Глава 11

– А что это они там делают? – удивился я, увидев возле ограды парка Владимира Гораздова и Кузьму Петровича. Артефакторы, деловито переговариваясь, колдовали над чугунными прутьями решетки. Меня сразу охватило любопытство. – Идемте посмотрим, – кивнул я Зимину, – заодно и познакомитесь. Мы подошли ближе, и я окликнул мастеров: – Владимир Кириллович, Кузьма Петрович, доброе утро. Чем это вы так заняты? – Охранную систему вам монтируем, господин Тайновидец, – проворчал Кузьма Петрович, нехотя отрываясь от работы. – Где это видано – Императорская академия и без охраны! Заходи, кто хочешь, твори, что хочешь. Нет уж, так дело не пойдет. Сейчас охрану наладим, даже уличная кошка не проскочит, не то что какой-нибудь шпион. – Спасибо, – растерянно поблагодарил я. – Это очень своевременно. – Конечно, своевременно, – решительно тряхнул седой бородой Кузьма Петрович. – Слышал я, каких людей вы разозлили, господин Тайновидец. А только знаете, что я вам скажу? Так им и надо. Они-то надеялись, что у вас с порталом ничего не выйдет, а вы их всех обошли. – Знакомьтесь, – с улыбкой сказал я профессору, – Кузьма Петрович Ползунов, старший артефактор князя Пожарского, и Владимир Кириллович Гораздов, еще один талантливый артефактор. Он изобрел артефакт усиления магического дара, и к тому же согласился преподавать в академии. А это профессор физики Сергей Николаевич Зимин. – Настоящие артефакторы? – изумился профессор. – Я о таком только в книгах читал. Приятно познакомится, господа! Он осторожно пожал мастерам руки, как будто опасался, что они окажутся привидениями и растают в воздухе. – Между прочим, могли бы и меня позвать в преподаватели, – обиженно буркнул Кузьма Петрович. – Мне тоже есть, что молодежи порассказать. – Я просто постеснялся вас беспокоить, – вежливо ответил я. – А вы в другой раз не стесняйтесь, ваше сиятельство. Сразу присылайте зов. Тем временем Владимир Гораздов, близоруко щурясь, внимательно разглядывал профессора. – Любопытно, – покачал головой Гораздов. – А что случилось с вашим магическим даром? – Сергей Николаевич прибыл к нам из другого мира, – объяснил я. – Это вышло случайно, а в его мире магия практически отсутствует. – И как он сюда попал? – тут же, спросил Кузьма Петрович. – Это долгая история, – уклончиво ответил я, – расскажите лучше про вашу охранную систему. – А чего про неё рассказывать? – пожал плечами Кузьма Петрович. – Своих пропустит, посторонних завернёт, вот и вся работа. – А как же она отличает своих от посторонних? – удивился я. – С этим проблем не будет, Александр Васильевич, – вмешался Гораздов. – Мы сделаем для всех учеников и преподавателей именные артефакты, чтобы система их узнавала. Посторонний человек таким артефактом воспользоваться не сможет. – Отличная идея, – признал я, – а как попадут в Академию случайные посетители? Вдруг кому-то понадобится увидеть меня или кого-то из учеников по срочному делу. – А подождут у ворот, – буркнул Кузьма Петрович, – нечего тут со всякой ерундой шастать. – Прошу прощения, что вмешиваюсь, – вежливо сказал Зимин. – В моем мире для таких случаев существует связь на расстоянии. У вас, случайно, нет чего-нибудь подобного? – Ну, можно зов послать, – почесав в затылке, ответил Кузьма Петрович. – Правда, только знакомому. А вот с незнакомым человеком никак не поговоришь. Это разве что господин Тайновидец может, он и не такие чудеса вытворяет. – Подождите, – вспомнил я, – помните охранные маски, которые Сева-Пожарский делал для какого-то барона? С их помощью можно было переговариваться на расстоянии. Я еще использовал эти маски, чтобы поймать Юрия Горчакова. – Такое забудешь! – живо отозвался Кузьма Петрович. – Перепугал он меня тогда этими масками. А вы это здорово придумали, господин Тайновидец. Повесить одну такую маску у ворот, а вторую в приемной вашей секретарше, и пусть посетители с ней переговариваются на здоровье. – Эти маски все равно пылятся у меня без дела, – кивнул я, – а здесь они как раз пригодятся. – Молодец, господин профессор, – по-свойски кивнул Кузьма Петрович. – Дельную мысль подсказали. – Благодарю вас, – улыбнулся Зимин. Владимир Гораздов тем временем молчал, задумчиво глядя на профессора. Казалось, он пытается что-то вспомнить. – Может, тигровый глаз? – с сомнением пробормотал он себе под нос. И тут же покачал головой. – Нет, не подойдет. Прищурился еще раз и воскликнул: – Горный хрусталь, ну, конечно! Господин Зимин, я могу сделать для вас артефакт усиления магического дара. За основу возьму горный хрусталь, он вам определенно подходит. И сделаю оправу из золота. Хотите? – Вы считаете, есть смысл усиливать то, чего нет? – с сомнением спросил профессор. – Не знаю, – честно ответил Гораздов. – Но на вашем месте я бы непременно попробовал. – Обязательно нужно попробовать, – поддержал я артефактора. Впрочем, была у меня еще одна идея, но о ней я предпочел пока никому не говорить. – Владимир Кириллович, у вас сегодня есть урок? – спросил я Гораздова. – Да, – кивнул артефактор. – Сейчас с ребятами занимается Аня, а потом мой черед. Покажу им, как делать самопишущее перо. Штука простая, но полезная. – Вы можете уступить ваше время Сергею Николаевичу? – спросил я. – Он хочет провести пробный урок для студентов академии. – С удовольствием, – кивнул Гораздов, – а мы с Кузьмой Петровичем пока охранную систему до конца отладим. – Благодарю вас, – улыбнулся я. *** – Надо же, настоящие артефакторы! – восхищенно сказал Сергей Николаевич, когда мы с ним шли к зданию Академии. – Как вы думаете, Александр Васильевич, этот артефакт усиления дара сможет мне помочь? – Не знаю, – честно ответил я, – но попытаться определенно стоит. Как раз в этот момент из парка магической академии показались студенты и Анна Владимировна Гораздова. Студенты шли плотной группой и оживлённо о чём-то переговаривались. Все, кроме Михаила Долгорукова. Он держался в стороне со своим привычным недовольным выражением на лице. Рядом с Еленой Разумовской плыл в воздухе большой деревянный ящик. Его бока были обтянуты частой металлической сеткой. Ящик летел благодаря магии воздуха, а Разумовская направляла его полет небрежными движениями левой руки. Когда я разглядел содержимое ящика, у меня похолодело в груди. Внутри ящика были змеи. Судя по характерному зигзагообразному узору на спине – гадюки. Они шипели и извивались, разъяренные тем, что их посадили в ящик. То и дело, одна из змей бросалась на сетку, стараясь вцепиться в нее зубами. Увидев меня и профессора, студенты направились к нам. – Александр Васильевич, мы переловили всех ядовитых змей в парке, – гордо сказал Данила Изгоев. Анна Владимировна выгоняла их из кустов, а я приманивал магией крови. Теперь по парку можно гулять без опаски. – А куда вы их несёте? – поинтересовался я. – Отдадим нашему алхимику, – улыбнулась Гораздова. – Яд гадюки входит в состав многих полезных зелий. Ребятам будет чем заняться на уроках алхимии. И тут громко, оглушительно хлопнула входная дверь академии. Из нее выскочил человек в огромных очках. Испуганно оглядываясь, он побежал к воротам. – Это же Алексей Витольдович, наш алхимик! – удивилась Гораздова. – Куда он бежит? Мне тоже стало любопытно. – Алексей Витольдович! – окрикнул я алхимика. Но мои слова заглушил второй хлопок двери. Вслед за алхимиком на улицу выскочил Чахлик. – Стойте! – грозно взревел он, – Немедленно остановитесь! Алхимик пригнулся и побежал еще быстрее. Тогда Чахлик, не прекращая погони, резко взмахнул левой рукой. Я уже видел это движение. Именно так Никита Михайлович использовал ударные магические заклинания. Ноги Алексея Витольдовича подогнулись, и он мягко рухнул на брусчатку двора. Но даже теперь он пытался ползти к воротам, цепляясь за камни. Чахлик подбежал и остановился над ним, держа руку наготове для нового удара. – Это магия смерти, – предупредил он алхимика, – Так просто вы от меня не отделаетесь. – Валериан Андреевич, что происходит? – окликнул я Чахлика. Маг смерти оглянулся и увидел меня. – А, вы тоже здесь, Александр Васильевич? Отлично! Этот негодяй пытался сбежать. Заявил, что тоже увольняется, и немедленно. Я пытался его образумить, но, видите ли, он уперся. А между прочим, по имперским законам он обязан отработать в академии как минимум две недели. Когда я пригрозил, что задержу его силой, он попытался сбежать. – Из-за этого вы шарахнули его заклинанием магии смерти? – изумился я. – А что мне еще оставалось делать? – нисколько не чувствуя себя виноватым, пожал плечами Чахлик. – Вы ответите за это! – простонал алхимик, переворачиваясь лицом вверх. – Вы искалечили меня, убили! – Еще чего! – презрительно бросил Чахлик. – Всего лишь заставил ваши мускулы омертветь. Это снимается одним движением руки. – Будьте так любезны, снимите заклинание, Валериан Андреевич, – вежливо, но твердо сказал я Кощею. – Нам не нужны сложности с полицией. – Извольте, – неохотно согласился Валериан Андреевич. Он повел ладонью над ступнями алхимика и резко кивнул: – Все, можете вставать, хватит притворяться. Я помог Алексею Витольдовичу подняться. Алхимик был до смерти напуган. Его руки тряслись, а колени подгибались. – Мои очки, – бормотал он, бестолково хлопая себя по карманам. – Вот они. Я поднял очки, которые отлетели в сторону при падении, и отдал их алхимику. Одно стекло в очках треснуло. – Жаль, что мы с вами не познакомились раньше, Алексей Витольдович, – сказал я. – Но, может быть, вы хотя бы сейчас объясните, почему решили уволиться? Вас кто-то заставил? – Никто меня не заставлял, – упрямо покачал головой алхимик. – Я сам так решил. Уволюсь, и все тут. Он надел очки, затем снова снял их и ощупал битое стекло. – А вам я крысиного яда в чай подолью, Валериан Андреевич! – внезапно выкрикнул он в лицо Чахлику. Макс Смерти побледнел от негодования и снова поднял левую руку. – Успокойтесь, господа, – вежливо попросил я, – скандалом вы ничего не решите. Студенты во все глаза смотрели на нас. Изгоев мрачно кивнул – похоже, в этой схватке он был полностью на стороне Чахлика. Елена Разумовская смотрела оценивающе. Кажется, она пыталась просчитать последствия. А Михаил Долгоруков злорадно усмехался. – Остальные преподаватели сегодня тоже не явились на службу, – возмущенным тоном сообщил мне Чахлик. – А вот этот, Алексей Витольдович, осмелился заявиться ко мне и в лицо сказать, что он увольняется. – Ну, хоть у кого-то хватило смелости, – устало улыбнулся я. – Лучше бы я тоже не приходил, как все остальные, – вдруг сказал Алексей Витольдович. – А почему вы пришли? – поинтересовался я. – Постеснялись уволиться тайком? – Вот еще! – дернул плечом алхимик. – У меня в кабинете оборудование. Мое, между прочим. – Проверим по документам, – кивнул я. – Все, что принадлежит вам, академия вам вернет. А теперь можете идти. Но тут к воротам академии подъехали сразу три мобиля. Первый попытался въехать в ворота, но магический мотор заглох. Мобиль остановился. Из него неуклюже выбрался грузный человек в дорогом костюме. Пиджак нелепо топорщился, не в силах скрыть солидное брюшко. – А вот и мой отец, – злорадно объявил Михаил Долгоруков. Старший Долгоруков уверенно шагнул вперед, но тут же наткнулся на невидимую преграду и замер. Похоже, магическая защита академии отлично работала. Я заметил, что Владимир Гораздов довольно покачал головой. Но Михаил Долгоруков пока ничего не понял. – Отец, эти люди пытаются силой удержать Алексея Витольдовича, – крикнул он, – разберись с ними. Он повернулся к нам. – Теперь мой отец – глава рода Долгоруковых, и вам придется с ним считаться. Два других мобиля тоже остановились. Пассажиры вышли, и я их узнал – граф Шувалов и граф Орлов. Вот, значит, как. Мои неприятели прибыли дружной компанией. Я неторопливо направился к воротам. Слева от меня шел Валериан Андреевич Чахлик, справа – Кузьма Петрович. Профессор Зимин и Владимир Гораздов приотстали на шаг. – Что вам угодно, господа? – спросил я, останавливаясь перед Долгоруковым. – Мы хотим войти, – ответил князь, заносчиво дернув головой. – Говорите здесь, – предложил я. – Что за тюрьму вы здесь устроили? – сразу же вскипел Долгоруков. – Что это за магическая защита? Вы не имеете права силой удерживать преподавателя. Это нарушение законов Империи. – Я не удерживаю Алексея Витольдовича, – спокойно улыбнулся я. – Но как ректор я обязан разъяснить ему последствия его необдуманного решения. С этими словами я покосился на алхимика. – Алексей Витольдович, если вы уволитесь, не отработав положенный срок, то потеряете право на компенсацию от Имперского казначейства. – Ничего, он не будет в обиде, – хохотнул Долгоруков. – Идем, Алексей Витольдович. – Он сможет выйти? – вполголоса осведомился я у Кузьмы Петровича. – Да пусть катится, – воинственно тряхнул бородой старый артефактор. – Защита односторонняя. Это сюда никому не пройти, а отсюда любой может выйти. – Всего хорошего, господин алхимик, – кивнул я. Алексей Витольдович юркнул за ворота. А я повернулся к неожиданным гостям и неторопливо обвел их взглядом, считывая эмоции. Пожалуй, я ошибся, когда решил, что они друзья. Скорее временные союзники, но каждый преследует свои интересы. Долгоруков смотрел на меня с неприкрытой ненавистью. Еще бы, не так давно главу их рода с моей помощью благополучно упекли в Петропавловскую крепость. Граф Шувалов выглядел сердитым, но его скорее злило то, что в этой компании он находится на вторых ролях. А вот граф Орлов смотрел на меня с интересом, скрывая хитрую усмешку. – Итак, господа Орлов, Шувалов и Долгоруков, – медленно произнес я, выдержав паузу. – Хорошо, что вы приехали все вместе. Рад вас видеть. Я намеренно назвал фамилию Долгорукова последней, и это еще больше разозлило князя. – Чему вы радуетесь, граф? – фыркнул он. – Вам недолго оставаться ректором. Очень скоро Его Величество вежливо попросит вас с должности. А может, и невежливо, это уж как получится. – Император не позволит вам развалить академию, – добавил Шувалов, делая шаг, чтобы выйти из-за спины Долгорукого. – А вы остались без преподавателей. Скоро и студенты разбегутся. И только граф Орлов благоразумно промолчал. – Я рад вашему приезду, потому что хочу вас поблагодарить, – объяснил я. – Благодаря вашей помощи мне не пришлось увольнять посредственных преподавателей. Ваша затея с новым университетом просто великолепна. Теперь обычным магам будет где учиться. Я выделил слово “обычным” и подчеркнул его улыбкой. – Вы развязали мне руки, господа, – широко улыбнулся я. – Теперь я могу перестроить Императорскую Магическую академию и превратить ее в уникальное учебное заведение для самых одаренных граждан Империи. В этих стенах они научатся настоящей магии. Я дружелюбно обратился к Долгорукову, который, тяжело дыша от ярости, смотрел на меня. – Вы очень предусмотрительны, князь. Сознайтесь, вы ведь не просто так отправили своего сына учиться в Императорскую академию? Уверен, вы что-то предчувствовали. И теперь можете быть довольны. После обучения у новых преподавателей ваш сын станет настоящим магическим существом. Он прославит ваш род, поверьте. Этого Долгоруков вынести не мог. – Михаил, ты немедленно едешь со мной, – отрывисто заявил он, – здесь тебе больше делать нечего. – Жаль, – притворно вздохнул я. – Вы лишаете своего сына прекрасного будущего. Но я не стану осуждать ваше решение. Приятно было с вами пообщаться, господа, а сейчас прошу меня извинить. У меня очень много работы. – Выключите магическую защиту, – потребовал Долгоруков. – Нам нужно завести мобиль. – А не получится, – злорадно заявил Кузьма Петрович. – Защита еще не отлажена. А кто вас просил переться в ворота без приглашения? Вот теперь толкайте свой мобиль руками. Гости растерянно переглянулись. Но Долгоруков все-таки нашел выход из положения. Он с усилием повел руками. Я увидел, как на лбу князя от напряжения вздулись жилы. Тяжелый мобиль медленно откатился назад. – У вас сильный дар, ваше сиятельство, – одобрительно кивнул я. – А теперь прощайте. Я заметил, что граф Орлов бросил на меня долгий внимательный взгляд перед тем, как сесть в мобиль. Наконец незваные гости уехали, и я с улыбкой повернулся к Гораздову. – Магическая защита работает отлично, Владимир Кириллович. Но я прошу вас поскорее выдать всем оставшимся артефакты для прохода через нее. Студенты громко переговаривались. Всех взбудоражил неожиданный приезд князя Долгорукого с его подручными. Я поднял руку: – Прошу внимания, господа. Позвольте представить. Профессор Сергей Николаевич Зимин, ваш новый преподаватель. – Вы алхимик? – серьезно спросила Разумовская. Зимин удивленно поднял брови и весело улыбнулся. – Нет, я не алхимик, хотя опыт в приготовлении зелий у меня есть. Но, к сожалению, он неудачный. Профессор сказал это таким добродушным тоном, что все студенты облегченно рассмеялись. – Так уж получилось, что я совсем недавно попал в ваш мир, – просто продолжил Зимин. – И к тому же полностью лишён магического дара. Поэтому предлагаю договориться к общей пользе. Вы расскажете мне о вашем мире, а я расскажу вам о том, как жить без магии. Александр Васильевич уверял меня, что со временем вы станете настоящими магическими существами, и сможете путешествовать куда угодно. Вдруг кого-то из вас занесет в мой прежний мир? Вот тогда-то мои навыки вам и пригодятся. Он сразу взял дружеский тон и с первых слов сумел заинтересовать студентов. – Покажите мне здание Академии, – предложил он, – будем прогуливаться по коридорам и разговаривать, как настоящие древние философы. Он пошел к зданию, и студенты послушно потянулись за ним. *** – Где вы отыскали этого профессора, Александр Васильевич? – изумленно спросил меня Чахлик. – Вы же слышали, он пришел из другого мира, – улыбнулся я. – Это долгая история, но я с удовольствием вам ее расскажу, пока мы с вами будем в тысячный раз переделывать расписание. Нужно вставить в него уроки Сергея Николаевича. – И уроков артефакторики добавьте, – напомнил Кузьма Петрович. – Мы с Володей будем вести их по очереди. Вырастим из этих ребятишек настоящих мастеров. – Обязательно добавим, – пообещал я. – Владимир Кириллович, вам не трудно отвезти ящик со змеями к туннелонцам? Надеюсь, им пригодится змеиный яд.