Глава 3
О-о-о, ч-ч-чёрт! Лис на пару секунд онемел, ошарашено замер с открытым ртом.
Потом почесал голову, провёл рукой по лицу. Резко выдохнул.
Принцесса понимающе кивнула.
— А ещё я говорила с Настей. И со Снежиным.
Но первый шок прошёл, Лис уже пришёл в себя, хотя что сказала Настя беспокоило его даже больше.
Насте было что сказать, особенно если она решила взять реванш за ту встречу в театре, где Принцесса так красиво её раскатала. Обиженная женщина страшнее любой другой. А обиженная женщина на грани развода, у которой есть цель — страшнее страшного.
Когда Лис с ужасом подумал: «Она знает?», на ум ему в первую очередь пришла Настя, которая… ч-ч-чёрт!.. с которой он тоже встречался перед отъездом.
И про которую опрометчиво сказал Принцессе:
«Не знаю, смог бы я начать с ней заново. Говорят, иногда только для того, чтобы убедиться, что чего-то не сможешь, стоит попробовать».
Из лучших побуждений сказал, чтобы она не думала о нём, не ждала.
И сейчас покрылся ледяным потом, но не подал вида.
— Бедная моя, — поцеловал он Принцессу в макушку. — Да тебе тут досталось!
— К Снежину я поехала сама. Мне нужен был счёт в иностранном банке и кто-то, кто подскажет, как его открыть. Никого лучше Кирилла я не нашла.
— Ты всё правильно сделала, — кивнул Лис. Как бы он ни относился к бывшему лучшему другу Кириллу Снежину, что увёл у него любимую девушку Настю и даже женился на ней, это было тринадцать лет назад, а Снежин был умным, грамотным, продвинутым, руководил собственной международной компанией «КиберГрупп» и занимал даже не последнюю строчку в списке Форбс. Кто лучше него мог подсказать Принцессе, что ей делать с деньгами. А она их всё же получила.
— Я продала рисунок Модильяни за семьдесят миллионов долларов, — сказала она.
— Я видел новости. И очень тобой горжусь, — обнял её Лис.
Деньги никогда не туманили ему голову, какими бы огромными ни были. И сейчас он больше думал о Принцессе и её горестях, чем о каких-то там миллионах.
— Это был твой рисунок, — прижалась она.
— Нет, малыш, я рисовать не умею от слова совсем, — улыбнулся Динар. — А вот рисунок Модильяни, если бы не ты, оказался на помойке, и всё. Ты отличный специалист, настоящий искусствовед и не зря корпела над учебниками и сидела в пыльных архивах, если разглядела в нём подлинник.
— Мне повезло. Нам, — поправилась она.
— Нам, — согласился Лис. — И мне особенно.
Ему и правда повезло. Ведь она его отвоевала. И не у кого-нибудь. А у паршивого прошлого. У застарелых травм и обид. У самого себя. Но… захочет ли она воевать с его бабами? Он знал, что сказала ей Юлька.
— Я обещаю, что буду с тобой счастлив, — обнял Лис свою девчонку покрепче. — А если не смогу, сам буду виноват. Потому что ничего не хочу больше, чтобы и тебе со мной было хорошо. Уютно, надёжно, безопасно. Вот только спокойно, прости, пообещать не могу. Покой нам только снится, моя Принцесса. А что бы ни сказала Юлька, забудь.
— Но она сказала…
— Это неправда! — с чувством перебил он. — Алин, не думай об этом! Пожалуйста! Это враньё. Обещаю, я с этим разберусь, чтобы у тебя не осталось сомнений. Хорошо?
Она послушно кивнула.
Лис заскрипел зубами и слепо уставился в экран бубнящего телевизора, вспоминая тот день перед отъездом…
.
В тот день у него была встреча с клиенткой.
Да, служба внешней разведки списала Лиса в утиль, то есть после героической гибели его отряда наградила орденом Мужества и отправила на пенсию. Но его друг по прозвищу Лето, полковник юстиции и следователь Следственного комитета Станислав Михайлович Жаркий помог выхлопотать Лису лицензию частного детектива.
И третий год Лис занимался всем подряд, любыми делами, где люди были готовы платить деньги и не хотели связываться с полицией.
Часто и клиентов ему подкидывал Лето, но иногда они находили Динара сами: писали, звонили, ловили на улице. Увы, большую часть работы частного детектива занимала слежка за неверными жёнами и мужьями, поиски доказательств неверности или (почти никогда) верности.
Именно с такой клиенткой и встречался в тот день Лис.
Он, как обычно, принёс пакет фотографий.
«В полях», то есть с камерой по улицам он бегал редко: в его распоряжении был рабочий штаб в подвале дома, где он раньше жил, оснащённый по последнему слову техники, что позволяла вести слежку через смартфоны, уличные камеры и другие шпионские штуки. Но вот доказательства, то есть итоги своей работы, Лис предпочитал вручать лично и только на бумажных носителях.
Однажды его научили: ничто из того, что хранится на компьютере, телефоне или любом другом устройстве, имеющем доступ в интернет, нельзя считать защищённым. Любую информацию можно достать и использовать. Поэтому данные клиентов и конфиденциальную информацию он хранил отдельно, а предъявлял наглядно.
Последний заказ, невольно отметил Лис, вручая снимки.
Новых заказов он перед поездкой не брал, и этим, можно сказать, ставил свой детективный бизнес на паузу.
— Ненавижу кобеля! — выдохнула женщина, отбросив фотографии, как дохлую крысу.
Красивая, ухоженная. На вкус Лиса чересчур худая, и, судя по тому, какую матрёшку нашёл себе её муж в благоволительницы, на вкус мужа — тоже. Но на вкус и цвет, как говорится, не Лису судить.
— Ну вот и что мне теперь делать? Что?! — трясущимися руками женщина достала сигареты. Лис увидел знакомую пачку. В последнюю их встречу Юлька курила такие же. Прикрыв ладонью, он протянул огонёк зажигалки к туго свёрнутым в трубочку листьям, что женщина засунула в рот.
— Простите, ваши сигареты?.. Они?.. — спросил Лис, не зная, как верно сформулировать: от чего?
Женщина развернула к себе зажатый в пальцах и воняющий палёной шерстью пучок травы.
— Не представляете, какая дрянь, Динар.
— Ну примерно представляю, — помахал он рукой, разгоняя зловонный дым.
Куда больше его волновал не запах, а то, что его любовница, если так верно будет сказать, ведь он был свободен, а она замужем, в общем, Юлька, неожиданно перешла на такое же гнилое сено, вместо обычных сигарет с никотином.
В их последнюю встречу, когда муж узнал о том, что у неё есть любовник и избил, а Лиса пригласил на разговор, держа в ящике стола заряженный пистолет.
— И не курить не могу, и ничего другого курить нельзя, я же беременна от этого козла, — ответила женщина.
— М-м-м… — многозначительно протянул Лис, покрываясь ледяным потом. — Поздравляю!
— Спасибо! Вот именно сейчас этого счастья мне и не хватало, — женщина полезла в сумочку, положила на стол конверт с деньгами, а потом сверху положила ещё купюру. — Я знаю, это не в ваших правилах, но скажите мне адрес этой потаскухи, что трахается с моим мужем. Терять мне уже нечего, хоть душу отведу.
Лис мягко улыбнулся, встал, пакет убрал в карман, а купюру свернул, наклонился и вложил женщине в руку.
— Я не делаю исключений, — покачал он головой. — Вдруг однажды вы окажитесь на её месте и заведёте любовника, тогда и скажете мне спасибо за то, что я хорошо делаю свою работу.
Он откланялся и удалился.
И уже в машине достал телефон.
Чёрт, что же делать?
Позвонить Юльке, навлечь на неё беду и очередные побои мужа Лис не мог, и поехать к ней тоже. Но теперь ему стала понятна и её неожиданная истерика, когда она закатила ему скандал и требовала определённости, и её аюрведические сигареты: она залетела и не знала от кого.
От Динара? Или всё же от мужа?
Я с ним разводиться не собираюсь. А сейчас — особенно, — фыркнула она.
Это «сейчас» уже тогда показалось Лису подозрительным.
Чёрт!
Он ударился лбом о руль.
До девчонки, которую он любил, было рукой подать: Принцесса снимала комнату в соседнем дворе, но в тот момент она казалась ему дальше, чем когда-либо.
Он вывернул с подворотни и поехал к Юлькиной маме.
— Нет, Юля дома, у себя, — растерянно моргала женщина. — Они с внуком только на выходные ко мне приезжают.
— Я знаю, что моя просьба покажется вам странной, но вы не могли бы её попросить приехать. Сейчас, — прижал руку к груди Лис. — Под любым предлогом. Я заходить не буду. Подожду здесь, или в машине. Но это очень важно.
— Ну-у… я попробую. Вы же Динар, да?
— К сожалению, да, — выдохнул Лис.
Он остался на улице и увидел Юлькину машину, едва она вывернула из-за угла дома.
Его бывшая любовница резко ударила по тормозам.
— Ты идиот, что ли? — открыла она окно. — Какого чёрта ты прыгаешь под колёса?
— Выйди, надо поговорить, — опёрся Лис руками о капот.
— Мне мама звонила, просила срочно приехать, мне сейчас точно не до тебя.
— Это я просил её позвонить. Всё хорошо с твоей мамой.
— Ну точно идиот, — покачала головой Юлька, но из машины всё же вышла.
— У тебя всё в порядке? — рассматривал её Лис: нет ли синяков, ссадин, других признаков того, что муж не внял предупреждению, которое сделал ему Лис, и распускает руки. Вроде ничего подозрительного не увидел.
— У меня всё прекрасно, Динар Абакаров, — вздёрнула Юлька подбородок. — Что тебе надо?
— Ты ждёшь ребёнка? — посмотрел он на неё в упор.
Она молчала мучительные несколько секунд, а потом разразилась смехом.
— И что, если да? — посмотрела на него с издёвкой.
— Он мой? — не сводил с неё глаз Лис.
— И что, если да? — повторила она и перестала улыбаться.
— Точно?
— Видел бы ты себя сейчас, — презрительно скривилась она. — Этот испуг. Эта мольба. Господи, господи, пожалуйста, пусть она скажет, что «нет», — противным тоненьким голоском пропищала Юлька. — Ты же понимаешь, как меня искушаешь?
— Ты надеялась, что он мой, — сверля её глазами, спокойно ответил Лис. — Но ни за что не осталась бы с мужем, если бы это было так. — Выдохнул: — Мне жаль.
— Жаль? — взвилась она. — Тебе, чёрт подери, жаль?! И что бы ты сделал? Что?!
— Всё что угодно, Юль, — покачал головой Лис. — Я бы сделал всё, что ты захочешь, но никогда, ни при каких обстоятельствах не бросил бы своего ребёнка.
— Даже женился бы? Серьёзно? — скривилась она. — И расстался бы со своей голубоглазой брюнеточкой?
Он замер: что?
— Да ладно тебе глаза-то пучить, — усмехнулась Юлька. — Видела я вас. Не буду врать: очень хотела посмотреть на ту, что всё же тебя зацепила. Дня три следила, сидела в засаде, блин, как последняя дура, ждала. Спасибо чёртову детективу, что снабдил меня твоим адресом. И дождалась. — Она открыла дверь машины. — У меня для тебя плохие новости, Динар. От мужа я ушла. Ну а выводы ты и сам прекрасно делаешь.
Чёртова стерва села в машину и заблокировала дверь. А потом стала выруливать со стоянки. Но сбить человека всё же не смогла. Бампер ткнулся Лису в ногу, но машина остановилась. Юлька опустила стекло.
— Отойди с дороги, Абакаров.