Глава 21

Кристин Ле Скар Когда мы вернулись в приёмную отделения, Эроши сидели всё на тех же местах. На мгновение я замерла в дверях, глядя на их непринуждённые позы, как будто они не ждали меня, а просто наслаждались моментом тишины. Я невольно бросила обеспокоенный взгляд на Криса: после всего, что я пережила в этом отделении, мысли о новой порции их перепалок и взаимных обвинений казались невыносимыми. Единственное, чего я сейчас хотела – это хоть немного покоя. Но вместо ожидаемого напряжения Кроу неожиданно улыбнулся: – О, и спичка с тобой. Отлично, не придётся бегать по всей больнице. Я не успела среагировать, как Кристиан уже закатил глаза, а на моих губах сама собой мелькнула слабая тень улыбки. Ещё секунда – и я поспешила стереть её, строго посмотрев на белого керри: – Фу, Снежок! Обзываться плохо. Плохо! Кроу картинно вздохнул, словно его только что застали за чем-то действительно ужасным. С таким же нарочито покаянным выражением лица он поднялся, держа в руках внушительный свёрток, который, судя по виду, скрывал что-то ароматное и вкусное. – А я покушать принёс, – сообщил он торжественно. Я невольно подняла брови. От такого неожиданного жеста стало чуть теплее на душе. Ещё недавно я не могла бы представить, что в их компании будет так спокойно. – Ты решил задобрить нас едой? – спросила я, придавая голосу лёгкую ироничность, чтобы скрыть свою растерянность. Кроу расплылся в широкой улыбке: – Еда – универсальное оружие мира. Особенно когда она вкусная. Должен же кто-то думать о наших желудках, пока вы здесь решаете великие дела. Ронтон, который до этого просто сидел, сложив руки на груди, коротко кивнул: – Он специально заказал твоё любимое. Чурротсы и сладко-солёная птица с фруктами. Я уставилась на Кроу, чувствуя, как тёплая волна удивления перекатывается где-то в груди. – Моё любимое? Откуда ты вообще знаешь? Кроу прижал руку к груди, делая вид, что ужасно оскорблён моими подозрениями: – Кристин, я же шпион, а не любитель импровизации. Я всегда узнаю то, что мне нужно. На этот раз я не сдержалась и тихо фыркнула. Кристиан усмехнулся краем губ, но остался в своей привычной сдержанности, молча усаживаясь на стул. Его спокойствие как будто напоминало мне: он здесь, чтобы поддерживать, а не спорить. – Ладно, – я вздохнула и направилась к двери, призывно махнув всем рукой. – Кушать – это действительно хорошая идея. Давайте выберем место, где можно посидеть без запаха хлорки и холодных стен. Хочу убраться отсюда как можно скорее. Кристиан поднял взгляд, в котором мелькнула тень понимания. – Я знаю одно место. Вид на Кайтаун оттуда потрясающий. – Отлично! – оживился Кроу, словно мой мрачный тон его совершенно не смутил. – Я как раз хотел посмотреть, где ты любишь хандрить. – Кроу, – угрожающе протянул Рон, но тот только махнул рукой: – Да ладно тебе. Я же вежливо. Я закатила глаза, но внутри что-то дрогнуло. Их дружеская перепалка, словно контрастируя с тягостью больничной атмосферы, поднимала настроение. – Похоже, у вас хорошее настроение, – заметила я, чуть теплее, чем рассчитывала. Эти двое напоминали мне героев старых сказок: Черныш – молчаливый и серьёзный, Снежок – хитрый и озорной. А между ними Кристиан, как будто пытающийся сохранить хоть какую-то серьёзность на фоне царящего в этом мире балагана. – Значит, решено, – сказала я, направляясь к выходу. – Но учтите: если вы снова начнёте ссориться, я вас обоих сдам в больничное отделение. Кроу послушно и демонстративно приложил руку к сердцу: – Мы будем паиньками. Обещаю. Кристиан только хмыкнул, вставая. – До первого подъёма в воздух. Его слова едва успели затихнуть, как в приёмную вошла молодая нимфа. Не та, что встретила нас за час до этого, но настолько похожая, словно они были матерью и дочерью. Её лёгкие шаги были почти неслышны, движения – плавными, а улыбка такой мягкой и невесомой, что даже я не могла отвести взгляда. Она прошла к стойке дежурного врача и остановилась за ней. – Могу я вам чем-то помочь господа? – нимфа обвела нас взглядом. Кристиан обернулся к нам и сказал: – Подождите меня снаружи. Я задержусь ненадолго. Он не уточнил, зачем и почему, но в его голосе звучала привычная уверенность, не допускающая возражений. Я догадывалась, что именно он хотел сделать, и собиралась было остановить его, но Рон взял меня под руку, мягким, но настойчивым жестом указывая на выход. – Нам действительно лучше подождать снаружи. Кроу согласно кивнул: – Пойдём, Кристин. Свежий воздух полезнее больничного. Но я стояла на месте, едва ли замечая их слова. Мой взгляд был прикован к спине Кристиана, который подошёл к стойке. Внутри всё сжалось. Его благородство, казалось, граничило с упрямством, и мне было от этого не по себе. Мне не хотелось чувствовать себя в долгу перед ним – и вообще перед кем бы то ни было. Слишком много мне пришлось пережить из-за долгов отца. – Ты же не… – начала я, но не успела договорить. Кроу мягко взял меня за второй локоть, отвлекая на себя внимание: – Пошли, Кристин. У тебя в животе уже воет стая оборотней. Его слова заставили меня замолчать. Действительно, в животе урчало от голода, а я слишком хорошо знала керри: когда у него такое серьёзное лицо, он не терпел возражений. На крыльце я остановилась, сделав глубокий вдох. Холодное утро встречало нас кристально чистым воздухом, от которого перехватывало дыхание. Небо было светло-голубым, почти белёсым у горизонта, где солнце только начинало подниматься, окрашивая даль тонкими золотистыми и розовыми оттенками. Ещё не до конца растаявший иней блестел на ветвях деревьев и крыше больницы, создавая ощущение, что мир покрыт тонкой хрустальной коркой. Холод обжигал лёгкие, но возвращал к реальности. Я поёжилась. Рон достал из сумки, которая висела у него на плече, моё пальто и накинул его мне на плечи. Я благодарно кивнула, кутаясь в мягкую, тёплую ткань. – Когда успел выпасть снег? – спросила я, и у меня изо рта вырвалось облачко пара. – Ночью, – сказал Кроу, и его голос звучал тише и спокойнее, чем обычно. Он обернулся ко мне и неожиданно спросил: – Как дела у матушки? Я подняла на него взгляд. Привычная лёгкая улыбка исчезла с его лица. – Она… – я запнулась, стараясь подобрать слова, которые не звучали бы слишком остро. – Всё так же. Это… нелегко. Кроу коротко, понимающе кивнул: – Ты сильная. Справишься. К тому же, мы рядом. Рон добавил негромко: – Если что-то нужно, скажи. Я ответила неуверенным кивком и сжала руки в кулаки, чтобы не выдать, как сильно меня задели эти слова. Просить о помощи казалось таким простым, почти естественным для большинства людей, но не для меня. Я привыкла справляться сама, даже когда это было на грани возможного. Но теперь мне нужна была помощь. Я знала, что должна попросить их помочь найти отца и убедить спецслужбы Эллона в том, что он должен быть рядом с мамой. Но как заставить себя сказать им об этом? Кроу перевёл взгляд на Ронтона, а затем вернулся ко мне, ожидая, что я продолжу разговор. Но я не решилась. Вместо этого сделала шаг к краю лестницы и посмотрела вдаль, на горизонт, где виднелись очертания города. – Спасибо, – прошептала я, надеясь, что они поймут. За моей спиной повисла тишина, а я побоялась обернуться и посмотреть на них. Глаза стали влажными. И хотелось только, чтобы Кроу снова пошутил, заставив меня забыть обо всём хоть на мгновение. Больница расположилась выше основной части Кайтауна, на который открывался вид с самого крыльца. Город внизу только начинал просыпаться. Вода в каналах была тихая, гладкая, как зеркало, и отражала небо и едва заметный пар, поднимавшийся с её поверхности. Вдалеке, над крышами Кайтауна, лениво вились тонкие струйки дыма – кто-то уже топил печи. Белый ковёр, только что обосновавшийся на земле, ещё не был нарушен ни шагами, ни следами повозок, и создавал ощущение первозданной чистоты и покоя. Снег лежал на крышах, ветвях деревьев и подоконниках, сверкая в первых солнечных лучах. Даже ограда больницы выглядела мягче, словно покрытая пуховым одеялом. Хрупкий иней на заборе переливался, как мелкие кристаллы, усиливая иллюзию, что весь мир внезапно стал чуть более волшебным. Я стояла на крыльце, вглядываясь в этот пробуждающийся мир, чувствуя, как холод сковывает щеки, но в душе зарождалось странное чувство тепла. Может, всё ещё можно исправить. Может, этот день сможет стать началом чего-то нового. Может, керри смогут мне помочь. Снова. Я развернулась, посмотрев на братьев по очереди и открыла было рот, чтобы озвучить свою просьбу, но тут дверь больницы открылась, и по ступеням крыльца сбежал Кристиан. Под его ногами хрустел свежевыпавший снег. Кристиан остановился на середине ступеней и, оглянувшись, бросил на нас короткий взгляд. Его голос прозвучал чётко, как команда: – Полетаем. – Полетаем? – переспросил Кроу и усмехнулся: – Разве мы не собирались просто поесть? – Внизу есть посадочная площадка драконов, – ровно ответил Кристиан. – Там достаточно просторно для оборота. Мы двинулись за ним вдоль дорожки, которая вела к посадочной площадке. Снег под ногами хрустел, а воздух непривычно щипал щёки. Кристиан, однако, оставался в своей обычной рубашке с жилетом, словно совершенно не чувствовал холода. Он вдруг остановился и, дождавшись, когда я поравняюсь с ним, коснулся моей ладони. От этого прикосновения по телу разлилось тепло. К щекам прилила кровь от воспоминания о том, как наши пальцы переплелись, пока мы ждали врача. Так странно. После всего, что между нами было, это невинное прикосновение вызывало внутри настоящую бурю. Я полной грудью вдохнула морозный воздух, отгоняя ненужные мысли, но Кроу, кажется, всё понял без слов. Он внимательно смотрел на меня, чуть скосив взгляд, но молчал. И от этого молчания становилось ещё более неловко. Жаль, что я не могла ощутить аромат собственных эмоций. Осталось только упрямо поднять голову, делая вид, что ничего не произошло. Когда, поднявшись на небольшой холм, мы вышли на широкую ровную площадку, обрамлённую низкими каменными столбами, я на мгновение замерла, почувствовав, как ветер стал сильнее. Он играл моими волосами, заставлял поворачиваться к нему спиной и кутаться сильнее в пальто. Кристиан остановился первым, обернулся к нам и слегка кивнул: – Надеюсь, вы готовы. Он первым начал трансформацию, и я не смогла отвести взгляд. Его силуэт будто взорвался ярким золотистым светом, который расходился кругами, напоминая языки пламени. Его тело начало стремительно меняться: руки превращались в мощные когтистые лапы, кожа покрывалась чешуёй, переливающейся оттенками раскалённого золота и янтаря. Когда свет начал угасать, на его месте стоял огромный дракон с длинными крыльями, отливающими медным блеском. Он поднял голову, и его изумрудные глаза сверкнули, словно два пламени. – Неплохо, – прокомментировал Кроу, но его голос был тише, чем обычно. Он сделал шаг вперёд, и, подняв руки, позволил своей трансформации начаться. Белый свет окутал его, напоминая вихрь снежной метели. Линии его тела изгибались, обрастая сияющим мехом, который мягко переливался на свету. Из его спины выросли крылья, чьи перепонки, казалось, были сотканы из морозного тумана. Когда трансформация завершилась, перед нами стоял грациозный тигр с серебристо-белым мехом и яркими голубыми глазами, которые блеснули насмешкой. Он резким движением распахнул белые перепончатые крылья, подняв миллиарды снежинок в воздух. – Твоя очередь, Черныш, – обратился он к брату, чуть прищурившись. Его голос в обороте был низким и тягучим. Казалось, они соревновались, кто сделает это эффектнее, но Рон только хмыкнул и сделал шаг вперёд. Его трансформация была полной противоположностью. Тёмная тень окутала его, поглощая свет. Внутри этой тьмы, словно мерцание звёзд, вспыхивали отблески глубокого чёрного. Его кошачье тело покрывалось гладкой, как зеркало, чёрной шерстью, а огромные крылья развернулись с глухим шелестом. Он открыл глаза, и в них засверкали золотые искры, будто отражение далёкого костра. Я почувствовала, как все взгляды устремились на меня. Я сглотнула и сделала шаг вперёд, ощущая, как в груди вспыхнуло тепло, разливающееся по телу. Моя трансформация всегда казалась мне чем-то сокровенным, почти личным, тем более что до сих пор она давалась мне не очень легко. Но всё же, я вышла в центр площадки и прикрыла глаза, сосредотачиваясь. Мир на мгновение исчез, уступив место ощущениям: кожа начала покалывать, как будто под ней текли раскалённые потоки магии. Вихрь энергии окружил меня, и я почувствовала, как мои ноги и руки начинают меняться, становясь сильнее, мощнее. Лёгкий мороз обрамил мои крылья, которые развернулись, словно ледяные лепестки. Когда оборот завершился, я медленно подняла голову, чувствуя, как снег под лапами слегка хрустит. – Ну что, погнали? – раздался рокочущий голос Кристиана, который был крупнее нас всех, и я увидела, как его крылья взметнулись вверх, поднимая снежный вихрь. Один за другим, мы оттолкнулись от земли, чувствуя, как ветер подхватывает нас. Зимний мир внизу начал уменьшаться, уступая место бескрайнему горизонту, окрашенному золотом утреннего света. Холодный воздух вернул мне ясность мыслей. Если бы каждый мой день начинался подобно этому, я бы, наверное, была намного счастливее. Мужчины, которых я любила и хотела, были рядом со мной. С момента нашего знакомства прошло до смешного мало времени, но столько всего успело произойти. Подумать только, за первый триместр обучения я обручилась и рассталась с профессором, побывала хозяйкой двух потрясающих рабов, угодила в лапы охотников на пегасов и выиграла турнир на звание старосты. И кто знает, что принесет мне зачетная неделя, которая неумолимо маячила впереди. Но, по крайней мере, у меня было немного времени, чтобы ни о чем не думать и просто наслаждаться жизнью и свободой. Кристиан, указывая дорогу, летел чуть впереди, и я никак не могла перестать им любоваться. Его зверь был огромен и, при желании, мог бы запросто откусить мне голову. Осознание этой силы почему-то не пугало меня. Наверное, после того, как я узнала о мотивах мистера “Сладкие булочки”, моя уверенность в нем достигла абсолюта. И пусть мы еще не поговорили о своем будущем, я точно знала, что этот момент не за горами. Керри держались с двух сторон от меня, будто охраняя, и я невольно задумалась, куда все же делись мои истуканы. Мне почему-то казалось, что котики знали ответ на этот вопрос, но по какой-то причине не хотели мне ее озвучивать. Солнце, выглянувшее из-за горизонта, резануло по глазам, и от неожиданности я будто провалилась в воздушную яму. Всего на одно мгновение, а Крис уже оказался подо мной, страхуя. И как он вообще заметил, что произошло? Керри одарили меня обеспокоенными взглядами. – Со мной все в порядке, – пробормотала я, подозревая, что в шуме ветра они меня все равно не услышат. Кристиан снова вырвался вперед и спустя несколько мгновений начал снижаться. Мне показалось, мы уже давно покинули не только Кайтаун, но и его предместья. Под нами расстилалось зеленое море, а впереди, насколько хватало глаз, было бесконечное золотистое небо с тонкой полоской горизонта. Лес кончился резко, как будто его просто обрубили. Сразу за густым подлеском была широкая поляна, которая заканчивалась бездной. Но я уже видела, что там, впереди, золото плавно переходило в густую морскую синеву. Крис привел нас к морю, и я уже чувствовала свежий, пропитанный солью воздух побережья. – Хороший выбор, – похвалил Кроу, когда мы все приземлились на траву. Из-за густого леса добраться на этот утес можно было только по воздуху, но я не видела ни единого следа того, что кто-то побывал здесь до нас. Ничего не ответив, профессор сменил ипостась. В одно мгновение дракон, занявший едва ли не половину поляны, уменьшился до размеров человека и шагнул ко мне. – Я думаю, тебе лучше вернуться в больницу, – сказал он обеспокоенно. В изумрудных глазах тлели золотистые искорки, от которых практически невозможно было отвести взгляд. – Со мной все в порядке, – я обернулась к керри за поддержкой, но они молчали, глядя на меня одинаково мрачно. Тоже думали, что мне стоило вернуться под лекарский надзор. В знак протеста я обернулась человеком, уселась прямо на влажную от росы траву и скрестила ноги. И с места отсюда не сдвинусь, пока не позавтракаю. Над нами плыли редкие белесые облака, и мысленно я невольно вернулась в свое детство. В Шигару было совсем другое небо. Более высокое и глубокое, и мне казалось, если подпрыгнуть достаточно высоко, в нем можно утонуть. Тогда у меня еще не было второй ипостаси, но я точно знала, что когда-нибудь буду, как моя мама, красивой и изящной драконицей, способной менять свой цвет. – Я не видел своих родителей несколько лет, – Рон бесшумно сел рядом со мной, и меня мгновенно окутало тепло, исходившее от его большого крепкого тела. – После того, как нас завербовали, мы некоторое время считались мертвыми на Эллоне. Ситуация, конечно, не сравнима с твоей, но я вполне могу понять твои чувства. Мне захотелось его обнять. Но я будто замерла, застыла, сидя на одном месте и уставившись на горизонт. Позади уже чувствовался соблазнительный аромат еды, но даже он не мог заставить меня сдвинуться с места. – Мама не всегда была такой, – сказала я тихо. – Когда-то это она беспокоилась и заботилась обо мне. И не только. – Расскажешь? – прозвучал за спиной голос Кристиана. Мгновение, и передо мной появилась одноразовая картонная тарелка с чурротсом и несколькими кусочками птицы. Отказаться было выше моих сил, тем более, что от завтрака веяло теплом, а ветер на утесе был прохладным, и не спасало даже пальто. Сам Саргон опустился с другой стороны от меня и поставил рядом с собой термос. – Давайте сначала поедим, – предложила я. – Будет обидно, если все остынет. Никто не возражал, и некоторое время мы молча ели, думая каждый о своем. Я смотрела на полосу, где море соединялось с небом. Край обрыва был так близко, что я видела брызги воды, взлетающие вверх, когда очередная волна врезалась в каменную преграду. А чуть в стороне, над бескрайними водами завис в воздухе парящий остров Скайхолл. Когда первый голод был утолен, я отставила в сторону тарелку и взяла термос, в который был налит горячий кофе. Емкость была одна на всех, и мы по очереди пили, наливая напиток в специальную крышку. – Хорошо-о, – отставив тарелку в сторону, Кроу погладил себя по животу. – Согласен, – кивнул Рон. – Нет ничего лучше, чем еда на свежем воздухе. – Мы можем сделать это своей традицией, – осторожно предложила я, потому что, признаться, мне тоже безумно понравилось. Либо я была слишком голодна, чтобы привередничать. – Хорошая получится традиция, – одобрительно кивнул Снежок и, забрав у меня тарелку, пошел упаковывать оставшийся мусор обратно в сумку. – И часто ты здесь бываешь? – спросила я Кристиана, когда с кофе тоже было покончено. – В последнее время все чаще, – невесело усмехнулся дракон. – Это место успокаивает, помогает привести мысли в порядок. Море в нескольких метрах от нас тихо шуршало, врезаясь в отвесный берег. Где-то вдалеке кричали чайки, и это действительно здорово расслабляло. Я легла и закинула руки за голову, чтобы наблюдать за облаками. Крис остался сидеть, Рон лег рядом, а Кроу и вовсе стоял, глядя почему-то на лес. – Что ты там высматриваешь? – лениво поинтересовалась я. После сытного завтрака меня клонило в сон, но я старалась не поддаваться. – Ничего, – отмахнулся Снежок. – Наверное, показалось. – Ладно, – не стала настаивать я. Мне не очень хотелось говорить о своем прошлом, тревожа старые раны, которые, казалось, и не собирались заживать, лишь покрылись тонкой корочкой, поэтому я попыталась сменить тему. – Когда мне уже выдадут все привилегии старост? Я не переживу еще одну ночь на чердаке. – Ты могла бы жить с нами, – тихо отозвался Рон. Как будто они мне это настойчиво предлагали, а я изо всех сил отказывалась. Впрочем, возможно, так оно и было. Тихо хмыкнув, я снова замолчала. – Теперь, когда мы все выяснили, – заговорил Саргон, и его голос был таким сексуально-хриплым, что мое тело невольно отреагировало волной возбуждения, – ты могла бы перебраться ко мне. – Тебе там и самому места маловато, – возразила я, но на душе неожиданно стало тепло. Если бы я, не приведи Богиня, действительно осталась бы без крыши над головой, мне было бы к кому обратиться за помощью. – Я живу там, пока у меня никого нет, – сказал Кристиан. – Но ничто не мешает мне перебраться в апартаменты попросторнее. – Ты это серьезно? – изумилась я. Саргон повернулся ко мне, и я могла заглянуть прямо в эти невозможные зеленые глаза, которые снова начали стремительно темнеть. – Серьезно, – кивнул он, и склонился надо мной так, будто мы вдруг остались наедине. – Я должен был сказать это еще в больнице, Крис. Я прошу у тебя еще один шанс.