59

Я молча смотрю на нее несколько секунд, и затем меня вдруг охватывает такое дикое отчаяние, что сдержаться уже не остаётся сил. Я роняю голову в ладони и жалобно всхлипываю, разрыдавшись, как маленькая потерянная девочка прямо там.

— Мисс, — тихий голос домработницы едва доносится до моих заглушенных собственными слезами ушей.

Я поднимаю лицо, натыкаясь на осторожный взгляд Гретты, и понимаю, что скорее всего она всё слышала.

— Она уже звонила вам, да? — спрашивает девушка. Прикусив дрогнувшую губу, она виновато отводит глаза. — Простите, мисс. Его жена позвонила мне и спросила ваш номер. Я не смогла солгать. Я хотела... Но не смогла.

На глаза Гретты наворачиваются слезы и я понимаю, что говорит она искренне.

Я делаю глубокий вдох, мысленно успокаивая себя, и вытираю слёзы.

— Ничего страшного, Гретта, — серо отвечаю я, пытаясь взять себя в руки.

— Вы не обижаетесь на меня?

— Нет, конечно, — и даже получается растянуть губы в маленькой улыбке. — Она бы все равно узнала. Не скажи ей ты, и она бы нашла другие способы.

Я выжидаю пару секунд, Гретта ничего не говорит, и затем я тихо разворачиваюсь, собираясь пойти к себе.

— Мисс... — негромко зовёт меня девушка и я останавливаюсь, не оборачиваясь. — Она сильно разозлилась?

— Нет. Она беременна, Гретта, — вот и все, что я серо бросаю через плечо, прежде чем во всколыхнувшейся потрясением тишине пойти наверх.