Глава 29

Ринат хочет сделать мне предложение…

Парю по коридору, сама не своя, внутри меня взрываются новогодние салюты. Сердце заходится как у чемпиона по бегу, кончики пальцев дрожат, ноги набиты ватой – я переполнена томным волнением.

Настоящее предложение руки и сердца. Предложение стать его любимой и единственной женщиной. Если он действительно мне его сделает, что делать? Сказать ему: “Да”?

Я хочу, чтобы у моих крох был самый лучший папа… Хочу отдать всю свою жизнь ему и его детям. Потому что поняла, Ринат достоин!

Я убедилась, что Ринат любит меня чрезвычайно сильно. Он уже это доказал… Поступками, которые растопили холод в моем сердце.

Он стал прекрасным отцом. Заботливым мужчиной. Нежным и добрым… После нашего душевного, важного разговора.

А как он переживал, когда я попала в больницу? Как рвал и метал кругом, мне уже поскорее хотелось вскочить на ноги и доказать, что я в порядке. Иначе, разнес бы полгорода в порывах ярости.

Вхожу в детскую, любуюсь своими ангелочками. Тая и Тимоша уже стоят в кроватках, держась ручками за боковинки, нетерпеливо топают ножками. Увидев меня, карапузы расплываются в улыбках.

– Ах вы мои сладкие! – лечу к ним, подхватывая в воздухе одного, затем вторую, прижимаю свои драгоценные сокровища к груди и смачно-смачно расцеловываю розовые щечки. – Скучали?

Детишки в унисон улюлюкают щиплют меня за щеки, дёргают за волосы, настойчиво требуют грудь. Кормлю близнецов по очереди, не в силах налюбоваться их сладкими моськами. Отмечаю, что малыши чистенькие, опрятно одеты, не худенькие. Няня на славу трудилась, присматривая за младенцами, пока я находилась в больнице. Ринат был на подхвате, но он решал другие важные дела. Хорошо, что меня недолго держали под присмотром врачей.

Закончив со всеми процедурами, переодеваю детишек в яркие костюмчики, зову Рината, чтобы помог, мы вместе, дружной и шумной компанией, спускаемся в гостиную. Дед видит правнуков… боже, я ещё не видела ни у кого настолько широкой, счастливой улыбки!

– Какие люди в Голливуде! О, Кирочка, Ринат, они прелестны! – сажаю Тимошку на колени прадеду, умиляясь воцарившейся здесь и сейчас картиной. Ринат, тем временем, быстро делает несколько фото для будущего семейного альбома.

– Подпишем так: “Хроника поколений”.

– Да уж, – дед на полном серьёзе смаргивает слёзы, – не думал, что доживу до этого момента. Увидеть правнуков, не каждому дано, самый настоящий подвиг.

– С вами невозможно не согласиться, – тоже глаза слезятся от трогательной картины.

Малышу Тиму понравился нежданный гость. Тимошка гулко улюлюкали хватал деда за всё попало: то за пуговицу ухватит, то за платок в кармане подергает, то за седую бороду ущипнёт.

– Ой, как вы ему нравитесь!

– Родное чует! Вы сделали меня самым счастливым на свете стариком! – Притягивает к себе ребёнка и нежно обнимает. – Самый красивый малыш на свете! Уваров. Истинный Уваров, с горячей, сильной кровью и твёрдым нравом. Глаза, подбородок, нос – всё наше. Вылитый дед.

Со моей стороны раздался недовольный писк – это принцесса Таисия возмутилась, что её прадедушка не тискает, а ведь она тоже горит желанием познакомиться.

– Кто это у нас тут возмущается? Маленькая королева? Иди-ка сюда, малышка, твоя очередь знакомиться.

Усаживаю Таюшу на коленку к деду, она вдруг надувает щёчки и пучит глазки. Затихает… Смотрит на него, будто испугалась, я уже хотела забрать дочу обратно, как вдруг она улыбнулась и хихикнула, хлопнув в ладоши. Ох и смешнючая же! Оказывается, это она так от любопытства глазела, а я думала испугала ребёнка незнакомцем.

Дед рассмеялся и чмокнул малышку в лоб, осыпав кучей комплиментов. Ринат, тем временем, продолжал делать фото. Пока мы играли с близнецами, слуги накрыли стол в саду, приготовили угощения и заварили вкусный чай. Вскоре, мы переместились туда, чтобы продолжить наш прекрасный вечер, ведь нам так много всего нужно обсудить.

– Дед, ты слышал, что начался суд над Ладой? – спрашивает Ринат, плавно переходя к другим темам разговора.

– Слышал. Ну наконец-то прошмандовке воздастся по полной! Аррр, как я зол из-за неё, надо было ещё давно гнать метлой поганой подальше от нашей семьи. Жалею. Очень жалею, что дал слабину. Подлая гадюка умела манипулировать чувствами, на жалость давила, используя твоего отца.

– У неё нет шансов, сядет надолго. Справедливость восторжествует, не сомневайся.

– Заслужила, ведьма поганая! Только попадись мне на глаза, сам из неё всю дурь выбью, – яро трясет тростью. – Мало ей тюремного срока, жаль, что у нас запрещена смертная казнь. Такую упыриху впору бы на костре сжечь!

– Ринат… – внезапно за нашими спинами раздаётся знакомый голос. Немного робкий, с нотками тоски. – Кира и дедушка… Можно к вам?

Мы отвлекаемся от темы, разом оборачиваясь. Вижу стройную темноволосую девушку в желтом облегающем платье, длиной ниже колен. Стоит в пяти метрах от нас, обхватив плечи руками. Внимательно наблюдает за застольем.

– Лина! – Ринат поднимается на ноги, в темпе подходит к девушке, что как две капли похожа на него. – Конечно, проходи. Садись за стол с нами. Как ты? Охрана с тобой?

– Да, не отходят ни на шаг, спасибо, что прислал своих людей. Слава богу, я не успела сходить в ресторан, хотя собиралась в среду с подругой, – скромно присаживается на краешек стула.

Ангелина Уварова продолжает вести себя как-то странно. В прошлую и, пожалуй, единственную нашу с ней встречу, она вела себя иначе. Видно, у Лины беда с настроением и что-то явно её тревожит.

– Дедушка, я рада тебя видеть.

– Красавица, моя! А я тебя. Как ты поживаешь?

– Здравствуй, Лина, – мягко ей улыбаюсь, она в ответ мне, но глаза прячет под длинными, пушистыми ресницами. Тоже здоровается.

– Была в ужасе, узнав о нападении на Киру, и мне также сообщили, что следующая на очереди должна была быть я, – Лина горько заплакала, Ринат быстро обнял сестру за плечи.

– Тише! Всё теперь хорошо, не разводи мокроту. Никому не дам в обиду свою вредную, взбалмошную сестрёнку!

Лина высморкалась в платочек и наконец улыбнулась. Я к ней ничего плохого не чувствовала, от неё исходило тепло, доверние. Что-то подсказывало, она хороший человек, и она пришла сюда не просто так.

– Собственно говоря… я здесь, чтобы попросить перед всеми вами прощение! – Лина сжала кулачки, поднявшись на ноги. – Ринат, Кира – простите меня! Была неправа. Я очень хотела, чтобы Ринат женился на моей лучшей подруге – Марианне, я грезила этими мечтами, потому что мы с ней как сестры, с детства вместе, но… я погорячилась со своими хотелками. Я поняла, что нельзя лезть в чью-то жизнь, иначе тебе это ответом аукнется. Человек только сам может знать, что для него лучше, а навязчивые советы – зло. Кира, Ринат! Я желаю вам счастья и хочу, чтобы вы как можно скорее поженились!

Дед гордо вздёрнул подбородок и зааплодировал.

– Молодец, внучка! Идею поддерживаю! Давно пора меняться кольцами и выпускать голубей!

Я была поражена её словам, даже раскраснелась и мне стало несколько неловко.

Опять они говорят о свадьбе…

Ладошки вмиг взмокли.

– Лина, – подошла к ней, осмелившись взять девушку за руку, – спасибо за честность. Я это очень ценю и нисколечко на тебя не сержусь.

– Правда? – обрадовалась, взвизгнув. – То есть мы можем стать лучшими подругами?

– Ну конечно?

– Правда-правда?

– Я хочу!

Она кинулась мне на шею и стиснула меня до немоты во всём теле.

– Спасибо тебе, спасибо! Я на седьмом небе от счастья! О как же я хочу тискать и нянчить твоих крошек, можно? Разрешишь?

– Нянь много не бывает, – хихикаю я. Захлопав в ладоши, она убегает в сторону манежа, где играют Тая с Тимошей. – Позвоню мужу, пусть моих дочек берёт и приезжают, тоже вас познакомлю.

– Она весёлая, хорошая девчонка, – делюсь откровениями с Ринатом. – Жизнь налаживается? А что с Марианной?

– Написала сообщение, что нам надо расстаться, – закатил глаза, – укатила в Италию. Отдыхать, работать? Не знаю. Да и плевать, неинтересно.

– Ясно.

Внутри меня всё ликовало от радости. Теперь мы фифочку больше не увидим никогда! Ура!

– Какие у вас планы, останетесь с нами ещё? – обратилась к Давиду Аркадьевичу.

– О да, конечно останусь, Кирочка.

– Отлично, вы правнукам уж очень по душе пришлись.

Лина по очереди подносит дедуле карапузов, потому что они сами тянут к нему ручки и требуют, чтобы он их поддержал.

Дед смеется, чмокает в щёку Таюшу, затем Тимошу. Сладкие булочки хохочут, вместе хватают дедулю за щеки, шаля. Давид Аркадьевич заливается смехом, столько радости в глазах стариках я еще не видела никогда… В этот же миг, глядя на всех присутствующих в саду, я понимаю, что у нас самая лучшая на свете семья.

Моя жизнь налаживается – неужели мечты сбываются? С Ринатом помирились, преступника поймали, дедушку встретили и даже тесно подружились с сестрёнкой Рината, которая меня на дух не переносила.

Пожалуй, все важные вопросы улажены, кроме одного!

Богданов…

Думаю, мне нужно с ним встретиться, поговорить, вручить заявление об уходе. Очень хочется расстаться на тёплой ноте, я даже чувствую угрызение совести, ведь он всегда был добр ко мне – спас от дождя в тот злосчастный день и предложил новую работу. Он меня сильно пре-сильно выручил, где бы я ещё столько заработала?

Уволится я решила без раздумий. Сразу, как только мы с Ринатом излили друг другу душу, я поняла, что немедленно должна прекратить всякое отношение к Богданову, чтобы не ранить и не злить отца моих детей.

Этим солнечным днём я оставила близнецов ненадолго с Линой, сама поспешила в здание компании «Интерстрой». Я бы не хотела, чтобы Ринат знал, что я с ним встретилась. Вдруг разозлится? Не о том подумает, приревнует. Всё, как всегда. И мы не дай бог опять поссоримся. Не хочу! Быстро вручу заявление и испарюсь, пять минут дела.

Ладошки липко потели, странный тремор терзал всё тело – я шла к боссу через силу. Я боялась его реакции, вдруг он меня ненавидит? Но я хотела поставить точку с ним по-человечески.

Останавливаюсь напротив двери кабинета Богданова, она закрыта неплотно. Вдохнув, стучу и вхожу.

– Фёдор Богданович, я пришла, чтобы извиниться.

Сидит за своим рабочим столом. Вскидывает на меня голову и его глаза загораются как факелы в преисподней.

– Тыыы! Как ты посмела сюда явиться??? – ревёт и бьёт рукой по столу. – Из-за тебя я по уши в дерьме!

Не понимаю каким образом он так быстро оказывается напротив меня и уже брызжет во всю слюной, размахивая кулаками. Глаза Фёдора горят, с языка срывается грязная брань, аж уши в трубочку сворачиваются. Вот мне и открылось его настоящее лицо. Какой же он оказался подлой, скрытной мразью!

– Мы проиграли конкурс! Из-за тебя, дрянь поганая!

– Выбирайте выражение! Как вы, смеете, мерзавец!

– Люди Уварова ворвались в мой кабинет и вообще разгромили пол компании! Кто покроет моральный и физический ущерб? – брызжет слюной негодяй, незаметно загоняя меня в тупик.

– Пол компании? Вы явно преувеличиваете, – хмыкаю. – Вы врёте! Специально сами устроили погром и в других кабинетах тоже, чтобы наговорить на Рината!

– Ах ты ж гадина! – сметает со стола какую-то папку, та бабахает о пол. – Сейчас ты у меня попляшешь! Ты смотри какую гадюку на шее пригрел, с потрохами предала, не пикнула даже от угрызения совести!

Орёт так, что весь дом ходуном ходит и закатывает рукава рубашки до локтей.

– Знаете, я пойду. Вот заявление об уходе.

Протягиваю гавнюку документ, он грубо выдергивает и рвёт его в клочья.

Всё, пора бежать!

– Стоять! – бросается за мной, но вписывается бедром в стол. Звучит грохот. – Это все из-за тебя случилось, пигалица! Ты виновата в погроме, будешь исправлять!

Богданов успевает схватить меня за ворот блузки сзади, тянет на себя. В ту же секунду откуда-то сверху на меня летит кулак, я в ужасе замуриваю глаза, готовясь к боли, но случается самое настоящее чудо. Как в сказке помощь приходит, когда ты её точно не ждёшь!

Кулак помощнее перехватывает в воздухе кулак Богданова, накрывая его собой. С хрустом.

– Аааа!

– Неправильный ответ, чмо тупорылое!

Я слышу разъярённый, ледяной голос, всё внутри переворачивается и сердце бьётся как автомат. От счастья брызгают слезы. Облегчение окутывает сладкой патокой моё содрогающееся тело, и потом наступает инфаркт.

Он здесь! Пришёл за мной! Мой герой!

Уваров делает всего лишь один резкий хук и сваливает никчемную тушу Богданова в блестящий нокаут, кажется, разбивая ему нос.

– Пусть остынет! – встряхивает рукой, остужая кулак. – Вот выродок! Женщин вздумал бить? Кастрировать бы такую ошибку природы, чтобы знал о чести.

Поворачивается ко мне с ровной спиной, напряжённым мускулистым телом, с видом гордого победителя.

– Хоть один взгляд в её сторону брось – запаришься себя по кусочкам с пола соскребать. Понял?

– Понял, понял… – тихо, с вытьём.

Я лечу в объятия Рината, сдавливая его крепкую талию и атакую безудержными поцелуями щёки, губы, шею, находясь в жуткой эйфории от всего пережитого.

– Кира, глупышка, – Ринат вдавливает меня в свою титаническую грудь, я утыкаюсь носом в рубашку мужчины, заливая её слезами. – Дурочка ты моя! Ты зачем сюда одна пошла? Хорошо, что я вовремя успел, Лина проболталась.

Богданов валяется на полу, держась за нос и воет как трусливая женщина. Ринат не отпускает меня ни на секунду из объятий, поэтому мы перешагивает через тушку говнюка и двигается на выход.

– Больше никогда так не делай, договорились? – перебирая пальцами мои локоны для успокоения себя. – Не хочу от тебя никаких секретов, потому что ты… моя.

– Твоя?

– Моя. – Рычит Ринат Уваров, хватая за подбородок и наказывает крышесносным поцелуем. – Навсегда и точка. Убью за тебя любого.