Глава 25

Юля

Мне не понравился этот разговор. Будто прочитала тон, с которым он это написал. В одном только предложении: «Ты говорила сегодня с моим отцом?», столько обвинения.

А что мне надо было сделать? Разрешения спросить? Или может послать чуть ли ни первого человека во Дворце? Отличная идея. В следующий раз обязательно так и сделаю, если вдруг решу экстремально закончить свою спортивную карьеру.

Программу на матче отрабатываю на автомате. Она гораздо проще той, что мы показываем на чемпионате. Практически отдых. Даже если ошибешься, никто не заметит. Все сосредоточены на футболе. Мы с девочками только иногда попадаем в объективы камер. Наши парни сегодня молодцы. Радуют фанатов красивыми голами. Есть шанс, что победа будет за ними.

А я и об этом толком думать не могу. Мне упрямо кажется, что сегодняшняя переписка станет финалом того, что и так едва получается. И так смешно от себя становится. Во мне включилась стереотипная блондинка, не иначе. Потому что нет логики между тем, что мне грустно от собственных мыслей и того, что я вообще-то изначально выбрала стратегию «динамо». Страшно мне Салахова близко подпускать. Но это только пока он далеко. Чем ближе ко мне, тем сильнее кипит моя кровь и тем больше мне хочется его присутствия, его запаха и его проклятых взглядов с такими укуренными чертями, что даже властелин Ада, если таковой существует, позавидует. Поцелуев его хочется. Горячих, наглых и совершенно безбашенных. Они не сочетаются с его осторожными прикосновениями. У меня всегда диссонанс. Я не понимаю, какой он настоящий. Не парень — хаос, ворвавшийся в мой распланированный на годы вперед мир и решивший установить в нем свои порядки.

Поэтому я ни хрена не логичная девочка теперь. Будет правильно, если все закончится. Он же как ураган, все сметает на своем пути. Нет для Салахова преград, у него даже тормозов нет. Ручной только, и тот у меня. И в глубине души мне приятно, что свои тормоза он доверил именно мне. Нравится видеть, как он загорается рядом со мной. Нравится греться в этом пламени.

Я начинаю к нему привязываться. Или даже влюбляться. Начинаю за него беспокоиться. И ловить его эмоции даже в сообщениях.

«И где все твои правила и принципы, Юля?! Очнись, твою мать! Ты не сможешь тягаться ни с его отцом, ни с его демонами. Он мажор! Просто мажор, который еще не трахнул тебя! Ему пока интересно. А что потом?»

А потом будет видно. Я уже не та ранимая, растерянная девочка, какой была два года назад.

«Ой ли?» — продолжает издеваться внутренний голос.

Трибуны взрываются радостными криками. Мы победили? Точно! Тимур забил победный гол на последней минуте матча. Они сегодня большие молодцы.

После совместной тренировки с Тайсоном, Тима вообще изменился. Будто взял что-то от упрямого боксера. Я видела, как он сам, без тренера, гонял свою команду по той программе, которой их наказывали с Салаховым.

Умничка. Я радуюсь за него как за старшего брата. А Тай сегодня буквально выгрыз для себя победу. Мне сказали, его практически унесли с ринга. И я готова была сорваться вечером к нему, чтобы убедиться в том, что с ним все в порядке.

Вот где логика?

Она нервно курит в сторонке, как только даже на мысленном горизонте появляется эта кареглазая сволочь.

Мы уходим с трибун, оставив парням все лавры. Девчонки бурно обсуждают матч, который я благополучно пропустила, плавая в своих мыслях и попытках все же зацепиться за разумное зерно.

Зато в душ успеваю одна из первых, пока они болтают. Стоя под теплой водой, машинально касаюсь татуировки в виде бабочки. Она наполнилась новым смыслом. Приятным и теплым. Тай даже не представляет, что он для меня сделал. Я теперь улыбаюсь…

Завернувшись в большое полотенце, вторым вытираю волосы, стоя у запотевшего зеркала недалеко от приоткрытой двери. Из раздевалки доносится смех и болтовня девчонок из моей команды. Я не вслушиваюсь в нее до тех пор, пока слух не цепляется за фамилию «Салахов».

— Да ладно? Ты не ошиблась?

— Нет. Это стопроцентная инфа. Я своими ушами слышала, как Сёмочка с Арсиком между собой обсуждали.

— Капец. Интересно, Юля знает?

— Сомневаюсь. Если бы она знала, близко бы Тайсона к себе не подпустила. Это ж Самсонова. Она такое не простит.

— Ой, а я не удивлена. Сколько можно корчить из себя неприступную снежную королеву? Салахов огненный. Девчонки говорили, у него темперамент… Он может всю ночь почти без отдыха. А она его динамит. Да и хорошенький такой.

— Юлька всех динамит. Ни разу не видела, чтобы она с кем-то встречалась. А за ней и Тимочка наш бегает, как привязанный. Вот что еще надо?

— Не знаю, девочки. Я бы Таю отдалась. Надо, кстати, попробовать. Говорят, он уже вторую победу без девушки отмечает. Представляете, какой голодный?

Они снова смеются, а у меня в горле пульсирует противный, липкий ком. Я правда такая? Снежная королева? Разве плохо быть осторожной и разборчивой? Что за странное клеймо? Наверное, лучше ноги раздвигать перед каждым смазливым парнем. Охренеть, у них логика! А я думала, моя сломалась.

Уже собираюсь выйти в раздевалку, как слышу:

— А на что спорили то?

— Да вроде на пиво.

— Да ладно? — раздается стройный «ох».

— Угу. Типа, если Тай с ней не переспит до конца турнира, проставляется пивом.

— Ох-ре-неть!

У меня из рук падает полотенце.

В смысле?! Эта обаятельная сволочь поспорила на секс со мной и выставила в качестве приза пиво?!! То есть, вот настолько он меня оценил?!

Дрожащими руками подбираю полотенце. Щеки горят от возмущения и щемящей обиды. Он на меня поспорил. Ха! Логика, возвращайся на место! Теперь все понятно! И перемены в его поведении. И бабочки все эти. Все резко становится на свои места напоминая мне мои же все-таки правильные установки. Все мажоры — избалованный козлы! Он просто решил поиграть. В меня! И поставил пиво! Сучонок!

Почему меня сейчас возмущает именно этот факт?!

Да, блять! Потому что мне вдруг очень больно внутри от осознания, что на меня в принципе поспорили!

Сука, как же колотит. Зубы стучат!

Бесит! Бесит! Бесит!

И я дура!

Тряхнув головой, стараюсь взять себя в руки.

— Юль, ты чего? — моего плеча касается ладонь одной из девочек, с кем мы вместе принимали душ. — Тебе плохо? Ты бледная и горишь.

— Кать, а ты знала про спор на меня? — не узнаю собственный голос. Уши заложило. Он сейчас такой далекий, глухой и хриплый.

— Что-то слышала, но толком ничего не поняла. Некогда вникать было. Это Лизка с Танькой в курсе должны быть. Они трутся сейчас возле Арса с Сэмом. Это, получается, правда?

— Прикинь, — выдыхаю я.

— Вот кобель, а! И что ты будешь делать?

— Не знаю пока. Надо подумать. Но прощать такое точно не стану. «Золотому» мальчику тоже будет больно!