Глава 38. Александра

Стрельцов толкает двойные двери, и я ахаю от изумления.

Гостиная преобразилась. Она украшена белоснежными цветами и свечами. Розы, сухоцветы и свечи повсюду – на камине, на окнах и на полу. В воздухе витает цветочный аромат.

Круглый стол в правом углу у камина накрыт белой льняной скатертью, которую украшает золотая дорожка. Фуршет тоже оформлен в золотисто-белых тонах – пирожные разложены на красивых керамических этажерках, канапе на белых блюдах, а в бокалах искрится золотистое шампанское.

У стола моя будущая свекровь держит за руку Елисея, и судя по следам шоколада на его губах, он уже успел стащить пирожное.

— Мама такая белая! — не перестает удивляться моему образу сын.

— Это, потому что она сегодня невеста, — склонившись к нему, тихонько поясняет София Юрьевна.

Гости приветливо нам кивают. Меня жадно рассматривают, пожимают руку моему будущему мужу.

«Чудесная пара», — прокатывается по гостиной шепот.

«Красивая невеста»

Я волнуюсь. Прячу в юбке дрожащие руки, пытаюсь приветливо улыбаться, игнорируя шепот за спиной, но от напряжения у меня дергаются губы.

— Теперь наш с тобой союз будет ассоциироваться с белыми розами, — прильнув к прокурору, шепчу тихонько. Больше для того, чтобы хоть как-то разрядить обстановку.

Он скользит взглядом по моему лицу. Едва заметно улыбается.

— Значит, я буду всегда их тебе дарить, — шепчет в ответ.

— Ну, что, приступим? — женщина, которая прибыла вместе с прокурором, с ожиданием смотрит на нас, на гостей, а потом открывает толстую книгу.

Мы все замираем. Лишь фотограф непрерывно щелкает фотоаппаратом, неслышно передвигаясь из одного конца комнаты в другую.

— Уважаемые жених и невеста! Сегодня - самое прекрасное событие в вашей жизни. С этого дня вы пойдёте по жизни рука об руку, вместе переживая и радость счастливых дней, и огорчения. Перед началом регистрации прошу вас ещё раз подтвердить, является ли ваше решение стать супругами, создать семью искренним, взаимным и свободным? Прошу ответить Вас, невеста.

Я смотрю на Стрельцова, а потом перевожу взгляд на сотрудницу Загса. — Да, — киваю согласно. — Прошу ответить Вас, жених.

Лев улыбается, и едва заметно сжимает мою руку.

— Да, — произносит громко. — С вашего взаимного согласия, выраженного в присутствии свидетелей, ваш брак регистрируется. Приглашаю вас скрепить подписями ваш законный союз.

Мы ставим подписи.

— А теперь в знак любви и преданности друг другу прошу вас обменяться обручальными кольцами.

Ее помощник подносит на вышитой золотом подушечке простые обручальные кольца.

Лев берет мое кольцо и надевает его мне на безымянный палец правой руки.

Я проделываю то же самое. У меня все еще дрожат руки, но я справляюсь.

— В полном соответствии с Семейным Кодексом Российской Федерации, согласно составленной актовой записи о заключении брака, скреплённой вашими подписями, ваш брак регистрируется. Объявляю вас мужем и женой. Можете поцеловать невесту.

Мы смотрим в глаза друг другу.

Неотрывно, прямо.

Лев осторожно склоняется ко мне и касается губами моих губ.

От его поцелуя у меня кружится голова.

Гостиная взрывается аплодисментами.

Нас поздравляют, желают счастья.

Это скромное, но значимое событие завершает небольшой фуршет.

К нам подходит дочь секретаря Стрельцова Аглая, та самая, что работает журналистом.

— Лев Андреевич, я обещала вашей маме новости в прессе. Завтра утром все интернет-сообщества будут рассказывать о вашем бракосочетании.

Стрельцов приподнимает бокал с лимонадом и мягко притягивает меня к себе за талию.

— Пусть будет так, как хочет моя мама, — дает свое согласие.

Она приподнимает бокал в ответ.

— Для меня честь присутствовать на вашем бракосочетании.

У Стрельцова звонит мобильник. Шепнув мне извинение, он выходит из гостиной.

Я ловлю за руку Елисея. Он лавирует среди гостей, как маленькая рыбка в воде. За годы проживания в гостинице мой ребенок привык находиться среди постоянно меняющихся гостей. Он не боится чужих.

К нам подходит моя свекровь. Она касается моей руки.

— Саша, я должна кое-что сказать тебе наедине.

Я замечаю, что она чем-то встревожена, и мое сердце сжимается.

— Что-то случилось?

— Пойдем.

Она выводит меня в холл. Стрельцов с кем-то беседует у окна, и София Юрьевна ведет меня к диванчику у стены.

— Сядем, Саша, — указывает мне на диван.

Мы садимся, и между нас тут же втискивается Елисей.

Он дразнит растянувшуюся у входа собаку и смеется.

София Юрьевна касается моей руки.

— Саша, дочка, которую ждала твоя сестра, погибла во время родов. Врачам не удалось ее спасти.

Мое горло сжимает спазм.

— Как… погибла? — шепчу растерянно.

— Срок был очень опасный, а роды остановить не смогли. У девочки не раскрылись легкие.

К нам подходит Стрельцов. Он с горечью смотрит на меня.

— Я уже в курсе, — сообщает мрачно. — Саша, мне жаль. Так не должно было случиться.

Я чувствую, как у меня дрожат губы.

— Я хочу увидеть Иру! Я должна ехать в больницу. У нас с ней никого нет. Ей нужна моя помощь.

София Юрьевна отрицательно качает головой.

— Она отойдет от наркоза только к вечеру.

Стрельцов накрывает мою руку своей.

— Я отвезу тебя после заседания в суде. Оно начнется через сорок минут. Без меня тебе не стоит никуда ездить. После того, что случилось накануне, это опасно.

Я с отчаянием смотрю на него.

— Да, конечно. Я буду тебя ждать, — киваю согласно.