Глава 23

Я никогда ещё не ездила в экипаже, несущемся на большой скорости. Пришлось очень крепко держаться за поручни сидений, зато добрались мы довольно быстро. С момента перемещения телепортом прошло не так много времени, чтобы мама начала паниковать, но моё отсутствие она, скорее всего, уже заметила.

Бредвигс, который сегодня был вместо кучера, естественно, не стал подъезжать к парадному входу. Экипаж остановился на некотором расстоянии от неосвящённой части особняка за густыми деревьями сада.

— Может, мне тоже стоит поздравить эйра Мистража лично, раз уж всё равно приехал, а заодно и с вашей мамой пообщаться? — задумчиво сказал профессор, помогая мне выбраться.

В этих словах прозвучало гораздо больше, чем просто желание проявить вежливость.

— Вы собираетесь ей всё рассказать? — ужаснулась я и отчаянно взмолилась: — Не надо, пожалуйста! Зачем её расстраивать? Ничего плохого ведь не произошло!

— В этот раз нет. Но я достаточно хорошо вас знаю, чтобы понимать — вы снова решили поиграть в дознавателя... — последовал неприятно удививший ответ.

Я почувствовала себя воришкой, застигнутым за попыткой что-либо стащить. Как он догадался? Досадно, что я настолько предсказуема.

— Я не играю, просто... — попыталась неуверенно возразить.

— До тех пор, пока вы не пройдёте обучение и не будете действовать в рамках системы, это — игра! Причём опасная и нелепая! — строго прервал Бредвигс. — Девушка вы неглупая, но вот импульсивность вас часто подводит. Пожалуйста, впредь не идите на поводу у эмоций, не заставляйте меня опасаться ещё и за вашу жизнь, — добавил он тихо и очень серьёзно. — Поверьте, этим вы мне очень поможете.

— Хорошо, — я сглотнула подкативший к горлу ком, жалея, что в темноте почти не видно его лица. — Я не буду играть в дознавателя. В академии это вообще-то затруднительно — нас же никуда не выпускают. Но, прошу, не рассказывайте ничего маме! Она и без того задалась целью поскорее выдать меня замуж, потому и платье выбрала такое дурацкое! А если узнает, что я сегодня сделала, удвоит усилия. Пожалуйста, не говорите ей!

— Не скажу, но искренне надеюсь, что не пожалею об этом, — вздохнул мой бывший учитель после недолгой паузы и мягко добавил: — А про платье вы зря так. Оно вам очень идёт. Просто не оставайтесь в нём наедине с мужчиной. Всё, пора! Чары уже не действуют. Возвращайтесь, пока нас не обнаружили, и помните, что вы мне обещали.

— А вы помните, что… в общем, будьте осторожны, пожалуйста! — почти умоляюще выдохнула я и, не прощаясь, поспешила вернуться в сторону дома. Время шло, с каждой минутой моё отсутствие становилось всё более явным и подозрительным уже не только для мамы.

Мне повезло никого не встретить в саду, но когда подошла к ярко освещённой террасе, попалась на глаза прогуливающейся в одиночестве Ленаре.

— Биргем! — поморщилась она при моём появлении. — Что ты тут делаешь? Прячешься, чтобы не позориться в своём вульгарном платье?

— Да, прячусь, — не стала возражать, вздохнув с облегчением. По крайней мере, она не искала меня специально, а значит, ничего не заподозрила. — Думаешь, мне приятно чувствовать себя товаром на витрине в этакой подарочной упаковке и улыбаться всем этим потенциальным «покупателям»?

— Какая привередливая! — презрительно поджала губы однокурсница. — Да ты радоваться должна, что с приличными людьми теперь общаешься, ведь раньше твоим максимумом были разве что кучер или лакей. Так что пользуйся случаем, пока есть возможность. А то мало ли, вдруг эта свадьба всё же не состоится!

— Почему? — не поняла я, неприятно удивлённая её словами. Точнее тоном, которым они были произнесены. Мне казалось, она уже смирилась с неизбежным, но, похоже, это не так.

— Не знаю. Просто в жизни всякое бывает, — с невинным видом пожала плечами Ленара.

Неужели что-то задумала? Если и так, в любом случае не признается, да и что она может сделать? А меня сейчас больше интересовал другой вопрос. Да, я обещала Бредвигсу не заниматься самовольным расследованием, но просто спросить ведь не возбраняется? К тому же, не факт, что она ответит.

— Ленара, я слышала, тебя заставляют пить профилактическое средство против отравления лильником, — сказала осторожно, — а зачем?

— Так и знала, что ты всё время подслушиваешь! — сердито огрызнулась она. — Следишь за мной, да, Биргем?!

— Верещать нужно было тише. Я случайно услышала. — возразила спокойно и повторила вопрос: — Так почему именно лильник? Он ведь в наших краях даже не встречается?

Растёт в основном в южных землях. Мне ещё и поэтому было обидно делать такой объёмный доклад по растению, которое я, скорее всего, никогда в жизни даже не увижу.

— Не встречается, говоришь? А мне вот встретился! — нахмурившись, ворчливо буркнула Ленара. — Привезла однажды из академии в своих вещах завявший цветок. Как он туда попал — непонятно.

— Цветок не опасен. Яд только в свежих, едва завязавшихся бутонах содержится, — машинально озвучила всплывшую в памяти фразу из книги. — А когда это было?

— Давно уже. Сразу после того случая дядя и пришёл преподавать в ЖАР. Он всё там проверил, не нашёл ничего подозрительного, но меня всё равно заставил регулярно пить эту гадость, — неохотно ответила собеседница и вдруг, ощетинившись, сердито возмутилась: — Тебе какое дело?! Чего пристала?! Иди, куда шла!

— Спасибо, что напомнила. Так и сделаю, — ответила миролюбиво и направилась к дому, пытаясь осмыслить услышанное.

Странная история. Зря я надеялась парой вопросов хоть немного прояснить ситуацию. Не вышло. Всё только больше запуталось. Зато теперь понятно, что Бредвигс не просто так променял Королевскую академию, где работать выгоднее и престижнее, на женскую.

Как я и предполагала, мама давно заметила моё отсутствие и уже начала нервничать.

— Где ты была?! — спросила она возмущённым шёпотом, когда я оказалась рядом.

— Гуляла в саду.

— Одна?! А если бы к тебе подошёл незнакомый мужчина?!

— И что? Ленара там сейчас тоже гуляет одна. Ей, значит, можно? — возразила тихо, тоже стараясь не привлекать внимания посторонних.

— За Ленарой всегда присматривает кто-то из охранников только издалека. Эйр Мистраж предлагал и к тебе кого-нибудь приставить. Видимо, зря я отказалась, — огорошила мама неприятной новостью.

Я даже похолодела, представив, что могло произойти, если бы за мной шпионил, то есть присматривал кто-нибудь из людей Мистража. Тогда моё недавнее приключение точно не осталось бы незамеченным.

— Зачем мне охранник? В этом нет никакой необходимости! Мама, успокойся, всё ведь хорошо, — поспешно заверила я, боюсь, не слишком искренне, но она заметно расслабилась и с виноватой улыбкой сказала:

— Извини. Просто всё идёт слишком гладко. Свадьба уже совсем скоро. Вот я и боюсь, как бы чего не случилось.

От её слов и взгляда стало стыдно. Я только сейчас поняла, что своим поступком едва не разрушила не только своё, но и её будущее. А ведь она лишь недавно снова начала улыбаться. Видимо, профессор прав, мне стоит лучше контролировать эмоции и сдерживать порывы, чтобы потом не сожалеть о последствиях своих необдуманных действий.

— Глупости, что может случиться? Не нужно думать о плохом, — выдавила я вымученную улыбку, пообещав себе впредь действовать осмотрительнее.

Остаток вечера я провела у неё на виду, и делала всё, что от меня ожидалось. Мило общалась с новыми и старыми знакомыми, даже пару раз танцевала. Мама успокоилась и осталась довольна моим поведением.

После завершения мероприятия, проводив всех гостей, мы ожидали в библиотеке, когда подадут экипаж. К этому времени я окончательно убедилась, что мой короткий побег никто не заметил, и позволила себе расслабиться, продолжая раз за разом прокручивать в мыслях сцену встречи с Бредвигсом и вспоминая каждую мелочь. Сейчас все эти мелочи казались исключительно приятными и волнующими, а в душе даже ожила надежда, что тактика не при чём, и я на самом деле ему небезразлична.

Сразу вспомнилась ещё одна мамина знакомая, точнее коллега по работе в королевском госпитале — Лестэлла Бродрак — дочь простого торговца. Её историю я слышала не раз, однако раньше она казалась мне какой-то нереальной сказкой. Говорят, высокородный жених, вынужденный заключить с ней помолвку, девушку поначалу презирал и терпеть не мог, но со временем оценил и полюбил по-настоящему. Сейчас у них всё прекрасно, и уже двое малышей подрастают. Если реально бывает так, что человек сначала не нравился, а потом стал единственным и самым лучшим, значит и у меня есть шанс. Тогда, возможно, Бредвигс не лгал и о том, что найдёт меня, когда решит свои проблемы. Но что если они окажутся неразрешимыми или роковыми?!

В памяти промелькнул ещё один фрагмент минувшего вечера. Когда мы с профессором шли через его дом, на столе в гостиной я заметила газету «Новости Рансаара». Она бросилась в глаза, потому что один из заголовков был обведён чернилами. Нет, прочитать его я не успела, да и вообще тогда не обратила на газету внимания, но вот узнать расположение текстов на странице, наверное, смогла бы. Эта мысль не давала покоя. Ведь что-то же заставило Бредвигса сделать пометку! А вдруг в той информации кроется разгадка всей этой странной истории?

Пока мама увлечённо беседовала с эйром Мистражем, я затерялась между книжных полок и подсела к низкому стеклянному столику, на котором лежала подшивка «Новостей Рансаара» за текущий год, и принялась их внимательно просматривать. В академии такой возможности не представится — газеты там получает только директриса, и хранятся они, соответственно, в её кабинете. А мама новостями не особо интересуется, поэтому у нас в доме периодических изданий просто нет. Разве что старые номера, которые ещё папа выписывал, до сих пор хранятся в его кабинете.

Нужная газета нашлась среди номеров, относящихся примерно к тому времени, когда Бредвигс появился в женской академии. В отмеченном материале сообщалось о побеге из тюрьмы опасного преступника Адана Стонверза, задержанного семь лет назад. К сожалению, в заметке содержалось очень мало информации. Упоминалось лишь, что он был причастен к давнему государственному перевороту. И что такого человека могло связывать с Бредвигсом? Неужели это он на него напал?1

Когда возвращались домой, я всё-таки не удержалась, призналась маме, что увидела заметку о сбежавшем преступнике и спросила, что ей известно об Адане Стонверзе? К сожалению, ничего конкретного к информации, полученной из газеты, она добавить не смогла. Сказала только, что нам об этом не стоит беспокоиться, потому что его уже ищут профессионалы, а значит, скоро найдут.

Ага, скоро! Девятая декада пошла, как сбежал. Но мама права, пусть этим занимаются профессионалы. Я обещала Бредвигсу ни во что не ввязываться и не собиралась его разочаровывать. Только не сейчас, когда в душе впервые за долгое время несмело расправляла крылья робкая надежда на взаимность. К тому же, находясь в академии, куда я отправлюсь уже завтра, отыскать какую-либо информацию за её пределами — практически невозможно.