Глава 9

— Как вы можете убедиться из доклада, ваше величество, — лорд Гайер чуть поклонился, ваши противники, ну или самые разумные из них, постепенно покидают страну. Будут ли на этот счет какие-то распоряжения?— Пусть едут, — Митарис побарабанил пальцами по столу. — Поверьте, через год это будут наши самые верные подданные. Нет, мы могли бы похватать всех, запихать в подземелья и пытками вырывать признания в заговоре. Но нам это не нужно. Иначе мы вообще останемся без поддержки. А нам надо найти главных зачинщиков. И не просто найти, а получить доказательства, что это именно они. Что-то подсказывает мне, не обошлось без нового любовника Беатрис. Поэтому действовать надо особенно осторожно. Нас и так ждет большой скандал, когда дочь узнает, что не является наследницей.— Как скажете, ваше величество, — начальник службы безопасности вновь поклонился, на этот раз несколько ниже. — Будет что-то еще?— Да. Из монастыря, вы знаете какого, отправилась группа паломников. Надо будет присмотреть за одной девушкой, но так, чтобы никто не заметил и не догадался. Пока рядом находятся монахини, вы должны будете взять ее под негласную опеку. Девушка не должна будет ни в чем нуждаться, и вокруг нее не должно быть никаких подозрительных личностей.— Могу я полюбопытствовать, эта девушка имеет какое-то отношение к королевской семье?— Самое прямое, — Митарис изучил какой-то документ, потом протянул подчиненному, — вот, ознакомьтесь и примите все необходимые меры.Мужчина пробежал взглядом по бумаге, после чего убрал ее в папку и кивнул.— Сделаю все, что будет в моих силах. Ваше величество, простите мое любопытство. Сколько еще у вас тайн?— Достаточно, мой дорогой Карл, — по монаршему лицу скользнула довольная усмешка. — Более чем достаточно. Хотя, против заговорщиков они не помогут. Но мы до них быстро и сами доберемся. Они чего ждут? Что я сейчас всех на дыбу потащу, буду пытками дознание вести. А они будут народу рассказывать, что правитель озверел в конец, аки Камрус покойный стал. И пора короля сменить, да не на дочь его, беспутную пьяницу и распутницу, а на человека достойного, кой есть у них. Так вот, не дождутся. А что дворяне сами бегут, словно крысы, так я тут не причем.— Ваше величество, а не жалко будет ее отпускать? — вновь сменил тему глава службы безопасности. — Ведь такой шанс, в ответ на все заговоры представить полностью дееспособного наследника.— Нет, Карл. Вот кого угодно, только не ее. Девочка давно дала понять, что ее не интересует ни дворец, ни наши интриги. Все думают, что я о ней забыл, похоронил заживо, но ты как никто знаешь о нашем общении. И она четко дала понять, что корона ей не нужна. Поэтому я отпускаю ее, и только прошу проследить за безопасностью. Даже самого осторожного человека можно обмануть, что уж говорить о той, кто мало знает настоящую жизнь.— Я понял вас, ваше величество. Но что вы скажете ее высочеству, когда ей станет известно о побеге сестры?— Ничего, — Митарис развел руками. — Я скажу, что ничего не знал об этом. Ведь меня столько раз обвиняли, что я не проявляю интереса к судьбе младшей дочери, что впору воспользоваться этим.— Если бы кто-то из заговорщиков слышал вас сейчас, то очень быстро с этой историей было бы покончено, — рассмеялся лорд. — Вы настолько все продумали, что ни с одной стороны не подкопаться.— Увы, не все, иначе не было бы даже попытки заговора, но я надеюсь, что мне получится справиться и с тем, что осталось.— Уверен, ваше величество, вы найдете выход и из той ситуации, которая сложилась сейчас.— Почти нашел, — усмехнулся король. — Почти. Пока же отправляйся выполнять мою деликатную просьбу.Лорд Гайер поклонился и покинул кабинет.Едва дверь закрылась, с лица Митариса пропало довольное выражение, сменившись обеспокоенным. Да, он отпустил младшую дочь, после долгих разговоров с матерью-настоятельницей и не менее долгой перепиской с дочерью. Он вынужден был смириться с тем, что Клаудия предпочла иной образ жизни, нежели хотелось бы родителям. Оставалось самое сложное — объяснить старшей дочери, что она не будет королевой, потому что дворянам стала известна тайна ее рождения. И, собственно, эту самую тайну ей и раскрыть. Ему не хотелось даже представлять масштабы того скандала, который их ждет. Оставалось надеяться, что дворец устоит, а ремонт в покоях принцессы будет не слишком масштабным.Отогнав настойчивое желание выпить, король потянулся за бумагами. Пока еще он правит этой страной, значит, будет смотреть, какие решения приняли его министры, одобрять или отменять, ну и думать, что еще можно сделать, чтобы хоть немного восстановить положение страны после войны.* * *Вот уже несколько дней Даниеля преследовало ощущение приближающейся катастрофы. Сначала он пытался понять, что именно делает не так, потом начал подозревать слуг, отослал несколько особо настырных служанок, но ничего не помогало. После общения с непосредственным начальством и отцом пришло короткое успокоение. Он не делал ровным счетом ничего, чтобы могло бы привести к хаосу в королевстве или спровоцировать войну. Но ощущение не пропадало.Наследник встал и прошелся по кабинету. Если это не работа, то что? Остановившись возле окна, он принялся разглядывать парк. Деревья успели сбросить листву. Садовники не убирали ее, согласно полученному приказу, только следили, чтобы основные дорожки оставались чистыми. Часть клумб укрыли еловыми ветками, статуи спрятали в деревянные футляры. Желтый ковер на тропинках так и тянул выйти и отправиться блуждать, шурша листьями. Можно собирать их в букеты, подбрасывать в воздух, а то и просто собрать большую кучу и валяться, как когда-то в детстве.Отойдя от окна, Даниель вздохнул. Все развлечения остались в прошлом, в тех светлых днях, когда он еще не знал, кто его семья. Теперь же подобные глупости стоит забыть. Нет, может быть, когда-нибудь потом, когда у него будут свои дети, они станут точно так же играть в период листопада.С удивлением он отметил, что ощущение грядущих неприятностей стало слабее. Не исчезло совсем, но словно притупилось. Выдохнув, он поспешил вернуться за стол. Часть документов нужно было разобрать срочно, чтобы представить на следующий день на заседании.Стук в дверь отвлек от работы. Даниель посмотрел на бумаги, после чего убрал все в ящик. Даже если пришли слуги, не все предназначено для посторонних глаз.— Войдите, — пригласил он, убедившись, что на столе не осталось ничего лишнего.Вопреки ожиданиям, когда отворилась дверь, в комнату вошла молодая женщина.— Даниель, — при виде хозяина дома она просияла, — наконец-то я тебя нашла. Ты так быстро покинул столицу, что я не успела с тобой попрощаться. Но ничего, теперь я здесь, и мы снова будем вместе, как тогда, в Оденвиле. Я уже нашла себе место в столице, хорошее место, для приличных девушек. И жилье у меня есть в хорошем районе, я сняла комнату у одной вдовы, поэтому моей репутации ничего не угрожает. Мы сможем исполнить все свои мечты, купить домик, завести детей…— Летиция, — с трудом вклинился в ее монолог наследник, — я, конечно, рад тебя видеть, но вынужден сразу тебя разочаровать. Как раньше не будет. И как мы мечтали, тоже не будет. Когда мы жили в Оденвиле, я еще мог мечтать о своем домике в столице, о должности секретаря или писаря. Я все еще мечтаю о семье, но не мне решать, кто станет моей женой. Я могу только высказать ряд пожеланий и надеяться, что мы с той, кого мне подберут, сможем мирно сосуществовать. Увы, тебе придется забыть меня. Сам я запретил себе даже вспоминать о прошлом.— Но что такого произошло, — девушка отступила на пару шагов и со слезами в глазах смотрела на возлюбленного. — Почему ты так изменился?— Потому что я нашел своих настоящих родителей, — выдохнул Даниель. — Точнее, мой настоящий отец и не терял меня из виду. Благодаря родителю, я оказался одним из учащихся университета, где мы и познакомились. И сейчас я здесь потому, что он так решил. Я не принадлежу себе, и больше не буду принадлежать никогда.— Но что, если мы убежим? — предложила девушка с надеждой.Мужчина только рассмеялся.— Прости, милая, пока я не могу рассказать тебе всего. Но довольно скоро обо мне узнают все. И тогда ты поймешь, почему мой побег невозможен.— Ты в плену? Только скажи мне, и я придумаю, что можно сделать.— Нет, — он покачал головой. — Я не в плену. Не более чем любой представитель высшей аристократии. Просто я стал одним из тех, чья жизнь всегда под пристальным вниманием окружающих. Каждый мой шаг известен минимум сотне людей. Если я внезапно исчезну… Нет, даже предполагать не хочу, что может произойти. Поэтому я прошу тебя, возвращайся домой. Твои родители волнуются.— Ты изменился? — покачала она головой. — Прошло так мало времени, а ты совсем чужой. И твой взгляд. Раньше в нем было много тепла. А сейчас я не узнаю его, мне страшно от этого холода.— Когда ты узнаешь правду, тебе будет еще страшнее.Даниель прошел мимо нее к окну, снова посмотрел на засыпанные листвой лужайки. Потом повернулся и внимательно посмотрел на девушку.— Возвращайся домой, Летиция. То, что мы с тобой остались наедине, уже может повредить твоей репутации. Если сейчас могут решить, что ты пришла просить меня о чем-то или за кого-то, то потом слуги могут сделать неправильные выводы. Тебе это не надо. Мне тоже.— У тебя кто-то есть? — голос ее задрожал.— Постоянного нет. А те, кто появляются, надолго не задерживаются.Он подошел к двери, приоткрыл. Дежуривший снаружи посыльный тут же подскочил со своего стула.— Распорядись подготовить экипаж. Пусть девушку отвезут, куда она скажет.— Как прикажете, — мужчина поклонился и поспешил выполнить распоряжение.Даниель вернулся к столу, достал из ящика кошель, взвесил на руке, после чего передал его девушке.— Здесь достаточно и на обратную дорогу, и чтобы ты могла отложить себе на приданое. Мало ли, что будут трепать о тебе злые языки. Золото поможет замолчать, а муж убедится в твоей чистоте.— А ты? — с трудом спросила она.— А я остаюсь в столице, какое-то время буду занимать место помощника одного из министров, потом, скорее всего, перейду дальше. Это тоже своего рода учеба, просто нельзя допускать ошибок. А дальше загадывать не хочу.— Мне ничего не надо, — Летиция швырнула кошель в возлюбленного, после чего выбежала из кабинета.Наследник поднял деньги и вернул на место, потом подошел к окну. Он еще успел увидеть, как девушка выбежала из здания, на ходу закутываясь в плащ, как она едва разминулась с экипажем и свернула в аллею, ведущую к воротам. Потом ее скрыли полуоблетевшие деревья и кусты.— Ваше высочество, — через пару минут на пороге возник один из слуг, — девушка отказалась от экипажа, что с ним делать?— Распрягать, — дернул плечом Даниель. — И передайте всем, больше не пускайте эту посетительницу в особняк. Не стоит ей портить свою репутацию.Слуга поклонился и, не проронив ни слова, отправился исполнять приказ. А мужчина вернулся за стол. Работать не хотелось. Визит возлюбленной из прошлого вызвал к жизни не самые приятные эмоции. Вот только отец не будет слушать подобных оправданий. Что ж, пусть это будет еще одним уроком. Короли не имеют права предаваться чувствам. Или делают это ночью, лежа в постели, в ущерб сну. Он достал документы и заставил себя погрузиться в работу.* * *Утро для Беатрис началось рано. Что-то разбудило ее на рассвете, и уснуть больше не получалось. Вот только покидать уютную постель тоже не хотелось, поэтому все утро принцесса провела в обнимку с подушкой, пытаясь понять, что заставило ее так рано проснуться. Первым делом она отбросила проблемы интимной жизни. Райнер появлялся не каждый день, но любовником был отменным. Нет, с этим все было в порядке. Но что же тогда?Ответ не находился. Беатрис успела перебрать все, от возможности новой войны, до внутренних проблем в королевстве, но ничего из этого не казалось реальным. В итоге она решила, что становится слишком подозрительной. Вряд ли разборки отца и аристократии создадут серьезные проблемы. А раз нет, переживать не о чем.Девушка подумала, что достаточно успокоилась, и можно немного вздремнуть, но тут в дверь постучали, после чего на пороге появилась немного испуганная служанка.— Ваше высочество, прошу простить меня, но явился лорд Хайдрих и настаивает на встрече с вами? Что мне сказать?— Пусть проходит, — принцесса позволила себе подпустить нотку недовольства в голос. Не сказать, что она не хотела видеть среднего сына барона Хайдриха, но не рано же утром. Или не рано, но все равно. Встречаться с любовниками она предпочитала днем или вечером. И точно не за полтора часа до встречи с личным секретарем, который ежедневно сообщает об основных событиях в стране.— Доброе утро, лорд, — она успела закутаться в тонкий халатик, благо в комнатах было хорошо натоплено. — Что привело вас ко мне в столь ранний и не слишком приличный для визитов час.— Если я скажу, что скучал, вы, все равно, не поверите, — Райнер попытался поддержать разговор в заданном хозяйкой комнат театральном стиле, хотя бы до тех пор, пока не уйдет служанка.— Разумеется, нет, — фыркнула девушка. — Я не настолько наивна. Поэтому будь любезен, переходи сразу к делу. У меня сегодня много дел, и место для любовников найдется ближе к вечеру.— Раз ты настаиваешь. Беатрис, выходи за меня замуж, — он протянул ей коробочку, в которой на бархатной подушечке лежало кольцо с довольно крупным камнем.— Что? — только чудом принцесса удержалась от смеха. — Ты соображаешь, что и кому хочешь предложить?— Более чем, — в голосе визитера не было и намека на шутку. — Думаю, ты уже слышала, что лорды не довольны политикой твоего отца, не в последнюю очередь из-за поражения от Северной империи и связанных с этим проблем. Они настроены весьма решительно, и готовы в любой момент раскрыть тайну твоего происхождения. Став моей женой, ты потеряешь не так много, как можешь. Лично я выбрал бы баронский титул, а не ссылку в монастырь.— Погоди, погоди, я не понимаю, что ты такое несешь? Я, конечно, слышала о заговоре, но отец уверяет, что у него все под контролем. И какая такая тайна происхождения, о которой всем известно?— То, что ты не родная дочь Митариса, разумеется, — сообщил Райнер, а потом, по изумленным глазам девушки понял, она ничего не знала.— Я кто? — прошипела принцесса. Повтори еще раз.— Я думал, ты знаешь, — кольцо исчезло в одном из карманов, а будущий барон поспешил встать так, чтобы между ним и хозяйкой комнат оказался кофейный столик. — Не так давно в королевство прибыл лорд Норберт Энгель, у которого есть доказательства, что между ним и королевой Марлене была связь, плодом которой являешься ты, Беатрис.— И много людей осведомлены?— Большая часть высшего света, — оставалось только признаваться. Мужчина достаточно наслушался о том, какова принцесса в гневе. Проверять лично ему не хотелось. — И если даже твой отец сможет сохранить свою корону, наследовать ему ты уже не сможешь. Среди лордов достаточно тех, кто мог бы претендовать на трон, и они готовятся это сделать, едва сложатся обстоятельства. Они уже обсуждают, в какой монастырь тебя лучше отправить. Потому я и хочу, чтобы мы обвенчались как можно быстрее, пусть и тайно. Моей жене они не причинят никакого вреда.— Благодарю за заботу, — буркнула девушка, хотя так и хотелось запустить в незадачливого жениха как минимум кувшином. Сейчас я тебя по-хорошему прошу, уходи. Такие новости надо переварить, желательно без посторонних.— Как скажешь, — Райнер поклонился, — но я буду ждать твоего ответа. И очень надеюсь, ты примешь верное решение.И он поспешил удалиться, поскольку принцесса непостижимым образом оказалась возле трюмо, где помимо различных духов стоял и злополучный кувшин с несколькими стаканами. Проверять, насколько меткой может быть разъяренная Беатрис, ему не хотелось.Едва за незваным гостем закрылась дверь, девушка поспешила налить себе стакан воды и залпом выпить. Вот они, те неприятности, которые разбудили ее рано утром. Хотелось бы, чтобы любовник ошибался. Но шестое чувство подсказывало, Райнер сказал правду. Потому что в противном случае у него не хватило бы наглости вот так с утра пораньше заявиться и сделать предложение руки и сердца. Оставалось только услышать подтверждение от родителей. Можно было пойти к матери, но разговор с ней мог завершиться скандалом. Королева старалась избегать любых намеков на неприятные темы и мастерски уходила от ответов или переводила беседу на что-то пристойно-нейтральное. А обсуждать последние сплетни желания не было. Оставалось одно — отправиться к отцу.С помощью вызванной служанки, принцесса переоделась и приказала подать экипаж. Но не успела она покинуть комнаты, как появился лакей с письмом. Беатрис только отмахнулась. Потом, все потом. Сейчас ей некогда. Вот вернется, и непременно прочитает. Так что пусть оставят на столике.— В министерство, — бросила она кучеру, и, старательно не обращая внимания на сопровождающих ее слуг, устроилась на диванчике экипажа.