Глава 32

Дни в тюрьме тянулись бесконечно. Я ждал, надеялся, что кто-нибудь придет… Родители, друзья, кто угодно. Но никто не появлялся. Однажды меня вызвали в комнату для свиданий. Сердце подпрыгнуло – неужели отец? Он всегда меня выручал, и сейчас поможет. Заплатит, договорится… Я почти бежал по коридору, с радостью и надеждой, предвкушая долгожданную встречу. Но… В комнате меня ждала лишь одинокая телефонная трубка. – Алло? – сказал я неуверенно, взяв трубку. – Ты! – раздался яростный рев отца. – Ты, недостойный сын! Я отшатнулся от неожиданности. – Папа, что… – Молчать! – прервал он меня. – Я все знаю. Нина позвонила, рассказала, что ты натворил. Я почувствовал, как холодеет внутри. – Папа, послушай… – Нет, это ты послушай, – в его голосе звенела сталь. – Ты опозорил нашу семью. Растратил наследство бабушки на какую-то шлюху. Бросил жену и дочерей. Едва не отправил Киру в рабство! – Я не знал… – пробормотал я. – Не знал?! – взревел отец. – Ты должен был думать! Ты отец семейства, а ведешь себя как безмозглый олень! Я молчал, чувствуя, как каждое его слово бьет, словно плеть. – Мы с матерью решили, – продолжал он уже спокойнее. – Мы больше не знаем тебя. Ты нам не сын. Выкручивайся сам, помощи не жди. – Пожалуйста… – взмолился я. – Прощай, Рустам. И не звони больше. В трубке раздались короткие гудки. Я медленно опустил руку. Внутри было пусто, словно вырвали что-то важное. Охранник отвел меня обратно в камеру. Я рухнул на нары, уставившись в потолок невидящим взглядом. Лучше бы мне умереть. Расшибиться об эту стену и покончить со всем… Суд был быстрым. Мне дали год. Целый год в этом аду. Я почти не помню, как прошло это время. Дни сливались, наполненные серостью и отчаянием. Никто не приезжал, не звонил. У меня больше не было семьи, не было дочерей. Никого. Чувство вины грызло меня изнутри. Я прокручивал в голове свои ошибки снова и снова, ненавидя себя всё сильнее. Когда я наконец вышел на свободу, единственной мыслью было – увидеть Нину и девочек. Извиниться, умолять о прощении. Я помчался к нашему дому, задыхаясь от волнения. Вот знакомая дверь. Я заколотил в неё кулаками: – Нина! Нина, открой! Это я! Дверь распахнулась. На пороге стоял незнакомый мужчина – высокий, мускулистый, с недовольным выражением лица. – Ты кто такой? – рявкнул он. – Чего надо? Я растерянно моргнул: – Я… я ищу женщину с двумя дочками. Нину Довлатову. Они здесь живут? Мужчина нахмурился: – Никакой Нины тут нет. Я купил эту квартиру несколько месяцев назад. – Как… купил? – пробормотал я. – А где они? – Откуда мне знать? – огрызнулся он. – Продала и уехала. Всё, разговор окончен. Дверь захлопнулась перед моим носом. Я остался стоять в пустом подъезде, чувствуя, как рушится мой мир. Нина продала квартиру. Уехала. Не оставив адреса, не сказав ни слова. Я медленно спустился по лестнице и вышел на улицу. Куда идти? Что делать? У меня больше ничего не осталось – ни семьи, ни дома, ни денег. Ноги сами понесли меня прочь. Я брел по знакомым улицам, не узнавая их. Всё изменилось. Или это я изменился? Мимо проходили люди – счастливые, занятые своими делами. А я был никем. Пустым местом. Человеком, потерявшим все из-за собственной глупости. Я остановился у витрины магазина, глядя на своё отражение. Осунувшееся лицо, потухшие глаза. Кто этот человек? Неужели это я? «Нина, – подумал я с тоской. – Где ты? Как мне найти тебя?» Но ответа не было. Я остался один на один со своими ошибками и их последствиями. И впереди была лишь пустота. * * *Я брел по улицам, сгорбившись и опустив голову. Одежда висела мешком на исхудавшем теле. Прохожие шарахались от меня, как от прокаженного. – Подайте, Христа ради, – бормотал я, протягивая руку. Но люди лишь ускоряли шаг, отводя глаза. Я стал невидимкой, пустым местом. Вдруг кто-то окликнул меня: – Рустам? Это ты? Я обернулся и увидел Андрея, нашего бывшего соседа. Он смотрел на меня с недоверием и отвращением. – Господи, что с тобой стало? – пробормотал он. – Андрей, – прохрипел я. – Помоги мне, пожалуйста. Мне некуда идти. Он нахмурился: – После всего, что ты натворил? Ты хоть понимаешь, что о тебе говорят? – Что? – я почувствовал, как холодеет внутри. – Все знают, как ты бросил семью ради грязной дырки, которая ещё и оказалась мошенницей, – процедил Андрей. – Как чуть не погубил собственную дочь. Ты позор, Рустам. Я опустил голову, чувствуя, как к горлу подступает ком. – Прошу тебя, – прошептал я. – Хотя бы помыться. И немного еды… Андрей тяжело вздохнул: – Ладно! На сутки пущу, не больше. Моя жена скоро из роддома вернется. Я едва не разрыдался от облегчения: – Спасибо, спасибо тебе… В квартире Андрея я жадно набросился на еду. Он молча наблюдал за мной. – Что случилось с Викой? Мои деньги вернут? Андрей покачал головой: – Ты всё ещё об этом думаешь? Вику так и не нашли. Хотя… – он замялся. – В сети появилось одно видео. Она там… с арабами. Выглядит неважно, будто под наркотиками. Похоже, попала в рабство. Я похолодел… – А Нина? – спросил я дрогнувшим голосом. – Ты знаешь, где она? – Уехала, – пожал плечами Андрей. – И, кстати, недавно вышла замуж. За Валерия. Я с силой ударил кулаком по столу: – Что?! Как она могла?! – А чего ты ожидал? – усмехнулся Андрей. – Что она будет вечно ждать такого подонка, как ты? Я сжал голову руками, чувствуя, как внутри все кипит от ярости и ревности. – Ладно, хватит истерик, – сказал Андрей. – Можешь остаться на пару дней, не больше. Потом съезжай. – Хотя бы денег дай взаймы, – взмолился я. Он поморщился: – Совсем чуть-чуть могу. Больше нет. Два дня пролетели как один миг. Андрей выставил меня за дверь, сунув в руку немного мелочи. Я пытался найти работу, но кому нужен бывший зэк? Только самые грязные и тяжелые работы – грузчик, уборщик, разнорабочий на стройке. Я вкалывал сутками напролет, в дождь и холод. Спал на картоне, укрывшись старыми газетами. Но каждую ночь мне снилась Нина. Её улыбка, её глаза… «Прости меня, – шептал я в пустоту. – Я так виноват перед тобой.» Но чаще всего меня обманывали. Наниматели не платили обещанного, выгоняли, едва закончив работу. Я брел по улицам, сжимая в кулаке жалкие копейки. На приличную работу меня не брали – кому нужен оборванец с уголовным прошлым? Каждый вечер, засыпая на промерзшей земле, я думал о своей семье. О Нине, о девочках… Как глупо я все потерял. Как бездарно разрушил свою жизнь. Теперь я никому не нужен. Пустое место. Человек без прошлого и будущего. Но каждую ночь мне снится дом. Теплый, уютный… Нина улыбается, девочки смеются. Я тянусь к ним, но они растворяются в темноте. И я просыпаюсь один. Совсем один.