Глава 18

День свадьбы Кира Сегодня я проснулась с таким замечательным настроением, что мне казалось, мир вокруг сияет. Боже, как это прекрасно – теперь я стану женой Блонди не только перед Богом, но и официально. Как будто сердце моё поёт в унисон с утренними птицами за окном. На часах только начало седьмого утра, и до церемонии ещё куча времени – она начнётся в два часа дня. Время словно тянется бесконечно, но меня уже трясёт. Это нормально? Наверное, да, ведь сегодня самый важный день в моей жизни. – Кирюша! – в дверь комнаты раздаётся мягкий стук, и голос мамы, как всегда, звучит тепло и уверенно. Она заходит внутрь, её глаза светятся гордостью. – Кнопка, собирайся. Нам нужно выезжать через полчаса, а ты ещё в кровати. Я улыбаюсь, сонная, ещё немного растерянная, но невероятно счастливая. Она подходит ближе, наклоняется ко мне и целует в лоб. Этот жест всегда был моим любимым. В нём столько любви, столько нежности, что на мгновение моя дрожь стихает. – Ох, как я люблю это, мам. – тихо шепчу я, чувствуя тепло её рук на своих плечах. Сегодня всё идеально, и я знаю, что впереди меня ждёт новый этап жизни. Но именно сейчас, в этом утреннем моменте с мамой, я чувствую себя как в детстве – защищённой и любимой. ***Мы уже всей толпой, кроме Амалии Эдуардовны (слава Богу, хоть её-то миновали), едем куда-то. Куда именно – мама не сказала. Сказала только, что это сюрприз. Сюрприз… Ух, как это звучит! С одной стороны, волнительно, а с другой – страшновато. Ну не сделает же мне мама плохого в день свадьбы, правда? Она меня вроде любит, по крайней мере, не меньше моих братьев. Окна лимузина завешены, чтобы я не могла понять, куда нас везут. Смешно, что вся эта таинственность только больше заводит. Девчонки щебечут, как воробушки, их смех заполняет весь салон. Настроение у всех на высоте. Уже слышу, как с характерным щелчком открывается бутылка шампанского, как звенят бокалы и льётся тихий поток разговоров. Ви, моя подруга-ураган, протягивает мне бокал, лукаво ухмыляясь: – Ки, тебе точно надо расслабиться. Вот, держи! Не раздумывая, я принимаю бокал и одним махом осушаю его до дна. Даже не чокаюсь. В салоне на мгновение становится тихо, а потом взрывается настоящий шквал смеха. Девчонки смеются так громко, что у меня начинают звенеть уши. – Вот это настрой, Кирюха! – хохочет Мел, её смех заразителен. – Ты невеста мечты, честное слово! И я смеюсь вместе с ними. Смех льётся как песня – звонкий, свободный, искренний. В этот момент я чувствую себя абсолютно счастливой. Где-то внутри живёт маленькое волнение, но оно растворяется в этом теплом кругу подруг, в звоне бокалов, в чувстве, что всё идёт именно так, как должно. Спустя минут сорок мы остановились. Девочки и мама, словно пружины, выпрыгнули из лимузина, весело переговариваясь и обсуждая что-то, а я осталась сидеть, как приклеенная. Внутри всё перевернулось: ноги словно налились свинцом, руки дрожали, а голова кружилась. Мне стало по-настоящему страшно. Что со мной? Почему я не могу собраться? – Кира, ну ты где? – прозвучал голос Миланы, полный доброй заботы. Я сглотнула, собралась с силами и выползла из машины, цепляясь за дверцу трясущимися пальцами. Когда подняла голову, сердце буквально замерло. Боже мой… вы тоже это видите? Передо мной стоял дом. Мой дом. Дом, где прошло моё детство. Дом, где я была счастлива, пока папа был жив. На глаза тут же навернулись слёзы. Я не могла оторвать взгляд от знакомых очертаний: крыльцо, увитое плющом, большие окна, из которых всегда лился свет, как будто весь мир был открыт для нас. – Мама, что это значит? – голос дрожал, как и я сама. – Ты ведь продала его… Мама подошла ко мне, её глаза светились любовью и какой-то особенной радостью. – Да, продала. Но теперь он твой. – Подарок? – я в растерянности уставилась на неё. Она улыбнулась и обняла меня так крепко, как только может обнять мама. – Да, подарок. Этот дом теперь твой. Ты – его хозяйка. Я замерла, пытаясь осознать услышанное. – Мама… я ничего не понимаю. Она ещё крепче прижала меня к себе и прошептала: – Это подарок от Егора. Мир вокруг будто остановился. Сердце бешено забилось, и слова эхом повторялись в моей голове: подарок от Егора. – Что? – сдавленно выдохнула я. Вы это слышали? Всемогущий… он что, купил мне мой дом? Слёзы уже текли по щекам, но я даже не пыталась их остановить. Улыбка, трепетная и благодарная, разлилась по лицу. Какой же он мужчина… Как я могу заслуживать его? В этот момент я поняла, что люблю Блонди ещё сильнее, если это вообще возможно. ***Часы подготовки пролетели, как один миг. Мне сделали нежный нюдовый макияж: едва заметные румяна, чуть блестящие веки и лёгкий блеск на губах – всё, чтобы подчеркнуть естественную красоту. Волосы собрали наверх в элегантную причёску с несколькими выбивающимися локонами, которые обрамляли лицо. Честно, я чувствовала себя принцессой, даже если немного нервничала. После этого нас ещё около часа фотографировали – и, честно, мне это уже начало надоедать. Кому нужны все эти фотографии? Разве я потом буду сидеть и пересматривать это? Да вряд ли… хотя… может быть, через несколько лет… Но сейчас мне казалось, что всё это слишком. Когда настал момент примерять платье, внутри у меня снова всё сжалось. Волнение накатывало волнами, и я, кажется, даже забыла, как дышать. – Ну что, готова? – улыбаясь, спросила мама, доставая из шкафа чехол с платьем. Я неуверенно кивнула, а она мягко подбодрила меня взглядом. – Давай, Кира, ты справишься. Что удивительно, дом почти не изменился. Всё было так, как в моих воспоминаниях: запах дерева, лёгкий скрип половиц, даже тот самый сундук у окна стоял на своём месте. Это одновременно успокаивало и ещё больше наполняло меня ощущением нереальности происходящего. Мама расстегнула чехол, и я замерла. Платье было невероятным. Силуэтное, но не слишком облегающее, с изящным корсетом, расшитым мелкими жемчужинами и бисером, который словно мерцал при малейшем движении. Юбка мягко струилась вниз, из лёгкого шёлка и фатина, создавая ощущение невесомости. Плечи оставались открытыми, что придавало образу нежности и утончённости, а вдоль спины тянулась тонкая цепочка из жемчужин, которая завершалась небольшим бантом у основания талии. Когда я его надела, все вокруг затаили дыхание. Я повернулась к зеркалу и на мгновение не узнала себя. Кто эта девушка, которая смотрит на меня? Такая красивая, такая… счастливая? Слёзы подступили к глазам, но я быстро моргнула, чтобы их сдержать. – Ты просто невероятная, Кира, – сказала мама, и её голос дрогнул от эмоций. Я обернулась к ней, и она подошла, чтобы поправить небольшой выбившийся локон. – Спасибо, мам. Спасибо за всё… – мой голос тоже немного дрожал. В этот момент я почувствовала, что всё идёт так, как должно. Сегодня мой день, и я готова встретить его во всей красе. – Ну что, вы готовы? – Лёша уверенно вошёл в комнату, но, увидев меня, остановился, словно наткнулся на что-то невероятное. Его взгляд застыл, а слова, кажется, застряли где-то на полпути. – Кнопка… у меня нет слов. Ты… – Прекрасна, – улыбаясь, помогла ему Милана, подходя чуть ближе. – Нет, великолепна, – наконец закончил Лёша, покачав головой, как будто не мог поверить своим глазам. – Думаю, придётся придерживать Егора, чтобы он не упал в обморок от твоей неземной красоты. Его слова вызвали у меня улыбку, но от волнения я с трудом сдерживала слёзы. Он подошёл ближе и, обняв меня, нежно поцеловал в лоб. Этот жест был таким тёплым, таким родным, что я почувствовала себя ещё немного увереннее. – Спасибо, – прошептала я, чуть прикусив губу, чтобы скрыть дрожь в голосе. Лёша посмотрел на меня с мягкой улыбкой. – Я поведу тебя к алтарю. Ты готова? – Уже? – испуганно выдохнула я, чувствуя, как сердце пропустило удар. Он наклонился, чтобы встретить мой взгляд. – Кнопка, ты готова. Всё будет идеально. Сегодня твой день. Милана подхватила мой букет, поправила мой подол и добавила: – У нас всё под контролем. Ты только улыбайся. Я закрыла глаза на секунду, чтобы собраться, а потом глубоко вдохнула. – Ладно, давайте. И хотя страх всё ещё плыл где-то под поверхностью, в этот момент я знала, что не одна. Все мои близкие рядом, а впереди меня ждал он – мой Блонди. Взяв изящный букет из белых роз, ландышей и голубых васильков, которые будто отражали нежность утра, из рук Миланы, я положила руку на сгиб руки брата. Лёша с легкой улыбкой посмотрел на меня, и мы направились вперёд. Церемония будет проходить в саду, среди шелеста листвы и аромата цветов, и у меня ещё есть немного времени собраться с мыслями. Мы спускаемся по лестнице, а перед глазами открывается потрясающая картина: гости стоят внизу, образуя живой коридор, в руках у каждого цветы всех возможных оттенков – белоснежные, нежно-розовые, кремовые, лавандовые. Да, мама явно вложила душу в этот день. Кажется, она всегда мечтала об этом моменте больше, чем я. Спустившись, мы проходим несколько шагов по первому этажу, и я вижу его – Олега. Он стоит прямо у входа в сад, высокий, уверенный, такой родной. Мы подходим к нему, и Лёша, едва заметно кивнув, передаёт ему мою руку. В этот момент он наклоняется и целует меня в висок. – Будь счастлива, Кнопка. Любовь – это не только радость, но и труд, но я знаю, ты справишься. Ты заслуживаешь лучшего, и я уверен, он тебе это даст. От этих слов у меня всё внутри переворачивается. Как же это трогательно, как же больно и радостно одновременно. Каждый из моих братьев по очереди передаст меня, словно бесценное сокровище, из рук в руки, прямо к моему будущему мужу. Я чувствую, как ком подкатывает к горлу. Нет, плакать сейчас нельзя! Прикусываю щеки изнутри, чтобы хоть как-то сдержать себя. Мы продолжаем идти, и впереди появляется Артём. Олег мягко передаёт мою руку ему, при этом добавляя: – Кнопка, пусть ваш союз будет крепким, как камень, но в то же время мягким, как шелк. Цените и уважайте друг друга. И знай, мы всегда будем твоей семьёй, на которую можно положиться. Шаги звучат как удары сердца, медленно, торжественно. Слышу, как за спиной гости умиляются, кто-то шепчет восхищённые «Ах!», кто-то громко вздыхает. Вся эта сцена, как в кино, но я чувствую её каждой клеткой, всем своим сердцем. Артём останавливается перед Славой и передаёт меня ему. Он тоже целует меня в висок, его слова звучат твёрдо и искренне: – Кнопка, помни: ты всегда будешь нашей младшей сестрёнкой, даже если ты теперь взрослая и выходишь замуж. Никогда не бойся обращаться за поддержкой, и знай, что мы всегда рядом. Я смотрю на Славу, и вижу, как его взгляд становится серьёзным. В этот момент с него будто слетает привычная маска шута, он становится совсем другим – сосредоточенным, проникновенным. Когда мы подходим к Тимуру, Слава, передавая мою руку ему, наклоняется и, словно шёпотом, говорит: – Кнопка, в этом мире мало кто тебя достоин, но, кажется, он прошёл нашу проверку. Будь такой же яркой, упрямой и удивительной. Ты наш лучик света, и оставайся им для него. Тимур берёт мою руку в свои крепкие пальцы, смотрит на меня внимательно, с каким-то особенным теплом, и тихо спрашивает: – Последний шаг, ты готова? Я киваю, ощущая, как внутри меня всё дрожит. Поднимаю глаза – и вижу Егора. Всё вокруг меркнет, гаснет, исчезает. Есть только он, мой будущий муж, моя вселенная. И в этот миг я понимаю, что все страхи, волнение и ожидание были ради этой минуты. Егор Я стою у алтаря, с замиранием сердца, наблюдая, как Искорка выходит с Лёшей, её лицо освещает мягкий свет, а её шаги, как танец, наполнены грацией и нежностью. Каждый её брат передаёт её руку друг другу с таким трогательным благоговением, будто она – не просто сестра, а что-то невообразимо ценное, что стоит защищать и беречь. Боже, она волшебна, как будто вся её сущность светится, и я не могу оторвать от неё взгляд. Моё сердце сжимается, и вдруг я осознаю: я стою здесь, в этот момент, и ощущаю, как воздух будто сжимается вокруг меня, как будто я не могу вдохнуть. Я готов был бы замереть навсегда в этой секунде, но осознаю, что скоро, совсем скоро, она будет моей официальной женой. Моей навсегда. Это слово, «навеки», звучит так по-настоящему, так глубоко. Этот момент, как сон, но он реальный, и он наполнен необъяснимой силой, которая охватывает всё моё существо. Тимур, как всегда сдержанный, мягко целует Искорку в висок, его взгляд полный нежности и заботы. Он передаёт её руку мне, и в этот момент я чувствую тяжесть ответственности, но и невероятную гордость. Его слова звучат глубоким, уверенным голосом, который не оставляет сомнений: – Береги её, пока идёт с тобой, Егор. Ты не просто держишь руку женщины – ты держишь в своих руках часть нашей семьи, нашего сердца. Она – твоя теперь, но помни, она всегда останется частью нас. Сделай всё, чтобы она продолжала светить этим огнём, который горит в её глазах, чтобы её улыбка никогда не погасла, как сегодня. Мы всегда будем рядом, если понадобимся, но пусть она всегда чувствует, что может опереться на тебя. Ты её защита теперь, и знай, ты не один в этом. Эти слова были простыми, но в них было столько силы, любви и уверенности, что я ощущал их тяжесть не только на плечах, но и в сердце. Я осторожно, почти с трепетом, беру её руку, и мгновенно ощущаю, как она слегка дрожит. Моя девочка… Она переживает, как и я. Этот момент так важен для нас обоих, и я не могу не заметить, как её пальцы слегка подрагивают в моей руке, как будто она тоже ощущает всю тяжесть этого решения и ответственности. Я сжимаю её руку чуть крепче, пытаясь передать ей свою уверенность, свою силу. Она тут рядом, и вместе мы сможем всё. Взгляд Кира встречает мой, и я вижу в её глазах не только любовь, но и лёгкую неуверенность. Мы оба понимаем, что сегодня начинается наша новая жизнь, и это пугает. Но в то же время, я чувствую, как её рука в моей словно даёт мне силы. И, может быть, это и есть тот момент, когда всё становится настоящим. Мы больше не просто пара, мы – семья. Когда священник начинает говорить свои слова, его голос звучит далёко, как будто я нахожусь в вакууме. Я слышу его, но мысли мои сосредоточены только на Кире. Она рядом, её запах, её мягкое прикосновение, её вздохи. Я чувствую, как весь мир сжимается в этот момент, и всё, что имеет значение – это она. Эта женщина, которая уже занимает всё пространство в моём сердце. Она – всё, что я когда-либо хотел. «Кира…» – еле слышно произношу её имя, как бы прощаясь с прошлым, чтобы впустить её в своё будущее. С каждым словом, которое мы говорим друг другу, я чувствую, как наша связь становится крепче. Я не могу сдержать улыбку, когда она, с волнением и немного покраснев, смотрит на меня. В её глазах – доверие и любовь. Я бы отдал всё, чтобы гарантировать, что эта улыбка будет на её лице всегда. Когда мы произносим свои клятвы, я ловлю каждое слово, каждую интонацию, ведь это будет с нами навсегда. Я обещаю ей быть рядом, любить, поддерживать, и в этот момент мне кажется, что всё, что я когда-либо сделал, было ради того, чтобы быть здесь, с ней, в этот самый момент. К нам подходит Марис с подушкой, на которой лежат наши кольца. Этот момент словно остановил время: Искорка смотрит на кольца, и её улыбка становится ещё шире, глаза начинают блестеть от подступающих слёз. Честно, я сам едва сдерживаюсь. Как можно было подготовиться к такому? Видеть, как в её взгляде отражаются все чувства, всё, что мы пережили вместе. Она знает, что эти кольца – больше, чем просто символ. Несколько дней назад я забрал её кольцо из шкатулки. Знал, что она специально положила его туда, чтобы сохранить. А я решил сделать его ещё более значимым. Я отнёс кольцо ювелиру и попросил покрыть его прозрачной смолой, сохранив его первозданный вид, но добавив внутрь несколько маленьких, сияющих драгоценных камней – как символы всех моментов, которые мы пережили вместе. Моё кольцо я оставил простым. Без лишних украшений, без излишеств. Но внутри, как и в её кольце, скрыта проволока – словно невидимые нити судьбы, что связали нас ещё тогда, когда мы венчались. Эти нити для меня важнее любого дизайна. Они говорят о том, что мы уже связаны, неразрывно и навсегда. Когда я смотрю на её кольцо, вижу, как оно сияет как камни внутри переливаются на свету, я понимаю: каждое из этих колец уникально, но вместе они становятся одним целым. Точно так же, как мы с ней. Я беру её кольцо с подушки, мои руки чуть заметно дрожат. В этом нет ни капли страха – только трепет. Взглянув на Искорку, я вижу, как она смотрит на меня. В её глазах – доверие, любовь, ожидание. Я надеваю кольцо на её палец, и этот момент кажется почти священным. Это больше, чем ритуал. Это клятва, которую мы даём друг другу, не только словами, но и сердцем. Она берёт моё кольцо, и её пальцы слегка дрожат. Но эта дрожь говорит не о сомнении, а о том, что она чувствует всё то же, что и я. Когда её руки прикасаются к моим, я чувствую тепло, которое пронизывает до самого сердца. И вот она надевает кольцо на мой палец. Это кольцо теперь не просто украшение, оно – обет, обещание быть рядом всегда. Я смотрю на её лицо, изучая каждую деталь, каждую эмоцию. Она улыбается, но слёзы всё же стекают по её щекам. Я тянусь к ней, стирая эти слёзы большим пальцем, и шепчу: – Теперь мы одно целое, навсегда. В этот момент весь мир исчезает. Есть только она и я. Она – мой дом, моя гавань, моя сила. И эти кольца – только начало нашего нового пути. Священник завершает свои слова, и я смотрю на неё, когда он произносит заветные слова: «Теперь вы муж и жена». В этот момент я чувствую, как вся тяжесть этого дня вдруг исчезает, и всё, что остаётся – это просто счастье. Счастье быть с ней, счастье быть её мужем. И я знал это ещё до того, как она стала моей женой – всё это время я был готов к этому. – Ты моя навсегда, Искорка, – шепчу ей в ответ, когда мы наконец обменялись поцелуями. И с этим поцелуем всё вокруг как будто исчезает, остаёмся только мы двое, и я уверен, что с этим человеком, с моей женой, я справлюсь с любыми трудностями. Наша любовь – это не просто слова, это обещания, которые мы даём друг другу, и я знаю, что буду держать их до конца своих дней. Кира Пока я утопала в сладости его губ, мир вокруг будто замер. Этот момент был только наш, и ничего больше не имело значения. Но внезапно громкий хлопок привёл меня в чувства – братья запустили хлопушки, осыпав нас ярким дождём блестящих конфетти. Я растерянно моргнула, переводя взгляд на Егора, и увидела, как его лицо озарила широкая, искренняя улыбка. Он рассмеялся, а я не смогла удержаться и присоединилась к нему. Смех вырвался сам собой, лёгкий, счастливый, как будто он шёл прямо из моего сердца. Гости хлопали, свистели, выкрикивали поздравления. Этот вихрь звуков и эмоций казался таким громким, таким живым, что у меня закружилась голова. Я смотрела на лица людей, которые пришли разделить с нами этот день, и каждое из них светилось радостью. Всё вокруг вдруг стало напоминать волшебный сон: яркие вспышки хлопушек, шум восторженных голосов, мягкие переливы света в саду. Я почувствовала, как Егор крепче сжал мою руку, и снова посмотрела на него. Его глаза сияли такой любовью, что я едва сдержала слёзы. Егор вдруг подхватил меня на руки, и я не смогла удержаться – из груди вырвался счастливый, звонкий смех. Его решительность и сила, с которой он меня держал, заставляли чувствовать себя словно в безопасности, словно я его самый ценный сокровище. – Ты что задумал? – спросила я, продолжая смеяться, но он лишь лукаво улыбнулся, не говоря ни слова. Он шагнул через арку алтаря, но не вперёд, как это должно быть, а назад, удивляя гостей. И тогда я увидела это. Перед нами открылся белоснежный шатёр, украшенный роскошными цветочными композициями. Вьющиеся гирлянды зелени, вплетённые в нежные бутоны роз, лилий и пионов, спускались с верха шатра, создавая сказочную атмосферу. – Боже, Егор… как красиво… – только и смогла прошептать я, глядя на эту невероятную картину. Шатёр словно светился изнутри, как будто это было место, созданное только для нас. Я почувствовала, как его руки чуть крепче обнимают меня, и подняла глаза, чтобы встретиться с его взглядом. В этих голубых глубинах я увидела всё – его гордость, его нежность и то, как много он вложил в этот день. – Ты заслуживаешь самого лучшего, Искорка, – прошептал он, опуская меня на ноги, но не отпуская, оставляя мою руку в своей. В тот момент моё сердце было переполнено. Это было не просто красиво – это было волшебно, это было наше.