Глава 6

Кира Я просыпаюсь ранним утром с ощущением лёгкости, какого давно не было. Даже сама удивляюсь, как мне хорошо. Поворачиваюсь и вижу Блонди рядом. Он спит так мирно, так спокойно. Смотрите, видите? Его волосы чуть взъерошены, ресницы слегка подрагивают во сне. Он такой… милый. Улыбаюсь, и сердце сжимается от этой тихой, уютной любви. Да, я без ума от него. Встаю осторожно, чтобы не разбудить, и иду в душ. Тёплые струи воды обнимают меня, расслабляют, и я невольно вспоминаю вчерашнюю ночь. Как он проснулся от кошмара, весь взвинченный, с болью в глазах, которую даже не пытался скрыть. Я обнимала его, гладила по спине, шептала, что он не один. Он не сказал, что ему снилось, но я знаю, рано или поздно он доверится. А ещё наш первый раз… Честно, я будто взлетела. Это было так сильно, так искренне, что до сих пор кажется нереальным. Кажется, и для него тоже. Стоя под струями воды, я начинаю напевать. Петь в душе – моё любимое занятие. Акустика тут просто потрясающая, и мой голос звучит так, будто создан для этого пространства. Сегодня я напеваю «Кометы» от polnalyubvi, и мне хочется верить, что даже плитка на стенах слушает с удовольствием. – Искорка, – вдруг слышу его голос. Низкий, хрипловатый, совсем близко. Я вздрагиваю и оборачиваюсь, не сразу понимая, что он уже здесь. Обнажённый, с мокрыми волосами, с этим лукавым взглядом. Готовый – и да, вы понимаете, о чём я. – Ты меня напугал! – пытаюсь справиться с волнением, прикрываясь руками. Но это только смешит его. – Обожаю твой голос. – Его взгляд становится мягким, почти нежным. – Спой ещё что-нибудь. Я закусываю губу, глядя на него. Хочется согласиться, но… – Спою, если расскажешь, что значит эта татуировка, – отвечаю, протягивая руку и касаясь изображённой на его груди розы ветров. Её линии чёткие, будто живые, и я чувствую, как под моей ладонью медленно бьётся его сердце. Блонди слегка хмурится, будто вспоминает что-то далёкое, а потом говорит: – Я бывший моряк. А моряки любят такие символы. Они ведут нас домой. Даже если дом – это не место, а человек. Его слова трогают до глубины. Чуть не зная, что ответить, я начинаю тихо напевать припев из «Эй, моряк» – из того самого фильма «Человек-амфибия». Он улыбается, а потом смеётся, громко и заразительно. Это чистый, искренний смех, от которого всё внутри переворачивается. – Искорка, – он протягивает руки, притягивая меня ближе, и в этот момент я будто растворяюсь в нём. – Я тебя не отдам никакому дьяволу. Мои губы чуть приоткрываются, и прежде, чем успеваю подумать, вырываются слова: – Значит, ты хочешь, чтобы я тебя любила? Сама не верю, что это сказала. Но он только смотрит на меня. Его глаза – как шторм перед самым рассветом. – Да, хочу, – отвечает он, и его голос становится низким, почти рычащим. Потом наклоняется и целует. Этот поцелуй – всё. Он глубокий, горячий, требовательный. У меня буквально подкашиваются ноги, и я хватаюсь за его плечи, чтобы удержаться. Но я знаю, что он не даст мне упасть. Никогда. ***Выйдя из душа, я буквально парю в воздухе. Счастье накрывает меня, как волна, обволакивает, заставляя сиять изнутри. Он такой страстный, такой нежный… невероятный. Я смотрю в зеркало и вижу улыбку, которая не сходит с моего лица. Неужели это правда? Неужели теперь он мой? Я трогаю пальцами шею, где до сих пор чувствую его горячие поцелуи. Вот и весь диагноз: я до безумия влюблена в этого мужчину. Накинув лёгкий халат, я быстро одеваюсь и направляюсь на кухню. Думаю, о том, что приготовлю завтрак. Завтрак для нас. Слышите? Для нас. Само слово звучит так тепло, так уютно, что мурашки бегут по коже. Боже, как же приятно чувствовать себя частью чего-то большего. Сегодня у меня насыщенный день. Надо заехать к куратору и показать диплом. Да, я его наконец-то закончила! И пусть на это ушло чуть больше времени, чем я планировала, сейчас я испытываю гордость. Чувствую, что справилась с чем-то важным. Мы завтракаем вместе, за кухонным столом. Егор, или, как я обожаю его называть, Блонди, сидит, напротив. Я украдкой смотрю на него, наслаждаясь каждой секундой. Как он держит кружку, как проводит рукой по волосам. Даже в простых движениях он кажется идеальным. Когда я заканчиваю и встаю, чтобы уходить, он задерживает меня за руку, притягивает ближе. – Удачи, Искорка. Ты всё сделаешь идеально, – шепчет он, и мне хочется остаться здесь навсегда. Но дела зовут. Я бросаю прощальный взгляд, захлопываю дверь и мчусь к куратору. А он остаётся дома. У него сегодня выходной. Представьте себе: целый день свободы! Ведь Диана и мой великолепный начальник укатили на Кипр, оставив ему возможность немного расслабиться. Мы планировали провести эти дни вместе. И только вместе. Я представляю, как вернусь, сброшу кроссовки прямо в прихожей и упаду ему в объятия. Нам не нужно никуда спешить. Только мы и эти несколько дней. Только наши разговоры, смех и близость, которая делает мир ярче. В постели, на кухонном столе или под душем… Там, где нам захочется. ***Просидев добрых три часа над дипломом с куратором, я выхожу из кабинета с чувством абсолютной опустошённости. Голова гудит, мысли путаются. Если бы я была лимоном, из меня бы выжали не только сок, но и кожуру. Набираю такси и решаю, что лучшая терапия после такого марафона – это шопинг. У меня как раз есть причина: нужно прикупить что-нибудь новое и красивое. Ведь Блонди заслуживает лучшего, не так ли? К тому же Олежек написал, хочет встретиться. Наверняка это связано с тем, что я игнорирую отца. Думаете, это легко? Нет, совершенно нет. В детстве я была его «папиной дочкой», постоянно крутилась рядом, ловила его похвалу и, кажется, жила только ради неё. Но я выросла. Теперь мне хочется жить своей жизнью. Это не значит, что я люблю его меньше, просто я перестала быть маленькой девочкой, которой всегда нужно его одобрение. После небольшого рейда по магазинам я стою у витрины с бельём. Пальцами перебираю кружева, выбираю цвет, фасон. Думаю, что выберет он, если я дам ему эту возможность? Улыбаюсь сама себе и решаюсь. Надеюсь, Блонди оценит. На выходе бросаю взгляд на часы и понимаю, что пора бежать к кафе. Кафе на четвёртом этаже – место для меня особенное. Здесь не бывает суматохи, можно спокойно посидеть, насладиться моментом. Вид, конечно, посредственный – только стеклянные стены торгового центра и капли дождя на них. Но мне нравится. Увидев Олежика, который уже машет мне рукой, подхожу ближе и чмокаю его в щёку. Люблю своего братца, ничего не могу с этим поделать. – Привет, соскучился? – спрашиваю с улыбкой. – Привет, Кнопка. Конечно. – Только не начинай про отца. Скажешь хоть слово – я уйду, – предупреждаю, поднимая палец. – Нет-нет, я не о нём. Но тема тебя точно затронет. – Что-то случилось? Ты меня пугаешь. – Артём прилетел. Вчера. Мы виделись. – Это же отличная новость! Где он? Хочу встретиться с ним сегодня же! Олежек делает паузу, и от его выражения лица у меня начинает тревожно сжиматься живот. – Кнопка, он прилетел не один. – Ну и что? – настаиваю. – Он с невестой? – Да. – Это прекрасно! Почему ты так напрягся? – Потому что она – дочь Молостова. И тут моё настроение резко меняется. Ой, вот это уже не просто новость. Это проблема. – И как это касается меня? – спрашиваю с притворным спокойствием. – Артём через неделю хочет познакомить всех с невестой. Официально. И объявить о помолвке. – Что?! – я хватаюсь за лицо. – Он серьёзно? Он вообще понимает, что делает? – Нет, не понимает. Или понимает слишком хорошо. – Олежек трет висок, избегая моего взгляда. – Я уже рассказал парням, а сегодня вечером скажу родителям. Только Артём просил пока не упоминать фамилию невесты. – Это катастрофа! Он реально хочет взорвать нашу семью? – Думаю, он ждёт именно этого, – устало вздыхает брат. Вы, наверное, не понимаете, почему меня это так выбило из колеи. Дело в том, что отец и Молостов – это как лед и пламя. Когда-то они начинали вместе, дружили, строили бизнес. Но потом Молостов за их спиной открыл свою компанию, переманил клиентов, прикрываясь якобы дочерним проектом. С тех пор отец и слышать о нём не хочет. Их компании давно ведут холодную войну, и я не помню, чтобы отец хоть раз упомянул Молостова без злости. Посидев ещё немного с Олежиком, я решаю, что нужно переключиться. Мы разъезжаемся по домам. По пути я осознаю, что не видела Блонди весь день. Он даже не писал, но я не звоню. Он любит тишину, ему проще, когда не навязываются. Пусть привыкает к новой жизни, к нам. И знаете, даже несмотря на эту суматоху, настроение у меня отличное. Оно такое хорошее, что ничто его не сможет испортить! Подъезжаю к дому Блонди, который теперь и мой. Не верится до сих пор, правда? Расплачиваюсь с таксистом и, только собираясь открыть дверь, вижу Егора возле подъезда. Он обнимается с какой-то блондинкой, а затем целует её в щеку. Чёрт! Что это? У него есть ребёнок? Точно, смотрите, они похожи как две капли воды! Боже, какая же я дура! Теперь понимаю, почему он не подпускал меня к себе – он просто не хотел изменять. Но подождите. Если эта блондинка его девушка или жена, то зачем он позвал меня жить к себе? Неужели он собирался сделать из меня замену? Нет, этого не будет. Плевать на всё это! Пошёл он куда подальше. Как же я наивна, просто полная дура! Я всё ещё сижу в такси, словно приклеенная к сиденью, и пытаюсь осознать происходящее. Сердце колотится так сильно, будто готово выскочить из груди. Мысли в голове скачут, как обезумевшие птицы, и каждая из них больно клюёт меня: «Как я могла не заметить этого раньше? Все его намёки, сомнения…» Он явно не был готов к чему-то серьёзному, а я… а я просто строила воздушные замки. Смотрю на них – на его нежные объятия, как его пальцы мягко касаются её плеча. Вижу её сияющую улыбку, и внутри всё переворачивается. Он смеётся, а её глаза светятся от счастья. Чёрт возьми, это так больно. Ведь я всё это время мечтала, чтобы он смотрел так на меня. Чтобы это было нашим. И знаете, что самое ужасное? Меня душит не только боль, но и зависть. Может, я никогда не смогу занять её место? Может, я для него лишь временное развлечение? Нет! Хватит! Я не собираюсь сидеть здесь и наблюдать за их милой картинкой счастья, словно лишняя в их истории. Быстро разворачиваюсь к водителю и, глядя в зеркало заднего вида, произношу: – Увезите меня отсюда. Голос звучит хрипло, словно чужой, но я не могу позволить себе раскиснуть. Ещё одна секунда, и эмоции захлестнут меня, но я этого не допущу. Сейчас главное – уехать. Плевать на Блонди, плевать на всё это. Я заслуживаю большего, чем быть запасным вариантом в чьей-то жизни. ***Два часа ночи. Я уже изрядно пьяная, сижу на кухне у Ви. В руке стакан с чем-то крепким, а по щеке катится очередная слеза. Утираю её ладонью и продолжаю изливать всё, что накопилось на душе. Этот хмырь буквально выбил меня из-под ног, заставил чувствовать себя так, будто я тону где-то на дне самого мрачного океана. Слёзы льются рекой, а я не могу их остановить. Ну почему это так больно? Как бы вы себя чувствовали, если утром всё было как в сказке, а вечером эта сказка разбилась вдребезги? Я думала, что он был искренним. Что мы с ним – это что-то настоящее, что-то большее. Но теперь этот образ развеялся, словно дым. Я видела его. Видела её. Их. Как он обнимал ту блондинку, как смеялся, словно забыл обо мне. И это после того утра, которое я считала особенным. После того, как он смотрел на меня, как говорил, как держал меня в своих руках. Это предательство. Ложь. Гнусная, безжалостная ложь, которая режет по сердцу так глубоко, что кажется, я не смогу восстановиться. Как можно было так поступить? Даже не задуматься о том, как я это восприму? Обхватываю голову руками, и Ви тут же оказывается рядом. Она смотрит на меня с тревогой, гладит по плечу и говорит что-то успокаивающее, но я не слушаю. Я больше не могу терпеть эту боль. Не могу быть слабой. – Поехали в клуб, – выдаю я резко, прерывая её. – Ки… Ты уверена? Может, лучше завтра? – её взгляд становится ещё тревожнее. – Нет. Сейчас. – я упрямо встаю и иду к шкафу Ви. Обычно она первая зовёт меня куда-нибудь развеяться, но сегодня я взяла её роль на себя. Ви смотрит на меня так, будто боится, что я устрою какую-то драму. И знаете, у неё есть на то причины. Братцы вытаскивали меня из передряг столько раз, что сбились со счёта. Но я не собираюсь доставать их этим сегодня. Нет. Сегодня я просто хочу веселиться. Роюсь в шкафу, вытаскиваю самый дерзкий, самый вызывающий наряд, который только могла найти. Слава богам, у нас с Ви один размер – даже обувь подходит. Вот за это я её люблю ещё сильнее! Мы с ней сестры по духу. Хотя… будь у меня настоящая сестра, пришлось бы делить её с братцами и их заботу – а я так привыкла быть центром этого внимания и любви, что не готова отдавать никому. Ви хмыкает: – Ну и образ… Ты уверена, что это то, что тебе нужно? – А что ещё мне остаётся? Быть жалкой? Нет уж, спасибо. Взглянув в зеркало, я поправляю волосы и понимаю, что выгляжу так, будто готова свести с ума весь клуб. Это и есть мой план. Сегодня я – не грустная девочка с разбитым сердцем, а та, кто сама выбирает правила игры. Егор Половина третьего ночи, а её всё нет, и я уже просто извёлся. Пришлось позвонить ребятам с работы и попросить найти Искорку. Она не отвечает ни на звонки, ни на сообщения, а потом и вовсе кидает меня в чёрный список. Вы что-нибудь понимаете? Я – нет. Сегодня ко мне приехала сестра с племянником, и, честно говоря, я совсем забыл об этом. Искорка так мене вскружила голову, что думать о чём-то ещё просто не получается. А сейчас – полный игнор весь вечер и половина ночи. Может, я как-то не так себя повёл утром? Или, может, она пожалела о том, что произошло между нами? Нет, даже думать об этом не хочется. Я чувствовал, что ей было так же хорошо, как и мне. И вот, наконец, получаю сообщение от нашего парня с работы – он её нашёл. Вы не поверите, в караоке-баре! Это что, серьёзно? Кажется, я действительно поторопился. Может, она испугалась или разочаровалась во мне? Не хочу в это верить. Но, судя по всему, я уже схожу с ума – лежу на её кровати, окружённый плюшевыми страшными игрушками, и вдыхаю этот карамельный запах, который, кажется, запечатлелся у меня в голове навсегда. Но несмотря на всё, я не могу игнорировать тот факт, что я просто злюсь. Её исчезновение, это молчание, игнор… Это выводит меня из себя. Сердце бьётся быстрее, и пальцы нервно сжимаются. Я ощущаю, как напряжение нарастает, как что-то внутри меня буквально рвётся наружу. Это раздражение сжигает меня изнутри, и я готов взорваться. Пора разобраться, что происходит, и узнать, почему она так себя ведёт. Поднимаюсь с кровати, беру ключи от своей машины «Ford Bronco Raptor» и направляюсь в коридор, спускаясь к машине на парковку. Через двадцать минут я уже у заведения. Захожу и… просто застываю. Вы это тоже видите? Что это на ней? Может, у неё и правда биполярное расстройство? На ней, похоже, всего два лоскута ткани. Этот пурпурный топ с завязками, прикрывающий только грудь, и юбка, похожая на шарф, едва доходящая до середины бедра. Ботфорты на высоком каблуке – и всё это делает её образ таким дерзким, сногсшибательным, чертовски сексуальным. Она выглядит невероятно, но дело не только в этом – половина зала смотрит на неё, прожигая её взглядами, а она стоит на сцене и поёт, не обращая ни на кого внимания. Да уж… Она точно сводит меня с ума. Но она только моя, и мне нужно забрать её отсюда, пока не поздно. Когда она заканчивает петь и начинает спускаться со сцены, к ней тут же подходит какой-то мужик, кладёт руку ей на талию и ведёт к столику. Не понял. Это что, тот тип с ужина? Если он сейчас же не уберёт свою лапу с моей Искорки, я ему её точно сломаю. Едва успеваю осознать свои действия, как уже оказываюсь рядом с ними. – Убрал руку, если хочешь и дальше её использовать, – говорю холодно, глядя этому типу прямо в глаза. – О, Блонди! Ты здесь? Какая неожиданность! – растянуто и с ноткой пьяного удивления произносит Искорка. Внутри всё закипает. Она пьяна? Да ещё и в таком виде? Чёрт возьми, что она творит? – Эй, приятель, двигай дальше, – рявкает этот мудак, – Кирюша, идём. – Искорка, хватит, идём домой, – резко говорю я, возможно, грубее, чем следовало бы. Но это уже за гранью. Я готов уничтожить этого типа, а ей – задать пару вопросов, пока не пойму, почему она тут и в таком виде. – Блонди, не мешай, мы с Русиком тут отлично развлекаемся, – с нарочитой легкостью бросает она и, помахав мне пальчиками, уже собирается уйти, но я перехватываю её руку. – Искорка, ты идёшь по-хорошему или мне придётся сделать по-своему? – прищурившись, бросаю ей взгляд, который говорит сам за себя. Она фыркает, закатывает глаза. Ох, да она меня дразнит, как всегда. Понял, ладно. Шаг к ней, но тут этот тип переграждает мне путь и толкает в грудь. Я делаю шаг назад, оглядываю место, куда он меня пихнул, и перевожу взгляд на него, хищно усмехаясь. – Тебе это зря пришло в голову. – Ты хоть знаешь, кто я? – хрипит он с вызовом. – Без разницы, – бросаю сухо. Сократив расстояние, я наношу удар в солнечное сплетение, выворачиваю ему руку и с размаху бью его лицом об стол рядом. Наклоняюсь и шепчу на ухо: – Ещё раз увижу, что лапаешь мою девушку, и это станет твоей последней ошибкой. – Ты… ты покойник, слышишь? Ты мне угрожаешь? – прохрипел он, скривившись от боли. – Я предупреждаю, – усмехаюсь я зло. – Знаешь, бывает, что люди исчезают. Русик яростно откашливается, пытаясь встать, но я не отвожу от него взгляда. Он слишком медленный, да и к такому повороту явно не был готов. Всё внутри кипит, и я даже не скрываю своей злости. Искорка стоит рядом, смотрит то на меня, то на этого Русика, и по выражению её лица непонятно, то ли она испугана, то ли зла на меня. – Блонди, ты с ума сошел?! – её голос дрожит, но она делает вид, что ей всё равно. – Я не ребенок, и мне не нужны твои нравоучения. Хочу – гуляю с кем хочу, – выпалила она, явно провоцируя. – Знаю, что не ребенок, – отрезал я, продолжая сверлить взглядом этого обиженного мужика, – Но вести себя как взрослый ты тоже, похоже, не готова. – Ах так? – её глаза сверкают от обиды. – Я тебя не просила вмешиваться. И вообще, это моё дело, с кем проводить время. Я, стиснув зубы, качаю головой. Как же она умеет заводить! От её слов кровь вскипает ещё сильнее, но я отказываюсь поддаваться на провокации. – Значит, так, Искорка. Ты или идешь домой со мной по-хорошему, или я вытащу тебя отсюда на своих условиях. Третьего не дано, – твёрдо говорю, зная, что ни на шаг не отступлю. Она колеблется, смотрит то на меня, то на Русика, потом снова на меня. Этот взгляд – вызов. Но, несмотря на ярость, вижу в её глазах едва уловимый проблеск надежды, будто она сама ждёт, чтобы я её отсюда увёл. Но это же Искорка, и в следующую секунду я замечаю, как она начинает пятиться. Что, снова решила убежать? Ну ладно, Искорка, давай. Поиграем. Я позволяю ей несколько секунд форы, как всегда, с трудом сдерживая усмешку. Наблюдать за этим каждый раз – почти забавно. Я двигаюсь за ней, а она рванула к служебным помещениям. Едва переступив порог, оглядывается на меня и хитро улыбается. Моей девочке нравится игра, как и мне. Неожиданно она обращается к охраннику, вышедшему из служебной комнаты: – Помогите, этот мужчина преследует меня! Серьёзно, Искорка? – Я вас понял, девушка, – сухо отвечает он, повернувшись ко мне. – Привет, Егор, – он приветственно протягивает мне руку. – Что тут происходит? Искорка замерла, её янтарные глаза округляются от удивления. Ах, да, дорогая, твой трюк не сработал. Женя, охранник, мой бывший одноклассник. Шах и мат, Искорка. – Чёрт! – выругалась она и снова рванула дальше по коридору. Как, скажите мне, она умудряется так носиться на этих каблуках? Да, каблук хоть и устойчивый, но… – Всё нормально, она моя девушка. Просто ролевые игры, сам понимаешь, – поясняю Жене, и он, усмехнувшись, уходит. Искорка забегает в одну из случайных комнат, и я тут же вхожу следом, захлопнув за собой дверь. Она стоит ко мне спиной и в отчаянии оглядывается. – Чёрт! – вырывается у неё, когда она осознаёт, что это всего лишь кладовка. Попалась.