Глава 24

Прикрываю дверь в детской, направляюсь в сторону кухни. Мои котятки спят сладким сном, а у меня сна ни в одном глазу. Что такое? Уже час прошёл, я вертелась с одного бока на другой, так и не уснула. Решила пойти на кухню, заварить фруктовый чай и посидеть на террасе, подышав свежим воздухом.

Возможно ли то, что причина бессоницы в том, что я думаю о Ринате с младенцем на руках? О том, что он меня сегодня удивил, удивил, нянчась с малышами по собственной инициативе? Не могу контролировать мысли, хоть по голове тресни! Неосознанно о нём думаю… До сих пор не могу забыть. Хотя ненавижу! Но так ли это на самом деле?

Как его забудешь? Если он стал моим первым мужчиной. Если он отец моих детей, в лицах которых я день ото дня вижу его лицо. Его шоколадно-бездонные глаза…

Заварив чай, взяв блюдце с чашечкой, я направилась вдоль по коридору. В доме царит полумрак, все домочадцы спят. Похоже… Не сплю только я и Ринат! Меня привлекла полоска света, сочившаяся из двери его кабинета. Дверь в кабинет бывшего босса была приоткрыта, я не удержалась и немного подглядела.

То что я увидела, слегка меня поразило: Уваров весь обложился бумагой и что то усердно пытался

– Да чтоб тебя! – смял лист и с яростью метнул его в корзину, стоявшую неподалёку. Бумажный шарик не долетел до места назначения, упав рядом с другими

Всё ясно, творческий кризис.

Сделала шажок назад, собираясь уйти, как вдруг подо мной скрипнула половица.

– Кира? – он вскинул вверх голову и я была обнаружена. Блин!

– Извините, я просто проходила мимо… Уже ухожу.

– Постой! – дёрнулся, вскочив на ноги, неловко задел локтём стаканчик с карандашами и они с грохотом посыпались на паркетный пол, следом за ними пару стопок документов.

– Я помогу!

Не знаю, что это был за порыв, но я, не контролируя собственное тело, влетела в его кабинет, присела на корточки, принялась аккуратно собирать листы. Под рёбрами что-то кольнуло – ностальгия по былым временам. Я потянулась к очередному листочку, так вышло, что мы вместе с Ринатом его коснулись. Наши пальцы соприкоснулись… Время застыло на несколько секунд, потом я быстро отдёрнула руку, вставая на ноги.

– Держите, – заправив прядь волос за ухо, протянула мужчине его наброски.

– Спасибо. – Растерянно, абсолютно мягким тоном пробормотал он.

Не следовало мне сюда входить…

Но Ринат выглядит таким несчастным и до жути уставшим, что мне, честно вдруг даже стало его жаль.

Я никогда не видела, чтобы у настолько заядлого перфекциониста во всём была мятая рубашка, торчком взъерошенные волосы и мешки под глазами.

– Новый проект готовите? – вот опять слова сами по себе с губ срываются.

Не моё это дело! Хотя я уже многое рассмотрела, и я бы много чего исправила. Даже идеи какие-то в голове вспыхнули, пока самопроизвольно просматривала документы.

– А, да… Это для конкурса, проект для застройки элитного микрорайона, спонсируемый самим мэром.

Мм, наша фирма, кстати, тоже участвует, конкурсный проект от “Интерстрой” придумывала я.

– Может глянешь? – невзначай предложил Ринат. – Не прёт что-то сегодня у меня, а те варианты, что присылали мои помощники, – полнейшая безвкусица, здесь другой уровень нужен, понимаешь?

Обхожу рабочий стол по кругу, занимая место рядом с Ринатом, внимательно принимаюсь изучать эскизы. В моей руке оказывается карандаш и он начинает жить своей жизнью, когда в голове разыгрывается фантазия. Как сейчас, например.

– Здесь добавим больше белого тона, а здесь… хочу здание в десять этажей с синими окнами.

Карандаш не просто скользит по бумаге, он парит по ней, а я вхожу в азарт.

– Тут будет парк! С искусственным прудиком, красивейшими растениям и деревьями.

– Поразительно, – дыша через раз шепчет Ринат, заглядывая за спину. – Это очень красиво.

– Парковку лучше всего сделать подземную, с целях экономии места. Разумеется, там будет лифт, который доставит людей сразу с парковки на нужный этаж… – сказав это, я поставила точку и положила карандаш в стаканчик. – Готово!

Не успела обернуться, внезапно была притянута горячими мужскими руками за талию, Ринат усадил меня к себе на колени, уткнувшись носом в шею. Миллиард острейших, как иголочки, мурашек хлынули от затылка к пяткам и обратно, когда он зарылся носом в мои волос и прошептал:

– Богданову тоже такую красоту нарисовала?

– Нет. Там немного не так… – хрипло вдохнула. – Но здания примерно в таком же стиле. У него без сада, главная фишка…

Ринат целует меня в шею.

Я закатываю глаза и больно кусаю губы, чтобы не потерять голову, потому что он начинает поглаживать мои бёдра пальцами через тонкую ткань халатика и жмётся к нежной коже шеи влажными губами…

– Ты пахнешь, как во время нашего первого раза. Я не забыл твой личный запах, малышка, я буду помнить его всегда. Ты всегда была для меня особенной. И ты ею будешь.

Господи! Как гром среди ясного неба, я понимаю, что по-прежнему не могу бороться с чувствами. Кажется, я до сих пор его люблю…

– Р-Р-Ринат… – захлёбываюсь в горячей дрожи.

Моё тело слишком горячо отзывается на каждое прикосновение Рината, а сердце стучит как автомат. Внизу живота взрываются вулканические океаны. И хочется большего. Но я обязана остановиться!

Выпуталась из горячего плена, настойчиво отстраняя от себя Рината. Моё тело реагирует так страстно только на него и это становится проблемой. Почему другие мужчины меня не интересуют и не впечатляют? Ну почему!

– Аллея магазинов, – томно вздыхаю, наслаждаясь пульсирующей сладостью в нижней части живота, утопая в безумии надвигающегося торнадо, который вот-вот охватит меня, если губы Ринат продолжат целовать меня ниже, накрыв грудь, а его пальцы, задрав полы халатика, вторгнутся в горячую пещерку.

СТОП, Кира!

А ну ка быстро очнись!

Мысленно даю себе хлёсткую пощечину и вскакиваю на ноги, поправляя на плече халатик.

Надо срочно убираться, пока я вдруг не потеряла голову, как полтора года назад. Связь с Уваровым всегда плохо для меня заканчивается, как какая-то закономерность. В прошлый раз дело кончилось двумя полосками на тесте. А вскоре разбитым сердцем.

– Мне пора. Спокойной ночи.

Наверно я слишком много рассказала, а это делать нельзя. Блин, кто за язык тянул? Лапать гад меня начал, вот и позабыла обо всём на свете, чуть не задохнувшись от его порочных губ, властных, сильных пальцев.

Быстрым шагом семеню по коридору, но позади звучат шаги. Ринат догоняет меня возле первой ступеньки лестницы, хватая за запястье.

– Подожди.

Крепко переплетает наши пальцы, согревая мою ладонь своей – немного жёсткой и горячей. От этого сердце забывает сделать удар…

– Ты забыла свой чай, – протягивает чашечку в блюдце, глядя на меня каким-то спокойным, устало-мечтательным взглядом, в котором нет ни намёка на ненависть, тем более на ярость. Даже капельку.

Очень странно себя ведёт Ринат последние несколько часов. Невольно заставляет меня вести себя с ним аналогично – также мягко и вежливо, копируя его тон, слова, поступки.

Я вообще по жизни такая, веду себя с людьми также, как они ведут себя со мной. Такой я человек.

– Я… это тебе, – киваю на чашку.

– Для меня что ли сделала?

Чёрт, всё не так. Чёрт!

Удивляется, чуть выгнув свою красивую бровь.

– Чай уже остыл, может посидим немного на веранде? Вдвоём… Я сделаю новый напиток. Нам обоим.

Говорит это, не отрывая глаз, и сильнее сжимает мою ладонь.

– Поговорим, м? Выскажи мне всё, что ты обо мне думаешь, идёт?

С моих губ невольно сорвался смешок.

– Устроим ночку откровений. Я бы хотел докопаться до правды и понять, почему у нас с тобой ничего не вышло.

Подождите, я сплю, что ли? Или Рината Уварова инопланетяне похитили, заменив на его двойника душку. А может кто-то щедро треснул его по башке? О! Наверно это моя пощёчина его встряхнула.

– Хорошо. Чай так чай. Всё равно я вряд ли сейчас усну, – жму плечами. – У меня бессонница сегодня жуткая.

– Я приготовлю тебе потрясающе вкусный облепиховый чай с мятой. Такой напиток точно тебя расслабит.

Неожиданно Ринат приобнимает меня за плечи и ведёт в сторону выхода на веранду. Что сказать? От его прикосновений, пусть даже самых мимолётных, я хочу растаять как сладкий мармелад…

***

– Держи, Кира.

На стеклянный столик рядом со скамейкой-качалкой опускается ароматный напиток, который пахнет ну просто божественно. На улице так хорошо, тихо, свежо. Дивная ночь – на небе светит большая луна и мерцают крупинки звёзд. В глубине сада сладко поёт ночная птица, создавая особую умиротворённую атмосферу.

– Благодарю, – обхватываю ладошками стакан, согреваясь, и прижимаюсь к горлышку губами, делая первый глоток. Просто обалденно!

Ринат присаживается рядом со мной со своим стаканчиком, резко двигается ко мне. Его бедро вдруг тесно прижалось к моему, я чуть не пролила на себя чай от неожиданности.

– Дивная сегодня ночь, – мечтательно смотрит в небо.

– Это точно, – вздыхаю. – Прохладно только немного, зато свежо. Чай действительно бесподобный.

– Спасибо, друг, Тимур Титов, угостил недавно, научил заваривать по собственному секретному рецепту.

Надо же, а я думала, что за великого бизнесмена всё слуги делают, сам палец о палец в жизни не ударит, чего только стоило Ринату смесь развести, как вспомню – слёзы на глазах. Я издали за этим наблюдала, вручив папашке инициативу в собственные руки, так он весь был в этой смеси, ещё и Тимурка умудрился ручкой залезть в банку и бросить ему порошочка в лицо. Всегда, когда этот момент вспоминаю, живот надрываю. Точно также и с его ботинками и соком…

– Опять Станиславовну напряг?

Чтобы произвести на меня впечатление.

Вспоминаю случай с памперсами, чуть не расстроилась. А потом тут же выдавливаю извинения, вспоминая, что наша домработница спит.

– Извини! Случайно вырвалось! – спешу сгладить обстановку, Ринат улыбается.

– Ладно, сделаем вид, что не расслышал.

– И что бы было?

– Кто-то получил бы по заднице! – зыркнул на меня так опасно, что я чуть не взвизгнула, отстранившись максимально далеко.

– Так о чём поговорить хотел?

– Уже не на вы? Хороший знак, – обрадовался Ринат.

Действительно, не на “вы”. Не заметила, как перешла на другой формат. Теплеешь, Кира, теплеешь… Понимаю, что не смогу долго сдерживать оборону. Неужели гад растопит моё сердце?

– О погоде.

– Так уже поговорили.

– Тогда о музыке…

Что за игру затеял на ночь хитрый гад?

– Ты ведёшь себя странно…

– Правда? Я так не думаю. Так что, какие песни нравятся в последнее время?

И пошло-поехало. Я не поняла, как между нами закрутился диалог, при том, сегодня я себя чувствовала с Ринатом легко и беззаботно. Когда он не козёл, с ним интересно. В прошлом, мы тоже о многом болтали, и мне это нравилось... а сейчас опять всколыхнулась ностальгия.

– Ты туда что, сыворотку правды добавил? – трясу полупустым стаканчиком перед носом Рината и смеюсь, он тоже смеётся в ответ.

Почему мне стало так хорошо и легко? Настроение поднялось до максимума.

– А теперь правду о Богданове расскажи, – внезапно рубит, улыбки наши медленно сходят на нет. – Хочу знать всё в подробностях.

Резко стискивает мои плечи, заставляя посмотреть в глаза.

– Посмотри мне в глаза, Кира, и поклянись, что любишь его! Как когда-то любила меня….

***

Глоток воздуха вспарывает горло – я не могу дышать. В уме я начинаю прикидывать подходящий ответ, но шоколадные глаза будто пронзают меня насквозь, прожигают… невозможно соврать под их прицелом. Поэтому мои глаза в панике начинают метаться, а нос, кажется, краснеет.

– Так и думал, – с облегчением выпускает вздох. – Ты его не любишь. Но зачем ты встречаешься с тем, к кому не испытываешь симпатии? Кажется я понял…

– Какой ты доходчивый, словно Буратино! – фыркаю и вырываюсь из его хватки, наблюдая, что лицо мужчины в буквальном смысле начинает сиять от услышанного от меня ответа.

– Да, я соврала тебе! Не было между мной и Богдановым ничего! Не-бы-ло!

– С ума сойти… – он еще раз со свистом выдохнул, будто от сердца у него отлегло. – Ну и игру мы с тобой затеяли, малышка.

С этими словами он набросился на меня и крепко сжал в объятиях.

– Пусти! Ринат, ты чего? Руки распускаешь?!

– Продолжай!

– Что продолжать? Не хочу, – надула губы и отвернулась.

– Я тебе правду про Ассоль рассказал, что еще хочешь знать? Завтра попрошу начальника охраны прислать записи с камер, чтоб ты убедилась окончательно, что я не мудак. Могу Ассоль найти и заставлю правду сказать.

– А что насчёт Марианны? Она твоя невеста?

Ринат прыскает.

– Она – лучшая подруга моей сестры, Ангелина постоянно пытается подложить её под меня, но у меня нет к Мари никаких чувств, я встречался с ней, чтобы убить время.

– Правда? – мои глаза загорелись надеждой.

– Мари тупая как пробка! Я вдруг понял, что не люблю тупых девиц… После встречи с тобой.

О, боже…

– Хочу сказать, что я тобой, Кира, искренне восхищаюсь. Ты растишь одна двоих, плюс умудряешься еще и работать, и тут я ещё со своими тараканами, – хмыкает, улыбнувшись. – Я был не прав. Не рассчитал свои силы, был, как всегда, слишком самоуверен – по жизни такой. А ты… ловко же ты меня опустила, – и начинает на полном серьёзе долго смеяться.

Да что происходит, чёрт возьми?

Какая “правильная мука” его укусила, что он вдруг начал выдавать подобные перлы?

Опять из-за наследства?

Но говорит от чистого сердца…

В любом случае, к словам прислушаюсь, проверю на практике, если Ринат мне соврёт – честное слово, заряжу ему коленом и отобью все его бубенцы.

Может он прав? Хватит нам быть как кошка с собакой, пора сделать шаг навстречу друг другу? Попробовать еще раз? В конце концов все люди совершают ошибки, принято давать провинившимся “второй шанс”.

В конце концов у нас общие дети… Им нужны оба родителя. Умом я всё это прекрасно понимаю, но боюсь сделать первый шаг, боюсь, что мне опять сделают больно. Пока просто мысли в уме. Если Ринат хочет, чтобы у нас случилось примирение, он должен доказать свои чувства ко мне, и также должен доказать любовь к детям. Но не дорогими подарками или абонементом в крутой развивающий центр, а своим личным вниманием, совместными времяпровождением.

– Замерзла? Иди ко мне, я погрею.

– Отстань, – отмахиваюсь. Пытаюсь еще хоть как-то сопротивляться, но Ринат умеет убеждать.

– Плед один, а нас двое. Не бойся, злючка, я не кусаюсь.

Притягивает меня к себе, обнимая, набрасывает на наши плечи плед. В плену его крепкого тела становится как в раю – тепло и беззаботно. Очень приятно… Я вдыхаю будоражащий аромат терпкого одеколона Рината, жмусь плечом к твёрдой, горячей груди, и понимаю, что хочу оттянуть эти незабываемые мгновения как можно дольше.

– На чём мы остановились… В тот день, когда ты застала меня с Ассоль, я рванул за тобой и увидел с Богдановым. Меня выбесило твоё заявление об уходе, а потом перца добавил поцелуй под зонтом.

– Богданова я встретила случайно, я промокла до нитки, он предложил подвезти меня до дома, работу предложил ещё… Я сунула визитку в карман, так, на всякий случай, потом тебя увидела за его спиной и решила отомстить. Поцелуй был практически бесконтактным и дружественным. Я ничего к нему не чувствую, как и ты к Марианне.

Удивляюсь, как у нас, оказывается, с Ринатом много общего. Блин! Вот это ситуация, в самом деле! Как дети себя повели, неправильно приняв к сердцу информацию. Я такое точно никогда не забуду, кино, ё-маё!

– Глупышка ты моя! – мягко целует в висок. – Чего ж вы женщины такие эмоциональные, любительницы раздуть из мухи слона. А поговорить?

– Я была беременна! – всхлипываю. – Это гормоны. На эмоциях нагрешила. Ты сам меня отшил по телефону, когда я звонила, чтобы сказать, что у нас близнецы…

– Согласен. Это мой идиотский косяк! За это извини, – в знак извинений в висок я получила ещё один чуткий поцелуй и мелко задрожала.

Как мужские губы могут быть настолько чувственными?!

Ещё несколько минут мы с Ринатом расставляли точки над “i”, меня разморило от жара его тела, от бархатистого голоса и сильных рук, что лежали на моей талии, до такой степени, что я не заметила, как уронила голову на его плечо и уснула.

Помню, как меня плавно покачивало, словно на волнах, но видела я реальность в полудрёме, не в силах распахнуть ресницы. В какой-то момент утонула в мягких подушках, заботливо укрытая одеялом. А потом мои губы накрыл сладкий поцелуй, и я уже окончательно провалилась крепкий-крепкий сон…