Глава 26

Бывший берёт сынишку из моих рук и сам его несёт, направляясь к автомобилю. Эффектно и бесподобно такой солидный бизнесмен в деловом костюме смотрится с ребёнком на руках. Я иду рядом, пытаясь хоть как-то с собой совладать. Когда он рядом, мой организм сходит с ума! Я этого не хочу, блокирую, пытаюсь под контроль взять мысли и ощущения – ерунда полная получается. Всё происходит само собой, по воле природы. В машине мы пытаемся общаться, хоть я отвечаю коротко, давая понять, что по-прежнему к нему холодна. Даже браслет из бриллиантов и сапфиров, который изготавливали лучшие ювелирные мастера целый год, не собрал по крупинкам моё разбитое сердце. Браслет меня тронул до слёз… Тронуло больше то, что Игнат собрался подарить мне его на годовщину. – Приехали, – огласил водитель. – Я возьму его? – тяну руки к сыну, но бывший не торопиться отдавать. – Расслабься, Лид. Сегодня хочу, чтобы ты отдыхала, окей? Я возьму на себя все хлопоты. – Даже к врачам сам пойдешь? – хмурю лоб. – Сможешь раздеть и одеть? И памперс? И если расплачется, успокоить сможешь? – Смогу. – Что ж… Ладно. Попробуй. Всё же интересно посмотреть, как справиться. Это не бизнес, а ребёнок! Не его сфера. А он, как всегда, самодоволен и уверен. Моё мнение поменялось, когда Игнат вошёл в кабинет педиатра и взял инициативу в свои руки. Я стояла в сторонке, наблюдала за процессом и не могла отвести глаз – до чего же душетрепещущей показалась картина. Они прекрасно смотрелись друг с другом, а Игнат, идеально в роли отца. И он был таким сосредоточенным, внимательным. Как у себя на работе, заключая сделку на миллионы, только сейчас место работы занял сын. Слушал врача, покачивая на руках богатыря-Кирюшу, даже что-то в заметках умудрялся фиксировать. Боже мой… Игнат был бы бесподобным отцом! Идеалом мужчины для меня! Тем самым принцем из мечт и снов. Если бы не случилось то, что случилось… – Всё у вас хорошо! Вес замечательно набираем, развиваемся стремительно. Жалоб никаких нет? – Нет. – Тогда отлично, ждём вас через месяц. Всего доброго! Выходим из поликлиники, Игнат опять несёт сынишку на руках, болтая с ним о самом разном, сюсюкаясь и улюлюкая. Делаю самый важный вывод, наблюдая за ними, ребёнок меняет Игната. Вспомнила, с каким лицом он вышел из машины, когда приехал за нами, и сейчас… Улыбающийся, расслабленный, радующийся жизни. Будто два разных человека. Наш сын… Может это он ключик к нашему примирению и изменению Игната? – Лид, проголодалась? – перед тем, как сесть в машину, Игнат задал вопрос. – Я… – Не отнекивайся только, ладно? Я слышал, у тебя бурчал живот. Три раза. Поехали в кафе? Я знаю здесь неподалёку отличное место. Хочу с тобой поговорить. Игнат провёл с малышом всего час. За неделю ни одного. У меня всё равно нет выбора и я соглашаюсь. – Что за разговор? Верно. Много недосказанностей между нами осталось. Надеюсь, теперь нам никто не помешает. – Важный, – с прохладной иронией в тоне промолвил он, открывая передо мной дверь седана бизнес класса. Заботливо посадил внутрь… * * *Место, в которое привёз нас Игнат, оказалось удивительным. Да и погода сегодня била все рекорды: день выдался тёплым, солнечным, с голубым, ясным небом, без единого облачка. Лёгкий ветерок приятно оглаживал кожу, играя с одеждой и волосами, а в воздухе пахло цветами. Официант в белой рубашке с чёрной бабочкой провёл нас на веранду уютного семейного кафе, предложив расположится на мягких диванчиках с видом на красочный парк в центре которого раскинулся многогранный фонтан. Кирюшу мы оставили в коляске, которую я поставила возле своего диванчика. Сынок так утомился, что уснул буквально за минуту, а у нас появилась возможность, чтобы обсудить наболевшее. В тихой обстановке, где нас никто не будет отвлекать. Я нервничала… Что-то внутри подсказывало, эта встреча многое между нами решит. Станет переломной. Ранее, нам особо не удавалось поговорить из-за моего внутреннего состояния – я срывалась. Срывалась всякий раз, когда видела его… Он теперь был живым напоминанием той грязи, что произошла между ним и его бизнес-партнёршей в командировке. Игнат меня предал. А я любила его больше жизни и была уверена, что больше никого не смогу полюбить, так слепо, как его. Предательство от самого любимого – стало трагическим потрясением. Смертью моей души. И закончилось глубокой депрессией, с вытекающими срывами, если я вдруг видела лицо бывшего мужа. Аристократичный профиль, мужественные черты лица, ореховые глаза с зеленым вкраплением, действовали на меня как яд и стали моим проклятьем. Моим кошмаром номер один. Я была не готова открыть свои чувства Игнату, показав свою боль! Меня топило в аффекте, и казалось, что жизнь закончилась. Мир больше не будет прежним, всё кругом, даже привычные, любимые вещи, потеряли смысл. Но прошло время, стало чуть-чуть легче с рождением сына – малыш вдохнул в меня новый смысл, отчасти залатав душевные раны. Эмоциональный фон сгладился, произошло принятие и осознание ситуации как таковой, смирение с ней. Так что теперь, думаю, я попробую… попытаюсь выслушать бывшего. Спокойно. Выключив эмоции. – Спасибо, – поблагодарила официанта, который положил передо мной меню. Уткнулась в содержимое, рассматривая картинки блюд, и молчала, пока Игнат, присев напротив, внимательно рассматривал меня. Я уже в десятый раз подряд читала одну и ту же строчку, не в силах сконцентрироваться на том, что она значит. Игнат своё меню даже не открыл. Видимо он уже выбрал блюдо… Исаев смотрел на меня с пристрастием, как на самый вкусный в мире десерт. – Часто здесь бываешь и знаешь блюда наизусть? – случайно бросила я, захлопнув меню. Уже выбрал? – Да, – хищно и властно, глядя с лёгким прищуром. – Тебя. На секунду мои легкие словно сжались в комок, я испугалась, что больше не смогу сделать вдох – настолько же опасно и присваивающие бывший на меня смотрел! Это был взгляд собственника… Который я знала также хорошо, как собственное имя. Именно так он посмотрел на меня в день нашей встречи, в миг, когда впервые увидел меня, робкую студентку, на ступеньках здания своей компании. Я бы заживо сгорела под его могущественной аурой, если бы обстановку не разрядил подошедший официант, принявшийся оформлять заказ. * * *– Как ты? – внезапно тёплая ладонь, сидящего напротив меня мужчины, накрывает мою и я вздрагиваю. – Сильно устаёшь с ребёнком? – Я справляюсь, – голос надрывается, в горле пересыхает от волнения, когда Игнат держит мою руку, через нашу кожу бьёт жар и ток. – Всё-так я настаиваю на няне. – Мы уже обсудили эту тему, – качнула головой, быстро переведя взгляд за ограждение веранды, где весело шумел и плескался фонтан, а вокруг него хохотали ребятишки. Попыталась вытянуть его руку из своей – куда там. Держит настойчиво, продолжает жечь, пуская в кровь головокружительные разряды. – Я был не прав, – резко, ни с того, ни с чего выдаёт он. – Поступил жутко в тот день, когда перехватил тебя на вокзале. Мне не следовало на тебя давить, но я сорвался. Это от невозможности получить желаемое и от проблем, вылившихся на мою голову сплошным грязным ведром! А ещё меня… пи…ец как накрыло от тебя, когда в блузке и юбке увидел… с твоими формами… одурел я, Лид! Был не прав. Жёстко действовал от отчаяния, потому что привык всё и сразу получать, но ты… заставила меня осознать вину и измениться. Плюс, период поганый был, от нервов ни черта не осталось, навалилось кучей. Я СОРВАЛСЯ. Кончики пальцев подрагивали и даже покалывали от таких искренних и вопиющих признаний бывшего мужа. Сглотнула. Побольше вдохнула. Попыталась перевести дух. И важное спросила: – А контракт как же? Зачем им пугал? – Я же говорю, не те методы выбрал, отчего сейчас раскаиваюсь. Но ты ведь не хотела меня слушать, вообще! Сколько раз я мягко к тебе подойти пытался – ты убегала, ударила меня. Пришлось встряхнуть немного, чтобы хотя бы выслушала. И подействовало. В общем, тут всё в кучу собралось. Я был не прав, Лид, прости! Пульс начинает частить, набирая разгон. – И что ты предлагаешь? Придвигается ко мне ближе, наши колени соприкасаются. Я дергаюсь и отодвигаюсь. К щекам приливает жар, низ живота томительно сжимается. Тело опять буянит от его близости… – Научи меня, – пауза, сглатывает. – Лид, научи меня быть хорошим парнем. Он смотрит на меня проницательно. Такими глазами невероятными, что, черт, хочется в крошку рассыпаться и бросится в его объятия, послав в пекло всё! – Горю желанием исправиться! Изменюсь, стану таким, каким захочешь видеть меня ты. Больше никаких ошибок! Я просто… как же безумно сильно я боюсь тебя потерять… Ещё один судорожный вдох. Прошибает ураганной аурой его силы, власти, намерений. Чуть не сбивает с ног жаждой стоять на своём, железной силой духа, твёрдостью сказанных слов. Но пока ему нет прощения. Даже, если прощу, не уверена, что больше измен не повториться. Правильно Женя сказал, нужно время, чтобы убедиться, что человек держит слово и больше никогда не полезет в постель к другой. А ведь я так сильно боюсь пройти через весь тот кошмар снова! – Подскажи, как вину загладить? Как действовать правильно? Ставит меня в тупик неожиданными вопросами и раскаянием. В голове все мысли, все слова испаряются. Тяжело. Жутко. Боюсь… Боюсь снова довериться и наступить на те же грабли! Боль будет намного хуже, если совершу одну и ту же ошибку, а ведь меня только начало понемногу отпускать. – Не дави на меня. Просто не дави! И дай время. Я должна понять, стоит ли давать тебе второй шанс. Я должна быть уверена, что ты меня снова не ранишь. На этом всё. Если действительно любит – теперь с каждой разумной просьбой моей будет соглашаться, уважая мои желания. Исаев молча сжимает челюсти и моргает в знак согласия, но я уверена его внутренние демоны устроили у него внутри лютую пытку, а он стойко держится. Как мрамор или лёд. И снова я будто вижу перед собой другого человека, но с лицом моего бывшего мужа… * * *– Как часто ты с Инесс видишься? Мы подошли к самой, пожалуй, тяжёлой части разговора. Официант разложил перед нами красиво оформленные блюда, к которым даже было жалко притрагиваться. Пахнет восхитительно, но аппетита нет совершенно! Я думаю только о нём. О нас. Что будет с нами дальше? И чем закончится роковая беседа. Игнат тоже ничего не ест, он продолжает есть меня визуально. Никак не может налюбоваться, будто я в любой миг могу исчезнуть, а он видит меня последний раз и это последние минуты нашей жизни, поэтому самое время друг друга простить. А вдруг завтра конец света? – Редко. Очень редко. Всё-таки он делает первый глоток своего американо из утончённой, фарфоровой кружечки. Цены здесь, честно сказать, кусачие. Но они соответствуют тому интерьеру и тем вкусностям, что нас сейчас окружают. Игнат как всегда выделился, привёл меня в одно их лучших заведений, поражающее первоклассным сервисом, комфортном, изумительным видом на одну из лучших достопримечательностей города – гигантский, мраморный фонтан, исполняющий танцы струй под известных композиторов. – А что она тогда про ужин тебе напевала? – Это она так напрашивалась на встречу, но у меня нет на неё времени, нет ни капли желания её видеть, тем более проводить время, как сейчас с тобой. Я хочу тратить всё своё свободное время на тебя! В его лице много правды, а тон голоса уверенный, спокойный. Он смотрит на меня в упор, глаза в глаза, и я не вижу в его невербальных проявлениях лжи. Неужели стоит рискнуть и поверить? Но мне так страшно, это невероятно тяжело для меня… – Что ты чувствуешь к Ариэлле? – Сопротивление. – Что? – вскинула подбородок, сердце кольнуло в груди. – Бремя. Сглатывает, делая короткую паузу. – Никакой радости, какую бы испытывал настоящий отец, который бы искренне желал этого ребёнка. Каждый день, вставая с постели ранним утром, я внушаю себе, что я должен делать именно так – участвовать в жизни дочери, ибо это необходимость. То ли дело ты и… Кирилл. Сжимаю пальцами в комок салфетку, лежавшую на столике. Незаметно для себя рву её в клочья. – Не передать словами, как сильно я хочу быть с вами… Постоянно. Двадцать четыре часа в сутки. Засыпать и просыпаться в твоих объятиях, Кошечка. Вместе чистить зубы, вместе завтракать. Восхищаться тем, как твои заботливые ручки завязывают мне галстук, а после губы страстно целуют… Сердце замирает, на адреналине содрогнувшись. Все внутренности местами меняются и дыхание перехватывает. Мощной штормовой волной меня уносит в самые-самые тёплые воспоминания нашей прошлой жизни, когда нам было сладко и хорошо вдвоём. Когда мы стали счастливой семьёй. – Отправляться на работу с мыслями, поскорей бы вернуться к любимой, которая ждёт меня в нашем уютном гнёздышке, готовя восхитительные вкусности… Хватит, Игнат! Бум-с. Уронила вилку, испугавшись, что Кирилл проснётся, но сынок спал крепко, сладким пресладким сном. Официант, со словами: «ничего-ничего», подлетел к столику и всё убрал, заменив приборы. – Я бы всё отдал. Всё, что угодно, лишь бы отмотать время назад. Хочу жить как раньше, с тобой… Ещё лучше – с тобой и нашим сыном! Чёрт побери, Лид, как я ошибался! Я целую тьму ошибок допусти из-за того, что слеп был своим делом, я им горел, я был одержим успехом и стремлением стать лидером, номером один… Бизнес был гигантским приоритетом, ослепившей меня. Но сейчас я теряю смысл жизни, веришь?! Потому что в ней больше нет тебя! Мне надоело испытывать муки, просыпаясь в одиночестве, в холодной постели, видеть в доме мрачную, угнетающую пустоту, душевно подыхать… Лид, – так сильно пальцы мои сомкнул, кисть почти хрустнула. – Вернись ко мне. Умоляю… На ресницах навернулись слёзы, я готова была расплакаться, уткнувшись носом в плечо любимого, но небывалым усилием воли себя пересилила, потому что должна озвучить своё главное условие. Возможно, только тогда я попробую дать Игнату второй шанс и мы начнем жизнь с чистого листа. – Я хочу, чтобы ты больше никогда с ними не виделся. Никогда! Хочешь помогать дочери деньгами, баловать подарками? Передавай подачки через кого-то. Инесса хитрая, она найдёт себе другого мужика и не оставит Ари без отца. Забудь о них, Игнат, если хочешь быть со мной! Моя душа умирает, когда глаза видят твою дочь, рождённую от другой женщины, которую я на дух не переношу. Ариэлла всегда будет главным напоминанием о том злосчастном дне. О твоей измене и предательстве… Бью жёстко. Больно. Наотмашь! Игнат не шелохнулся даже, он как как ледяная каменная глыба, а в глазах пожар. Только руки с силой сомкнулись в кулаки, заставляя крепкие костяшки напрячься и побелеть. Тщательно прокручиваю в голове мысли, слова, картинки воспоминаний, чтобы сказать красиво. Набираю в грудь воздуха, только собираясь сказать это, но у Игната звонит телефон. Отвечает быстро, приподнимаясь со стула. – Готово? Всё, полностью? – возбуждённо спрашивает он. – Супер! Сейчас буду. Буду с ней! Жмёт на кнопку сброса вызова, так внезапно меня к себе дёргает, прижимая к груди, что я теряюсь и пугаюсь. – Немедленно поехали со мной! – Что происходит?! Куда?? – Тшш, – горячими пальцами губы накрывает, и меня всю чуть не накрывает от его властного касания. – Доверься. Просто доверься мне…