Понять бы, что мы сделаем с тем, что за ней будет обнаружено.

Так вот в чем дело! Орланд хотел сразу выяснить, как будут распределены сокровища погибшего Хакса.

– Согласно древнему непреложному закону, содержимое сокровищницы дракона принадлежит тому, кто его победил, – с заметным удовольствием объявила Искрелла.

Хеймдара от ее слов заметно перекосило, но, судя по тому, что он не стал оспаривать слова снежной леди, она ничуть не преувеличила. Бог магии сам создал такие законы и теперь был вынужден им подчиняться.

– Раз так, то не будем медлить, – объявил заметно повеселевший Орланд и, вскинув руку, создал в ней огромный искрящийся шар.

Выпущенный в воздух, тот превратился в комбинацию сияющих рун. Они подлетели к двери драконьей сокровищницы, и от соприкосновения с ними толстый камень начал таять и испаряться, словно лед под жаркими лучами солнца. Не прошло и минуты, как перед нами появился ничем не защищенный проход. Создав еще один грозовой шар, Орланд пустил его перед собой и спокойно направился следом.

Я уже бывала в сокровищнице леди Дайны и знала, как выглядит ничейная магия, поэтому готовилась увидеть постаменты или даже стеллажи с сосудами, а попала в хранилище. Стены пещеры, пол и потолок были заполнены сияющими шарами. Одни едва тлели, другие горели так ярко, что к ним было страшно приближаться.

– Чудесно, ваша божественность. Хотя я местами и недоучка, но мне почему-то кажется, что у лорда Хакса не было никакого права на подобные запасы. В особенности меня озадачивают природные источники магии. Например, этот. – Орланд подхватил ближайший голубой шар, потряс его, и внутри, словно хлопья снега, закружили частицы магии. – Леди Искрелла, мне кажется, что эта магия вам знакома.

– Сила Стужи, – прошептала снежная леди, протягивая руки к сосуду с магией. – Когда источники магии на севере ослабли, Хеймдар начал призывать новых хранителей холода. Ему потребовались новые слуги…

– Довольно, – процедил сквозь зубы Хеймдар. – Орланд, как ты знаешь, теперь эта магия в самом деле принадлежит тебе.

– Но это же невиданная мощь! – потрясенно воскликнула я. Чутье артефактора воспринимало сосуды как накопители и диагностировало запредельный уровень силы. – Эта магия должна была бы сделать Хакса самым сильным драконом Архонта.

– Мало владеть магией, надо уметь ею пользоваться, – хмыкнул Орланд.

– Но ты же сможешь?

– Сама понимаешь, Золотко: распорядиться тем, что уже имеешь, – дело нехитрое, – беззаботно улыбнулся супруг.

У Хеймдара от его широченной улыбки свело зубы. Орланд же расставил руки, на кончиках пальцев которых вспыхнул голубой огонь, и воскликнул:

– Ради будущего, Рыжая. Нашего и драконов этих гор. Ради тех, кто только будет рожден…

– Нет, Орланд! – испуганно воскликнула Искрелла.

И опоздала. Сосуды с магией лопнули одновременно, и на нас обрушилась сияющая лавина. Хотя эта сила и не была враждебной, ее мощь сбила меня с ног. Точнее, я упала на одно колено, а дальше меня поддержали сильные руки все еще улыбающегося дракона.

– Смелее, Рыжая. Я знаю, что делаю. У него просто не останется выбора.

– Я вполне могу дать вам умереть! – прогрохотало гневное откуда-то сверху.

Пещеры больше не было. Только бесконечная тьма, в которой закручивалась разноцветными спиралями дикая, свободная магия.

– Бог магии суров, но справедлив, – беспечно объявил Орданд. – А я заслужил своим выбором великую награду.

Награду? Но какую? Что еще пожелал этот невозможный дракон?

– Только возможное счастье, моя Лили-попаданка. Полное счастье для двоих.

Я заглянула в сияющие глаза дракона и все поняла.

Орланд знал, кто я такая и откуда прибыла. Причем выяснил это сам, по обрывкам моих неосторожных мыслей. Он не взламывал мою голову, просто этот дракон умел собирать информацию и делать правильные выводы. Все это я осознала за мгновение, как нас с ним накрыло сияющей волной, а когда она схлынула, то мы очутились между елей.

Громко орала какая-то музыка, которую перекрикивал звонкий голос сестры Юли.

– Я ее, значит, ищу, а она тут с кем-то целуется!

– Я? Целуюсь? – ошарашенно пробормотала я Орланду, держащему меня в крепких объятиях.

– Ну, раз уж нас поторопились обвинить, придется соответствовать, – нагло объявил драконище и дерзко прижался к моим губам.