Глава 3

Порядок следования выбрали прежний. Впереди шел Эрметт, за ним я и телохранители, затем Дафна, Энтин, Дарин и Вирген. Мы забрались на опасную территорию, где в любой момент мог кто-нибудь напасть. Помимо этого, невольно давила и добавляла тревожности сама окружающая обстановка. Над головами возвышался необъятный каменный массив, а мы уже спустились на такую глубину, что никто нас не найдет, если случится беда. Наверное, осознание этого действовало сильнее, чем риск столкновения с новыми тварями.

Казалось, кто будет жить среди камней? Здесь нет привычной зелени, солнца или ощущения свободы. Человек долго не протянет в таких условиях, лишенный нормальной пищи, простора и свежего воздуха. Однако, чем дальше мы углублялись в зельдаринские подземелья, тем больше я понимала, как ошибалась в суждениях. Подгорный мир отличался невероятным разнообразием. Он умело подстроился под суровые условия выживания. Плохо, что темная сила Адесса превратила его обитателей в кровожадных монстров, рыщущих по тоннелям и расщелинам в поисках добычи. И хуже всего, что в роли жертв выступали мы, чужаки с поверхности.

Очередная пещера, которых десятками попадалось на пути, кишела грибными спорами, свисающими с потолка сплетением белесых нитей. В светящихся мицелиях, будто мухи в паутине, застыли твари, по виду напоминающие гигантских муравьев. Размером с собаку, их тела состояли из трех округлых сегментов. Голову венчали длинные усики, ниже располагались белесые фасеточные глаза и пасть с жвалами, похожими на зубья охотничьего капкана. Тело покрывал крепкий хитин, а каждая лапа заканчивалось крючковатым когтем. В нижней части брюшка хвостовым отростком выпирало ядовитое жало.

— Дурной знак, — оценив открывшуюся картину, пробормотал Эрметт.

— Почему? Ты не упоминал, что здесь водятся насекомые, — кивком указала на дохлого муравья. — Стоит их опасаться?

— Это мирцины — кочевые твари. Мигрируют гигантскими колониями и уничтожают все, до чего доберутся. Если в подземелья пришел хотя бы один мирцин, жди нашествия сородичей. Они набрасываются полчищем и за минуту разрывают человека на куски, после чего сжирают на месте или же тащат в логово. Давно их не было в наших краях. Если мирцины напали на поселение, спаслись немногие, — понуро признал Габброн.

— Как с ними бороться? — озадаченно почесала макушку.

— Лучшее оружие перед тобой, — парень жестом обвел пещеру. — Эта разновидность грибов выделяет парализующий токсин. Твари застывают неподвижно, а в это время споры прорастают через тела и убивают их.

— Тогда следует запастись таким полезным средством. — Я и без угрозы столкновения с мирцинами забрала бы грибницу, способную расправиться с монстрами.

В прошлом я не раз использовала «тихую смерть», но всегда осторожничала, чтобы не выпустить ее на свободу. А здесь попалась менее агрессивная, но такая же действенная разновидность грибов. Я бы назвала их «забвением» из-за щадящего воздействия на человека. Если вовремя принять меры, то заразу можно вывести из организма. В пещере мы задержались, пока набивали трофейные мешки «рассадой». Если Эрметт не ошибся в предположениях, грибы скоро понадобятся.

В те моменты, когда зельги отворачивались, я перекладывала часть добычи в пространственные хранилища Нелриньи, Калима и Нимерниса. И так уже «впихнула» в свою сумку останки жуков и трофеи, взятые с крийсов. А тут, как специально, новый вид тварей попался. Ну как не прикарманить себе высохшие тушки мирцинов? После сбора грибницы, выдала каждому из друзей по восстанавливающему эликсиру на случай, если надышались спорами.

В следующем тоннеле наткнулись на колонию скарабеев, пожирающих тушу погибшей твари. В ушах мерзким хрустом отдавалось противное клацанье маленьких челюстей. Пол шевелился от копошения сотен тысяч гадов, сбежавшихся на пиршество. Пришлось карабкаться по стенам и молиться Рааду, чтобы не свалиться прямо на живой ковер.

Я заблокировала скарабеев, высыпав в проход мешок с грибницей. Если же твари надумают мигрировать в тоннель, из которого мы только выбрались, их поджидала пещера с грибными спорами. Как иначе бороться с такими монстрами я не представляла.

Едва мы выдохнули, что очередная опасность миновала, как навстречу выскочил живой мирцин. Эрметт технично обрушил молот на его башку, превращая в месиво. Но за одной тварью вылетел еще десяток. Пока с ними разбирались, я обратила внимание, что не все особи бездумно кидались в атаку. Нашлись и те, кто держался позади. Вытянув уродливые головы, они яростно шевелили усиками, распространяя при этом резкий запах. Я вытащила лук из сумки и сняла одну чересчур общительную тварь. Другие попятились, после чего позорно сбежали. Но радоваться было преждевременно.

— Скорей! Не тратьте время на трофеи, — поторопил Габброн. — Разведчики уже сообщили матке, что нашли добычу. Скоро здесь будут сотни мирцинов. Не отобьемся. Но есть еще шанс обмануть тварей. Впереди развилка. Если доберемся раньше них, уйдем по боковому ответвлению.

Мы припустили из последних сил, понимая, что столкновения с колонией не выдержим. Спасительный проход располагался на возвышении, для чего пришлось карабкаться по отвесной стене, спускать веревку и поочередно поднимать остальных. Дарин с Виргом немного не успели и вдвоем зависли в воздухе, потому что полчища тварей уже заполонили тоннель и лезли за нами наверх. Я пристроилась на крохотном пятачке скального выступа и сбивала мирцинов стрелами. Калим тоже балансировал на краю и бросал метательные кинжалы. Эрметт, Ним и Энтин, выстроившись гуськом, вытягивали веревку с друзьями. Узкий лаз не позволял организовать нормальную оборону.

К счастью, обошлось без потерь с нашей стороны. Парни забрались на уступ, после чего мы вытряхнули пару трофейников со спорами на головы роящихся в тоннеле муравьев и постарались побыстрее покинуть опасное место.

Эрметт погорячился, когда назвал узкий лаз в скале проходом. Поначалу мы вытянулись в шеренгу и двигались гуськом. Затем пришлось опуститься на четвереньки, а в довершении ползти, работая локтями. Если бы в этот лаз забрались твари, так бы мы и погибли. Тут даже негде было развернуться, чтобы достать оружие. Зато наши страдания не пропали даром. Вскоре проем расширился, и мы выбрались на уступ, гребнем опоясывающий часть стены над поселением Габбронов. Сложно сказать, каким поселок был изначально, но сейчас его поглотил гигантский муравейник, в котором обитали полчища опасных насекомых. Дома, улочки и площади покрывал слой из мелких камней, слепленных между собой клейковидной массой. Посреди каменистого купола — временного вместилища мирцинов — пикой торчала башня ратуши. Помимо нее виднелись бурые образования с противными бородавчатыми наростами, намекающими на присутствие еще одной разновидности тварей.

— Нам не справиться, — обреченно произнес Эрметт. — Габбы с мирцинами действуют заодно. Все было зря. Если кто-то и выжил, мы никогда до них не доберемся.

— А прежде такое бывало, чтобы два вида тварей охотились вместе? — поинтересовалась я, не разделяя уныния друга.

Ситуация сложилась критическая. Но в наших руках сильное оружие. Мы тоже многого стоим, чтобы отступать, добравшись до цели.

— Не припомню, чтобы старейшины говорили об этом, — покачал головой зельг. Остальные тоже дали понять, что впервые видят подобное.

— Что будем делать? — поинтересовался Вирген. — Бросаться в атаку бессмысленно. Сами погибнем и людей не спасем, если они еще там и ждут помощи.

— Понаблюдаем пока, — предложила я. — Нельзя отчаиваться. Не может быть, чтобы мы не придумали, как с ними справится.

Друзья молчаливо покивали, но по расстроенным лицам и так было понятно, в успех они не верили. Грибов осталось мешков десять. Учитывая, какое количество тварей мы видели перед собой — ничтожно мало, чтобы поразить их сразу. Мирцины попросту задавят количеством. Пока одни будут подыхать, другие полезут по головам и в итоге нас уничтожат.

Нет, здесь требовалось другое решение. А какое, я пока не представляла. Без артефактных сережек я тоже не могла уйти из подземелий, поэтому наблюдала за поведением муравьев и напряженно думала. Или даже вспоминала, что знала об этих насекомых. Школьный курс давал не так много знаний, и не факт, что они были применимы к местной разновидности насекомых.

Итак, из общеизвестных земных данных, муравьи относились к семейству насекомых. Делились на три касты: самцы, самки и рабочие муравьи, с крыльями и без. Жили семьями в гнездах, питались соком растений, падью тли (сладковатая жидкость, выделяемая насекомыми). Разновидностей муравьев насчитывалось больше десяти тысяч видов, а в Мирильсинде, вероятно, еще больше. Твари обладали коллективным разумом и развитыми системами коммуникации, поддерживали симбиотические связи с другими насекомыми, грибами и бактериями.

Вот оно! — сделала мысленную пометку. — Мирцины образовали с габбами симбиотическую связь. Скорее всего, бородавчатые твари выделяли запах, благодаря которому муравьи воспринимали их частью семейства. Значит, необходимо раздобыть габбу и вырезать железы, вырабатывающие маскирующий аромат. Это позволит проникнуть в гнездо мирцинов, найти матку и накормить ее грибочками.

— Я кое-что придумала! — привлекла к себе внимание друзей. — Не скажу, что будет просто, но другого варианта не вижу на данный момент.

— Говори! Что нужно сделать? — живо отозвался Эрметт, готовый уже броситься в самоубийственную атаку.

Мне не понадобилось много времени, чтобы поделиться с ребятами возникшей идеей.

— А что? Может сработать! — воспрянул духом Габброн. — Надо придумать, как раздобыть габбу.

— И не только, — я вздохнула. — Еще разделать, чтобы никто не помешал, и найти те самые железы. Не представляю, сколько времени на это потребуется.

— Меньше, чем ты думаешь! — усмехнулся Вирген. — Тебе не показалось странным, отчего фамилия Габбронов и название твари так похожи? Потому что предки нашего Эрметта прославились тем, что очистили третий уровень от габб и сделали его пригодным для жизни.

— Это так? Ты знаешь, где расположены пахучие секреты? — удивленно уставилась на парня. Как же я не обратила внимания, что подобное сходство неспроста образовалось. — Тогда ты должен знать уязвимые точки монстра. Если травить его грибами, можем нечаянно железы уничтожить.

— Они расположены над глазами, внешне похожи на бородавчатые бугорки, которыми покрыта кожа. Однако приблизиться к габбу чрезвычайно сложно. Глаза у него выпирают наружу и вывернуты так, что он видит во все стороны. А жало из пасти выскакивает с такой скоростью, что жертва не сразу осознает, что ее сожрали.

— Но твои предки справлялись, — резонно заметила Дафна.

— Сильнейший воин клана выходил навстречу твари и раскручивал молот. Габба реагировала и пыталась достать добычу жалом. Однако встречи с молотом и мечом щупальце не выдерживало — разлеталось на куски. Особой доблестью считалось выдрать отросток до самого корня. А дальше уже дело техники добить тварь через разворочанную глотку. Десятка ударов копий хватало, чтобы пронзить мозг. Как видишь, снаружи торчит только спина габба, которую не пробить молотом и не поцарапать мечом, даже зачарованным.

— Что? Такая крепкая шкура? — подивилась я, принимая информацию к сведению.

— Крепче не встречал, — Эрметт ностальгически вздохнул. — Прежде воины клана мастерили из габба доспехи. Их не так много сохранилось до наших дней, как и не осталось умельцев, способных работать с таким материалом.

Ага! — сделала себе пометку. — Запомню на всякий случай.

— М-да, значит, придется спуститься в логово мирцинов, чтобы подобраться к габбу, — подытожил слова парня Дарин. — Но без пахучих желез мы даже с этой скалы не слезем, чтобы не привлечь внимание тварей.

— «Я пойду!» — знаками сообщил Калим, и все на него удивленно уставились. За пару недель зельги выучили язык жестов и охотно его использовали, когда требовалось соблюдать тишину.

— Думаешь, хитин хорба не позволит тварям тебя учуять? Ммм, я в этом не уверена, не проверяла в деле. А вот в плаще из хитина скорга мы точно подберемся незамеченными. Он, конечно, просторный, но не скроет передвижение группы. Максимум, двух человек прикроет.

— Я иду, и это не обсуждается! — тут же заявил Эрметт. — Доберемся до габбы, убьем тварь и заполучим железы. Обмажемся пахучим секретом, после чего мирцины не будут обращать на нас внимания. Это позволит приблизиться к матке и уничтожить ее. Тай и Калим отправятся к ратуше и проникнут в убежище. В сумке вы принесете еду, воду и зелья, чтобы люди продержались до того момента, как грибница разрастется и уничтожит мирцинов.

— Как скажешь. Я сделаю, что потребуется, — пообещала другу.

— А я не буду тут прохлаждаться, пока Тай подвергает себя опасности! — парировал Нимернис. — Мы тоже идем!

— Нет! Оба остаетесь здесь. Это приказ, — скомандовала я. — Впрочем, надо кое-что проверить.

Я достала из тайника плащ и попросила Калима и Эрметта встать рядом. Мда, это я могла улечься на него и укрыться так, чтобы враги не почуяли. В расправленном состоянии хитина хватало, чтобы обезопасить еще и Гаю с малышом Ярхом. А вот для двух широкоплечих парней плащик маловат оказался, даже для меня места не оставалось.

— А, если мы встанем гуськом друг за другом? — предложил Габброн. — Хотя нет, не вариант. Далеко так не уйдем.

— Сумеешь меня донести? — обратилась с неожиданной просьбой к Калиму. Тот вопросительно уставился, не понимая, что я задумала. — Смотри, я надену куртку со вставками хитина и обхвачу тебя за торс руками и ногами, а ты поверх наденешь свою куртку. Таким образом я окажусь под защитой хитина с двух сторон. Эрметт пойдет в плаще и, если возникнет надобность, прикроет нас.

— Эй! — Нелринья сверкнула озорным взглядом, обращаясь к Габброну. — А как ты относишься к дополнительному грузу? Я не тяжелая, совсем как пушинка.

— Нел, это опасно! Если мирцины нас учуют, мало не покажется, — не одобрила идею девчонки.

— Зато я смогу потом намазаться пахучей железой, забрать остатки и вернуться сюда. Вместе мы больше домов осмотрим и спасем тех, кто ждет помощи, — привела железные доводы эльфирка, на которые нечего было возразить.

Прежде чем приступить к выполнению опасного плана, мы проверили, что хитин хорба также маскирует от внимания других тварей, как и скорпионий. Калим спустился по отвесной скале и приблизился к муравейнику. Из щелей тут же появились мирцины. Брат замер, стараясь не дышать. Покрутив головами с шевелящимися усиками, твари выбрались на поверхность и обследовали подозрительную территорию. Чуть ли не по ногам Калима прошли, но не почуяли его.

Может, услышали звуки шагов и отреагировали на них? Во всяком случае, мы убедились, что маскировка работала. Значит, отправимся на охоту за габбой вчетвером.

Сначала, укрытый плащом, спустился Эрметт. Мы выждали, пока обеспокоенные разведчики мирцинов проверят местность, после чего вместе с Нелриньей шустро преодолели спуск и прижались к Эрметту, пережидая очередную проверку. Дальше я запрыгнула на Калима, обняв руками за шею, а ногами обвила за талию. Оказавшись неожиданно близко к парню, смутилась. Он обнял меня, поддерживая под спину, а я прильнула к груди, чтобы не встречаться с ним взглядом. В теории идея выглядела безобидной. Тесный контакт требовался, чтобы укрыться защитной одеждой от тварей, а на деле я крепко прижималась к парню всем телом и слышала, как гулко бьется его сердце. Волнительное ощущение и совершенно неуместное в нашей ситуации.

Нелринья повторила тот же трюк и повисла на Габброне маленькой обезьянкой. Дикарь тут же запахнул плащ, укрывая хрупкую эльфирку от опасностей.

Заранее договорившись, как будем действовать, мы обошли муравейник, подбираясь к ближайшей габбе. Выбрав подходящее место для проникновения внутрь, первым спрыгнул в темный провал Калим, а я на время перебралась под крылышко к Эрметту и спряталась под плащом. Как только брат оказался внизу, то подал сигнал, чтобы мы тоже спускались. Сначала пошла я, затем Нел и последним в узкий лаз протиснулся зельг. Изнутри муравейник походил на сеть разветвленных тоннелей. Полы обладали более крепкой сцепкой камней и клейковидной массы, выделяемой мирцинами для постройки логова. В стенах наблюдались просветы, служившие отверстиями для вентиляции воздуха и способствующие проникновению света.

Двигались наугад, придерживаясь направления, в котором находилась габба. Изредка нам попадались пробегающие мимо мирцины. В такие моменты мы вжимались в стену, а Эрметт старался укрыть нас плащом. Непонятная конструкция если и удивляла тварей самим фактом появления, то хотя бы не вызывала желания нападать. Более часа мы плутали по лабиринтам ходов, пока не вышли к габбе, вокруг которой мирцины возвели защитный полог. Тварь застряла между домами, которые монстры сделали частью муравейника.

Симбиоз мирцинов и габб заключался в том, что последняя поглощала больных или умерших особей, а также пожирала остатки пиршества мирцинов. Продукты жизнедеятельности, зачастую вместе с непереваренными кусочками хитина, мирцины использовали в качестве строительного материала для муравейника. Нам повезло, что габба застряла в узком проходе, тогда как туша росла, наплывая бородавчатыми боками в каменные стены и окна домов.

Уродливая тупоносая морда твари вызывала стойкое отвращение. Более мерзкого на вид существа представить сложно. Монстры всегда выглядели жутковато, но те же глирхи, к примеру, сохранили природную грациозность и смертоносную красоту.

Мирцины возле жирной туши появлялись только по необходимости, когда притаскивали падаль. В другое время держались подальше, инстинктивно чувствуя опасность. Нередко вместе с протухшей едой габба заглатывала и самих кормильцев. Однако никаких мер против твари матка не предпринимала. Плодились мирцины быстро и часто. Работяг никто не считал, отправляя на убой или навстречу опасности.

Эрметт, как и его далекие предки, вызвался раскрутить молот и отсечь щупальца. А нам предстояло добить габбу и вырезать железы. Выждав подходящий момент, зельг выскочил на открытую площадку перед монстром и закружился в танце вместе с молотом. Меньше минуты парню потребовалось, чтобы перейти на сверхскорость, когда габба его атаковала. Из раскрытой пасти к Габброну устремился пучок скользких щупалец с присосками. Воин еле успел уклониться, а рубящий удар меча прошелся вскользь, что только разозлило монстра. Он издал противный квакающий звук и ударил лапами по мостовой и заборам, высекая искры из камня. Следующий выпад щупалец пришелся аккурат по Эрметту, в меткости габбе не откажешь. Но и Габброн не сплоховал. Накрутил склизкие отростки на топорище молота, дернул на себя и рубанул мечом. Тварь заверещала, размахивая обрубками, но тут уже мы подключились. Калим заехал жвалой по бугристой морде, вынуждая габбу раззявить пасть еще шире, Нелринья кромсала чересчур длинные щупальца, а я всадила посох на полную длину, пробивая жалом скорпиона тупоносую башку. Противно заверещав, тварь закатила глаза и сдохла, испуская мерзкий запах.

— Скорее, пока мирцины не примчались, — Эрметт с разбегу запрыгнул на тушу габбы, указывая на нужные наросты.

Калим последовал за ним, вырубая железы паучьей жвалой, потому что другое оружие не брало толстую шкуру монстра. Нелринья присматривала за тылами, чтобы нас не застали врасплох. А я занялась высвобождением посоха. В воинственном азарте я как-то позабыла, что проще использовать «Поглотитель». Теперь расплачивалась за недальновидность.

Мирцины не заставили себя ждать. Парни еще возились, когда подходы к габбе заполонили твари.

— Поторопитесь там! — мы с Нел встретили первую волну насекомых.

Мне было проще, меч из рога чербиса легко разрубал монстров и кромсал на куски, а Нелринья зачарованным оружием била только по уязвимым местам. Посох я не успела вытащить, слишком глубоко увяз, а мирцинов становилось все больше. Эрметт спрыгнул к нам, оставив Калима заниматься железами. Зельг одним замахом молота смел десяток насекомых, налетевших на Нел, и дальше врубился в самую гущу, выкашивая плотные ряды противника.

К счастью, Калим быстро справился с железами и первым намазался вонючей жижей. Затем переместился ко мне, чтобы нанести пахучий секрет на открытые участки тела. После настал черед эльфирки и зельга, а дальше нападки тварей стали стихать, пока не сошли на нет.

Мирцины засуетились, прямо на глазах переквалифицировались из воинов в работяг, собирая трупы сородичей и утаскивая их к другому габбу. Пока твари отвлеклись, мы перебрались в безопасное ответвление коридора, чтобы перевести дух. Одну цельную железу с секретом я спрятала в потайное хранилище, а содержимое другой разлила по флаконам и передала Нелринье.

— Поспеши! Встретимся у здания ратуши через час. Осмотрите пока дома в этом секторе, а дальше определимся, как быть.

Нел кивнула и помчалась за остальной частью команды. А мне сначала пришлось вернуться за оставленным в туше оружием. Весь в слизи, бурой жиже и ошметках плоти, посох следовало промыть и почистить. С досадой запихнула его в тайник и посмотрела на Габброна.

— Идем дальше?

— Здесь жила большая семья, — гулко сглотнув, парень взглядом указал на стену дома, где застряла габба. — А напротив работала кожевенная мастерская. Поверить не могу, что их больше нет. Габба… она ведь неспроста разожралась.

— Хочешь, я схожу и проверю эти дома? — предложила другу, которого накрыло осознанием того, что люди действительно погибли. — Только подскажи, где вы обустраивали убежище.

— Задняя комната, без окон. Ее использовали, как кладовую, а подвал для хранения припасов. Обычно там держали запасы воды и теплые одеяла на случай, если придется отсиживаться во время нападения. В зависимости от степени угрозы люди закрывались в комнате. Детей и женщин сразу спускали вниз и запирали. Если же твари прорывались, то довольствовались добычей и уходили. Но, случалось, что и такие меры не помогали. Я… — Эрметт запнулся, будто ком в горле мешал говорить. — Боюсь того, что в убежищах никого не осталось. Будь осторожна! Внутри могут затаиться другие твари. Не забывай смотреть наверх и проверять темные углы.

Прислушавшись к предостережению, мы с Калимом бесшумно перепрыгнули через забор и направились ко входу, зияющему черным провалом. Деревянная дверь с обгрызенными петлями валялась на полу. Внутри царил бардак. Разбитая посуда, искореженная мебель, выломанные решетки на окнах. Вряд ли рядом с габбой осталось хоть одно живое существо. Удручали царапины на стенах и полах, бурые пятна повсюду. Комната без окон тоже оказалась без двери. Внутри мы обнаружили перевернутые стеллажи, где рачительные хозяева хранили инвентарь и необходимые в хозяйстве мелочи. Продукты, если и были, то их давно уничтожили. А вот люк в полу уцелел. Его нарочно закрыли, сдвинув мебель и обрушив полки.

Переглянувшись, мы с Калимом бросились расчищать пространство. Если люк не тронули, значит, в подвале мог кто-то выжить. Возникла проблема с тем, чтобы открыть засов. Очевидно, использовался скрытый механизм. Я попросила Калима позвать зельга, чтобы помог нам. Минуты не прошло, как Эрметт примчался и с легкостью вскрыл внутренний засов. Обычная мера предосторожности, которая не раз спасала жизнь.

— Эй! Есть кто живой? — негромко позвал парень, откидывая крышку люка.

Изнутри дохнуло спертым запахом нечистот и немытого тела. Затем кто-то пискнул и бросился к Эрметту, сотрясаясь в рыданиях. Девчонка лет двенадцати, чумазая и исхудавшая. Зельг зажег световой артефакт и судорожно вздохнул, обнаружив еще двух детишек и пожилую женщину, лежащую без движения в дальнем углу.

— Милли, — узнал девочку Габброн. — Слава Зелиару! Как вы тут?

— Бабушка давно не встает, — за всхлипами ребенка сложно было разобрать слова. — Колин и Дин от голода ослабли. У вас покушать нет? А водички попить?

— Конечно! — спохватившись, Эрметт снял заплечный мешок и передал девочке мех с водой, к которому она жадно припала губами. — Тай, помоги остальным, — зельг посторонился, пропуская меня внутрь.

— Пусть Милли сначала выпьет зелье, — всунула в руку парня флакон. — Не давай сразу много еды, а то только хуже сделаешь, — предупредила о последствиях.

Приблизившись к детям, осторожно проверила пульс. Слабый, но он ощущался. Осторожно, по капельке влила обоим мальчикам эликсир, а затем и по глоточку укрепляющего отвара. Дышать они стали лучше, даже щечки порозовели, но вот в сознание так и не приходили. А вот бабушке этих детей не так повезло.

— Милли, как долго вы уже без еды?

— Не знаю, — снова всхлипнула. Выпитое зелье сразу придало девочке сил, потому что она стала задавать вопросы и даже Эрметта узнала. — А где мама и дядя Олвин? Они прислали вас? Монстры уже ушли? Дядя Эрметт, вы не видели папу?

— Шшш, монстры еще здесь. Мы пришли, чтобы помочь и спасти, кого возможно. Но надо вести себя тихо. Ты ведь помнишь, что нельзя шуметь?

— Что будем делать? — обратилась к Габброну. — Детей нельзя здесь оставлять, а наверху опасно. Нам бы найти дом, который не так пострадал от мирцинов.

— Проверим мастерскую. Вдруг, кто-то уцелел? Заберем всех, кого найдем, и спрячем в ратуше. Там полно места, чтобы разместиться, — шепотом ответил зельг. — Сколько желез габбы осталось? Если не хватит, придется убить еще одну.

— Значит, убьем, — я пожала плечами. — Калим, — подозвала брата. — Возьми Колина. Его бы отмыть сначала не помешало, а то никакие железы не спасут. Эрметт, укрой детей плащом на всякий случай.