Глава 12

Неделя прошла суматошно. Анну как куклу возили по торговым центрам. Каждый раз разные амбалы её охраняли. Почему охранников она никогда не видела во второй раз? Для того, чтобы не заговаривала с ними? Не привыкала? Она не могла понять, да и не пыталась. Ольга почти всегда присутствовала рядом и это немного скрашивало её тоску.

– Мм... Я обожаю чизкейки в "Лакомке", часто ходили сюда в детстве. – Оля мечтательными глазами оглядывала интерьер, потягивала кофе и аккуратно поглощала свою порцию. Вокруг за тремя столиками расположилась охрана. Остальных посетителей попросили на выход, оформив им пирожные на вынос за счёт Донского. Посидеть в общественном месте не получилось, как первоначально предполагала Ольга. Только простые смертные предполагают, а Донской располагает, как ему угодно. Не получилось, потому что общественное место – кафе "Лакомка" – вдруг стало персональным местом жены Донского.

Ольгу это неимоверно злило, а Анна оставалась подозрительно равнодушной. Апатия. Полная апатия ко всему происходящему? Анна задавалась вопросом, это защитная реакция организма на непреодолимые препятствия? Или так начинаются депрессии? Или она попросту сходит с ума в этой золотой тюрьме?

– Заверните нам с собой это и это, и еще вот это. – Оля ткнула наманикюренным пальчиков в витрину.

– Что–нибудь еще? – Молодой парень за прилавком улыбнулся и, получив отрицательный ответ Ольги, подал ей бумажный пакет с пирожными.

Пакет тут же перехватила охрана, засунула туда свой нос, тщательно всё проверив. Ольга пожала плечами под недоумённый взгляд парня и непринуждённо сказала, разбавив ситуацию:

– Ну, как–то так.

По дороге они вновь заметили девушку с фотоаппаратом, которая маячила по их следам уже неделю. Везде, абсолютно везде они её встречали. В магазинах, в ресторанах, в кафе, на вчерашней выставке в музее изобразительного искусства, даже в парке на вечерних прогулках.

Охрана относилась к ней с безразличием, а Ольга и Анна понимали: её нанял Донской. Снова будут клепать отфотошопленные фотографии для журналов и газет.

И в этот раз на выходе, Анна заметила объектив фотоаппарата этой стройной папарацци. Интересно, у Донского с этой красоткой только деловые отношения? Нет, это не должно её волновать. Не должно! Анна вдруг поняла, что ей ужасно надоело всё происходящее с ней на неделе, развернувшись к автомобилю девушки, что усердно щелкала пальчиком по кнопке, и показала язык.

Ребячество. Какое это ребячество! – корила себя Анна. Но девушка её изрядно достала. Когда ОН уже наконец отстанет от неё с тем, что обязательно нужно выставлять её светскую сытую жизнь напоказ. Для чего эта показушность перед неким Давыдовым, о котором она слышала только фамилию.

Вернулись как раз к обеду, но съеденный чизкейк напрочь отбил аппетит чувством сытости и Анна отказалась выходить к трапезе, сославшись на то, что не голодна. Она тихо спустилась по черновой лестнице для обслуживающего персонала в сад и отправилась в сторону оранжереи. Там никого не было. Девушка подняла свои рыжеватые волосы в высокий хвост, закрепила их резинкой для надежности еще и в бублик, и, надев садовые перчатки, стала рвать сорняк вокруг кустов с розами.

"Да, если вместо травы представить волосы Донского, то вполне даже весёленькое это занятие – рвать сорняки" – улыбнулась Анна своим мыслям.

Не сразу заметила, как минут десять за ней наблюдал её новоявленный уже неделю как муж. От неожиданности она вздрогнула, и схватилась за куст крапивы который не собиралась трогать так неосмотрительно за стебель. Листья хлестанули её руки и Анна зашипела от жжения. В его глазах проскользнуло беспокойство, он стал приближаться, но резко остановился и взгляд его снова стал холодным и отстраненным.

– Оля, аптечку принеси. – сказал куда–то в сторону.

Жжение, конечно было, но терпимое, а после Ольгиной мази, которая приятно холодила кожу, так и вовсе прошло.

С мужем до конца дня Анна больше не пересекалась. Поужинав, она уселась на балкончике в своей комнате и читала. Книги, которых в библиотеке особняка было большое множество, стали отрадой девушки в заточении. Только "дракон" был то слишком кровожаден, то полностью игнорировал свою добычу.

Ольга мягко опустилась на кресло рядом и просмотрев сквозь решетки перил территорию двора, развернулась спиной к улице.

В тишине раздался еле слышный шёпот.

–Ань, я дозвонилась. С ума сойти, что помогаю тебе, но всё, что происходит, это неправильно.

Анна ошарашено уставилась на неё. Сердце сразу сделало кульбит и, казалось, она слышит в вечерней тишине как оно заколотилось. Оля связалась с Андреем? И, словно, в подтверждении своим мыслям, услышала:

– Я дозвонилась до твоего бывшего. Он сначала бросил трубку, а потом, услышав твоё имя и имя Макса, выслушал. Сказал, чтобы ты не предпринимала никаких действий, ему надо подумать.

Оля прижала ладони к горящим щекам. Еще никогда она не ощущала себя так! Знала, что не понравится это всё Донскому, но и смотреть на Анну было жалко. За что он так с ней? Что он сделает с ней? А что он сделает с самой Ольгой, когда всё вскроется?

– Боже! Что я натворила! Он же всё узнает! – Оля сглотнула комок, который моментально собрался в сухом горле – Боже!

– Ты же можешь уехать? Он тебе ничего не сделает. Ты ведь племянница Паши. Ну поорёт. Накажет. Не убьёт! Ты можешь уехать в тот момент? Чтобы он перебесился? Оль?

"А я... мне надо подумать куда потом спрятаться. Сдаётся мне возвращаться будет нельзя в свою квартиру, а к Андрею... я не вернусь. Наши пути разойдутся, сразу как он вытащит меня отсюда" – думала Анна.