Глава 4

Разум взорвался тысячей неприятных мыслей, среди которых самая нелепая даже издевательская – о том, что административного (или уголовного) наказания за сношения в лифте объекта государственного значения – всё же не последует.

Я вскочила на ноги и начала оправлять одежду чертыхаясь.

Эльзас недовольно оглядел меня. Нахмурился. Но тоже быстро поднялся на ноги и привёл себя в порядок — застегнул рубашку, надел штаны, провёл ладонью по тёмным волосам — и всё! Как будто не он только что доводил меня до безумия.

Ох, что-то мне подсказывало, что я не выгляжу также хорошо.

– Ди, нам нужно…

– Я не знаю, что это такое. Эльзас. Что происходит с моим телом и хвостом, – перебила я. – Наверно есть в моём геноме какой-то изъян. Особенность. И он комплементарен твоему… то есть твоей особенности. Надо разобраться и заблокировать… это какая-то странная ошибка.

– Ошибка? – холодно процедил Эльзас. Теперь по нему было невозможно угадать, чем мы ещё так недавно занимались.

– Да, – горячо выпалила я, – это ненормально! Это не мой выбор. Я бы никогда…

У Эльзаса вдруг стало такое лицо, будто я дала ему пощёчину.

– Что “никогда”?

Я растерялась. Тело в раю, голова в панике, хвост – и вовсе словно пьян или частично парализован. Нужных слов не шло на язык.

– Ты атлантианец, – неловко выдала я, – а я шиарийка.

Нет, неправильно! Я всё время говорю с ним неправильно. Надо сказать ему так много и…

– То есть, Эльзас, я имела в виду…

– Я тебя услышал, Ди. А теперь поспешим на заседание. А после… я с тобой поговорю.

Не “мы поговорим”. А “я с тобой поговорю”. Как-то это… жёстко и холодно. Точно Эльзас надел маску, закрылся от меня в какую-то скорлупу. В груди царапнуло холодком. Он стал похож на типичного ледяного атлантианца. Из тех, что могут сказать, что дети им неинтересны… семья – не нужна. А карьера – это его единственный приоритет.

Если случится интрижка с горячей шиарийкой – отлично, он с радостью проведёт с ней свободное время между миссиями государственной важности. Интересно, сколько подобных эпизодов с разными женщинами у него было за эти четыре года?

Наверняка просто тьма!

И сейчас он бодро по дороге на работу прямо в лифте поимел свою “старую знакомую”!

Какая же ты дура, Ди…

Я накрутила себя моментально.

И когда Эльзас, не прикасаясь даже рукавом мундира, проводил меня до зала заседаний – мои нервы были на пределе.

Мне предстояло отчитываться не пойми за что: да драконоиду ясно, что меня сейчас в чём-то обвинят. Что-то про учёт психотропов категории ультра или перерасхода сплава сгаэлита с асмидием для новых центрифуг – это же строго подотчётные материалы.

А я как буду отбиваться от нападок комиссий по этике и налоговой?

Я морально истощена – но физически всё было наоборот. То, что произошло между мной и Эльзасом, сделало моё тело сильным, а походку – упругой. Казалось, я могу оторваться от земли и взлететь… И то же самое выбило из колеи мой разум и так больно ранило душу – разбило на острые обломки. Какая же я дура-дура-дура…

Надо было взять с собой универсальный блокатор для шиарийцев – хотя бы! – пусть бы всегда лежал в сумочке. С ним можно моментально заглушить “инстинкт”, сбить вспышку гормонов и снизить влечение. Да, я стану вялой и не особо сообразительной, ну и ладно. Уж лучше так, чем отдаваться в лифте всяким там…

…Я думала, хуже уже не будет.

Пока не поняла, куда Эльзас меня привёл.

– Что это? – испуганно отпрянула я от простых дверей, выполненных под земное дерево. Без голограмм. Без техники. Словно я попала прошлое.

– Это спецотдел, виана…

Я уставилась на Эльзаса с ужасом: я думала, придётся отчитываться по ерунде. Но это “спецотдел” – вроде секретной службы национальной безопасности. Это хуже, чем если тебя обвинят в уголовном преступлении. Перед этими дверями можно встать за преступление против Союза. И к этим дверям обычно подводят подследственных лидеров варварской звёздной империи Гуань или каких-нибудь террористов. Я это знаю. Все это знают. Потому что это крутят в новостях как визуал “показательной порки”!..

А я-то… что я здесь делаю?

У меня маленький ребёнок! Мне нельзя. Если зашёл в эту дверь – из неё можно и не вернуться, как бы крут ты ни был.

– Тихо, Ди, – Эльзас снова поменял тон на ласковый и вдруг взял меня за руку, – кроме меня там будет два высокопоставленных представителя ведомства. Разговор будет неприятный. Но я гарантирую тебе безопасность. Я за руку выведу тебя отсюда и отвезу домой. Ты меня поняла?..

Я всхлипнула. В глазах набежали слёзы.

– Вот и умница, Ди, – Эльзас смахнул слезинку с моей щеки, – я позабочусь о тебе. Даю слово. А теперь пойдём. Готова?

Я снова кивнула. Но нет-нет и нет – я не была готова!!!

И как-то невольно сжала горячую ладонь Эльзаса своей в ответ, словно он мог защитить меня от разборок с самым душным и могущественным ведомством Союза. Как оказалось – с его ведомством.

Через миг я опомнилась и высвободила у Эльзаса свою руку, кое-как опустила в нейтральное положение хвост. Вдох-выдох, и Эльзас открыл передо мной дверь.

***

Простой зал. Серые давящие стены. Слишком высокий потолок. И он тоже – призвано морально уничтожать посетителя.

В центре — овальный стол тёмного дерева, за которым нас ожидали двое мужчин. И здесь никаких голограмм. Ничего технологичного. Свет только от единственного окна… а само окно… зарешеченное! Почему?! Кошмар какой-то!.. Кто так делает?!

– Мы должны были начать час назад! – негодовал, постукивая атлантианской тростью-наксом об пол какой-то немолодой черноглазый мужчина в тёмно-синем “костюме аристократа”. Бледная кожа. Прямые иссиня-чёрные волосы чуть ниже плеч. Типичная атлантианская внешность.

– Виан Исбел, я час назад отправил вам на коммуникатор уведомление о переносе. И вы его получили, – ровным тоном отозвался Эльзас, усаживая меня за стол на свободное кресло, ровно напротив виана Исбела, – я встретил и проводил виану Ди… ану. Всё по графику.

– Виана долго до нас шла! – пробурчал сидящий рядом с Ибелом мужчина средних лет, полноватый и менее опрятный, навскидку – это представитель драконоидной расы, я могла бы точно сказать, если принюхаться как следует. Но… комиссия заметит. Это вроде как неприлично. Лучше не буду никого бесить. И тут предположительно-драконоид добавил: – опаздывать – это не самое разумное решение для обвиняемой…

Моё сердце ухнуло куда-то вниз. ОБВИНЯЕМОЙ?! В таком ведомстве?

– Виан Дерек, – холодно перебил Эльзас и сел рядом со мной, беззастенчиво накрывая мою впившуюся в подлокотник кресла руку своей, – позволю себе напомнить вам. Виана здесь, чтобы свидетельствовать. Консультировать. Она не в статусе обвиняемой. И мы пока не ввели её в курс дела…

– Чем же вы занимались? – с неприятной холодной усмешкой процедил атантианец Исбел и стукнул тростью об пол.

– Желаете, чтобы я делился закрытой информацией в холле или в лифте, виан? – в тон отозвался Эльзас.

– Почему нет? В нашем выделенном лифте нет прослушки, виан Эльзас.

– Я в курсе, виан Исбел.

К щекам прилил жар. Я вмиг осознала, что... а ведь могла бы быть и прослушка, и видеонаблюдение – и, более того, – они должны были быть! А я ни о чём таком и не подумала! Теперь же я шумно выдохнула с облегчением. И тут же спохватилась. Но к счастью – на меня никто не обратил внимания.

Потому что Эльзас и Исбел затеяли что-то вроде поединка воли – играли в “атлантианские гляделки”, как с сарказмом называли это шиарийцы. И Исбел отвёл глаза первым.

– Ну полно, виан Эльзас. Неужели вы ещё не запомнили мою манеру разговаривать? Не злитесь. Уж больно вы молоды и горячи. Понятен ваш порыв защитить девушку, – с неискренним смешком выдал Исбел и уже менее уверенно добавил. – Хм, то есть, шиарийку…

У меня от происходящего кружилась голова.

Я впилась пальцами в подлокотники кресла. Воздух был заполнен давящей безнадёгой. Это ощущение усиливали пустые стены и решётчатое окно — будто в тюрьме, какие бывали на древней Земле-два. Хоть Эльзас и сказал, что мне не о чем беспокоиться, но я чувствовала — что на меня смотрят как на преступницу.

Исбел щёлкнул тростью по полу — получился звук, похожий на лопнувшую струну. Его чёрные глаза, холодные как вакуум, буравили меня. Драконоид Дерек постукивал пальцами по столу.

Мой хвостик потянулся, чтобы накрутиться на ногу Эльзасу, но я дёрнула его волевым усилием и заставила обвить ножку стула. Нет уж, теперь я должна держать свой хвост в узде!!! Во что бы то ни стало!

— Всё будет хорошо, — сказал Эльзас, вновь сжимая мою руку.

— А вот я в этом не уверен, — покачал головой немолодой атлантианец Исбел.

— В чём меня обвиняют? — не выдержала я.

— Пока что ни в чём, виана. — Он выделил слова “пока что”, и прозвучало это с угрозой. Он попытался сгладить её тонкой улыбкой, что сделало даже хуже. — Надеюсь, вам не надо объяснять, что весь дальнейший разговор строго секретен?

— Я это прекрасно понимаю.

— Ваш устный ответ принят за официальный. Тогда… вам что-нибудь говорят эти данные? — Исбел извлёк из кармана планшет и толкнул его по гладкой тёмной столешнице.

Эльзас поймал и передал мне. Я настороженно заглянула в светящийся экран. Пробежалась по строчкам.

Сердце забилось быстрее, загудело в висках.

— Д-да… — произнесла пересохшим горлом. — Это знакомые мне соединения. Вещество под кодом Z-42, оно разрабатывается в нашей лаборатории, в закрытой части… Но откуда у вас эти данные? И я вижу, что в структуру вещества внесены изменения… Кто это сделал?

— Пять дней назад в центре города десяток гражданских были отравлены распылённым в воздухе веществом, — прищурился Исбел. — Они впали в ярость… интересный эффект, не так ли? Чудом никто серьёзно не пострадал. Ушибы и сломанные кости не в счёт. Анализ выявил в крови частицы Z-42.

Я попыталась вдохнуть, но горло сжалось.

Как вещество могло оказаться снаружи?!

Z-42 — наш последний проект, особое соединение, потенциально – сильнейший стимулятор высшей нервной деятельности. В старину, на Земле-один сказали бы, что оно пробуждает сверхспособности. По факту, это было не так – Z-42 лишь раскачивает собственный псионический потенциал. Но мы пока не сумели избавиться от побочного эффекта, который выражался в ожидаемом повышении агрессии пациента. Теоретически. Вещество не доработано и ни на ком не тестировалось! Поэтому его не выпускают и не ставят на поток!

— Это ошибка, — мой голос дрогнул.

— Ошибка? — неприятно оскалился драконоид Дерек. — Нет, ошибка то, что мы ещё не подали требование на чтения вашего разума, виана! Шиарийский иммунитет не сработает против статьи о биотерроризме.

— Вы переходите границу! — уже Эльзас ударил тростью о пол, и Дерек стиснул зубы.

Я выдохнула застрявший в груди воздух.

Чтение разума… Они правда могут пойти на такое?!

Это опасная процедура, после которой восстановление занимает годы! А в ряде случаев разум не восстанавливается вовсе! Что тогда будет с моим сыном?! Кончик моего хвоста испуганно щёлкнул.

— Диана, — голос Эльзаса обволакивал меня, притуплял мою панику, если такое в принципе было возможно, — не переживай…те. Для чтения разума нет оснований. Поверьте, я проконтролирую, чтобы никто не преступил положенный протокол. Однако, ситуация серьёзная. Мы подозреваем, что недавнее отравление — это лишь первое полевое испытание вещества, ведь вы сами заметили, что в структуру внесены изменения. Предположу, что вскоре мы снова столкнёмся с отравлением гражданских. При получении нужных эффектов, Z-42 может отправиться на чёрный рынок. Наша задача — этого не допустить. К вам в лабораторию уже направлено требование на заморозку исследования и полный обрыв доступа к веществу. Также доступные личные дела сотрудников лаборатории уже изучает спец-отдел. По нескольким направлениям работают дознаватели. Но нам всё равно понадобится ваша помощь. Скажите, сколько ваших подчинённых имели доступ к Z-42?

Эльзас говорил очень чётко и профессионально, но при этом я не ощущала от него угрозы или обвинения. И почему-то я поверила ему, что он и правда не допустит процедуры чтения мыслей.

— Д-десять сотрудников… — ответила я на его вопрос. — Но я доверяю им как себе! И у нас высшие протоколы защиты, их обновляет представитель Союза каждые полгода. Также вход только по биометрии и… — я описывала, какие меры безопасности мы предпринимаем, но часть моего сознания вдруг скакнула к совершенно иному факту.

Я внезапно осознала, что сижу… без нижнего белья! Холод металлического кресла просачивался сквозь тонкую ткань юбки, напоминая о лифте, о руках Эльзаса… и не только руках. Нет, Ди, сосредоточься!

Вконец растерявшись, я замолкла на полуслове.

О чём я говорила?!

Космос! Да меня же сейчас запишут в преступники!

Эльзас чуть наклонился — его плечо коснулось моего. Исходящее от атлантианца тепло успокаивало. Точнее, меняло вектор волнения!

— И всё же, — сжал губы драконоид, — утечка случилась. Несмотря на ваши сверх-меры.

— Теперь у нас есть только два варианта, виана, — цокнул языком Исбел. — Вас закрывают до окончания следствия, и вы ждёте окончания расследования... месяц, два? А там уж как повезёт.

— Или… — перехватил Эльзас, не позволяя Исбелу выдержать “эффектную паузу”, — Помогаете нам найти утечку. Под моим контролем. В полном моём подчинении.

Я подавила нервный смешок.

Вот тебе и выбор!

Выбор, которого нет.

Взглянула на лица собравшихся. Дерек был явно недоволен, что меня прямо сейчас не уводят с заломанными руками. Исбел казался тёмной лошадкой. Эльзас… зачем ему, чтобы я была в подчинении ? Ох…

Перспектива работать с ним вместе — пугала. Это ведь именно страх, правда?

Как мне прятать от него сына?!

Да и с реакциями собственного тела надо что-то делать…

Все ждали ответа. И затягивать не стоило.

Я глубоко вздохнула.

— Я согласна помочь в расследовании, — тихо выдохнула я.