ГЛАВА 25

Как назло, первый кого встретила на работе был Кирилл Андреевич.

– Дарьяна Сергеевна, доброе утро! Сегодня ваше самочувствие, лучше? – подколол коллега.

– Лучше, – буркнула я.

– Дарьяна Сергеевна, я не хотел вас оскорбить. Все мы имеем право расслабиться, особенно когда есть повод. Просто на вас это так не похоже, и я рад, что вы такая же, как все.

– Это какая? – не поняла я.

– Способны на непредсказуемые поступки.

– Забыли, Кирилл Андреевич, – ответила я и направилась в раздевалку.

– Дарьяна Сергеевна, – пристроился он, – а может сходим в пятницу куда-нибудь? Кино, ресторан, или просто прогуляемся!

– Кирилл Андреевич, спасибо за приглашение, но я сейчас не ищу отношений, – попыталась ему намекнуть, что не заинтересована в нем.

– Да, я тоже! Ещё не отошёл от развода. Я же просто по-дружески. Иногда одиноко одному, и когда видишь рядом такого же одинокого человека, хочется поддержать его.

– Спасибо, Кирилл Андреевич, но я не одинока! – фальцетом выкрикнула я.

– Дашенька, я не настаиваю, но, если нужна будет компания, я всегда к вашим услугам.

– Спасибо, – буркнула я и поспешила укрыться в раздевалке, куда он точно не войдет, пока здесь женщина.

Подойдя к зеркалу, я взглянула в свое отражение.

– Ну, что Даша, дожилась! Ты производишь вид одинокой никому не нужной девушки! Осталось завести кучу кошек и образ будет полным.

Переодевшись, я направилась в ординаторскую, где сразу села за историю Вольского, составлять план реабилитации. Исходя из результатов анализов, я пока решила остановиться на лечебной физкультуре и массаже, плюс добавила седативные, чтоб снять напряжения с его нервной системы. Оно у него явно присутствует, столько лет не чувствовать своих ног после того, как ты был вольной птицей. Это любого подорвет.

Взяв лист назначения, я передала его медсестрам.

– Ирина, я назначила новому пациенту процедуры, включите их в процесс с сегодняшнего дня.

– Конечно, Дарьяна Сергеевна.

Выполнив указания по другим пациентам, я направилась к Вольскому. Подойдя к палате, замерла на пару минут. Сделав глубокий вдох, затем выдох, я вошла в свое прошлое.

Стоило мне оказаться внутри, как на меня сразу уставилась пара синих глаз, прожигающая во мне дыру. А мне сразу вспомнился ночной сон. От чего горло сжал спазм, а в носу неприятно защипало.

Костя был не один, у его кровати стояла его жена. Ее рука покоилась на его плече, а Костя накрыл ее своей.

– Здравствуйте, Дарьяна Сергеевна, – приветливо мне улыбнулась удачливая соперница. – Что скажите?

– Доброе утро, – откашлявшись ответила я. – Результаты обследования хорошие. На основании их я назначила Константину Алексеевичу лечебную физкультуру и массаж. Посмотрим, как его тело отреагирует на терапию, потом скорректируем план реабилитации, что-то добавим, что-то заменим. Скоро вас пригласят на процедуры. Также я назначила седативные препараты, они помогут устранить негативные мысли и настроят вас на путь выздоровления.

– Вы правда уверены, что, Костя сможет ходить? – с надеждой спросила девушка.

– У него есть для этого все шансы.

– Спасибо, вам!

– Не за что. Извините, меня ждут другие пациенты. – поспешила ретироваться я.

– Да, конечно.

Когда вышла из палаты, с огромным трудом удержала поток слез, норовивший сорваться с моих глаз. Как же больно видеть его рядом с другой! Смотреть, как она его касается, когда хочется закричать:

«Отойди он мой!»

Видеть с какой нежностью он смотрит и осознавать, что не тебе она причитается.

***

С этого дня моя жизнь приобрела вид американских горок. Вернее, не так, жизнь моя протекала в прежнем русле дом, работа, встреча с Ритой по выходным. А вот моё эмоциональное состояние действительно напоминало американские горки. Утром я в предвкушении от встречи с ним будто летела на крыльях. Но стоило оказаться около его палаты, как сердце трусливо пряталось в пятках, а разум твердил, он принадлежит другой, вгоняя меня в отчаяние. Но, когда его везли на процедуры, я тайно любовалась им, этого мне никто запретить не мог. Хуже всего было видеть его жену, смотреть ей в глаза и приветливо улыбаться, тогда как я ревновала. Дико, отчаянно, безумно ревновала!

И ночами Костя не оставлял меня в покое. Каждую ночь я просматривала один и тот же кошмар, каждый раз переживая унижение, предательство и боль. Каждое утро просыпалась в слезах и шла принимать контрастный душ, чтоб смыть отрицательные эмоции и уменьшить отек с заплаканных глаз.

Реабилитация Кости тем временем дала первые положительные результаты. Чувствительность на его ногах увеличилась, стали ярче рефлексы. Чтоб улучшить результат, я добавила в план лечения физиопроцедуры.

В очередной раз провожая его взглядом, я задавалась вопросом, сколько еще смогу выдержать эту пытку и сколько мне вообще отмерено любоваться им.

***

Костя

Утром пришла Настя и рассказала о последних новостях дома. Мы весело смеялись об очередной выходке Кости младшего, когда вошла Даша. Она обвела нас взглядом, и он остановился на наших скрещенных руках. И мне показалось, или в ее глазах действительно мелькнула ревность?  Всего на секунду, а затем она взяла себя в руки и начала разговаривать с Настей. Хотя с чего ей ревновать?

Когда за Дашей закрылась дверь, Настя произнесла задумчиво.

– Странная она какая-то! Она полоснула меня таким взглядом, когда вошла! У меня такое ощущение, что вы знакомы!

– Тебе только кажется, – не стал я ее просвещать, лелея в душе надежду, что мне не показалось, и Даша меня приревновала.

Время в больнице превратилось для меня в сплошное ожидание. С вечера я ждал следующего дня, надеясь, что она обязательно зайдет в мою палату. А отправляясь на процедуры, я глазами искал ее по коридорам, чтоб хоть мельком зацепить ее образ, какой на ней костюм, какая причёска, в каком она настроении. А ещё я стал ее ревновать к таким же пациентам, как и я. Когда Даша приходила к соседу, улыбалась ему, и смеялась над его шутками, я отчаянно мечтал быть на его месте. Со мной же она была отстраненно-доброжелательна. Ни улыбки, ни лишнего взгляда в мою сторону, даже не одного слова, выходящего за рамки ее профессиональной деятельности.

Реабилитация начала давать свои плоды, массаж и лечебная физкультура дали первые результаты. На очередном осмотре, проверяя чувствительность ногах, Даша констатировала, что площадь увеличилась. Как радостно при этом сверкнули ее глаза. «Неужели она за меня рада?»

– Поздравляю, Константин Алексеевич, ваша первая маленькая победа, – наконец подарила она мне свою улыбку.

А я даже не знаю, чему больше обрадовался, ее искренней улыбке или тому, что стал чувствовать ноги.

И снова возник вопрос: «Почему она тогда сбежала? Она ведь знает все о травмах позвоночника и реабилитации. Не щадит себя, пытаясь поставить таких как я на ноги, и вон как радуется за каждого».

Я поставил себе цель обязательно поправиться, вновь встать на ноги, а уж потом, я обязательно вытрясу из нее правду.

– Снова этот хрен подбивает клинья к нашей Даше! – въехал в палату сосед.

Даже не знаю, что больнее резануло по ушам "наша Даша" или что какой-то хрен подбивает к ней клинья.

– Что за хрен?

– Да этот доктор, который ведет соседние палаты. Кирилл, как его там.

– И что, давно подбивает?

– Я здесь уже четыре месяца и все это время он периодически к ней подкатывает.

– А она?

– Она отклоняет все его предложения встретиться. И вдруг этот гад решил сменить тактику. «Дашенька, я же ничего такого не имел ввиду! Я по дружеские. Я одинок после развода, вижу, что вы одиноки вот и предложил немного скрасить друг другу одиночество!» – передразнил сосед настойчивого ухажёра моей Даши.

– А что она одинока? – проявил я любопытство и затаил дыхание, как будто оно могло повлиять на ответ.

– Ты знаешь, врачи о своем семейном положении нам не докладывают, но на счастливую замужнюю девушку она не похожа. Постоянно на работе зависает вместо того, чтоб домой к мужу бежать. Да и этот бы навряд ли бы подкатывал, если бы у нее кто-то был.

Сказать, что я обрадовался, что у нее никого нет, ничего не сказать. Я возликовал. У моей Даши никого нет! Она свободна!

А в уме сделал себе пометку присмотреться к Кириллу Как его там.