Глава 4

Намазав детишек пахучим секретом габбы, мы осторожно выбрались из дома. Мальчишки спали. Один у Калима на руках, завернутый в куртку, второй — у Эрметта. Девочка, как вцепилась в зельга, так и не отпускала.

В мастерской обнаружили схожие следы разрушений и выбитую дверь в комнате без окон. Самое печальное, что люк в подвал был безжалостно выломан, а внутри никого не осталось. Я спустилась, чтобы посмотреть, но живых людей не нашла.

Не всем так повезло, как Милли и ее братьям. Двигаясь в направлении ратуши, мы обследовали все дома подряд. Где-то убежища оставались нетронутыми, но пустыми, а другие твари разорили и расправились с прячущимися там жителями. Эрметт мрачнел с каждым разом, когда я возвращалась и качала головой. Теплилась еще надежда, что люди забаррикадировались в большом укрытии и ожидали спасения.

Чем ближе мы подбирались к ратуше, тем чаще попадались мирцины. Бедную Милли трясло от страха, поэтому Эрметт усадил ее на спину, велел крепко держаться и ничего не бояться. Девчонка клещом ухватилась за шею парня и повисла, как Нелринья недавно. Вес у малявки небольшой, походный мешок и то тяжелее будет. Зельг накинул сверху плащ, под которым она успокоилась и пригрелась. Зато наше продвижение ускорилось.

В здании городской пекарни наткнулись на кладку яиц. Видно, магическая печка работала, когда случилось нападение, не успели выключить или некому стало, вот твари и устроили инкубатор. Жалости к монстрам никто не испытывал, поэтому мы отключили подачу тепла, а в гущу кладки высыпали мешок со спорами. Однако я попросила Калима припрятать десяток яиц в потайное хранилище. Вряд ли кому-то из людей удалось бы так подробно исследовать мирцинов. Я видела схожесть с земными насекомыми, но мирильсиндские твари разительно от них отличались.

Совершив диверсию, мы спешно рванули из пекарни. Видно, матка забеспокоилась, раз направила туда защитников. Только скрылись за стенами ближайшего дома, как появились десятки мирцинов и принялись перетаскивать яйца в другое место. Учитывая, что в тепле грибные споры размножаются быстрее, твари сами принесут смерть в другие кладки. Вряд ли эта была единственной.

Соблюдая тишину и осторожность, насколько это возможно, мы исследовали дом. Добротный, с крепкими стенами и основательным фундаментом.

— Здесь жил старейшина Фрапп, — пояснил Эрметт. — Убежище под зданием сохранилось еще с тех времен, когда первые поселенцы клана основали город. Позже верхняя часть надстраивалась, но подвалы уходят в толщу скал, никаким тварям не подобраться.

Первый и второй этаж здания ожидаемо подвергся разрушению, но не сильно, только внутреннее убранство пострадало. Зато комната без окон устояла под натиском и люк в полу никто не трогал. Пыль внутри осела толстым слоем, подтверждая, что из подвала давно никто не выходил. Однако стоило заняться поиском скрытого механизма, отпирающего крышку, как та сама подалась наружу.

— Наконец-то! Долго же вы разбирались с тварями! Мы уже замучились здесь сидеть, — раздался изнутри звонкий женский голос. — Что там произошло? Вы уничтожили монстров? Прогнали? Уже можно выходить?

— Тсс, тетушка Милдред, не шуми! — цыкнул Эрметт, не сдерживая радостной улыбки. — Много вас тут сидит?

— Так, семнадцать человек, включая детей. Продукты заканчиваются, сил больше нет прятаться, — понизила голос женщина. — А вы разве не спасать нас пришли? Эрметт, мальчик, уж не ты ли пожаловал? Неужели из академии сбежал? Кто это с тобой? А где воины?

— Позволь спуститься? Разговорами мы привлекаем лишнее внимание. С нами дети Анхеля и Майи, они очень слабы. О них больше некому позаботиться.

— Так, чего ж ты сразу не сказал? Это Дин? Давай сюда малыша!

Мы закрыли дверь комнаты изнутри, намазав проем железой габбы, после чего спустились в убежище. Обширное помещение, поделенное на спальные зоны и места общего пользования. Сразу видно, древние зельги понимали, что отсиживаться придется не один день, поэтому позаботились об отхожем месте, источнике воды для питья и прочих нужд. Прочная каменная лестница уводила на двухметровую глубину, чтобы наверх не доносились звуки и не чувствовались отголоски магии, поэтому внутри горели световые артефакты и работала магическая печка.

Женщины и дети смотрели на нас с надеждой, желая услышать о судьбе близких и о том, что творится наверху. Но чем их обнадежить? Мужчины клана, скорее всего погибли, защищая семьи до последнего. Помощь, на которую они так рассчитывали, не добралась. Если бы не Эрметт, участь выживших была бы незавидной. Рассказ получился скупым и коротким, оставил после себя горькое послевкусие. Если кто-то надеялся, что близкие выжили, то узнав о логове мирцинов прямо над головами, упали духом. Оказывается, сначала с ними находилось четверо мужчин, но они ушли разведать обстановку и не вернулись.

Оставив детей на попечение женщин клана, мы предупредили, что освобождение не будет быстрым. Возможно, приведем сюда других выживших. Но, пока не избавимся от мирцинов, покидать убежище нельзя.

Далее наш путь лежал через площадь к ратуше, до которой оставалось рукой подать. Однако свободное пространство облюбовала муравьиная матка. Вокруг нее вырос гигантский кокон из камней и соединительного материала толщиной до пяти метров. Муравьиная кладка плотно прилегала к ближайшим домам, наглухо замурованным строительной массой. Крупные самцы охраняли единственный проход и никого не пропускали внутрь. Королева мирцинов от рабочих особей отличалась размерами, крыльями и непомерно большим брюшком. Вдобавок тварь обладала зачатками разума и умело управляла колонией. Почуяв опасность, она окружила себя живым щитом из мирцинов. Пробиться через ряды воинственных монстров было проблематично.

Укрывшись в развалинах второго ряда домов, мы наблюдали за мирцинами, решая, как лучше подобраться к главной твари. Ввяжемся в открытый бой — проиграем, практически добравшись до цели. От нашего успеха зависели жизни остатков клана, мы не имели права на ошибку.

По-хорошему, требовался один рывок, чтобы уничтожить королеву. Достаточно пробить хитин, и «Поглотитель» сделает черное дело. А дальше с дезориентированными мирцинами будет легче расправиться.

— Я могу обрушить башню ратуши и усилить вес камней магией. Они пробьют купол муравейника, — предложил Эрметт.

— Используя дар, ты привлечешь внимание монстров, — резонно заметила я.

— Рисковать я не собираюсь, уйду по крышам, — возразил зельг. — А вы воспользуетесь возникшей суматохой и нанесете решающий удар. Если даже мы и переполошим других тварей, то их встретят мирцины, потерявшие контроль.

— «План рискованный, но должен сработать», — высказал мнение Калим.

— Не попробуем, не узнаем, — я колебалась. — Вдруг только хуже сделаем?

В Иринтале отголоски магии разносились на десятки километров, а в Зельдарине сигналы глушились скалами. Максимум, что грозило, привлечь тварей из ближайших тоннелей, которые полчищами полезут из каменных нор и щелей. Учитывая, что мы планировали рассыпать грибные споры, в итоге они уничтожат всех, до кого доберутся.

— Сколько потребуется времени, чтобы проникнуть в башню и обвалить ее? — уточнила у Эрметта.

— Полчаса или даже час с учетом времени на подготовку, — прикинул Габброн. — Сначала нанесу разрушающие руны, а после активирую магическим импульсом и обрушу на площадь.

— Разве камни не завалят вход в ратушу?

— Даже если завалят, среди нас полно магов земли, расчистим общими усилиями. Только необходимо предупредить оставшуюся часть команды, чтобы нашли укрытие.

— Ммм, ты прав, — я задумалась. — Людям даже на скалах не спастись, потому что никто не знает, каких монстров привлечет магический выплеск. В том секторе, который ребята обследуют, есть основательные постройки, вроде дома старейшины?

— Нет, только новострой, — покачал головой зельг. — Расслабились за столетия относительно спокойной жизни. До недавнего времени самыми опасными считались крийсы, да разномастные слизни. Мирцинов давно не встречали, а габб и подавно.

— Тогда мы с Калимом переправим выживших к убежищу тетушки Милдред, — приняла очевидное решение. — А ты подготовься и жди сигнала. Используем зеркальце или стекло, на крайний случай запалим факел. Учитывая, какой поднимется переполох после обвала, людям лучше не высовываться из подвалов.

Эрметту плащ из скорпионьего хитина был нужнее, поэтому отдала временно попользоваться. Также вместе с парнями отхлебнула по глотку зелья и сжевала кусочек печени эргала. Превентивная мера на случай отравления или потери сил.

На обратный путь до поверженной габбы мы потратили намного меньше времени. Оставшуюся часть команды и горстку выживших зельгов встретили у выхода из муравейника. Ребята осмотрели половину домов в этом секторе. Чаще встречались безрадостные находки с разоренными убежищами и вскрытыми подвалами. Попадались такие, где жители не дождались помощи и умерли от голода, как бабушка Милли. Те же, кто дотянул до радостного момента, выглядели изможденными и обессиленными. Когда подобная картина повторяется от дома к дому, невольно задумаешься, сколько человек погибнет из-за нашей медлительности.

— Надо бы предупредить Эрметта, что придется повременить с атакой на королеву, — озадачилась вслух. — Пока не обойдем город и не переведем жителей в безопасное место, нельзя использовать магию.

— Давай, я сбегаю! — вызвалась Нелринья. — А за тобой Калим и Ним присмотрят. Я быстро управлюсь, вот увидишь.

— Иди, — хмыкнув, отпустила эльфирку.

Как будто мне требовался присмотр в условиях Иринтала или подземелий. Это среди постоянно интригующих эльфиров опасно терять бдительность, а монстры подчиняются лишь инстинктам.

— Только, сначала сопроводи спасенных людей в безопасное убежище, — добавила, понимая, что лучше передвигаться небольшими группами, чтобы не привлекать внимание мирцинов. — Калим, ты знаешь, где оно расположено, поэтому отправишься с ними. Энтин, Дафна, поможете? — предложила зельгам. — А мы продолжим поиски.

Среди остальных эти двое вели выглядели наиболее унылыми и подавленными. Лучше бы им отвлечься на помощь живым сородичам, а не сталкиваться со смертью на каждом шагу.

Распределив остатки железы, пришла к выводу, что потребуется еще одна тварь. Принцип охоты я уже знала и рисковать больше необходимого не собиралась. Если по верхнему ярусу подобраться к монстру, расправиться с ним можно вдвое быстрее. В прошлый раз я поддалась эмоциям после рассказов Эрмета о славных предках и использовала посох. Теперь в ход пойдет только древний кинжал, чтобы сразу и наверняка.

— Дарин, Вирг, мы с Нимернисом отлучимся ненадолго и раздобудем еще одну габбу. Боюсь, оставшихся желез на всех не хватит.

Поделившись с зельгами припасами и водой, мы с Нимом налегке помчались к монстру. Бородавчатый хребет выпирал над муравейником и был заметен издалека. На этот раз обошлось без зрелищных трюков с раскручиванием молота. Подобравшись поближе к габбе, Ним жвалой прорубил спуск в муравейник сбоку от расплывшейся туши. Затем мы спустились как раз к тому месту, где у твари располагалась лапа. Пару ударов скорпионьего жала, пробившего дыру до кости, прикосновение «Поглотителя», и вот меня уже выбросило в безвременное пространство.

— Таурелия, что случилось? — В глазах Сихилла сквозила нешуточная тревога. — Ты долго не приходила. Я уже начал волноваться.

— Волноваться? — я удивилась. — На вас непохоже. Вы ведь получаете подпитку от тварей, которые попадаются мне на пути. Раз монстры регулярно дохнут, значит, я в порядке.

— В порядке? Раньше ты не охотилась каждый день. Пошли третьи сутки, как ты непрерывно с кем-то сражаешься. Сначала крийсы, затем мирцины и габбы. Что ты забыла в Зельдарине?

— Приятно, что вы переживаете, наставник. Но в подгорное королевство я отправилась не без вашего участия. Серьги, которые входят в артефактный доспех, хранились в клане Габбронов. Твари, хлынувшие из глубин подземелий, уничтожили клан и заняли третий уровень. Мы как раз занимаемся его очисткой и поиском уцелевших людей. Кстати, не подскажете, что будет с мирцинами, если уничтожить королеву? Как лучше это сделать?

— Вот как? — эльф задумчиво покивал. — Что ж, я верю, ты справишься с любыми трудностями. А с королевой будь осторожна. Тварь и в мои времена считалась опасным противником. Она умна и быстро обучается, когда дело касается выживания вида. Ее мозг достаточно развит, чтобы управлять колонией подданных. В наше время печень мирциновой матки весьма ценилась ментальными магами. Как думаешь, почему?

— Усиливала способности? — предположила я.

— И не только. Не советую делиться этим деликатесом. Если возникнет необходимость, используй органы самцов-воинов или рабочих особей. Результат тебе понравится, — Сихилл улыбнулся кончиками губ. — Время для вопросов истекло, займемся обучением. Начнем с разминки, пожалуй, а после разучим еще один прием.

Информации для размышления древний эльф подкинул предостаточно. Заманчиво выглядела перспектива усилить ментальные способности. Это ведь не только управление другими людьми, а развитая интуиция, предчувствие опасности, умение отличить правду от вымысла.

Насчет ума королевы — своевременное предупреждение. Я привыкла иметь дело с неразумными тварями, которыми руководят инстинкты. Конечно, глирхи уже доказали, что способны к общению. Но это ведь не одно и то же! Быть может, мне сложно оценивать умственные способности мирцинов с человеческой точки зрения? Насекомые живут и мыслят другими категориями. Что для них имеет первостепенное значение? Вопрос выживания и продолжения рода. В земной литературе функция муравьиной матки сводилась к поддержанию популяции муравьев и откладыванию яиц. Уборка территории, охрана и поиск пищи ложились на рабочих особей, которые в этом случае действовали, как единое целое, подразумевающее коллективный разум. С мирцинами все иначе.

Что ж, я бы на месте тварей задалась вопросом, отчего вдруг погибли габбы и почему запах желез распространился по муравейнику? Первая туша уже смердела, а рабочие активно уничтожали останки. Хм, не потому ли, что опасались отравлений и массовой гибели?

Кажется, от земных муравьев избавлялись при помощи аммиака и препаратов на его основе. А что он из себя представлял? Если память не изменяет, газообразное вещество с резким запахом. В средние века аммиак добывали из мочи и применяли для дубления кож, при стирке белья в качестве отбеливателя и в других сферах деятельности.

В осмотренных ранее домах часто попадались полные ведра с отходами человеческой жизнедеятельности. Надо бы окунуть мирцина в такое ведерко и посмотреть, выживет или нет. Если теория подтвердится, королева захлебнется нашей местью.

Вывалилась из безвременного пространства я в тот же момент, когда всадила «Поглотитель» в габбу. Вдвоем с Нимернисом мы шустро вырезали пахучие железы и заодно поживились трофеями. Всего монстра освежевать не хватило бы сил, но срезать полотно бугристой кожи с массивной спины не заняло много времени. Не поленилась добраться до печени габбы и набила пару зачарованных мешков свежим мясом. Неизвестно еще, когда выберемся из подземелий, а людей кормить чем-то надо. Попробуем, какова эта тварь на вкус.

Воспользовавшись моментом, я переложила трофеи в потайное хранилище Нима. Эльфир успел еще близстоящие дома осмотреть, пока возилась с габбой, а позже я присоединилась к нему. К сожалению, вблизи монстра никого из живых не осталось. Зато я разжилась ведрами с дурно пахнущим содержимым.

— Зачем тебе? — у парня округлились глаза при виде странной добычи.

— Хочу проверить кое-что, и для этого потребуется мирцин, — я хищно прищурилась.

В том же доме на разоренной кухне я прихватила ковшик с длинной ручкой, а в куче тряпья нашла кожаные перчатки. Подопытные сами набежали, услышав агонию габбы. Мне оставалось только подкараулить тварь у поворота и плеснуть в морду ничего не подозревающему мирцину полный котелок вонючей жижи.

— Жестоко! — брезгливо поежился Нимернис, наблюдая за агонизирующим монстром. — Но действенно! Откуда ты узнала?

Что тут скажешь? Знания — сила!

— Предположила, что мирцины чувствительны к резким запахам, — я пожала плечами. — Обратила внимание, что в проходах царит идеальная чистота, а ведь тут обитают тысячи особей. Представь, как бы тут было загажено, если бы твари регулярно не убирались. Сомневаюсь, что они от природы такие чистюли. Кста-ати! — пользуясь моментом, вскрыла брюшко муравья, внутри которого обнаружила железу с кислотой.

Разворочанная туша габбы лежала неподалеку. Не поленилась проверить еще одну теорию, касающуюся использования муравьиной кислоты. Плеснула содержимое железы на необработанный кусок бугристой шкуры с остатками мездры. Плоть сразу растворилась, а кожа посветлела, приобретая молочный оттенок. Интересное свойство! Прихватила образец с собой, намереваясь позже вымочить в воде, просушить и опробовать качество получившейся заготовки. Однако запастись железами с муравьиной кислотой следовало уже сейчас.

— Мне на мгновение стало жаль мирцинов, — хмыкнул эльфир, перехватив мой жадный взгляд, брошенный на других тварей.

— Невероятно полезная в хозяйстве живность, — пробормотала я. — Конечно, спасение людей стоит на первом месте, но позже мы поохотимся на муравьишек. При каждом удобном случае, первым делом извлекай из тел эти железы. У меня столько ценных шкур только и ждут, когда получится их обработать.

На габбу, трофеи и прочие эксперименты ушло два часа, после чего мы спешно вернулись к зельгам и занялись осмотром домов. Вскоре к нам присоединились Калим и Дафна с Энтином, а следом и Нелринья примчалась. Эльфирка передала, что Эрметт уже все подготовил к обрушению башни и готов ждать, сколько потребуется. Он намеревался проникнуть в здание ратуши и отыскать вход в убежище. Старательные мирцины, чтобы обезопасить королеву, замуровали здание камнями и залили клейкой смесью для прочности. Родной дом Габброна примыкал к площади, поэтому его тоже засыпало. Вероятно, близкие парня попали в ловушку.

— Не следовало оставлять его одного, — выслушав доклад сендара, посетовала я. — Шум раскопок привлечет лишнее внимание. Неизвестно еще, какое открытие ожидает внизу, а то ведь Эрметт и сорваться может. Он не говорил, достаточное ли количество припасов хранилось в семейном убежище?

— Кажется, упоминал, что продуктов должно хватить на месяц, — припомнила Нел. — Но это с расчетом только на членов семьи. Если же количество спасшихся зельгов больше…

— Ясно, можешь не продолжать, — я вздохнула. — Предлагаю, выдвинуться к площади и обследовать еще одну улицу по пути. На месте разыщем Эрметта и обсудим дальнейший план действий.

Из трех десятков домов лишь в двух повезло наткнуться на живых обитателей. Ослабленная женщина с грудным ребенком и мальчишка-подросток уже ни на что не надеялись. Да и выжили чудом. Малышу ведь не объяснишь, что шуметь и плакать нельзя. Спасением для этой семьи стали шкуры, которые предприимчивый хозяин дома закупал на верхних уровнях. В Габерсе он обустроил кожевенную мастерскую, где шил одежду, изготавливал ремни, браслеты и сумки из кожи. Сырье надлежало хранить в прохладном месте, вот зельг и использовал для этого убежище. Когда поднялась суматоха, семья успела спустить в подвал люльку с ребенком, продукты, матрасы и запасы одеял. Пока наверху царила суматоха, мать с сыном спешно оббивали шкурами стены и потолки, чтобы заглушить звуки. Только благодаря этому и выжили.

Оставаться на виду было опасно, поэтому Нелринья вызвалась проводить выживших до убежища тетушки Милдред и заодно разыскать Эрметта. Не успели они скрыться в муравьином проходе, как оттуда донеслись крики и звуки сражения. Не мешкая, мы бросились на помощь и обнаружили два десятка тварей, напавших на людей. Пришлось выплеснуть ведро с испражнениями в гущу мирцинов, насевших на мирных зельгов и их храбрую защитницу. Твари прыснули в стороны, а часть попадала на пол, забившись в агонии. Добить дезориентированного противника не составило труда.

— Фу! Что это? — бедную помощницу стошнило на пол. — Это же не то, о чем я думаю?

— Оно самое! — усмехнулся Нимернис, подавая сестре мех с водой, чтобы умылась.

— Да я же теперь по уши в дерьме! — страдальчески простонала девчонка.

— Ну, извини! Зато живая, — привела веский аргумент в оправдание и развела руками. Меня беспокоило другое. — Раз уж мирцины напали, значит, железы габбы теперь бесполезны.

Универсальная маскировка перестала работать, и это значительно усложняло задачу по поиску выживших. Передвигаться решили вместе, от строения к строению, попутно осматривая подвалы и укрываясь от мирцинов за стенами, которые служили хоть какой-то защитой.

Нимернис периодически подтрунивал над Нелриньей, хотя в самой ситуации ничего смешного не было. От спасенных зельгов, не мывшихся месяц, пахло не лучше. А главное, каждый понимал, что в случае угрозы жизни с головой нырнет в зловонную бочку, если такую обнаружит, конечно. Наоборот, в каждом доме мы специально выискивали отхожие ведра и забирали с собой. Так, с перебежками и длительными остановками, мы постепенно добрались до надежного укрытия и привели с собой еще десять человек.

С нашим появлением в подвале стало по-настоящему тесно. Вирг и Дарин пробежались по соседним домам, собрали матрасы, постельное белье и все пригодные вещи, что попадались под руку. Вновь прибывших отмыли, подлечили и накормили, заняли разговорами. У каждого была своя история, которой хотелось поделиться. Нел под шумок тоже помылась и почистила вещи, однако от запаха отхожего места так и не избавилась. Что поделаешь, если настолько въедливый?

Продуктов пока хватало, но, если людей прибавится, а мы задержимся на неопределенный срок, надо будет идти на охоту. Теперь при осмотре домов попутно искали запасы воды, крупы, специи, сушеные травы. Забирали также матрасы и одеяла, теплую одежду, ну и главный отпугиватель насекомых — ведра с мочевиной.

Нелринья, как только отмылась, отправилась на поиски Эрметта. Однако не обнаружила зельга ни возле башни, ни у родительского дома. Следов сражения, к счастью, тоже не нашла. Вопреки расхожим убеждениям, что в домах прятались мелкие твари, мы практически никого не встретили. Так что главную опасность по-прежнему представляли мирцины, с которыми парень справится играючи.

Расспросив местных женщин, в какой части ратуши расположен вход в главное убежище, я попробовала расчистить туда дорогу. Для этого обошла здание с другой стороны и убедилась, что окна засыпаны спрессованным камнем. Сверившись с планом, схематично нарисованным на клочке бумаги, выбрала окно, от которого вел кратчайший путь к подвалу, и принялась кромсать преграду мечом из рога чербиса. Обломки ссыпала в пространственный тайник, который по мере наполнения вытряхивала в одну большую кучу в соседнем дворе. Работа продвигалась медленно. Мирцины слышали шум и периодически прибегали с проверкой. Калим, устроившись на выступе здания, следил за подходами и вовремя предупреждал о появлении тварей. Тогда я забиралась в образовавшийся проход и закрывала окно срезом камня, для которого выдолбила специальные пазы в подоконнике, чтобы случайно не вывалился. Мирцины обследовали территорию и, никого не обнаружив, уходили ни с чем. А я продолжала работать, потому что иного способа попасть в убежище не существовало.

Время в подземельях текло иначе, на третьем уровне смена дня и ночи не ощущалась. Я уже забыла, когда последний раз спала, подпитывая себя зельями и кусочками печени. Мы с Калимом сменяли друг друга, чтобы работа не останавливалась, а остальные ребята исследовали дома и искали выживших. К счастью, строительный материал мирцинов, из которого возводился муравейник, уступал по прочности монолитным скалам. Меньше, чем за сутки удалось расчистить проход к комнате без окон. Когда же высвободили и вскрыли тяжелую дверь из каменного дуба, нас уже встречали отчаявшиеся выбраться на свободу зельги.