Глава 19

Я-то думал, что для работы некромантов необходима глухая ночь, но Леонид Францевич меня удивил. – Никакой разницы нет, Александр Васильевич, – рассмеялся он. – Это всего лишь невежественные предрассудки. Ритуалы работают всегда. У меня не было оснований не доверять эксперту Тайной службы, – он служил некромантом в армии Его Величества еще во время балканской кампании. Поэтому в следующем утром мы с Лизой заехали за профессором Зиминым и все вместе отправились на Смоленское кладбище. Там нас поджидали Щедрин и Изгоев. Профессора Зимина я захватил с собой в качестве образца для изготовления голема, а Лизу попросил поработать гримером. Сергей Николаевич Зимин нетерпеливо топтался возле своего подъезда. В руках профессора был большой мешок. Я остановил мобиль рядом с ним. – Доброе утро, Сергей Николаевич. Вы захватили с собой одежду, в которой попали в наш мир? – Да, вот она, – кивнул профессор, показывая мне мешок. – Но для чего все это нужно? – Я нашел способ, как закрыть Теневой портал, – объяснил я. – Насколько я понимаю, портал поддерживает ментальная энергия, проще говоря, память людей, которые знали вас в вашем прежнем мире. Они не знают, куда вы пропали. Эти люди думают о вас, и их мысли не дают Теневому порталу закрыться. – И что вы намерены сделать? – с любопытством спросил профессор. – Мы изготовим голема, который будет как две капли воды похож на вас, – усмехнулся я. – Затем я проведу голема через портал и прикажу ему умереть вместо вас. Желательно при свидетелях, так чтобы никто не усомнился в вашей смерти. Тогда вас перестанут разыскивать, и Теневой портал закроется. – Голема вместо меня? – растерянно пробормотал профессор. – Александр Васильевич, а вам не кажется, что это уже не магия, а самое настоящее колдовство? – Какая разница? – отмахнулся я. – Главное, чтобы эта затея сработала. Садитесь на заднее сиденье, нас уже ждут. Я не ошибся. Возле калитки Смоленского кладбища нас уже поджидали эксперт Тайной службы Леонид Францевич Щедрин и Данила Изгоев. Несмотря на осенний холод, Леонид Францевич благодушно улыбался. Изгоев был серьезен и сосредоточен. В руках он держал лопату. – Я решил, что Даниле не помешает попрактиковаться, – поздоровавшись с нами, объяснил Щедрин. – Так что голема будет делать он, а я только помогу, если понадобится. – Вы уверены в своем решении? – спросил я негромко, так чтобы не слышал Изгоев. – Все-таки дело серьезное. – А на серьезных делах и нужно учиться, – улыбнулся Щедрин. – Ответственность заставляет собраться. Не беспокойтесь, Александр Васильевич, все будет в порядке. Резкий порыв осеннего ветра качнул голые макушки деревьев. Я поежился и подумал, что зима уже близко. – Я ничего не понимаю в магии, но мне кажется, это уже слишком, – осторожно начал Зимин. – Я же правильно понимаю, что вы собираетесь сначала оживить голема, а потом его убить? Это слишком высокая цена за мою свободу. Я не согласен. – Вы действительно не разбираетесь в магии, Сергей Николаевич, – мягко сказал я. – Думаю, Леонид Францевич лучше меня объяснит вам, что мы собираемся делать. Щедрин задумчиво взглянул на профессора и неожиданно предложил. – А не зайти ли нам погреться перед работой? Александр Васильевич, помните ту сербскую клопу, где мы с вами пробовали замечательные плескавицы? У них подают прекрасный кофе. За чашечкой этого дивного напитка я все объясню подробно. – Используете любую возможность, чтобы ублажить свои гастрономические пристрастия? – рассмеялся я. – Разумеется, – невозмутимо кивнул Щедрин. – Жизнь нужно наполнять удовольствиями, иначе она станет невыносимой. Я поглядел на Лизу, которая прятала покрасневший нос в воротник пальто, и кивнул. – Я не против. Кофе перед трудной работой – именно то, что нужно. *** На удивление, в сербском трактире было довольно много народу. – Горожане уже разузнали, как вкусно здесь кормят, – с показанным недовольством сказал Леонид Францевич. – Скоро мне придется занимать очередь к моему любимому столику. – Зато здесь тепло и уютно, – возразил я. – И столик в дальнем углу как раз свободен. Предлагаю там и устроиться. Обслуживали в трактире на удивление быстро. Не прошло и минуты, как официант поставил перед нами крошечные чашечки из белого фарфора. Кофе в них было едва ли на пару глотков. Я осторожно попробовал – напиток оказался невероятно крепким. – Принесите, пожалуйста, молока, – попросил я официанта. – Сию минуту, – понимающе кивнул он. И очень скоро на столе перед нами появился серебряный молочник со свежим молоком. Я добавил молоко в кофе Лизы, а потом и в свою чашку. – Спасибо, – благодарно кивнула Лиза. Она взяла чашку двумя руками, как будто старалась согреть о нее замерзшие пальцы. – Замерзла? – сочувственно спросил я. Лиза тряхнула рыжими кудряшками. – Не очень. Я просто волнуюсь за тебя. Вдруг ты не вернешься из другого мира? – Непременно вернусь, – рассмеялся я. – Там же нет магии, значит, и мне там делать нечего. Леонид Францевич с довольной улыбкой потягивал кофе. – Не хочу прерывать ваше удовольствие, – вежливо сказал я. – Но, может быть, вы объясните профессору Зимину подробности нашей затеи? – Конечно, Александр Васильевич, – кивнул эксперт. Он сделал еще глоток, поставил чашку, сложил руки перед собой и посмотрел на профессора Зимина. – Глиняный голем – это неживое существо, – объяснил он. – Уж мне-то вы можете поверить, в свое время я делал их тысячами. Не такая уж сложная работа. Да, голем похож на человека, но это всего лишь внешнее сходство. Он не способен думать или чувствовать. В нем нет магии жизни. Голем – всего лишь мертвая материя, которую временно заставили двигаться. Он только исполняет приказы. – Как робот? – удивленно спросил профессор. И тут настала моя очередь удивиться. – Что такое робот? – спросил я. – В нашем мире тоже создают самоходные механизмы, – объяснил профессор. – Чаще всего они предназначены для тяжелой работы и тоже могут выполнять некоторые операции самостоятельно. Эти механизмы мы называем роботами. – И вы знаете, как они устроены? – еще больше удивился я. – Технические подробности мне неизвестны, – развел руками профессор. – Все-таки я не инженер, поэтому имею о роботах только общее представление. – Ну, ничего, – кивнул я. – Инженеры у нас как раз найдутся, и я непременно познакомлю вас с ними. Расскажите им все, что знаете об этих роботах. – С удовольствием, – согласился профессор. А затем уточнил: – Значит, голем, которого вы собираетесь сделать, не будет живым? – Нет, – успокаивающе покачал головой Леонид Францевич. – Только обычная глина и некромантия. Ну и немного магии иллюзий для правдоподобия. – А я уже черт знает что подумал, – с облегчением пробормотал профессор. – И, честно говоря, собирался наотрез отказаться от вашей затеи. Скажите, а почему вы собираетесь делать голема именно на кладбище? – Такова традиция, – рассмеялся Леонид Францевич. – Да и трудно найти в столице более спокойное место, чем кладбище. – Ну, здесь тоже не всегда бывает спокойно, – с улыбкой возразил я. – Вспомните, как мы с вами спасали обер-прокурора Рябушинского от происков князя Долгорукова. – Да, веселая была ночка, – подхватил Леонид Францевич. Профессор Зимин недоверчиво переводил взгляд с меня на эксперта. – Я как-то совсем по-другому представлял себе некромантов, – честно сказал он. – Мне казалось, что это мрачное занятие. А вы так веселитесь. – Привыкайте, – улыбнулся я. – Вас ждет еще немало открытий. Вы точно уверены, что не хотите вернуться в свой знакомый и привычный мир? – Ни в коем случае, – решительно покачал головой профессор. – Если только вы меня отсюда не выгоните. Я приспособлюсь к магическому миру, вот увидите, Александр Васильевич. – Уверен, что так оно и будет, – улыбнулся я. – В конце концов, все всегда решает настойчивость. Тем временем народу в трактире все прибывало. Похоже, в соседних конторах и магазинах начался обеденный перерыв, и все служащие отправились сюда. Ну, конечно! Где еще накормят так вкусно и недорого? – Пора приниматься за дело, – кивнул я. – У нас не так уж много времени. – Одну минуту, Александр Васильевич, – согласился Щедрин, подзывая официанта. Когда официант пробрался к нам, эксперт протянул ему фляжку. – Наполните ее вашей лучшей сливовицей, – попросил он, и весело подмигнул нам. – Лучшее средство для того, чтобы не замерзнуть на кладбище. – В этом я вам полностью доверяю, – улыбнулся я, выкладывая на стол несколько монет. Официант тем временем вернул фляжку Щедрину. Эксперт потряс ее возле уха, а затем с довольным видом спрятал в карман. *** После уютного тепла трактира осенний ветер казался особенно пронизывающим. Я поежился, предложил Лизе руку и быстрым шагом направился к калитке, которая вела на Смоленское кладбище. – Еще минуту, Александр Васильевич, – остановил меня эксперт. – Нам ведь не нужны случайные свидетели? Он сделал замысловатое движение левой рукой, как будто нарисовал в воздухе скрипичный ключ. И я почувствовал, как мне на плечи опустилась невыносимая тяжесть. Леонид Францевич установил над кладбищем завесу неприятия – мощное охранное заклинание. От этого заклинания людям становилось не по себе. Они не могли понять причину беспокойства, но инстинктивно старались убраться подальше от неприятного места. – Что это такое? – растерянно спросил профессор Зимин. – Мне как будто гирю на плечи положили. И хочется бежать отсюда, куда глаза глядят. – Специальное охранное заклинание, чтобы нам никто случайно не помешал, – объяснил я. Лизе тоже стала не по себе от заклинания, но она старалась держать себя в руках. – К этому заклинанию постепенно можно привыкнуть, – сочувственно шепнул я. – Постарайся не обращать на него внимания. – Хорошо, – послушно кивнул Лиза. – Я тоже попробую прислушаться к вашему совету, – криво улыбнулся профессор Зимин. Мы подошли к калитке, и тут профессора ожидало следующее потрясение. За толстыми прутьями ограды витали два призрака-городовых в форменных мундирах. Они были полупрозрачными и красиво переливались. Призрачные городовые не пытались помешать нам. Наоборот, когда мы вошли в калитку, они молодцевато подтянулись и отдали честь. Леонид Францевич рассеянно кивнул в ответ, а я вежливо поздоровался с призраками. – Доброго дня, ваша милость, – бойко ответили призраки. – В вашем мире есть призрачная полиция? – сдавленным голосом спросил профессор Зимин. – Или здесь вообще все становятся призраками после… после жизни? – Не все, – улыбнулся я. – Но это слишком долго объяснять, а у нас мало времени. А насчет призрачной полиции вы совершенно правы. Совсем недавно Его Величество подписал указ о создании такой полиции благодаря одному призрачному обер-прокурору. Теперь призрачная полиция поддерживает порядок на городских кладбищах. Я повернулся к городовым. – Скажите, господа, обер-прокурор Рябушинский тоже здесь? – Никак нет, ваше сиятельство, – откликнулись городовые. – У господина обер-прокурора неотложные дела, но он приказал оказывать вам всяческое содействие. – Содействие – это хорошо, – невозмутимо кивнул Леонид Францевич. – Я вижу, что на кладбище недавно подрезали деревья? Будьте любезны, господа, покажите, где сложены срезанные ветки. – Прошу за мной, – откликнулся один из городовых и полетел над кладбищенской дорожкой, выложенной разноцветными камнями. Мы пошли вслед за призраком, и вскоре он привел нас к большой куче срезанных веток. – То, что нужно, – одобрительно кивнул Щедрин. Он, кряхтя, наклонился и принялся выбирать из кучи подходящие ветки. – А для чего это? – с любопытством спросил профессор Зимин. – Эти ветки станут скелетом голема, – объяснил Щедрин. – Нужно же глине на чем-то держаться. А выкапывать настоящий скелет нет необходимости. Достаточно будет и веток. Помогите мне, господа, один я эти ветки не унесу. Мы послушно разобрали ветки, и эксперт снова озадачил городовых. – Хорошо бы нам найти свежую могилу, такую, где земля еще не слежалась. Есть что-нибудь подходящее? Но городовые с честью вышли из трудного положения. – Есть такая могила, – кивнул один из призраков. – Позавчера как раз похоронили князя Долгорукова. Я вам покажу. Я был так изумлен, что не сразу поверил своим ушам. – Князь Долгоруков? – переспросил я. – Который из них? – Старый князь, которого недавно арестовали, – объяснил городовой. – Говорят, его приговорили к каторге за некромантию, но из крепости отправить не успели. Князь как услышал приговор, так и помер. Он хоть и арестант, но хоронить на крепостном кладбище его не стали – все-таки князь. Привезли сюда. – Видите, как все складывается, Александр Васильевич? – неожиданно жестко усмехнулся Щедрин. – На этом кладбище мы с вами арестовали князя Долгорукова. Сюда же его, в конце концов, и привезли. Вот и думай теперь, судьба это или магия. Но мы с вами размышлять не будем, а просто воспользуемся его могилой, чтобы сделать доброе дело. Возьмем с нее немного рыхлой землицы. Князю уже все равно, а нам от него хоть какая-то польза. И Леонид Францевич решительно кивнул городовым. – Показывайте дорогу. *** Охрана Петропавловской крепости похоронила князя Долгорукова попросту. Куча свежей земли и табличка с именем и фамилией. Но я не сомневался, что в самом скором времени родственники князя установят здесь пышное надгробие. – Действуйте, юноша! – кивнул Леонид Францевич Изгоеву. Изгоев с сосредоточенным видом принялся раскладывать на земле ветки. Я заметил, что он старается выложить из них подобие человеческой фигуры с растопыренными руками. – Насколько я понимаю, магией земли никто из нас не владеет? – добавил Леонид Францевич. Я развел руками: – К сожалению, нет. – Придется действовать по-старинке, – кивнул Щедрин. – Хорошо, что мы захватили с собой лопату. Разложив на земле ветки, Изгоев взялся за лопату. Он засыпал ветки землей, хлопая по ней плашмя, чтобы уплотнить. Железо неприятно скрежетало, втыкаясь в глину, и я поморщился. – Дело это небыстрое, – добродушно улыбнулся Леонид Францевич. – Поэтому предлагаю согреться. Поверьте, господа, вы не пожалеете. Сербская сливовица – один из лучших напитков в мире. С этими словами он достал из кармана свою фляжку, открутил пробку и галантно протянул фляжку Лизе. – Прошу вас, Елизавета Федоровна. Сожалею, что не захватил с собой стаканчиков. Придется по-простому. Лиза осторожно сделала маленький глоток и удивленно моргнула. – Какой необычный вкус! Забрав у нее фляжку, я тоже попробовал. Напиток был сладковатый, с мягким цветочным запахом. Он теплой волной прокатился по пищеводу, и я сразу же согрелся. – Где-то здесь вы спасли Савелия Куликова от темного мастера снов? – оглядываясь, спросила Лиза. – Да, – кивнул я. – Видишь, вот там за деревьями склеп, похожий на китайскую пагоду? Все произошло рядом с этим склепом, а господин Рябушинский так и вовсе прятался внутри него. – А кто такой этот темный мастер снов? – с любопытством спросил профессор Зимин. – Это человек, который без приглашения является в чужие сны и через них ворует магическую силу, – объяснил я. – Он надеялся таким образом обрести бессмертие. – Но вы ему помешали? – спросил профессор. Я покачал головой. – Не совсем. Его разорвали Лунные волки. Это магические существа, которые охраняют сны. – Надо же, – растерянно улыбнулся Зимин. – Всю свою жизнь я думал, что магия – это просто сверхспособность. Я считал, что ей можно научиться, можно ей управлять. – А что вы думаете по этому поводу сейчас? – улыбнулся я. – Сейчас я понимаю, что магия – это свойство мира, – серьезно ответил профессор. – Ей нельзя овладеть. Но в магию можно окунуться и встретиться лицом к лицу с чудесами. – Так и есть, – улыбнулся я. – Это вы точно подметили. Тем временем Изгоев почти закончил работу над големом. Рядом с могилой князя Долгорукова лежала на земле безликая, грубо вылепленная из глины фигура. – Теперь мне нужна ваша кровь, господин профессор, – серьезно сказал Изгоев, доставая нож с коротким и острым лезвием. – Я так и знал, что без жертвоприношения не обойдется, – слегка побледнев, пошутил Зимин. – Крови нужно не очень много, – объяснил Изгоев. – Но в ритуале некромантии без этого не обойтись. – Может быть, еще глоточек, господин профессор? – предложил Щедрин, протягивая Зимину фляжку. – Не сейчас, – покачал головой Сергей Николаевич. Он подошел к Изгоеву и протянул ему левую руку. Лиза на всякий случай отвернулась. Изгоев взмахнул ножом и резко полоснул по ладони профессора. Зимин сдержанно охнул и поморщился от боли, а тягучая темная струйка упала на грубо вылепленную фигуру голема. – Этого достаточно, – кивнул Изгоев. – Можете залечивать рану. – Но я не умею, – растерялся Зимин и попытался зажать полез другой ладонью. – Позвольте мне, – вмешался Щедрин. Он крепко ухватил профессора за руку, и кровь почти сразу перестала течь. – Вы и целительством владеете? – удивился я. – Нахватался понемногу, – отмахнулся эксперт. – В военном деле без таких умений не обойтись. Ну что же, господин Изгоев, поднимайте вашего первого голема. Надеюсь, вы не забыли нужное заклинание? – Не забыл, – кивнул Изгоев. Мы отошли на пару шагов, чтобы не мешать ему. Я с интересом наблюдал за юношей. Данила резко развел руки в стороны, как будто пытался разорвать воздух, а затем произнес несколько слов на непонятном языке. Мне показалось, что вокруг потемнело. Ледяной ветер словно плетью стегнул по макушкам деревьев. С них посыпались последние сухие листья. В воздухе закружились снежинки. Одна из них упала мне на ладонь и обожгла кожу. Лежавшая на земле глиняная фигура зашевелилась и села. Затем голем оперся руками о землю и неуклюже поднялся на ноги. С него сыпались комочки земли. А там, где он лежал, остался глубокий отпечаток. – Неплохо, – одобрительно кивнул Щедрин. – Редко у кого получается сделать голема с первого раза. Обычно он рассыпается, как только начинает двигаться. Сейчас. Леонид Францевич несколько раз быстро повел руками вдоль тела голема. Я точно видел, что эксперт не касается глины. Но под его движениями она уплотнялась и приобретала сходство с человеческим телом. – Вот так и еще так, – бормотал себе под нос эксперт, продолжая водить в воздухе руками. Наконец он довольно кивнул. – Что скажете, Елизавета Федоровна? Гожусь я в скульпторы? – У вас замечательно получается, – улыбнулась Лиза. И она нисколько не преувеличивала. Стоявший перед нами глиняный голем фигурой очень напоминал Зимина. Только грубо вылепленное лицо не было похоже на лицо профессора. – Вы захватили одежду? – спросил Леонид Францевич. Профессор Зимин торопливо протянул ему мешок. Щедрин вытряхнул из мешка одежду и приказал голему. – Одевайся. Голем послушно принялся натягивать на себя штаны. Одевшись, он стал еще больше похож на профессора. Пожалуй, со спины я бы их не различил. – Но за лицо я не возьмусь, – заметил Щедрин. – Елизавета Федоровна, теперь ваша очередь. Лиза нерешительно посмотрела на меня, и я ободряюще кивнул. – У тебя получится. Ты же научилась магии иллюзий? Лизе понадобилось всего несколько минут. Она как будто лепила лицо голема, не касаясь его руками, и лицо послушно менялось под ее чуткими пальцами. Когда Лиза закончила, глиняный голем стал точной копией профессора Зимина. Только выражение лица все еще отличалось. Настоящий профессор растерянно улыбался, а голем выглядел равнодушным и безразличным. – Вы уже придумали, как убьете его? – спросил меня Леонид Францевич. – Пока нет, – признался я. – Мне казалось, что достаточно приказать ему умереть там, где побольше народа. – Так и есть, – кивнул Щедрин. – Надеюсь, в том мире, куда вы отправитесь, не найдется специалистов, способных разоблачить магию иллюзий. Щедрин повернулся к голему и приказал: – Пройдись. Голем послушно пошел по кладбищенской дорожке. Двигался он неуклюже, и Леонид Францевич с досадой поморщился. А потом решительно махнул рукой. – Чем больше он привлечет к себе внимания, тем лучше. Документы профессора у вас, Александр Васильевич? Мы вложили документы профессора в карман куртки голема. – Попрощайтесь со своей прежней жизнью. – серьезно сказал я Зимину. – Теперь вы все начинаете заново. – Я и подумать не мог, что такое возможно, – ответил профессор. Он подошел к замершему голему и протянул ему свой телефон: – Возьми. Вряд ли он тебе пригодится, но пусть будет у тебя. – Спасибо, – неожиданно ответил голем. Его голос был похож на голос профессора, но звучал глухо и невыразительно. – Когда ты поведешь его в другой мир? – спросила меня Лиза. – Прямо сейчас, – ответил я. – Что-то подсказывает мне, что с этим не стоит тянуть. Леонид Францевич отвезет тебя домой, а я постараюсь все закончить и вернуться как можно скорее. – Будь осторожен, – попросила Лиза, и в ее серых глазах сверкнули золотистые искорки. – Все будет хорошо, – улыбнулся я. Поцеловал ее, а затем повернулся к голему. – Ты пойдешь со мной и будешь выполнять все мои приказы. – Я пойду с тобой, – согласился голем. – Отличная работа, молодой человек, – добродушно сказал Леонид Францевич Изгоеву. Данила не смог сдержать радостную улыбку. – Идемте, господа, – кивнул я. Но тут рядом с нами снова возник призрачный городовой. – Господин Тайновидец, вас там спрашивают по важному делу, – доложил он. – Кто спрашивает? – удивился я. – Не могу знать, – отрапортовал городовой. – Какие-то высокие люди в черных плащах с капюшонами. Лиц не видно. – Туннелонцы? – еще больше изумился я. – Интересно, что им нужно? И почему они появились именно сейчас? Будьте добры, проводите их сюда.