Глава 24

Нина – И кто, ты думаешь, займет твое место? Всё верно! Твоя бывшая жена. Не сомневайся, Нина справится на отлично. Он разворачивается, увлекая меня за собой, а у самой голова идет кругом. Адреналин бурлит в крови. Я и сама не своя после этой сцены. И Рустам, похоже, в бешенстве. Так хорошо знаю этот пожар в его глазах! Точно так же они полыхали, когда он впервые меня увидел. В юности, ходил за мной как привязанный, не давал проходу. Добивался, открыто восхищался. И вот, стоило ему заметить меня с другим – похорошевшую, сильную, независимую, как тут же в нём что-то дрогнуло. Засомневался, заметался. Особенно теперь, когда жизнь его так лихо приложила. Что, милый, допрыгался? Потерял все, что имел? Валерий проводит меня в свой кабинет, начинает рассказывать о фирме, но я едва улавливаю смысл его слов. В голове стоит взгляд Рустама – взгляд человека, который всё просрал. Который совершил роковую ошибку и теперь горько об этом сожалеет. Усилием воли беру себя в руки и переключаюсь на беседу с Валерием. Мы обговариваем нюансы моей будущей должности, и я думаю – а почему бы и правда не рискнуть? Никогда не знаешь, какие у тебя могут быть таланты, пока не попробуешь. Надо пробовать себя в разных сферах, не застревать на одном месте. Решено – я принимаю предложение! Остаток дня проходит на удивление легко и приятно. Мы с Валерием забираем Лилю из школы, затем встречаем его сына Матвея. Дети моментально находят общий язык и весело щебечут всю дорогу до парка. Там Валерий угощает всех мороженым, и я умиляюсь тому, как он находит подход к моей дочке и сына своего обожает! А потом Валера и вовсе срывает бурю восторгов, когда выигрывает для Лили гигантского розового медведя в тире. Вдребезги разбил из ружья все мишени! Лиля прижимает медведя к себе и сияет от счастья. Я и сама невольно любуюсь Валерием – такой галантный, веселый, заботливый. Впервые за долгое время я чувствую себя беззаботно и расслабленно. Никаких тревог, никакой нервотрепки. Только солнце, смех детей и этот завораживающий мужчина рядом. Матвею с Лилей так весело вместе, что они совсем не хотят расставаться. В итоге, мы договариваемся встречаться почаще, а на следующих выходных Валерий зовет нас к себе в гости. Конечно, мы с радостью соглашаемся! Вечером он отвозит нас с Лилей домой. Дочка, сидя на заднем сиденье его Лексуса, вдруг смущенно произносит: – А пойдемте к нам пить чай! Валерий с улыбкой оборачивается: – Прости, солнышко, сегодня мы уже не сможем. Лучше вы к нам приходите! – Дядя Валера прав, – киваю я. – Лиля, тебе да и Матвею уже пора спать. Давай прощайся, говори спокойной ночи и пойдем. Дети послушно обмениваются сонными «пока-пока». И тут Валерий неожиданно накрывает мою ладонь своей. От одного его прикосновения у меня по телу прокатывается жаркая волна! А уж когда он смотрит вот так… пристально, бархатно, обволакивающе, меня окатывает странным желанием. Мы выбираемся из машины, Лиля машет рукой на прощание. Валерий сигналит нам вслед и уезжает. Дочка скачет впереди меня, крепко прижимая к груди медведя и весело щебеча: – Мам, а дядя Валера такой классный! Слушай, а давай… Давай ты выйдешь за него замуж? Представляешь, тогда мы с Матвеем станем братом и сестрой! От неожиданности я роняю ключи. Вот это фантазия у ребенка! Надо же такое ляпнуть. И в этот самый миг из вечернего сумрака, прямо из-за угла дома, вдруг выступает силуэт… Дыхание перехватывает мгновенно. Рустам… Он всё это время был здесь?! Подслушивал? И караулил нас. Бывший муж медленно приближается, сверля нас тяжелым немигающим взглядом. Весь его вид говорит о крайней степени напряжения. Я инстинктивно заслоняю собой Лилю, понимая, что с Рустамом что-то не так. Он будто под чем-то… Другой, безумный. До мурашек. – Что тебе надо? – стараюсь не выдать страха, только уверенность. – Зачем явился? Он криво ухмыляется, и от этой усмешки делается не по себе: – Да вот, хотел убедиться, что моя ненаглядная времени даром не теряет. И как, нравится быть содержанкой? Цацки-пецки, рестораны-курорты? То-то ты сразу растаяла. Как дешёвка последняя! А ещё что-то про Вику смеешь говорить! Лиля испуганно жмется ко мне, обхватывая меня ручками, а у меня внутри все кипит от ярости. Да как он смеет! Тем более при ребёнке! – Мамочка, это папа? Почему он такой… страшный? – Сейчас же уходи! Не смей при Лиле… – А что такого? – делано удивляется Рустам. – По-моему, наша дочь должна знать, что её мать двуличная шлю… Я быстро закрыла уши ребёнку. – Которая только и ждет случая раздвинуть ноги! Ну что, милая, хорошо ублажила моего босса? Классно устроилась, я смотрю! Мне на зло, так? Всё это ты делаешь специально!!! Не в силах больше слушать этот мерзкий бред, я разворачиваюсь и делаю шаг к подъезду. Лиля всхлипывает, крепче цепляется за мою руку. А в спину нам несется разъяренный рёв Рустама: – Стоять! Я ещё не закончил! Дрожа всем телом от страха и гнева, оборачиваюсь: – Ты в своем уме? Какое право ты имеешь командовать?! Убирайся, или я вызову полицию! На лице Рустама застывает пугающая гримаса. Он пошатывается, и до меня вдруг доходит – да он же пьян! Только этого не хватало! В таком состоянии он куда опаснее… – А ну стой, – хрипит Рустам, нетвердой походкой приближаясь к нам. – Никуда ты от меня не денешься, ясно? Сделаешь всё, что скажу, или заберу у тебя и вторую дочь тоже… А вот и подтверждение моих мыслей – насыщенный запах перегара. И злой, агрессивный бред, неконтролируемо вылетающий из его пасти. Рустам замахивается, и я с ужасом понимаю, что сейчас он ударит… * * *Но в последний момент муж вдруг теряет равновесие и, пошатнувшись, падает на ближайшую лавочку. Господи, какой кошмар! Какой позор… Сейчас весь дом увидит, до чего докатился Рустам Довлатов. А заодно и то, как он пытается утянуть на дно нас с дочерью. Подхватив зареванную Лилю на руки, я стрелой взлетаю по ступенькам. Бегом, бегом отсюда, пока этот псих не очухался! Уже в квартире, захлопнув дверь, начинаю судорожно утешать перепуганного ребёнка. – Папа просто устал… Такое иногда случается! – Это всё из-за водки? Папа стал алкоголиком? Даже не знаю, что ей ответить. От стыда и отвращения хочется просто провалиться сквозь землю. Нам надо переезжать. Или уехать куда-нибудь. Только бы вытащить Киру из этой западни… Думай, Нина! Думай… Хотя бы адрес её узнать и выследить там, поговорить. Хотя бы просто узнать, что она в порядке и с ней не случилась беда! Лиля икает, трет покрасневшие глазки и бредет в свою комнату. Укладывая дочь, я едва сдерживаю подступающую тошноту. До чего же мерзко и обидно! Надо было так опуститься – грязный, вонючий, злобный. Просто воспоминание того, что когда-то было моим безупречным мужем… Сейчас это словно кажется сном. Уснуть после такого кошмара, конечно же, не получается. Проворочавшись пару часов, я в отчаянии хватаюсь за телефон. Пальцы сами набирают очередное сообщение Кире: «Кира, умоляю, послушай меня! Беги оттуда, беги домой, ко мне! Я так люблю тебя, так за тебя боюсь – сил нет! Эта Вика до добра не доведет, попадешь из-за неё в беду! Прошу, давай поговорим, вместе найдем выход. Просто дай знать, что с тобой все в порядке… Напиши хотя бы адрес… я приеду, заберу тебя!». Все, больше не могу. Материнское сердце не выдержит этой пытки неизвестностью. Неужели Кире совсем на меня плевать? На мои чувства? Отправив сообщение, я выскакиваю на балкон, подышать. И с удивлением замечаю, как Рустама под руку уводит наш сосед, его старый дружок. Жалеть эту скотину я точно не намерена! Невольно задаюсь вопросом – неужели у Рустама всё настолько плохо? Проблемы так и сыплются одна за другой… Уж не бросила ли его ненаглядная Викуля? Вчера он был похож на спившегося вокзального бомжа… Поделом, конечно, но на душе все равно неспокойно. Утро выдалось суматошным. Пока Лиля смотрела мультики, я колдовала над завтраком. Внезапно в дверь раздался стук. Вздрогнув, подхожу к глазку. Так и есть – опять Рустам! Уже не такой опустившийся, как вчера, но до приличного вида ещё далеко. Стас одолжение, похоже, сделал. Пригрел на ночь, в порядок привёл. При виде бывшего мужа сразу начинается нервная дрожь. Воспоминания о вчерашнем инциденте мгновенно всплывают в памяти, наполняя сердце страхом. Рустаму категорически нельзя пить в больших количествах. Стоит ему хлебнуть лишнего, как тормоза напрочь слетают. Он никогда так много не пил… Я не помню, когда в последний раз было такое! Почти до белой горячки. – Убирайся отсюда! – кричу сквозь дверь. – Иначе полицию вызову! И психушку заодно! – Нина, послушай… Я виноват, каюсь… За вчерашнее прости, – бормочет Рустам. – Перебрал сильно! Сама знаешь, что мне много нельзя… Я вообще поговорить пришёл! Может, впустишь? Давай спокойно поговорим. Мне просто не по себе… Надо же как мы заговорили! Я мешкаю, прикидывая варианты. Поговорить, конечно, надо. Мозги ему вправить насчёт Киры, адрес вытрясти хотя бы. Но рисковать ли? На всякий случай сую в карман халата перцовый баллончик. Будет знать, как руки распускать! – Теперь ты сделаешь всё, что я тебе скажу! – Что ты хочешь? – У меня условия! Во-первых, скажешь, где Кира. А во-вторых… сделаешь всё, чтобы твоя подстилка отлипла от нашей дочери раз и навсегда! Только так! Рустам устало проводит ладонью по волосам, я до сих пор наблюдаю в глазок: – Идёт. Теперь впустишь? Сжимаю перцовый баллончик в кармане халата, моя рука тянется к замку… * * *Рустам вошел, понурив голову. Вид у него был совершенно непрезентабельный – помятый костюм, всклокоченные волосы, невыспавшееся лицо. Такое впечатление, будто его в подворотне хорошенько отпинали собутыльники. Он медленно поднял на меня мутные глаза: – Нин, налей водички… Меня аж затрясло от гнева! Водички ему… Взять бы что-то потяжелей и… отходить бы как следует подонка! От возмущения у меня даже дар речи на миг пропал! – Так, стоп. Даже не делай вид, что ты тут ни при чем! – шикнула я. – И не смей клянчить второй шанс, ясно? Поезд ушел. Да, если хочешь знать – я теперь с Валерием. У нас хорошие отношения! И знаешь, я вижу в нём настоящего мужчину, в отличие от некоторых. Рустам дернулся, словно от пощечины. На скулах заходили желваки, во взгляде вспыхнула обида пополам со злостью. – Вот как? Уже и замуж за него собралась? – процедил он сквозь стиснутые зубы. – Не твое дело, – огрызнулась я. – Мы взрослые люди и сами разберемся в своих отношениях. Уж прости, но до старости в девках сидеть я точно не намерена. Бывший муж пошатнулся и привалился к дверному косяку. Да уж, негоже ему сейчас на ногах стоять – алкоголем за версту разит. Алкаш недоделанный, дожил называется. – Я просто… извиниться зашел, – пробормотал он, стыдливо отводя взгляд. – Наговорил вчера лишнего, напугал тебя с Лилей… Сам не свой был! Это все беленькая, будь она неладна. – И что же тебя на бутылку потянуло, позволь спросить? Неужели повод веский нашелся, что аж в запой ударился? – Присесть хоть позволишь? Я уперто загораживаю проход, не позволяя ему войти дальше прихожей. Скрещиваю на груди руки и плотнее запахиваю на себе халат. Не нравится, как он на меня смотрит. А как же его сучка с порносайта? Больше не греет постель? Деньги кончились, умотала? Нашла более выгодного кандидата на роль золотого члена с толстым кошельком?! Уж больно похотливо он меня взглядом ощупывает, негодяй. Видимо, заскучал по семейному теплу, домашней еде и теплой постельке? – Для тебя в моём доме даже коврика для ног не найдётся. Говори, что хотел! И говори, где сейчас Кира! Адрес мне сообщи! Я до неё сутки не могу дозвониться, вся извелась… что с ней, Рустам? Куда ты смотришь вообще? Муж шумно вздохнул, избегая смотреть мне в глаза: – Она дома, как обычно… Мне писала с телефона Вики… Сказала свой телефон уронила, он сломался. Отдала в ремонт и тебе просила передать, что всё хорошо у неё. Чтобы ты не бомбила её смс и звонками… Обещала в гости зайти скоро. Я закатила глаза. Ну конечно, вечно у Киры так – сплошные отговорки, одна нелепее другой! Готова спорить на что угодно – опять чего-то напридумывала и лапши на уши понавешала. Мне кажется она просто завралась выше крыши! И я знаю кто её научил – новая шлюшка-подружка. – Рустам, ты вообще в своём уме? – не выдержала я, чувствуя, как внутри закипает настоящий вулкан. – Ты хоть краем глаза видишь, что творится с твоей дочерью? Во что она на глазах превращается? Совсем ещё юная девочка, а уже вовсю блудом занимается! А тебе хоть бы хны. Головой ты думаешь вообще или только тем, что между ног болтается? – Нина, ты… – Надо что-то делать, ты это понимаешь? – перебиваю резко. – Или тебе настолько плевать! Ты только членом думаешь! Правда, Рустам, я не узнаю тебя… Таким безответственным стал! Как ребёнок! Вика тебя загипнотизировала? Приворот сделала? Что? Ты не видишь очевидных вещей, потому что ослеп от этой Вики – только порно вместе с ней и разврат, вот о чём ты думаешь! – Нет, Нин, не накаляй! У меня всё под контролем! Я хотел как лучше! Для Киры старался, чтобы её мечта сбылась. Я не вижу ничего плохого в её увлечениях. Она просто модель… онлайн… – Да неужели! Порно модель! Честно, так хочется его долбануть чем-нибудь тяжёлым. Может сковородкой?! Вдруг и мозги встанут на место. Я опять удивляюсь тому, как в кого буквально за несколько месяцев превратился Рустам… Он всегда был рассудительным, интеллигентным. Но как связался с этой шлюхой… будто сам пошёл в эту индустрию. – Подумаешь, работает через интернет. Сейчас почти у всех так, век уж такой! – Ах интернет! – взвилась я не на шутку. – Порнографию она снимает, вот что! Глаза бы мои на это не смотрели. Совсем ты от своей малолетней нимфетки умом тронулся. Потому ничего вокруг и не замечаешь! Или, может, уже и сам на сайте для изращенцев подрабатываешь, за компанию с новой пассией срам свой выставляешь напоказ? Самой противно от собственных слов. Но как же обидно, как горько за все те унижения, что довелось от него стерпеть! Не могу удержаться, изнутри рвётся. Это не только его гордость, но и, прежде всего, репутация нашей семьи. Лилю в школе забулят, если узнают, чем её папаша на пару с сестрой занимаются. Испортят жизнь и самооценку ребёнку! А у Лили сейчас начинается самый тонкий и чувствительный возраст. Обидно, просто за дочерей обидно, что страдают из-за него. И, самое главное, не получается на это повлиять. – Мозги ты пропил напрочь, да? Одно лишь свое удовольствие и видишь. Ни дочери, ни семьи – ничего святого! Кайфуешь, класс? А то, что Кирюша по кривой дорожке пошла, так это сущие пустяки, авось само рассосется? – Я сюда пришёл не затем, чтобы ты меня оскорбляла! Я хотел наладить общение. Может даже извиниться! Ну спасибо, Нин, всё ясно с тобой! – Не смей уходить! Я ещё не закончила! Я обязана донести до тебя информацию. – Я говорю, у меня всё под контролем. Слушай, Кире восемнадцать, не тринадцать, у неё есть мозги, и в этом возрасте уже хорошо работает критическое мышление. Поэтому я не нагнетаю! – Значит ты довольствовался только этим… – я хлопнула себя по лбу, – ты идиот, и мне стыдно, что я вышла за тебя замуж однажды… Кира очень мнительная и радушная девочка, ей по ушам поезди, она в момент попадётся на крючок, особенно если использовать больную тему. Где ты был? Почему пьяный в хлам? – Да так… На родину ездил к родителям, только вернулся, потом проезжал мимо и кое-что забыл забрать с работы, а потом ты… Ты и Романов! Сладкая парочка! Уж не знаю, что на меня нашло, Нин, но торкнуло капитально… Перевернулось что-то в груди! Я понял… понял, что испытываю к тебе чувства… Всё ещё люблю… Скажи, если я всё исправлю и верну Киру, у нас будет шанс? Хоть крошечный, размером с пылинку хотя бы… Будет?