Глава 24

Руфус Тремми

Появление Миры было для меня шоком. Я совсем перестал понимать что-либо. В теле Лори была темная богиня, тут нет сомнений.

– Нет! – девушка развернулась к богине – Я прошу, Тьма, будь милосердна, забери мою душу, оставь девочке жизнь.

– Зачем мне это – богиня склонила голову набок, разглядывая Мирабель. Сердце сдавило болью, мысли лихорадочно метались в голове.

– Я видела и знаю, что ты вмешалась в проклятье, в моей жертве уже не было толку, зато сейчас я готова на все, только оставь девочке жизнь. – Мира упала на колени и склонила голову, прося за жизнь своей далекой правнучки.

Сознание обожгло пониманием, что Лори умирала. Богиня заняла пустую оболочку, но, если тело живо, душу можно вернуть. Попытаться стоит!

– Я тоже прошу, готов пожертвовать своей жизнью ради нее. Верни ей жизнь – Если моя жертва поможет – я готов. Готов на все, главное, чтобы она жила.

– Хорошо, я принимаю вашу жертву! – Стало легче, девочка будет жить, а мне уже давно пора.

Мира тоже вздохнула с облегчением и повернувшись ко мне успела прошептать только “Прости за все!“. Её силуэт подернулся рябью и пропал. Если честно, я был рад проститься с ней. Только сейчас я понял, насколько сильно разнятся мои чувства к обеим девушкам. Первая любовь, конечно, не забывается, но она юношеская, горячая, собственническая и бескомпромиссная. Любовь к Лори совсем другая, нежная, как она сама. Надеюсь, что она встретит свое счастье, и он окажется достоин ее чувств. Я приготовился уйти, воскрешая в памяти образ любимой, но услышал:

– Мальчик мой, может уже делом займёмся? Если ты хочешь, чтобы это тело осталось живым, то мне нельзя долго в нем пребывать. А наверху вот-вот начнется война.

Слова богини хлестнули плетью, неужели Рафаэль решился? И что значит делом? А моя жертва?

– Открывай портал к границе, надо остановить войско. Как ты понимаешь, я сейчас ограничена в возможностях и, если буду пользоваться своей силой в полной мере, тело не выдержит.

Я оставлял несколько маячков, на случай быстрого перемещения. Нужный, на границе, нашелся быстро и я открыл портал. Богиня уже успела одеться и привести в чувства вампира. В этот момент в пещеру вбежал Арен, а следом, прихрамывая, вышел Зак с лисичкой. Я не успел спросить, как они вытащили эльфа, потому что дроу кинулся обнимать Лори.

– Лорка! Живая? Как я рад! А вы куда? Почему нас не подождали? Мы Арена кое как вытащили! А где…? – дроу сыпал вопросами, не давая никому вставить и слова, за что и был откинут силой, да так, что хорошо приложился об камень.

– Не воины, а клоуны какие-то! Угомонись, а то лишу своей милости – в голосе богини не было злости, на миг мне даже показалось, что она сдерживает веселый смех.

Немного задержаться все-таки пришлось, Арен подлечил ногу дроу и помог Келю. Вампир еще не оправился после ритуала, но бросать его в пещере никто не хотел. В портал входили все уже собранными и на стороже. Так странно было видеть на таком любимом лице хищную и предвкушающую улыбку.

Где-то в чертогах богов…

Здесь не было помещений, окон или мебели. Тут были только потоки силы, они клубились, закручивались в вихри. Первозданная сила, сила творца. Но, для более привычного нам представления, опишем сцену так:

В огромном, мягком кресле сидел очень высокий и широкий в плечах мужчина. Он смотрел на хрупкую девушку, которая стояла у окна и разглядывала планету. Планета была обычной, материки, моря и океаны, леса и горы. Было видно, как неспокойны и нестабильны потоки силы, но также было видно, как все приходит в норму. Мир оживал, восстанавливался и приобретал забытый уже вид.

– Ты опять грустишь? Что на этот раз не так, дорогая? – раскатисто пророкотал мужчина.

– Я не грущу – не поворачивая головы ответила девушка – Просто сожалею, что не могу помочь.

Мужчина поднялся, подошел к жене и, приобняв ее за плечи, устремил взгляд на оставшегося в живых близнеца.

– Какое тебе дело до смертных?

– Тебе не понять, я пожалела их мать, подарила ей радость материнства. Я благословила мальчишек и следила за тем, как они росли, радовалась и печалилась вместе с ними. Они мне как дети, понимаешь? – она не ждала ответа и понимания – Одного я потеряла, а теперь смотрю как мучается второй, а я обещала, что он будет счастлив.

Но долго грустить она не могла, животик было еще не видно, и она не спешила радовать мужа, понимая, что он начнет с удвоенной силой оберегать ее. Сначала хотелось закончить все дела, но как быть с телом Лори она не знала. Оперевшись спиной на широкую грудь мужа, она поуютнее устроилась в его объятьях. Все шло гладко, как она и планировала столько веков. Неожиданностью стала только душа Миры. Зато сразу стало понятно, куда она пропала. Очень талантливый артефактор, она смогла спрятать свою душу взяв за основу ритуал хранителей, но если там отдавалась часть души, то Мира поместила в кулон всю душу. Отличная защита Рода.

Вампир не подвел. Да, он очень переживал свое предательство, но ведь в пророчестве именно так и говорилось: “И лишь предав свою любовь, и суть свою отринув, он мир спасет“. Но, если смотреть правде в глаза, смерть Рафаэля была в приоритете. Кель не мог спасти Лори, но мог отомстить за нее. Именно в момент смерти, когда сила темной ведьмы начала переходить в ее мужа, он, на доли секунды, стал уязвим и Кельнимиир молниеносно воспользовался этим. А ритуал, что он попробовал перетянуть на себя… Пусть и дальше думает, что ему удалось сделать это самостоятельно.

Кель – хороший мальчик, и тайна вампиров останется тайной, он позаботится об этом, а Руфус не сможет рассказать или воспользоватся. Богиня улыбнулась воспоминаниям и приятным ощущениям. Затянутая в кожу, с живым хлыстом в руке, развевающимися за спиной волосами и глазами залитой тьмой, она выглядела настолько эффектно, что не у кого не возникло сомнений, кто перед войском. Маги тут же почувствовали силу и присутствие богини и преклонили колени. Светлые же воины, были одурманены тем же зельем, что и Лори и пришлось воспользоваться силой. “Бич тьмы” получил свою кровавую жертву. Одурманенные воины не понимали на кого решились напасть. Снять дурман было не так просто, силы пришлось потратить немало, но потом на помощь пришел светлый лик богини. Всплеск темной силы прокатился, выжигая дурман, а волна светлой магии прошла как благодать. Даже земля, выжженная на месте границы проклятьем, ожила, зазеленела свежей травой и расцвела полевыми цветами.

Вот только тело Лори не выдержало всплеска светлой магии, да еще и такой силы, как божественная. Богиня не рассчитывала, что ей придется использовать светлую магию, порыв был импульсивный, ей было жаль убивать своих созданий, которые не понимали, что творят. Но сделанного не вернешь, тело девушки сильно пострадало, все магические потоки в теле темной ведьмы выжгло. Богиня не смогла остановить разрушение смертной оболочки и спешно покинула ее, чтобы не навредить еще сильнее.

***

Сейчас, видя, как над телом маленькой ведьмочки уже третий месяц колдуют маги, богиня печалилась. Опытный некромант Руфус удерживал душу, не давая ей уйти за грань, а над телом колдовал Арен. Кто только уже не попробовал помочь, но ничего не получалось. Арен не оставлял попыток, и поддерживал тело подруги, надеясь на чудо. Руфус тоже надеялся на чудо, на большее у него не хватило сил, уж больно тяжело было удержать душу любимой в этом мире.

– Я смотрю, все храмы перестраивают, неужели они наконец-то поняли, что богиня у них одна? – девушка вынырнула из грустных мыслей и проследила за взглядом мужа.

И правда, на объединенных землях все храмы менялись и переделывались. Теперь в каждом стояло по две статуи богини: Светлый и Темный лик. Но ироничная улыбка снова сползла с лика богини. Магия возвращалась в мир и после снятия проклятья очень многие становились одаренными. МАТ не справится с таким потоком, к тому же магические силы обрели не только дети. Сейчас, как никогда, нужен Руфус с его светлой головой и огромным опытом, а он не отходит от постели любимой.

– Я не могу видеть тебя такой, давай помогу – мужчина не знал, чем может помочь, ведь его вмешательство распылит на атомы жалкое смертное тело.

Творец не умел оперировать крохами силы, это понимала и его жена. Но вдруг он встрепенулся, и с лукавой улыбкой заглянул в лицо супруги.

– Ашшараин, старый друг, нужна твоя помощь! – богиня сначала нахмурилась, не понимая, чем может помочь дракон, а потом просияла, как она не догадалась сразу!?

– Ну, чего кричишь? Вечно ты вспоминаешь обо мне, когда нужна помощь, а обещал отдых … – дракон замолчал, смутившись.

– Прекраснейшая, рад тебя видеть! – Крылатый ящер встряхнулся, его очертания поплыли и буквально через минуту перед супружеской парой стоял высокий и статный мужчина.

Ашшараин не любил обороты, ему было привычнее в теле ящера, но пребывать в таком виде перед той, кого он любит, не мог. Он никогда не говорил о своих чувствах, не хотел портить отношения с другом, да и понимал, что у него нет шансов. Так зачем создавать проблемы? Вот и сейчас, он видел маленькое счастье под сердцем девушки и был искренне рад за друзей.

– Ашшараин, как давно мы не виделись! Прости, прошлый твой визит я была занята – богиня порывисто вывернулась из объятий мужа и подошла к другу.

Она уже не помнила, когда и как зародилась эта дружба, но она была крепкой, хоть виделись они и не часто. Черный дракон уже давно перестал быть творцом, ему больше нравилось следить, и немного исправлять, уже созданные миры. Да и не помнила она, был ли он творцом в полной мере, но она знала точно, что именно он может помочь.

– Я рад, что застал тебя в этот визит, но вы просили помощи, что-то случилось? Насколько я знаю, проклятье снято и мир возрождается. – приподняв одну бровь он покосился на друга.

Оказалось, что помощь была нужна все той же ведьмочке, но теперь уже не по её вине. Прекраснейшая была так добра, что приоткрылась для друга, и он смог увидеть в ее воспоминаниях все, что было нужно. Так было быстрее и проще, чем рассказывать словами. Поцеловав руки своей любимой, и пообещав помочь, он обернулся и спланировал к императорскому дворцу, где и находилось тело маленькой ведьмочки.

Лаура Вемпер

Темнота, вокруг меня одна темнота. Неужели посмертие вот такое? Ты один в полной темноте, где нет времени, где теряются всякие ориентиры. Сколько я тут уже? Может часы, а может месяцы или десятилетия. Я не знаю, да и нужны ли мне эти знания? Иногда я теряю сознание и непонятно сколько времени я провожу в таком состоянии, но оно лучше, чем вот так, темнота и одиночество. Это страшно, провести вечность – вот так.

В какой момент что-то начало меняться, я даже не знаю. Я потеряла себя, как, бывало, уже не раз, а когда сознание вернулось, пришла боль. Боль была невыносимой, болело все тело. Тело? Откуда? Не знаю, но я чувствовала, как болит каждая его клеточка. Разлепить глаза или что-то услышать не удавалось. Так прошло несколько дней, а может и часов. Я так хотела уйти от этой боли! Откуда она появилась, ведь я умерла, я точно это знала, тогда откуда боль?

В очередной раз, когда сознание вернулось я услышала голоса, странные, далекие и смутно знакомые. Я силилась их понять, но они были неразборчивы. От усилий я снова уплыла в небытие. Эти минуты становились отдыхом. Не было темноты и одиночества, не было боли и изматывающих голосов, не было ничего, даже меня. Но именно в эти минуты я отдыхала.

Следующее пробуждение резануло болью по глазам. Сквозь прикрытые веки ярко пробивался свет, голова взорвалась и рассыпалась на осколки, это продолжалось целую вечность, пока от боли я снова не провалилась в небытие. И снова отдых, где нет меня и боли, где нет вообще ничего, пустота.

“Лаура, душая моя, вернись, очнись, я так тебя люблю! Я сделаю все, чтобы ты жила, чтобы была счастлива!” я слышала голос, силилась вспомнить чей он, но не могла. Меня кто-то любит. Кто? Может папа? Говорил явно мужчина, наверно папа. И снова небытие.

В таком состоянии я пребывала долго, голоса менялись, говорили несколько мужчин и женщина, нет, девушка, молодая и бойкая, тоже звала меня и просила вернуться. Только куда возвращаться, я же умерла? Мое тело заняла богиня и мне некуда, да и незачем, возвращаться. Воспоминания о кураторе отозвались болью. Хорошо, что я ушла, пусть он будет счастлив.

– Ну, и долго ты будешь валяться? Не стыдно!? — это были первые слова, которые ворвались в мое сознание напрямую.

– Валяться? – мне было странно говорить, или связно думать, я отвыкла от общения с кем-либо.

– Я столько времени на тебя потратил, а ты так ничему и не научилась! Все так же зациклена на себе, может я зря излечил твое тело? – этот голос, точнее тон, что-то всколыхнул в моей памяти.

– О чем ты? Я же умерла. — решила я все-таки уточнить у голоса.

– Ну, если ты не вернешься, то точно умрешь, а тебя тут ждут многие. Ада не отходит от постели, Арен почти полность истощил себя, Зак бесится от бесилия, твой брат тоже, да и архимаг… Все они с таким трудом удерживают твою душу. Может пожалеешь друзей?

От слов неизвестного мне стало больно. В памяти вспыхнули воспоминания о друзьях.

– А я могу вернуться? Я бы хотела увидеть друзей, обнять и попрощаться с ними. – я говорила искренне, хотя не верила, что это возможно, с того света не возвращаются, не так ли?

Голос молчал, и я потеряла надежду, от недолгого разговора силы кончились, и я провалилась в небытие.

– Она еще очень слаба, но тело восстанавливается. Посмотри, с каждым днем все лучше и лучше, Ашшараин сделал то, что не смогли все целители – голоса что-то еще говорили, но очень раздражали, так как голова болела нещадно.

– А можно потише? – свой голос я не узнала, он был жутко хриплым и еле слышен, но вокруг наступила желанная тишина и я облегченно вздохнула.

– Лори, ты меня слышишь? – раздалось где-то совсем рядом, и я поморщилась, голова болела просто ужасно.

Кто-то взял меня за руку и нежно провел большим пальцем по ладони, в губы ткнулось что-то колючее и второй голос потребовал “Лори, надо выпить лекарство“. Я безропотно втянула соломинку и стала с усилием пить горький отвар. Было тяжело, больно и меня мутило. Но я, как в детстве, пила, пока соломинку не вынули изо рта. Силы закончились, и я снова провалилась в небытие.

***

Я гуляла по лугу и собирала букет полевых цветов, они одуряюще пахли. Ноздри щекотал запах свежескошенной травы, и я не могла понять, почему это запах вызывает во мне такие странные чувства… Я открыла глаза и увидела осунувшееся лицо любимого. Он сидел рядом с кроватью и держал меня за руку. На него было больно смотреть. Куратор, мой любимый мужчина, мой идеал, похудел, глаза ввалились, под ними залегли огромные тени. Скулы заострились и вокруг таких желанных губ появились морщинки. Он постарел! Как?! Почему, и сколько прошло времени? А следом пришла странная мысль, в чьем я теле? Или Руфус тоже умер, и мы встретились за гранью?

Пока я разглядывала куратора и в моей голове роились эти странные мысли, мужчина встрепенулся и посмотрел на меня мутным взглядом. Буквально секунды ему хватило, чтобы прийти в себя.

– Лори! Любимая, неужели это ты – от взгляда и интонаций, что звучали сейчас в его голосе, я впала в ступор и не сразу смогла ответить.

А потом все завертелось. Он подхватил меня на руки, кружил, целовал в лоб, щеки и губы. От кружения по комнате меня снова начало мутить.

– Остановись, меня тошнит – с трудом смогла я выдавить хрипящее-каркающим голосом.

Он тут-же положил меня в постель и дал выпить еще горького зелья. Комната, тем временем, наполнялась людьми. Зак обнимал и удерживал за плечи ревущую Аду. Арен, не слушая никого, уже что-то колдовал надо мной. Келя я вообще увидела не сразу за толпой неизвестных мне вельмож.

– Хвала Богине, наша императрица очнулась – бубнили эти странные люди.

А мне хотелось одного, остаться наедине с куратором. Он действительно назвал меня любимой? Но, как бы мне не хотелось прояснить этот момент, оставлять меня одну явно никто не собирался. Вельможи все дальше отстраняли Руфуса, что-то доказывая ему и, как мне казалось, угрожали. Сил на то, чтобы понять, о чем они говорят не было. Последнее, что я услышала, были слова Арена.

– Императрица Лаура еще очень слаба, покиньте её покои – на удивление не осталось сил, и я провалилась в сон.

***

С того первого пробуждения прошло около двух месяцев. Я полностью восстановилась, даже магия вернулась, что очень меня радовало, так как у меня были сомнения на этот счет. Постепенно, частями, мне рассказали, что произошло с нашим миром. Рафаэль был мертв. Ритуал удалось перехватить Келю, и теперь он обладал магией крови. Но это я и так знала, ведь я видела, что именно богиня помогла выжить брату. А вот способности тени он, увы, потерял. Войны удалось избежать. Богиня появилась так эффектно, что народ тут же поверил в её пришествие. А кто не поверил, тот познакомился с её верным артефактом. Вот только тело мое она чуть не уничтожила.

Но другого финала, наверно, и быть не могло. Светлая сторона не знала магии, и тут такие потрясения, а темная и не хотела никого завоевывать, они были рады тому, что проклятье снято. Только эльфы хотели вернуться в свои исконные земли, но об этом удалось договориться, Руфус поспособствовал. Народы перемешивались и переселялись, а на бывшей территории светлой империи строилась новая, а точнее, еще одна, академия магии.

Из-за большого числа тех, в ком проявилась магическая сила, обучение в этом году отменили. МАТ просто не справится бы со всеми желающими, а преподаватели сейчас были заняты другими вопросами. Как мне рассказала Ада, хранителям дали отдых, а это значит, что академия законсервирована. Мой любимый куратор оставался рядом и помогал мне восстановиться. Кроме того, он отгонял от меня вельмож и аристократов. Тогда, в первое пробуждение, я не ослышалась, меня действительно называли императрицей.

Рафаэль, хоть и провел обряд бракосочетания тайно, но сделал это по всем правилам, и в книге рода запись о нашей свадьбе была. Правда там было написано, что вышла я замуж за Вилларда Тремми, а совсем не за Рафаэля, но оно и понятно, он тщательно скрывал свое долголетие, пряча внешность под иллюзиями своих бастардов и изображая естественную смену власти.

Скандал случился, когда стихийно образовавшийся совет вельмож решил выдать меня замуж, ведь вдовствующая императрица не может править, ей нужен муж. Абсолютно не смущаясь, они пришли с предложением выбрать кандидатуру из небольшого, одобренного ими списка. Это так взбесило обычно спокойного и рассудительного куратора, что вельможи не просто узнали, на что способен Архимаг, но и кто он на самом деле – родной брат основателя империи, единственный архимаг и наставник молодой императрицы. На это никто из аристократов и вельмож не рассчитывал, поэтому до поры до времени они притихли.

Нет, Руфус не сел на престол, он спас меня от ненужной мне власти, замужества и кто его знает, чего еще, но сам был не рад упавшим на его плечи обязанностям, хоть и временным. Вся эта ситуация меня совершенно не радовала. Он приходил проведать меня далеко за полночь и весь его вид кричал об усталости, бессонных ночах и огромном количестве проблем, что он решал. Я не знала, как ему помочь, да и что я могла?  Но, как я поняла уже позже, дело было не только в светлой империи, на плечи Руфуса свалилось бремя власти над всем объединенным миром. Ведь его знали и ему доверяли все живущие на темной стороне. Да и многие нынешние главы кланов учились в МАТе под его началом. Вот так и вышло, что все, абсолютно все, шли к нему.

***

Я кралась по коридорам дворца. Силы вернулись не так давно, но я уже не падала от усталости после небольшой прогулки по спальне. Да и магия возвращалась стремительно, подпитывая и поддерживая тело. Я устала сидеть взаперти и решилась на вылазку в сад. Это было детское и наивное желание, но мне хотелось побыть одной, сбежать от всех, подумать. Я делала это и раньше, в детстве, и знала, как пройти незамеченной. В саду, за императорской резиденцией, было одно укромное местечко. Вот туда я и стремилась сейчас.

Это место знал Виллард, точнее именно он мне его и показал. Еще детьми они с Маркусом бегали сюда отдыхать и купаться после тренировок. Небольшое озеро встретило меня тишиной и ровной гладью зеркально чистой воды. Солнечные зайчики играли на листве деревьев, обступающих озеро со всех сторон. Найдя поваленное дерево, я уселась на него, вздыхая полной грудью запах влажной земли, прелых листьев и разогретой солнцем озерной воды. Запахи детства! Я наслаждалась тишиной и красотой этого места.

Через пару минут рядом со мной присел Кель. Я не удивилась, что брат нашел меня, хотя и не чувствовала больше нашей связи. Он долго сидел молча, видимо собираясь с мыслями, потом вздохнул и наконец заговорил.

– Прости меня, Лори, я предал тебя, не защитил… – голос брата был тихим, от его слов веяло горечью.

– Кель! – перебила я его – Брат, я не виню тебя, ты сделал правильный выбор. Рафаэль был угрозой для всех, и для вампиров тоже.

– Особенно для вампиров. – его голос стал совсем тихим, невидящем взглядом он смотрел на воду.

– Тем более! У тебя есть семья, и ты защищал ее. Я, правда, не виню тебя.

– Ты тоже семья! Ты больше, чем семья, но я выбрал твою смерть, а еще… – он помедлил, решаясь, и продолжил на одном дыхании – Я выбрал силу, понимаешь? Не твою жизнь, а силу, которую дарил ритуал!

– Кель, но мы живы, значит ты сделал правильный выбор, разве это не очевидно? И еще, это был не твой выбор и не мой, нас вели, как кукол, мы все выполняли её волю.

– Я больше не тень, не твой защитник. Если ты не захочешь больше меня знать, я пойму.

– Кель, ты мой друг, мой брат, и терять брата я не хочу. Поэтому реши для себя, ты будешь мне братом и другом или ты будешь и дальше строить из себя жертву?

Он замолк, глядя на воду, я не мешала, пусть думает. Теперь, после его слов, части картинки складывались воедино. Кель дал меня убить, и в тот момент, когда Рафаэль был уязвим, он смог добраться до него. А богиня перекинула нити ритуала на Келя, он изначально темный и моя сила ему не требовалась, к мужу она тоже перестала уходить, как только он умер. В общем, если бы не появление светлого лика, я бы пришла в себя гораздо раньше. Хотя я так и не поняла, почему осталась жива. И еще интересно, куда делась Мира? Никто не мог ответить мне на этот вопрос, а у куратора я спрашивать боялась.

– Кель, если ты еще хочешь иметь младшую сестру, то я не против, и обид у меня на тебя нет – я искренне улыбнулась вампиру – Я уже не вижу своей жизни без брата, пусть он уже и не моя тень. Поверь, я научусь себя защищать сама, да и подарок богини остался со мной – улыбнувшись, я призвала Бич тьмы. Буквально на днях я поняла, что он приходит на мой зов. И еще я теперь слышу его.

Кель долго разглядывал меня, потом, кивнув своим мыслям, просто обнял как раньше, уткнувшись в макушку. Вот такую сцену и застал дракон, который бесшумно приземлился, спланировав к самой кромке воды. Я не сразу поняла, от чего руки брата напряглись на моих плечах, а оглянувшись, взвизгнула от радости и помчалась навстречу дракону.

– Ашшараин, как же я рада тебя видеть! Ты откуда? Как нас нашел? Или ты не нас искал? – я даже чуть притормозила, не добежав совсем немного до дракона.

– Какая же ты шумная, но я рад что ты уже в порядке – прошелестел голос в моей голове.

Я дошла до друга и обняла, ну по крайней мере постаралась обнять, склонению ко мне голову. Конечно, дракона видели и наше уединение вскоре было нарушено. Пришлось возвращаться в свои покои сославшись на усталость. Другого варианта отделаться от вельмож я не придумала. Зато пожаловалась на них дракону, благо что разговаривали мы ментально и нас никто не слышал. Ашшараин подкинул нам идею, как быть с властью императора, а потом улетел, взяв с нас слово, что мы наведаемся к нему в гости. Он собирался пожить еще в нашем мире, в своей пещере на острове. Честно говоря, я была очень удивлена появлению Ашшарина. Он помог мне уже дважды, спас мою жизнь, зачем ему это? Он ничего не просил взамен, наоборот хотел поболтать, когда у нас появится время.

***

В ту ночь Руфус пришел, как всегда, далеко за полночь. Тихо сел на край кровати и нежно поправил у меня   выбившуюся прядку волос. Я поймала его руку и открыла глаза. Нам давно уже следовало поговорить. Разговор с драконом придал мне решимости, он был прав, чем дольше тянуть, тем больше будет страхов и сомнений.

– Ты выглядишь очень уставшим – я разглядывала такого знакомого и, в тоже время, такого чужого мужчину.

– Никогда не стремился к власти. Всё это – он сделал жест рукой – меня угнетает, но кому-то нужно делать и эту работу.

Я не знала, как подступиться к разговору, но желание помочь и облегчить его бремя пересилило, и я пересказала ему идею дракона. Руфус сначала только хмурился, но потом разговорился и рассказал, что и сам уже придумал нечто подобное. Немного не так кардинально, но аристократия должна принять эти нововведения с энтузиазмом. Как предлагал и Ашшараин, куратор решил упразднить власть императора, но его идея была более тонкой и, на мой взгляд, более интересной для знати. Сам же Руфус хотел вернутся в академию, на свою старую должность. Мы поговорили еще немного, но потом он резко свернул все разговоры сказав, что я еще слаба и мне нужно отдыхать, поцеловал в лоб и направился к двери.

– Руфус – позвала я его, сердце готово было выпрыгнуть из груди, но я больше не могла жить в неведении – Я люблю тебя! –  и замерла, ожидая реакции.

Он запнулся, развернулся на каблуках и долгую минуту рассматривал меня. А потом сделал шаг, еще, и еще один.

В ту ночь я была самой счастливой и любимой женщиной на свете. Он был прекрасен. Я потерялась в его страсти, любви и нежности. В ту ночь мы еще не раз признавались другу другу в любиви и уснули только под утро, уставшие, довольные и, как бы странно это не звучало, полные сил.

А через две недели я подписывала отказ от престола. Совет министров, главы кланов, главы гильдий и Альфы оборотней с жаром обсуждали и подписывали новые указы. С этого дня больше не существовало светлой империи и власти императора. В нашем мире появилась Республика и в нее вошли все расы. У дроу, эльфов, оборотней и вампиров ничего принципиально не менялось, а вот у людей появятся наместники и локальная власть будет именно у них. Эта должность будет выборной. Никаких династий, только выбор аристократии и гильдий. Этот вариант устраивал всех. Как и предполагал Руфус, аристократы были довольны, поскольку почти все высшие рода становились временными наместниками на своих территориях. Были довольны и главы гильдий, так как могли пожаловаться на зарвавшегося наместника совету. Править будет именно совет и ни один закон не пройдет без поддержки большинства голосов.

Освободились мы уже поздно ночью, и я смогла покинуть, наконец, опостылевший дворец. Я села в карету и вдруг поняла, что не знаю куда мне ехать. Я посмотрела на куратора, но он был совершенно спокоен, откинулся на спинку сидения, устало прикрыв глаза, когда карета тронулась с места. Решив полностью довериться мужчине, я не стала его тревожить. Каково же было мое удивление, когда мы вышли перед имением семейства Вемпер. Дом моих родителей…  мой дом.

– Пригласишь в гости? – я вздрогнула, и в испуге посмотрела на куратора.

– Лори, это твой дом по праву. Чему ты так удивляешься? – голос его был уставшим, да и вид оставлял желать лучшего. Я собрала волю в кулак и шагнула к калитке.

– Лаура, ты боишься? Тебе неприятно тут быть? Скажи мне, и мы поедем на постоялый двор. Мне казалось, что ты будешь рада, что имение твоей семьи принадлежит тебе. Ты же Вемпер. – я обернулась, Руфус стоял у калитки и всматривался в мое лицо.

Он помнил, как я переживала, что мне некуда пойти, и постарался сделать мне приятно. Невероятно! Он сумел вернул мне мой дом, ведь как предатели короны мы лишились всего. В глазах защипало, но я тут же оказалась в объятьях крепких, и таких желанных, рук.

– Лори, что не так? Почему ты плачешь? – уткнувшись в его плечо я всхлипывала. Вот как объяснить, почему я плачу?

Я была безумна благодарна любимому за то, что он вернул мне дом моего детства. В этом доме я была счастлива, в этом доме я росла. Как объяснить, что я реву из-за заботы, которую он проявил, из-за того, что он вернул мне имя. Он гладил меня по волосам, успокаивая как маленького ребенка. Я всхлипнула, и подняла к нему заплаканные глаза…

– Я люблю тебя, спасибо тебе за все! – какое-то мгновение он вглядывался в мое лицо, нежно стирая слезинки, а потом, притянув, поцеловал так нежно, так страстно, будто в последний раз.

– Я тебя никуда не отпущу – это было первое что я сказала, когда поцелуй прервался. Он хрипло засмеялся и прошептал:

– Это я тебя больше никуда не отпущу – и мое сердце понеслось вскачь от горячего дыхания, щекотавшего шею, от смысла сказанных слов и от нового поцелуя.